Ключ к зеркалам. Эдем теней

— Что именно?

Влад какое-то время молчит, собираясь с мыслями. Потом встает, подходит к окну, долго смотрит в темноту. Когда заговаривает, голос его звучит глухо, словно издалека.

— Мой род... Козловские... Мы всегда знали, кто мы. С рождения. Мне не нужно было искать правду в старых письмах или разгадывать бабушкины тайны, как тебе. Мне ее вложили в кровь.

— Вложили?

— Передали. Как эстафету. — Он поворачивается ко мне, и в свете лампы я вижу, как напряжены его плечи. — Когда мне исполнилось тринадцать, отец отвел меня в подвал нашего дома. Там, за старым шкафом, была дверь, которую я раньше не замечал. За ней — комната без окон, с одной свечой и огромным зеркалом в тяжелой раме.

Я замираю, чувствуя, как мурашки бегут по спине и накрывают воспоминания о тайнике в моем собственном доме, где я нашла черную свечу с пророчеством.

— Он велел мне смотреть в зеркало и не отводить взгляд, что бы я ни увидел. Сначала там было только мое отражение — обычный мальчишка, взлохмаченный, перепуганный. А потом...

Влад умолкает и шумно сглатывает.

— Потом лицо начало меняться. Глаза стали темнеть, из уголков рта полезли клыки. Кожа пошла трещинами, и из них повалил пар — холодный, обжигающий. Я закричал, попытался отвернуться, но отец схватил меня за плечи и удержал. "Смотри, — сказал он. — Смотри и запоминай. Это твоя суть. Это то, что ты должен принять".

Я встаю, подхожу к нему и обнимаю, прижимаясь всем телом. Его ладони на моей спине и плечах сейчас, после ритуала, всегда теплые. Но я до сих пор ощущаю под этой теплотой что-то древнее, уставшее, много пережившее.

— И ты принял?

— Пришлось. — Он криво усмехается. — Знаешь, каково это — в тринадцать лет узнать, что ты не просто человек? Что внутри тебя живет чудовище, которое будет расти, копить в себе всю боль мира, а потом... потом придет день, и ты либо сгоришь, либо уйдешь туда, откуда не возвращаются?

Я сжимаю его в объятьях крепче.

— Ты не чудовище.

— Я знаю. Теперь знаю. — Он смотрит на меня с благодарностью. — Потому что есть ты. Потому что хранительница приходит не просто так. Мы — две половины одного целого. Без тебя я был бы только монстром, который таит в себе тьму. С тобой я стал... собой.