Хочешь узнать мужчину? Разведись!

— График 5/2, работать будешь с 10 до 15, обед с 12 до 13, — заговорщицки прошептала Инга, чуть наклонившись ко мне через стол и подмигнув, — официальная зарплата.

Я невольно поёжилась, отчётливо ощущая негативную волну от мужчины за своей спиной. Подумаешь, сказала пару слов Сам виноват.

Слабо кивнув, я тем самым подписалась на работу в юридической конторе.

— Чудесно! — хлопнула она в ладоши. — Обговорим последние детали нашего с тобой дела, а потом я тебя представлю нашему шефу.

Инга посоветовала мне не ссориться с мужем, не вступать в активные дискуссии, чтобы его не провоцировать на более активные нежелательные действия.

Марк Ренатович оказался весьма привлекательным мужчиной с цепким взглядом.

За меня в основном говорила Инга, не давая ему толком что-то у меня спросить, — через минут пять он дал положительный ответ и вернулся к своей работе.

Моё настроение рухнуло вниз, когда я переступила порог своей квартиры — Глеб был дома, его вонючие кроссовки валялись посреди прихожей, красноречиво обозначая его присутствие.

Зажимая нос, я прошла на кухню.

Сам Глеб развалился на диване и смотрел по телевизору футбол, потягивая пиво из бутылки.

Что-то раньше я за собой такой непереносимости не замечала. Видимо, отторжение Глеба из моей жизни шло уже полным ходом.

— Ты что здесь забыл? — резко задала вопрос, сложив руки на груди и награждая его уничижительным взглядом. — Или деньги принёс на обеспечение нашего сына?!

Наставления Инги тут же вылетели из головы.

Мне хотелось высказать ему всё: сколько раз я подстраивалась под его капризы, на что закрывала глаза, как пыталась сохранить семью, пока он относится ко всему наплевательски.

— Так-то я здесь живу, — не открывая взгляда от экрана, буркнул Глеб.

Там, на поле, как раз разворачивалась напряжённая атака.

— Ты же подал на развод, — напомнила я. — Значит, жить с нами не хочешь.

Он грязно выругался, когда мяч пролетел мимо ворот противника, и только потом соизволил ответить:

— Это я с тобой жить не хочу, но у нас — он сделал паузу, хмуро уставившись на экран.

— Что у нас? — прошипела я, напоминая о своём присутствии.

— Сын у нас! — гаркнул он, повернувшись ко мне.

— А ты сына-то когда видел, папаша?! Он спрашивает о тебе у мамы. Что мне отвечать? Что папа занят? Что папа пиво пьёт и наслаждается беззаботной жизнью вместо того, чтобы поиграть с ним в футбол?!

— Бабушка вообще ребёнку по сути посторонний человек, — съязвил Глеб, криво ухмыльнувшись. — Могу поехать и забрать его прямо сейчас. Я — родной отец. Мне и слова никто не скажет.

Внутри всё задрожало от гнева.

Я с трудом сдержалась, чтобы не сорваться и не совершить самый ужасный поступок против другого человека.

— Какой же ты !

— Учти, что если не разделим квартиру, то будем жить под одной крышей, как соседи. Вы в одной комнате, а я могу приводить к себе женщин. По вечерам, днём, как захочу. Правила тут теперь буду устанавливать я.

— Не посмеешь Ты не сможешь так поступить. У нас есть сын, Глеб, и его интересы должны быть на первом месте.

— Посмотрим, — с издёвкой бросил он и снова отвернулся к телевизору, давая понять, что разговор окончен.