Ставка на мир

– Получается, что через восемь месяцев мы разойдемся в родные миры без возможности поддерживать хоть какое-нибудь общение, – мрачно произнес Кирсанов. – Я так понимаю, что у тебя есть какие-то идеи, как это исправить?

– Именно! Из достоверных источников известно, что на Территории проживает определенная группа людей, которая смогла перенести сюда не только сознание, но и тела, – это Правители, их свита и охрана. Всего около пятидесяти человек, которые владеют некоторыми устройствами, позволяющими беспрепятственно перемещаться сквозь реальности.

– Ты предлагаешь обокрасть Правителей? Безумие! – шепотом воскликнула Настя.

– Конечно, безумие, но это единственный выход из сложившейся ситуации. Поэтому с этого дня мы начинаем глобальную подготовку к, вероятно, самой опасной авантюре в нашей жизни.

– Подождите. – Юля вскинула руки. – У меня несколько вопросов. Во-первых, если из наших родных миров на Территорию перешло только сознание, то и возвращаться обратно будет только сознание. Как мы сможем забрать отсюда что-либо материальное? И во-вторых, как ты, Артем, смог взять в этот мир деньги, если опять-таки переносится только сознание?

– Умница, очень хорошие и правильные вопросы. И в первом, и во втором случае действует посредник. Я просто попросил моего сопровождающего, который осуществлял мой переход в этот мир, взять с собой некоторую сумму, а потом передать мне ее здесь. За процент, разумеется.

– Точно! Сопровождающие проходят сквозь миры с помощью каких-то странных устройств… Необычные такие, на часы похожи наручные, – щелкнул пальцами Муха. – Я еще возмущался, почему он просто так перейдет, а мне какую-то муть пить надо!

– Муть? – Юля с удивлением посмотрела на друга и с подозрением уточнила: – А как у вас переход осуществлялся?

– Ну, ко мне пришел мужик, сказал, что так, мол, и так, ты избранный, тебе надо мир спасать. Потом дал какие-то таблетки и сказал выпить перед сном, а потом я уже тут очутился, – пожал плечами Михаил.

– То есть я правильно понимаю, что у вас всех есть враги, которым вы мешаете жить, но, когда к вам подошел незнакомый человек и дал неизвестный препарат, который надо добровольно выпить перед сном, вы согласились?

– Э-э-э… В общем-то да, – выразил общую мысль командир, постепенно заливаясь краской.

– Вероятно, они используют какое-то внушение, – произнесла Настя. – Иначе это звучит и вправду очень странно.

– Ладно, это уже не столь важно, – строго произнес Артем. – Сейчас нам надо продумать план действий, а для этого требуется информация. Настя и Юля, вы постарайтесь узнать о расположении главной резиденции Правителей, желательно найти планировку здания. Рома и Муха, ваша задача – их окружение, в частности, охрана. Все согласны?

Получив в ответ подтверждающие кивки, командир замолчал, глядя, как официант выкатывает из кухни огромную тележку, заставленную тарелками с едой.

– Уважаемые гости! К вашему обеду из трех блюд мы решили преподнести вам небольшой комплимент от заведения – бутылку изысканного «Шато Глория» урожая две тысячи одиннадцатого года, идеально подходящего к заказанному вами каре ягненка с сырным соусом. Приятного аппетита!

Слегка поклонившись, официант удалился, позволив гостям насладиться трапезой. Во время еды, как и полагается в приличном обществе, разговоры о делах не велись, все предпочли насладиться нежным мясом в уютной тишине, лишь изредка благодаря Романа за вовремя наполняемые бокалы.

Время в хорошей компании да за приятным занятием пролетает незаметно. Увы, но и этот вечер, ко всеобщему разочарованию, постепенно подходил к концу, и надо было вновь возвращаться в стены родной альма-матер. Расплатившись по счету и добавив значительную сумму чаевых, Артем вывел команду на улицу. Осенний ночной воздух неприятно охладил лицо, заставляя зябко поежиться. Скинув пиджак, курсант набросил его на плечи остановившейся рядом Юли, краем глаза отмечая, что подобную манипуляцию провел и Роман, передав свой пиджак Насте. Первые звезды уже появились на темном небосводе, подмигивая случайным путникам и романтикам, всматривающимся в ночную бездну.

