Цена бессмертия

В конце концов я устал думать о несправедливости этого мира и просто беззвучно плакал, прислонившись к кровавой стене.

Стук, стук.

Откуда-то доносились удары по металлу. Я встал и попытался сориентироваться, откуда идёт звук.

Стук, стук. Звук повторился. И тут до меня дошло, что он доносится из-за двери. Я подошёл к ней и постучал в ответ.

—

Вы

слышите?

—

тихий

скрипучий

голос

донёсся

из-за

двери.

—

Да,

—

неуверенно

ответил

я.

—

Вы

человек

или

галлюцинация?

—

Если

честно,

я

не

уверен,

что

вы

не

галлюцинация.

—

З-значит,

вы все

же

человек… —

в

голосе

человека

послышались всхлипы. —

Если

это

правда, то уходите. Пока не поздно. Пока они не добрались до вас.

—

Не волнуйтесь, я здесь, чтобы помочь. Я найду лекарство от вируса, и все будет хорошо. Человек

заходился

долгим

сухим

кашлем.

Судя

по

звуку,

кашель

раздирал

горло

изнутри.

И, похоже, моя догадка была верна, так как я услышал, как что-то тяжёлое упало на пол.

—

Вы не понимаете… Вирус — это не самое страшное, что здесь есть. Вы не видели их. И слава богу. Не знаю, сколько мне осталось, но как только выберетесь наружу, доложите высшим чинам: разбомбить

эту

базу.

Чтобы от

неё

не осталось

ни

камня. Ни в

коем

случае

не

выпускайте это наружу.

Его речь прервал жуткий, нечеловеческий рёв. Я не знаю, как его описать. Это звучало так, будто кто-то захлёбывался и одновременно кричал, пытаясь вдохнуть.

—

Они

здесь.

У

меня

больше

нет

времени.

—

Я

приду

завтра,

в

то

же

время,

—

сказал

я.

Я подождал ещё минут десять. Но он так и не ответил. Единственное, что мне было слышно, — его тяжёлое, хриплое дыхание. Поняв, что больше ничего не услышу, я побрёл в свою казарму. Слова больного меня сильно удивили и насторожили. Я прокручивал в голове мысли о «них» — кем бы они ни были — и пытался найти логическое объяснение. Не могут же мёртвые восстать… Погруженный в мысли, я не заметил, как чужая рука схватила меня за плечо.

—

Ты

чё

тут

делаешь?

—

спросил

Влад.

—

Туалет

ищу,

—

сморозил

я

первое,

что

пришло

на

ум.

—

Иди

прямо,

потом

налево.

Там

ближайший

в

этом

блоке.

—

Спасибо,

—

сказал

я

и

быстро

засеменил

прочь,

стараясь

не

встречаться

с

ним

глазами.

Рассказывать о своих похождениях ему не хотелось — вдруг начнёт подозревать. Да и вообще после сегодняшнего обеда встречаться с ним не особо хотелось. Однако больше всего в нем меня насторожила другая вещь.

Я не видел у него свежих шрамов от штопора.

Глава 5

Этой ночью я так нормально и не поспал. Долго думал о словах больного. Уснуть удалось только под утро. Да и сон мне снился плохой. Мне снилась Алина. Она была моей одноклассницей и моей первой любовью. К сожалению, тогда я был слишком стеснителен и не мог признаться ей в чувствах, а сейчас это уже невозможно.

…

Я проснулся от боли в голове — словно после похмелья. Вставать не хотелось, потому я

пролежал ещё минут десять, тупо глядя в потолок. В конце концов стал медленно собираться: напялил рубашку с джинсами, обулся, взял револьвер и попытался зафиксировать его дуло в лямке ремня. Вышел в коридор.

Кругом сплошная серость. Интересно, о чем думал дизайнер? Наверное, о практичности — негоже военные базы во все цвета радуги разрисовывать. Хотя, может, так было проще не

заблудиться. Идя по памяти, я вроде бы нашёл дверь генерала. В этот раз открыл её без стука — надеюсь, он не сильно обидится.

—

Я

пришёл,

как

вы

просили.

Генерал оторвался от рюмки с алкоголем.

—

Стучаться

вас

не

учили?

—

Помню,

в

прошлый

раз

мне

это

не

особо

помогло.

—

Прошу

простить

меня

за

вчерашнее

поведение.

Это

было

непрофессионально.

Хотя

вы можете меня понять — с этим вирусом столько хлопот. Тут волей-неволей устанешь.

—

Я

вас

понимаю.

На

вашем

месте

я

давно

бы

сорвался.

—

Благодарю

за

понимание.

Пистолет

вы

взяли

с

собой?

—

Конечно,

—

я

попытался вытащить

его

из-за

пояса,

но

петельки

крепко

держали

ствол.

В конце концов мне удалось высвободить пистолет, порвав одну из петель.

—

На

вашем

месте я

бы

не

засовывал

его

туда. Вам

повезло,

что

он

не

заряжен.

Если у

вас

нет кобуры, лучше суйте его за пазуху.

—

Знаете,

если

честно,

я

боялся,

что

могу

прострелить

себе

задницу.

