Добро пожаловать в Тиховодск

Такому набору позавидовали и школьницы, и завуч: палетка теней из четырёх цветов с зеркальцем и кисточкой, помада и тушь в похожих чёрных флакончиках с французским названием. И тушь не самоплюйка, как у всех, а хорошая с удобной щёточкой.

— После урока зайди ко мне, — повелела училка.

— Перемена всего десять минут, — Элли густо подвела глаза чёрными тенями и принялась за ресницы, — я покурить не успею.

— Ничего, в моём кабинете покуришь.

— Даже так?! — Зарянская покрыла губы цветом крови, критично посмотрела на себя в зеркало и мило улыбнулась: — Тогда я согласна.

После урока Зарница проследовала в кабинет завуча, а Ада и Сергей забились в тихий угол в конце лестницы, где раньше был выход на чердак.

В прошлом учебном году там застукали трёх старшеклассников за непотребным занятием, и Вер Санна выделила средства из бюджета на то, чтобы дверь заварили.

— Серёж, а почему Зарянской всё можно? Она какая-то особенная?

— Можно и так сказать… — нехотя проговорил Сазонов и поспешил сменить тему. — Ты тоже вчера дома оказалась?

— Да, даже с портфелем. Родители и не заметили, что меня не было.

— Бред какой-то! Но Заря прав оказался. Ну, в том, как он расшифровал слова из эфира. Что надо идти вперёд.

— Думаешь, этот эфир был для нас? — Васнецова обхватила себя руками и вздрогнула.

— Не знаю. Может быть. Надо точно вспомнить, что там было, и сопоставить. Надо с Элли поговорить.

— Опять ты про Элли! — фыркнула Ада.

— Я не про то… — замялся Сергей. — У неё память хорошая, наверняка всё запомнила.

Так и решили, но с Элли поговорить не получилось — эту перемену она провела в кабинете завуча, а после второго урока пропала. До конца учебного дня ребята пытались восстановить и записать слова из ночного эфира. Выходило плохо.

— Там же точно была твоя фамилия. Наверняка есть связь, — настаивал Сергей.

— Что-то про дом-музей Васнецова, — Ада искала рациональность. — Конечно, у нас дома много картин, отец их собирает, но выставок у нас не происходит. Так что никакой новой старой экспозиции быть не может.

— Ну, может, не в прямом смысле?

После занятий Сазонов, как обычно, пошёл в кружок радиотехники, а Васнецова домой. Решение загадок оставили на потом, когда удастся поймать Зарницу.

К вечеру тучи рассеялись, лужи высохли, но краски не вернулись. Блёклый мир нагонял всё больше тоски, усугубляя чувство безысходности.

Сергей плёлся привычным маршрутом, перебирая в голове мысли, когда на той же песочнице, что и вчера снова увидел Аделаиду. И она снова была в слезах.

— Ты опять попала в тот подъезд? — Ада не ответила, только отрицательно мотнула головой. — А что тогда?

— Эй, задроты! — из-за угла появились трое парней в спортивных костюмах. — Иди сюда!

Сергей схватил Аду за руку и дал дёру, увлекая одноклассницу прочь. Несмотря на фору, расстояние между преследователями и жертвами стремительно сокращалось. Васнецова уже еле передвигала ногами, и Сазонов практически тащил её на буксире. Сбивчиво, через одышку девушка спросила:

— Кто это?

— Мокрый, Косой и Лужа… Отморозки… полные!

— Туда! — Ада дёрнулась в сторону заброшенного хозблока.

Идея не казалась хорошей, но Аделаида так уверенно рванула к обветшалой двухэтажной постройке, что Сергей подчинился. Главный вход оказался заколочен, но с торца находился разгрузочный трап, а из двери над ним была выбита нижняя часть. Субтильная комплекция позволила обоим проскочить в дыру, не задев острые щепы и торчащие гвозди. Пыльный затхлый полумрак равнодушно принял ребят в свои объятья и услужливо подсветил лестницу на второй этаж.