Пройдя сквозь ухоженный скверик, друзья остановились возле маленького канала, который, казалось, вобрал в свои воды всю темноту ночи. Присев на кованый парапет, Покровский оглядел замерших рядом с ним людей.

– Нет, друзья, я вас на вольные хлеба не отпущу. Даже в ваших мирах достану. В лепешку разобьюсь, но вновь нас всех после Академии соберу. Слово даю.

– Вместе до конца! – воскликнула Юля.

– До счастливого конца! – усмехнулся Муха. – Иначе теряется весь смысл авантюры.

Под дружный смех команда двинулась в сторону Академии.

Глава 6

– Уф! И почему нельзя было создать нормальную базу данных? Неужели сложно всю информацию как-то структурировать? – возопил Муха, второй час роясь в картонных коробках, принесенных несколько недель назад из библиотеки. – Мы так до конца года провозимся… Следующего года!

Рома поднял голову от какой-то белой папки и огляделся. Гостиная превратилась в нечто похожее на архив: по всей площади стояли картонные коробки с бумагами и книгами, стопки макулатуры, достигающие едва ли не метровой высоты, были на всех горизонтальных поверхностях комнаты, включая диван и кресла, поэтому работать приходилось сидя на полу. В противоположном конце помещения из-за завалов периодически мельком показывались головы девушек, так же зарывшихся в древние архивы. Шла четвертая неделя сбора информации, но практически без результата. Катастрофически не хватало людей и времени, чтобы разобрать все найденные документы. У девушек дела обстояли ничуть не лучше, и только Артем не принимал участия в этом «развлечении», постоянно где-то пропадая и возвращаясь исключительно на занятия.

Рейтинги команды резко снизились, что несказанно обрадовало Ястребова и привело в неописуемую ярость Николая Степановича. Усталость накапливалась как снежный ком, грозя свести всю команду в медицинское крыло.

– Эх, – тяжело вздохнул Кирсанов. – Нам бы еще человек десять-пятнадцать. Мы бы враз нужную информацию собрали.

– Нет у нас этих человек, – сердито ответила Настя. – И времени с каждым днем все меньше.

– Нужно передохнуть денек, иначе я однажды просто не встану с кровати, – простонала Юля, уткнувшись головой в кипу пожелтевших листов. – Очень много бессмысленной информации и ничего нужного!

– Хорошо, думаю, можно денек передохнуть, заодно подвести промежуточные итоги, – весело сказал вошедший в комнату Артем, ловко перешагивая через расставленные повсюду коробки. – Тем более мне удалось раздобыть интересную информацию.

Переглянувшись, друзья поднялись на ноги. Оглядев царящий в комнате бедлам, командир продолжил:

– Здесь даже присесть некуда, пойдемте ко мне.

Дождавшись, когда команда устроится поудобнее, Покровский плюхнулся на пол, скрестив ноги по-турецки.

– В общем, новости не самые радужные, но главное, что они есть. Настя права, времени у нас практически не осталось. Оказывается, в Академии есть одна крайне милая традиция: всех будущих выпускников собирают на рождественский бал, который организуют Правители. Более идеального места для нашей маленькой авантюры придумать нельзя, а значит, на подготовку у нас осталось чуть больше месяца.

– Мы не успеем, – мрачно оборвала командира Настя. – Мы пятую неделю копаемся в пыльных архивах, а информации о резиденции Правителей никакой.

– В этом-то и соль! – возбужденно воскликнул Артем. – Это единственный раз в году, когда Правители все вместе собираются на территории Академии, которую мы знаем как свои пять пальцев! К тому же ходят слухи, что на вечер будут приглашены учащиеся Школы, что поможет нам замаскировать следы.

