Те, кто остались 2

— Пошли побегаем. — добродушно предложил ему я.

— Это дело добровольное или принудительное? — с надеждой спросил он.

— Добровольно-принудительное. — ехидным тоном ответил я и отпрянул от палатки.

* * *

Мы бежали вдоль территории парковки караванов, чего тут только не стояло. И военная техника, и легковая, и грузовая, и мототехника, и самоделки. Людей тоже было много, все просыпались и занимались своими делами, а мы с Малым и еще много народа нарезали круги.

Серега был словно сам не свой, бежал еле-еле, шаркал подошвой берц по земле, словно обессиленный. Взгляд расфокусирован и направлен в никуда, видно, парень летает в облаках и никак не хочет вернуться в реальность.

— Слышь, Дон-Жуан хренов! Ты давай-ка очнись! — резко остановившись и отвесив ему подзатыльник, прикрикнул я.

— А? Чего? — встрепенулся Малой, словно выпав из транса.

— Того! Беги давай! А то вон Нина на тебя смотрит, а ты как размазня. — указал я пальцем в сторону.

Малой тут же остановился, на лице появилась идиотская улыбка, и он начал выглядывать девушку.

— Где? Где она?

— В Караганде! Чего встал?!

— Вот ты гад! — надулся Малой.

— В себя приди, а то что-то ты совсем потерянный. Амурные дела на тебя плохо действуют.

— Какие еще амурные?

— Да такие, видел я вчера, как вы ворковали с Ниной, аки два голубка.

— Мы просто болтали. — тут же фыркнул Малой и рванул вперед, обогнав меня.

От смущения его лицо начало краснеть, и хоть я его сейчас не видел, но уши-то были ярче, чем пожарная машина.

* * *

После обильных тренировок и водных процедур мы отправились на завтрак. Повар, что работал на Алексея, уже во всеоружии стоял в белом фартуке около полевой кухни и кормил всех желающих. Большим черпаком он щедро отсыпал в две глубокие, алюминиевые тарелки перловки и сдобрил подливой, в которой плавали крупные куски мяса. Так же он вручил нам пол буханки хлеба и две кружки настоящего, черного чая.

Для приема пищи мы расположились за пластиковым столиком, которые когда-то давно стояли у придорожных кафе. Перловка была рассыпчатой, подлива вкусной, да и мясо тало во рту. Сережа продолжал витать в облаках и ковырялся ложкой в тарелке.

— Если ты не хочешь, давай съем я. — обратился я к Малому, после того как съел свою порцию.

— Держи. — безразлично ответил он и пододвинул мне свою тарелку.

— Ну все, потерял я брата. — негодуя покачал я головой и начал уничтожать добавку.

Поле завтрака, я сидел за тем же столиком, дымя сигаретой и злился. Злился я в первую очередь на себя, так как все же подсел на эту гадость. И разумеется на Малого, меня раздражало его безмятежное состояние, но я старался быть с ним помягче.

— Здорова парни! Не помешаем? — поприветствовал нас Алексей, который по всей видимости только проснулся. Он шел с порцией пищи и норовил присесть к нам за стол.

— Милости просим. — спокойно ответил я, указав на свободный стул.

Малой же его полностью проигнорировал.

— Чего это с ним? — шепотом спросил у меня Алексей, окинув взглядом малого.

— Не знаю, в зятья к тебе наверное набивается. — ухмыльнулся я, увидев Нину, которая шла в легком платьице с кружкой чая в руках.

Малой, завидев ее, расплылся в идиотской улыбке.

— Привет Нин. — проблеял он словно умственно отсталый.

— Привет. — улыбнулась она в ответ и покрылась багрянцем.

Мы же с Алексеем наблюдали за происходящим и просто хитро улыбались.

— Когда в город? — все же отвлекся я и перешел к делу.

— Через три-четыре дня, еще два каравана должно прийти.

— Долго.

