Заголовок для ее смерти

— Я тебя убью! — пыталась вырваться я, чтобы продолжить набивать ей красивую мордашку. Мистер Дэвис держал меня крепко. Единственное, что я могла — безуспешно махать ногами.

— Так, слушайте меня! — рявкнул он. — Никки, ты с девочками идёшь к врачу, чтобы вас осмотрели. А ты, Тина, живо ко мне в кабинет! Я надеюсь, это больше не повторится! Иначе мне придётся сообщить директору. А это, Никки, очень плохо скажется на ваших оценках. Свободны!

Школьная элита уходила со злорадствующим видом. Я понимала, что сейчас мистер Дэвис устроит мне разбор полётов. Я зашла в тренерскую и села напротив него. Он сидел хмурый, потом посмотрел на меня и начал смеяться.

— Тина, я ужасно разочарован, — сказал он, качая головой. — Но в то же время удивлён. Ты технично справилась с пятью девчонками. Ты точно хочешь в театр? Может, всё-таки на бокс?

Мы начали смеяться. Но в следующую секунду мне стало страшно. Потому что я поступила точно так же, как Рик. Я зверски накинулась на пятерых девочек. Я не видела ничего вокруг. Мой разум был затуманен.

— Тина, что происходит? — встревожился тренер. — Ты никогда прежде себя так не вела.

— Я не знаю, — сказала я, чувствуя, как в горле встаёт ком. — Я просто устала. Они всегда задевают моё финансовое положение. Я не могу с этим ничего поделать. Я не знаю, почему я сорвалась. Меня это жутко напугало.

— Пообещай мне, что больше такого не будет, — серьёзно сказал он. — Я переживаю за тебя. Ты моя лучшая ученица. У тебя блестящие рекорды по бегу и гимнастике. Не вздумай позволить кому-то перечеркнуть твоё будущее из-за одной ошибки. Ты можешь всегда подойти ко мне. Но если это повторится, я буду вынужден сообщить директору. Он отстранит тебя на несколько дней, а то и больше. Я надеюсь, что никто из девочек не пожалуется родителям.

Когда я вышла из кабинета, мне было уже плевать, как будет дальше. Но при этом мне было ужасно стыдно перед этими девочками. Я знала, что я не злая. Что я обычно спокойная. Но после того дня обо мне только и говорили. Шушукались: «У Тины весеннее обострение, будьте с ней аккуратнее, она может накинуться». Кто-то даже выдумал, что я чуть не убила двух близнецов одной палкой. Меня начали бояться. Это было абсурдно. Из-за одной драки вся школа считала меня монстром. Мне было стыдно. Но я сделала вид, что мне всё равно. Я улыбалась, смеялась, шутила — чтобы никто не понял, как я боюсь самой себя.

А дома мама узнала об этой истории от кого-то из родителей. Она не ругала меня. Она просто посмотрела на меня уставшими глазами и сказала:

— Тина, только не ввязывайся в драки. У нас и так проблем хватает.

И всё. Ни «почему», ни «как ты». Ни объятий. Просто — «не ввязывайся». Я поняла, что даже если меня убьют в школе, у мамы просто не будет сил меня жалеть. Она выживала. Как и я. В этом и проблема большинства родителей — они не понимают, что дети копируют их сценарии. Я тогда тоже ещё не понимала, что с каждым разом всё больше начинаю напоминать Рика.