– Не спеши, – прервал распаляющегося друга Муха и, переглянувшись с Ромой, продолжил: – В отличие от девушек мы кое-что накопали. Нет, о личностях Правителей и их свите мы ничего толком не нашли, одни легенды и домыслы, но нашлась информация об их охране…

– А вот это уже интересно, – протянул командир. – И что вы раскопали?

– Они называют себя Ликвидаторы. Представьте бойцов, убийц, которые изо дня в день оберегают покой начальников. Через год такой человек может стать хорошим охранником, через десять лет – специалистом, а спустя двадцать-тридцать – профессионалом. Представили? А теперь вообразите таких людей, но с опытом, исчисляемым не десятками лет, а сотнями и тысячами, при этом имеющих доступ к любому существующему оружию и самым современным системам охраны. Каждый из них равен армии таких, как мы. Искусство боя, тактика, стратегия, маскировка – все на высшем уровне. Они могут быть буквально невидимыми до тех пор, пока человек, рискнувший с ними сразиться, не будет уничтожен. За сотни лет постоянных убийств мораль стирается, а принципы, наоборот, крепнут. Для них не важны деньги, власть, любовь. Они машины, созданные оберегать своих господ, готовые уничтожить любого, кто встанет на их пути. Немаловажным является и то, что эти бойцы плевать хотели на наше бессмертие на Территории, они убивают раз и навсегда. Они – Ликвидаторы.

Комната погрузилась в звенящую тишину. Все пытались представить будущего соперника и придумать, что можно ему противопоставить.

– Да, ребята, – задумчиво протянул Артем, рассматривая хмурых друзей. – Задача немного усложняется.

– Погодите, то, что мы раскопали, больше легенды, чем факты. Не думаю, что стоит на них опираться, – перебил Роман. – Может, на деле все окажется иначе.

– Бессмертные воины с вековым опытом убийств и оружием будущего. Ты можешь представить противника серьезнее? Сможем подготовиться к встрече с ними, и любой неожиданный поворот не страшен будет! – парировал Покровский. – Есть у кого-нибудь идеи, как все организовать?

Друзья задумчиво молчали.

– Может быть, снайперы? Пока будут приходить в себя от пули в лоб, возьмем устройство, – нерешительно предложила Настя.

– Не вариант. Оптику они точно засечь в состоянии, я даже близко не подберусь, а это моя стихия. Да и алиби не будет, – возразил Муха. – Может, подорвать кортеж при подъезде к Академии?

– Ага, и, как стервятники, слететься на трупы. Вот алиби-то будет! Никто не заподозрит! – Ядом в голосе Кирсанова можно было травить людей. – Гораздо проще все-таки найти резиденцию и подкупить каких-нибудь горничных…

– А много ты уборщиц или горничных в Академии видел? – улыбнулся Артем. – Нет? И я не видел. А все потому, что их здесь нет. Не забывайте, что Академия – это, скорее всего, тоже проекция какого-то здания из другого мира, и убирают ее, видимо, в родной реальности. Что мешает Правителям сделать резиденцию по такому же принципу?

– А почему вы так уверены, что они принесут эти устройства с собой? Не проще ли их оставить в каком-либо сейфе? – удивилась Громова.

– Не проще. Они их не снимают. На Территории им никто не сможет противостоять в открытую, а вот взломать по-тихому сейф смогут. Умельцев везде хватает, – объяснил Роман.

– А почему вы их хотите непременно убить? Если они бессмертны и живут уже несколько веков, то, возможно, мы даже не успеем к ним подойти, когда они придут в себя. – Юля задумчиво накручивала на палец локон. – Бессмертные или нет, но они все еще остаются людьми…

– Точно! – воскликнул Муха. – Зачем их взрывать? Пробьем колеса кортежу и перекроем дорогу грузовиком. В машины пустим усыпляющий газ, а страховать будут снайперы с транквилизаторами, которых выпустим в последнее мгновение, чтобы их не засекли!