— Что есть, то есть, но ты сам понимаешь, как это бывает на дорогах. Перегон от Буденовки до Новосибирска самый злачный, малой группой ехать чистое самоубийство. Это хорошо, если просто ограбят, а то и рабство продадут или убьют.

— Понимаю, значит будем ждать.

— Ну да, я пока излишки товара продам, так сказать, воспользуюсь возможностью. Как в город приедем, я товар сдам и с вами рассчитаюсь.

— Надеюсь не как твой братец. — не удержался я от язвительности.

— Нет, брось, что за глупости. — сразу осекся он. — Я лично видел вас в деле. К тому же общался со своим начальником охраны, он их местных. Вот он мне поведал, что эти близняшки не такие простые и абы кто с ними не справится. А вы вот, даже глазом не моргнули. Так что с вами выгодно дружить, того глядишь и породнимся, да, дети мои? — произнес он глядя на Нину и Сережу, что от стеснения готовы были провалиться на месте.

На улице сегодня было ветрено, и небо постепенно затягивало серыми тучами, предвещая дождь. Но от этого был и плюс: ветер отгонял надоедливых комаров, да и летний зной немного поутих.

Я сидел с книжкой в руках и читал довольно-таки скучный рассказ, который с первых страниц попытался отправить меня в сон. Малой тем временем где-то шатался с Ниной. А Алексей отправился на местный рынок. Мне он тоже предлагал прогуляться с ним, мало ли что приглянется. Но у нас все было, даже с избытком, поэтому лишний раз ходить и искать приключения на пятую точку мне не хотелось.

От противостояния с Морфеем, что пытался затащить в свое царство, меня отвлек начальник охраны Алексея.

— Макс, могу я тебя отвлечь на пару минут? — вежливо поинтересовался он.

— Да не вопрос, отвлекай. — с облегчением вздохнул я и захлопнул книгу, даже не загнув листок в качестве закладки.

— Слушай, дело есть. — слегка замявшись, произнес он и присел на корточки прямо напротив меня. Затем он достал из кармана металлический портсигар и, раскрыв его, протянул мне.

— От души. — ответил я и осторожно выудил из него сигарету. Что было необычно, фильтр и папиросная бумага были неестественного коричневого цвета, и на нижней границе фильтра ее опоясывала золотистая фольга, на которой красовалась надпись SOBRANIE. — Это что-то на богатом? — улыбнувшись, уточнил я.

— В свое время да. — кивнул Николай и протянул мне коробок спичек.

— Ну и? — прикурив и вернув спички владельцу, произнес я, выдыхая сизую струйку дыма.

— Тут такое дело. Я не знаю, Алексей говорил нет, но я тут раньше жил, потом уже в большой город перебрался. — опять начал мяться он.

— Коль, что ты мнешься передо мной? Говори, что надо, не бойся, стучать не побегу. — возмутился я.

— Одни мои старые знакомые занимаются контрабандой. Они проносят в город разные запрещенные вещи, ну и выносят тоже. Я когда-то очень давно пару раз работал с ними, но скажу сразу, не по своей воле. Эти люди, как бы тебе сказать. Они не просят, но делают так, что ты не можешь не выполнить их просьбу. Вот и сейчас они опять пришли, а я не хочу подставляться и подставлять Алексея. А я от шефа про вас столько слышал, так что вы парни куда более грозные, чем кажитесь на первый взгляд.

— Короче, нужно грохнуть каких-то людей? — приподняв одну бровь, перебил я его.

— Все так. — кивнул он. — К местным наемникам я пойти не могу, так как они сами повязаны. Да и Алексею не хотелось бы говорить о том, чем я занимался. Понимаешь, я жить нормально начал, впервые за последние годы начал планы на будущее строить, и тут такая подстава. Денег у меня немного, но я найду еще. Да и в целом, если поможете, я вам по гроб жизни буду обязан, всем помогу, что попросите.

— О как, что-то много вас таких обязанных в последнее время. А если и мы что-то неудобное попросим? Тоже наймешь кого-то? — глядя ему в глаза, попросил я.