Выбор был невелик, поэтому привал организовали в кабинете над главным входом: через окно можно было выйти на козырёк, а оттуда уже продолжить бегство. Отдышавшись, Сазонов спросил:

— Ты чего сюда рванула?

— Если пошёл дождь, спрячьтесь в помещении, — процитировала ночной эфир Аделаида. — Мокрый, Косой, Лужа. Это ближайшее помещение.

— То есть теперь ты веришь в иносказания?

— Теперь да…

— Шкеритесь, крысы?! — в комнату вошли двое из преследователей.

Многолетний слой пыли поглотил звуки шагов лучше любой шумоизоляции. Сергей метнулся к окну, но заметил третьего, несущего дозор возле двери на первом этаже. Путь отступления был перекрыт. Ада кинулась к выходу, но Мокрый перехватил её, стиснул ручищами, как тисками, и пахнул в лицо дешёвым табаком:

— Куда собралась? Тусовка только начинается!

— Не трогай её! — крикнул Сазонов, хотя понимал, что это ничего не решит.

— А то что? — усмехнулся Лужа и коротким поставленным ударом прописал ему кулаком в живот.

Сергей сложился пополам и, хватая ртом воздух, осел на пол. Шпана рассмеялась, и оба переключились на девушку. Пока Мокрый её держал, Лужа пытался стянуть узкие джинсы, которые никак не поддавались. Аделаида брыкалась, визжала и даже умудрилась заехать ногой насильнику в пах.

— Держи крепче! — взвизгнул Лужа и с остервенением сдёрнул с тощих бёдер джинсы вместе с бельём.

Сазонов нашёл взглядом обломок кирпича и потянулся к нему. Этим жестом он подписывал себе приговор на увечья, несовместимые с нормальной жизнью как минимум на полгода, но просто смотреть на происходящее он тоже не мог. Едва пальцы обхватили грязный камень, парень резко встал, замахнулся и замер.

— Я тебя предупреждал, чтобы ты не совался на мою территорию? — Заря с бутылкой пива в руке стоял в комнате у двери.

— С хера ли это твоя территория?! — ощерился Мокрый и отпустил девушку.

— Я сейчас здесь, значит, моя.

Тим как бы невзначай подошёл к окну сбоку, одним глотком осушил бутылку и наотмашь швырнул её наружу. С улицы послышался глухой удар и короткий вопль.

— Привет, Косой! — крикнул через плечо Заря и оскалился хищной улыбкой.

Не выпуская кирпича из рук, Сергей подхватил Аду и оттащил к стене, прикрывая, пока девушка дрожащими негнущимися пальцами силилась застегнуть свои штаны.

Хулиганы медленно пошли на сближение. Лужа выхватил нож-бабочку и принялся её крутить. Обычно это срабатывало как элемент запугивания, но Заря лишь хохотнул. Вместе со смехом послышался звук разбитого стекла. Позади оказалась Зарница. В её руке поблёскивала изумрудными гранями «розочка» из разбитой бутылки.

— Моих мышей кошмарю только я, — зашипела Элли и сиганула с места на Мокрого.

Зарница сверху вниз вогнала стекло в грудь гопника, выдернула, перехватила и саданула снизу вверх в живот. Тем временем Заря выкрутил до хруста руку Лужи. Нож лязгнул о бетон, но звук перекрыл крик боли. Развернувшись вокруг своей оси, Тим выкинул оппонента в окно на козырёк, следом схватил за шиворот Мокрого и отправил туда же. Вместе с «сестрой» они посмотрели, как поверженные ссыпались на землю, подобрали Косого и поспешили скрыться.

— Спасибо, — Сергей протянул руку для рукопожатия.

— Хули «спасибо»? Вы другого места для уединения найти не могли? — Заря презрительно посмотрел на его кисть.

— Мы не уединялись! Мы бежали от них! — с досадой выпалила Ада.

— Тем более! К стакану ментовскому надо было бежать, а не сюда, — фыркнула Зарница.

— Нет! Всё произошло, как предупреждало радио! — настаивала Васнецова.