– Как-то сложно, – поморщилась Настя. – Слишком много спорных моментов и независимых факторов, да и алиби никакого не выйдет, гораздо проще сделать все по-тихому.

– Что ты предлагаешь? – заинтриговался командир.

– Снотворное. На Рождественском балу добавить во все напитки снотворное. Вряд ли кто-то сможет выдержать всю ночь и не выпить хотя бы воды.

– Интересная мысль… Но не бегать же за каждым с таблеткой. Надо добавлять в процессе заготовки продуктов к празднику. А это опять-таки проблематично… – вслух стал рассуждать Кирсанов. – Да и не факт, что все Ликвидаторы будут пить. Опять же, сложно рассчитать дозу, чтобы все начали отключаться одновременно и не поднялась паника.

– А что, если объединить эти идеи… – задумчиво протянул Покровский. – Вместо снотворного в бокалы – газ в вентиляцию. Может, пить они и не будут, но дышать-то станут. И доза получится у всех практически одинаковой, да и осуществить не слишком сложно.

Все вновь погрузились в размышления, просчитывая возможные варианты развития событий.

– Хорошо, раз больше идей нет, то работаем пока по этому плану. Нюансы обсудим позднее, сейчас надо хорошенько все обдумать. – Командир хлопнул в ладоши. – А теперь предлагаю спуститься на ужин и хорошенько подкрепиться. Все-таки с набитым брюхом живется веселее!

Утро, как и любую другую часть дня, можно сделать счастливым, если знать правильный рецепт. Что характерно, для каждого человека он свой: кому-то хватит чашечки ароматного кофе или плотного завтрака, кому-то потребуются объятия любимого человека, а кто-то сразу просыпается счастливым. Артем прекрасно знал, какой рецепт счастья предназначен именно для него. Лучшее утро – то, которое начинается в обед, искренне верил он.

К сожалению, в Академии долгий сон был пределом мечтаний, недостижимой целью, иллюзией. Вот и сегодня приходилось вставать безбожно рано. Отвратительная дождливая погода, напоминающая ему о родном Петербурге, просто умоляла остаться под теплым одеялом и никуда не идти, однако курсант, с тяжелым сердцем и грустью в слипающихся глазах, медленно побрел в сторону гостиной, ибо только там находился чайник и банка растворимого кофе. Наполнив огромную кружку бодрящим напитком, он безжалостно смахнул на пол гору мешающихся бумаг и с удобством развалился в мягком кресле. Сверху послышалась тихая ругань, перемешивающаяся с недовольным бурчанием. Медленно, но верно, как перегруженные локомотивы, Рома с Мишей брели сквозь завалы бумаг к своему другу.

– Утро доброе, товарищ командир, – хмуро пробасил Мухин. – Сам не спишь и людям не даешь, изверг окаянный.

– Не злись, Муха, дело действительно важное. Нам в срочном порядке надо в Бальный зал попасть.

– Что еще за Бальный зал? – удивился Кирсанов.

– Это главный зал торжеств в Академии, – терпеливо пояснил Покровский. – И Рождественский бал для будущих выпускников проходить будет в нем же.

– Погоди, я вообще первый раз об этом зале слышу. Где он находится хоть?

– Второй этаж северного крыла.

– Ты в своем уме? – устало спросил Михаил. – Северное крыло – запретная территория. Личные комнаты преподавателей, лаборатории, хранилища оружия, в том числе и экспериментального. Нас просто четвертуют, если мы туда полезем.

– Если поймают, конечно… – протянул Рома. – Ну, собственно, я понял, ради чего ты нас среди ночи поднял. План хоть есть какой-нибудь?

– О, вы удивитесь, – с самой интригующей улыбкой протянул командир. – Собирайтесь, выходим через десять минут.

Холодный дождь неприятно колол лицо и ухудшал и без того отвратительную видимость. Мелкими перебежками, стараясь издавать как можно меньше шума, друзья перешли через стадион и зашли в приоткрытый ангар.