— А я сразу скажу, что не подпишусь! Вы шантажировать смертью семьи, поди, не станете?

— Не станем. — тяжело вздохнул я.

— Давай информацию, кто, где, сколько и так далее. — сдался я.

— Я не знаю.

— В смысле? — возмутился я. — А что ты тогда хочешь от меня? Ты прям как из сказки, пойди туда, не зная куда, убей того, не зная кого!

— Да тише ты, не шуми. — приставил он палец к губам. — Через пару часов ко мне должен прийти их человек с инструкциями, вот он знает все. А если хорошо спросить, то он расскажет вообще все.

— А он из местных?

— Вроде да.

— Слушай, Николай, ну и запросики у тебя. Тут высок риск на стене повиснуть рядом с Гошей.

— Так нужно осторожно, проследить. Да и товар будет за стеной, а там законы Буденовки не работают. — пояснил он.

— Это другой разговор. — нехотя согласился я. — Узнай все, что можно, а после посмотрим, но ничего обещать не буду. Нам лишняя головная боль тоже, знаешь ли, не уперлась.

— Спасибо тебе. — обрадовался он.

— Пока не за что.

Глава 6

Закончив беседу, Коля пошел по своим делам, а я остался наедине со своими мыслями. Не нравилась мне его просьба, все как-то мутно. Весь он такой белый и пушистый, несчастный, невинный и главное беззащитный. Сам ведь не вызвался пойти нам помочь, Алексея видите ли он не хочет подставлять. А если нас заметят, мы его не подставим? Как знать, может, он был в сговоре с Гошей и теперь быстро меняет планы. И еще вопрос контрабанды, законов же больше нет, и что вообще в наше время можно называть контрабандой? В моем понимании это что-то запрещенное, теперь даже интересно стало узнать, что это за товар такой. В любом случае пока окончательного ответа я давать не намерен. Помогать всем подряд не собираюсь, тем более у нас с Малым все есть: техника, оружие, золото. На кой-нам вписываться в это все? Может, он тоже нас за идиотов держит, думает, раз мы из леса, то ничего не понимаем?

* * *

Примерно через час на территорию стоянки въехал лифтованный УАЗ Патриот на здоровенных колесах. К машине тут же подошел Николай и стал дожидаться, пока водитель выйдет на улицу. Я же тем временем осторожно подобрался поближе к ним и укрылся за задними колесами грузового Урала, что стоял по близости с местом встречи. Осторожно выглянув из-за колеса, я увидел, что из УАЗа вылез парень, судя по виду плюс-минус мой ровесник. Одет он был в синие джинсы, облегченные берцы и плотную, безразмерную черную толстовку.

— Ну, здорова, Колюня. — несколько язвительно произнес он и, облокотившись на свою машину, засунул руки в карманы.

— И тебе привет, Ярик. — открывая свой портсигар, ответил Николай.

— Что-то ты хмурый какой-то, не рад меня видеть? Давненько ведь не виделись. — издевательски произнес тот самый Ярик.

— А то ты не знаешь, сто лет вас не видел и еще бы раз десять по столько же!

— Ладно тебе, не злись. Подумаешь, попросили об услуге, помоги по старой памяти, получи награду и живи спокойно. Ты же знаешь, мы дела честно ведем.

— Не хочу я вам в этом помогать! Найдите кого-нибудь еще! — возмутился Коля.

— Колюнь, не горячись. Ты же знаешь, старшой не просит, он ставит перед фактом. Нет, ты, конечно, можешь отказаться, если хочешь вернуться в новую квартирку и обнаружить там свою мертвую семью.

— Не смей впутывать в это моих близких! — выронив сигарету, рявкнул Коля и схватил Ярика за горло обеими руками.

— Не делай того, о чем потом пожалеешь! Убив меня, ты убьешь и свою семью, не выполнив задачу, ты так же убьешь ее. Так что, может, перейдем ближе к делу? — даже не шелохнувшись, ответил Ярослав, с легкой хрипотой в голосе, что проявилась из-за сдавленного горла.