—

Ну,

вам

повезло

—

вы

доктор.

Если

что,

сами

себя

залечите.

—

Хе-хе.

Но

я

все

же

предпочёл

бы

иметь

кобуру.

—

В

оружейной

постараемся

подобрать

что-нибудь

для

вас.

…

Мы вышли в коридор. По пути я рассказал ему про труп в лесу.

—

Везунчик,

—

усмехнулся

генерал.

—

В

каком

смысле?

Это

не

лучшая

кончина.

—

Если

он

был

заражён,

то

это

лучшее,

что

могло

с

ним

случиться.

На этом наш разговор стих. Мне не особо хотелось его продолжать, а генералу это было

попросту неинтересно. Однако внутри меня начал расти страх перед вирусом, и уже вчерашнее ненормальное поведение Влада стало для меня почти понятным, логичным. Я отнял руку от

запястья. Оно было в чем-то красном. Я посмотрел на расцарапанное запястье. Самое страшное

—

я

не

заметил,

как

это

сделал.

Генерал

этого

не

заметил,

да

и

кровь,

благо,

особо

не

текла.

—

Мы

пришли.

Генерал поднёс пропуск к сканеру, и дверь отъехала в сторону. За ней я увидел кучу огнестрельного оружия и бронежилетов. Там даже был противогаз. Среди всего он заинтересовал меня больше всего — его линзы будто манили к себе.

—

Вот

ваша

кобура, —

голос

генерала

вывел

меня

из

транса.

Он

кинул

мне

ремень

с

кобурой. Я обвязал его вокруг пояса и вставил туда пистолет.

—

А

теперь

идём

на

стрельбище.

…

Стрелял я неважно. Много промахивался. Вроде все делал правильно: занял стойку, прицелился, спустил курок — и промах. В кино это выглядело куда проще.

—

Как,

нормально?

—

спросил

я

у

генерала.

—

Для

первого

раза

—

очень

средне.

Но

с

опытом

будет

лучше.

—

Ну,

времени

у

нас

то

навалом.

—

Скорее

наоборот,

—

к

нам

подошёл

Алексей.

—

Тебе

бы

пооптимистичнее

быть.

—

Если

бы ты

служил,

то

давно

бы

понял,

что

позитивное мышление

ни к

чему

хорошему

не доводит. Не против, если я потренируюсь?

—

Да

нет,

конечно.

Я отошёл, уступая своё место Алексею. Из пятнадцати патронов, что были у него в обойме, все пятнадцать ровно легли в цель, ни один не ушёл «в молоко». Я был впечатлён его техникой и где-то в глубине души завидовал.

—

Классно

стреляешь.

Алексей убрал пистолет в кобуру.

—

Спасибо.

А

ты

как?

—

Тебе

лучше

не

видеть.

—

И

ты

меня

зовёшь

пессимистом?

Я

для

такого

результата

с

детства

тренировался.

—

Если

так

хорошо

стреляешь,

то

зачем

тренируешься?

—

Если

я

отсюда

выберусь,

то

хочу

не

промахнуться,

когда

буду

убивать ублюдка,

сделавшего этот вирус.

—

Если

найдёшь

его.

—

Я

найду

его,

Федь.

Найду

и

убью.

—

Откуда

ты

знаешь?

—

Что?

—

Моё

имя.

Я

же

толком

не

представлялся?

—

А,

правда?

Тогда…

это,

наверное,

они

мне

сказали.

—

Кто

—

«они»?

—

Забей.

Пойдём

есть.

…

Наш последний разговор с Алексеем меня напряг. Откуда он мог знать моё имя? И что это за

«они», с которыми он говорил? Эти два вопроса постоянно крутились у меня в голове. Алексей же, казалось, не замечал странности своего поведения. Спокойно шутил о чем-то с генералом. Какие-то солдатские шутки — мне не понять. Как можно шутить в такой ситуации? Они что,

свихнулись? Или это я свихнулся?

В конечном итоге мы дошли до столовой, где нас ждал Влад, бережно раскладывавший чёрную жижу по тарелкам.

—

О,

господин

генерал

решили

сегодня

поесть

с

нами?

—

Да,

решил,

что

ещё чуть-чуть

—

и

срастусь

с кабинетом

в

единое

целое.

Надо

бы ноги

размять, да и боевой дух взвода поднять не помешало бы.

—

Взвода?

Из-за

этого

чертового

вируса

от

нас

мало

что

осталось, —

горько

усмехнулся

Алексей.

—

А

где

сегодня

Михаил?

—

поинтересовался

я.

—

Не

знаю.

Я

предлагал

ему

присоединиться,

но

он

отказался.

Похоже,

идёт

по

пути

Александра,

—

ответил

Влад.

—

Александр?

А

кто

это?

—

Один

из наших. За

несколько

дней до

твоего

прибытия он

заперся

у себя

в

комнате

и до

сих пор не выходит оттуда, — на этот раз мне ответил генерал.

После его слов все замолчали. Влад и Алексей — потому что тема была для них неприятна, я же не хотел их провоцировать. Так, молча, мы доели «еду». Я собрался уже уходить, но тут в столовую ворвался Михаил.