– Нет, ты же не серьезно, правда? Очень-очень глупая шутка, Тём. – Михаил с надеждой посмотрел на командира и чуть не взвыл, заметив его серьезный взгляд. – Самоубийство. Натуральное самоубийство. Да еще и очень изощренное.

Рядом тихо посмеивался Роман, протирая мокрые от дождя очки.

– Забавная идея, командир. Давайте пробовать.

Мухин тихо взвыл и наигранно схватился за голову.

– Ну почему я?! За что? Что я вам такого сделал?

– Переигрываешь, – прервал его излияния Артем. – Времени у нас не так много, поэтому давайте начинать. Муха, никто, кроме тебя, этой штукой управлять не умеет, потому не выделывайся.

– Между прочим, в прошлый раз я погиб, испытывая это гов… это изобретение, – поспешно поправился он под суровым взглядом командира. – А новую версию мы так и не смогли собрать, если помнишь.

– Это было почти год назад, – со смешком заметил Кирсанов. – Ты всего лишь врезался в стену. Можно было бы уже и смириться.

– Это была моя самая болезненная смерть! – воскликнул Михаил. – Я себе сначала половину костей раздробил, а потом шею свернул!

– Так, хватит. Ты муха – тебе и летать. Давай надевай этот несчастный реактивный ранец и не возмущайся. Поднимешься на крышу, скинешь нам с Ромой веревку. Понятно?

– Да, – вздохнул курсант, закрепляя на плечах лямки. – Эх, была не была.

Сложная металлическая конструкция с несколькими уходящими вниз трубами, крепящаяся на спине, охарактеризованная Покровским как «реактивный ранец», противно загудела и начала выбрасывать клубы дыма. Муха поспешно схватил моток скалолазных тросов, начал активно переключать тумблеры на небольшой панели управления, выведенной под правую руку, и понемногу стал подниматься в воздух.

Постепенно он достиг нужного крыла Академии, представляющего собой закрытую для курсантов часть замка. Поднявшись к северной башенке, Мухин аккуратно опустился на небольшую плоскую площадку крыши. Отстегнув «рюкзак», зацепив край веревки за каменный парапет и сбросив второй конец товарищам, он присел рядом, рассматривая территорию и болтая ногами в воздухе.

Слегка расслабившись и уже не обращая внимания на усиливающийся дождь, Муха неожиданно закричал, когда его резко дернули за щиколотку, заставляя упереться руками в бруствер. Послышавшийся вслед за этим оглушительный смех Кирсанова с Покровским ожидаемо смешался с яростным матом Михаила, который высказался о шутниках в выражениях, которые постеснялись бы употреблять в речи даже лучшие из сапожников. Прервав яростную тираду, курсант принялся затаскивать на крышу друзей, все еще подергивающихся от беззвучного смеха.

– Идиоты, – мрачно констатировал факт Мухин. – И как вам вообще доверили решать судьбы миров?

Ответа на сей риторический вопрос он не дождался. Артем только задорно улыбнулся и потащил товарищей к небольшому люку.

Тяжелая каменная плита с некоторым подобием ручки посередине поддаваться совершенно отказалась, словно ею никто не пользовался уже несколько веков. Поразмыслив над неожиданным препятствием, друзья вновь решили использовать ранец как самую мощную из имеющихся тяг. На этот раз Муху уговаривать даже не пришлось. Прикрепив скалолазные тросы к люку и накрепко примотав их к одной из выступающих труб «рюкзака», экстремал оторвался от земли, заодно увлекая за собой каменную плиту. Конечно, особо сильной тяги у реактивного ранца не было, но при активной помощи товарищей немного приподнять и сместить тяжелую крышку люка получилось, что привело Михаила в полный, можно сказать детский, восторг. А уж открывшийся доступ к мрачному чердаку пробудил у всей троицы безудержное любопытство, будто у исследователей чего-то старого, забытого самим временем.