Коля еще какое-то время подержал парня за горло и, ослабив хватку, отпустил его, а после сделал шаг назад. Парень прочистил горло, издав несколько хрипящих звуков, и слегка помассировал его руками.

— Все как и раньше, хватка словно у питбуля. — улыбнувшись, произнес он.

— Давай ближе к делу! — прервал его Николай.

— К делу, так к делу. — пожав плечами, кивнул Ярик. — Все просто, с тебя две машины. К шести вечера приезжай на наше место, думаю, не забыл, где оно находится. Мы тебя погрузим, и отвезешь куда скажем. Завтра на КПП будет дежурить наш человек, пропустит без проблем. Пропуска на проезд по городу у вас имеются, так что все сделаем быстро. Делов-то.

— А если кто-то все же остановит и проверит машину?

— Попробуй договориться, а если не выйдет и поднимется шум, то это твоя проблема. Зато семья будет жить, откажешься — умрут все.

— Хорошо, я буду. — нехотя произнес он.

— Значит, договорились, только давай без фокусов. — открывая дверь УАЗа, ответил парень и, запрыгнув в салон, тут же ее захлопнул, а после завел двигатель и задним ходом начал выезжать с территории.

Для меня ситуация несколько прояснилась, как минимум Коля не врет. Не для меня же он эту сценку разыгрывал? У него на кону стоит жизнь семьи, и, судя по выражению лица, он в отчаянии. Сейчас он сидел на корточках, зажав сигарету в зубах, и обхватил голову руками, словно пытаясь что-то придумать. Что бы сделал я на его месте? Даже и не знаю, как минимум не оставлял бы семью без защиты. Сам бы пошел крошить врагов. Хотя все мы умные, когда смотрим на чужое горе. А когда дело касается нас лично, то бьемся головой о стену и ищем помощи извне.

Подписываться на его просьбу мне все еще не хотелось. Михалыч учил, что ввязываться в чужие разборки — последнее дело, еще и крайним останешься. Но на кону стоит его семья или его собственная жизнь. Мне очень знакомо чувство утраты, и, наверное, я пожалею о своем решении, но постараюсь ему помочь. Выйдя из-за машины, я подошел к начальнику охраны. Он все так же сидел на корточках и даже не заметил моего присутствия.

— Але, гараж! — толкнул я его в плечо.

— А? Макс, ты чего? — вздрогнув, ответил Николай, глядя мне в глаза.

— В смысле чего? Ты о чем меня просил?

— Да-да. — закивал он, поднимаясь на ноги, от чего его колени синхронно щелкнули, заставив мужчину поморщиться от боли.

— Старость не радость?

— Доживи до моих лет, посмотрю, как ты посмеешься. — пробурчал мужчина, убирая с лица всю грусть.

— С вашими запросами доживешь. — снисходительно ответил я.

— У тебя еще все впереди. В общем, расклад такой.

— Я слышал вашу беседу. — сразу прервал я его. — Что сейчас подразумевается под словом «контрабанда»?

— Многое.

— Что они должны тебе такое погрузить? Не юли, а то я передумаю!

— Да я точно не знаю. Всегда все по-разному: рабы, оружие, боеприпасы, электроника, медикаменты, возможно, наркотики.

— Откуда у них все это? И что мешает ввозить это легально?

— Откуда? А то ты не догадался?

— Нет.

— Чем опасна дорога до Новосибирска?

— Ааааа. Вот оно что! — осенило меня. — Это проданный товар? Разбойнички с большой дороги кэшбек реализуют?

— Вроде того, грабят караваны, а потом все везут сюда. На товары, что будут тут реализовываться, нужно платить налог, причем не маленький. А зачем его платить несколько раз? Один раз оплатил, товар продал, вернул, продал и так далее, пока его не выкупят люди, у которых его отобрать не получится. Там в целом много разных мутных схем, я не в курсе всех подробностей и нюансов. Но раз делают, значит, это прибыльно.

— А местные власти? Неужели они не в курсе дел? Тут же все строго и все такое.

— Слушай, Макс, ты что как маленький? Кому надо, тот все знает, кому не надо, тот ничего не знает, а если и знает, то всеми силами делает вид, что не знает. Если кто-то пробует вмешаться в это, то просто пропадает, был человек — и не стало, сейчас с этим очень просто, искать-то некому. И многие живут как страусы: чуть что — и головы в песок.

— Хорошо, а зачем все так сложно реализовывать? Если есть свои люди на верхушке, они коридор не могут предоставить?

— Если бы так можно было, так бы и сделали. Есть люди, с которыми нельзя договориться, и угрозы, и все бесполезно, а если убить, то станет только хуже. Вот и изворачиваются как могут.

— С этим все ясно, а что с тобой?

— Что со мной?

— Ты, стало быть, раньше был одним из них? Бандит с большой дороги? — глядя в глаза, спросил я.

— Ну был. Оправдываться не стану. Время такое было, либо ты, либо тебя, в этих краях все так жили. — небрежно бросил он.

— Ммм, все да не все.

— Ты мне мораль читать надумал? Не нужно из себя святого строить! У всех тут руки в крови, вот братец твой от горшка два вершка, а уже трупов на счету поболее, чем у меня, а про тебя я вообще молчу.

— Откуда информация? — настороженно спросил я.

— А это он перед дочкой Алексея все духарится, крутость свою показать пытается. Это, конечно, не мое дело, но ты бы ему подсказал, о чем говорить можно, а о чем нельзя. Местные за близняшек могут и спросить, вы чужаки, а они были своими.

— Учту, спасибо. А касательно твоих дел, то мне в целом плевать, встал бы ты у меня на пути, переехал бы. А так живи и радуйся. — спокойно ответил я.

— Так ты в деле?

— В деле. Где это место?

— Место я покажу на карте, километров шестьдесят отсюда. Там лагерь, с охраной полный порядок, в среднем человек пятьдесят находится. И да, там все нормальные, опытные бойцы, так что стреляют метко.

— Чего? Пятьдесят? А ты нас ни с кем не перепутал? Мы что, Рэмбо или Терминаторы? Да даже если очень сильно захотеть, мы не вывезем столько.

— Не о том разговор! — прервал мою тираду Коля. — Нужно убить всего двоих. Мартына, это глава всей этой группировки, и его правую руку Ерша.

— И чем это поможет? — скептически уточнил я.

— Эта парочка всех держит в ежовых рукавицах, авторитет у них, все уважают, боятся. Они еще до апокалипсиса важными шишками были, а теперь вообще на хромой козе не подъедешь. У них и есть завязки на местное руководство и торгашей, без них все развалится. Плюс грызня за их места начнется, каждый захочет урвать теплое местечко. Уберете их, и считай, дело сделано.

— Хорошо, теперь звучит в разы реалистичнее. А они точно там будут и как их узнать?

— Они всегда руководят погрузкой и инструктируют, точнее запугивают людей перед убытием в город. Да и в целом руководят по принципу «Хочешь сделать хорошо, сделай это сам». Узнать их не сложно, Мартын среднего роста, полноватый мужик. У него длинные седые волосы, заплетенные в косичку, плюс ухоженная, пышная борода. Как правило, всегда ходит в кожаной куртке или жилетке, а на спине изображение поршня в виде черепа и шатуны в виде костей. Там еще надпись есть, но я не помню, написано неразборчиво и на английском. Он раньше был главой мотоклуба, гоняли по окрестностям, байкеры хреновы. Ерш и тогда был его замом, тоже постоянно в кожане или жилетке. На голове ирокез, бока всегда выбриты начисто. Он очень высокий, два метра пять сантиметров, хорошая мишень для снайпера. И еще одна отличительная черта, две родинки на лице, одна под правым глазом, вторая на левой щеке, большие такие, как виноградины. — пояснил мне Николай.