Вкус счастья в итальянской деревушке

Сразу лечь и уснуть я не могу, поэтому обычно устраиваюсь на диване и слушаю ток-шоу «Ночные друзья» – для тех, кто не спит. Мне нравятся истории слушателей: они создают ощущение, будто я снова в кругу друзей – как в детстве. Примерно таким я представляла свой ресторан, но вместо живых там голосов царит гнетущая тишина.

Когда передача заканчивается, я иду в душ, надеваю старую футболку, вставляю беруши и прощаюсь с миром. По крайней мере, до завтра. Впрочем, уже до сегодня, потому что раньше трех ночи я никогда не засыпаю.

Я пересекаю небольшую гостиную и подхожу к кухонному уголку. Открываю окно. Комната наполняется запахами наступающего лета – странным коктейлем из разогретого асфальта, смога и потных тел. Городское лето во всей его красе. Я бы предпочла аромат цветов и соленый ветер, но мечтать об этом бесполезно.

Высовываюсь наружу в надежде разглядеть хоть что-то интересное. Там все как обычно: в нескольких метрах напротив – безликий фасад соседнего дома и окно ванной комнаты парня, который дважды в день ходит в душ.

Мой желудок урчит все громче. Нужно что-то съесть. В холодильнике пусто, но у меня есть план на случай чрезвычайных ситуаций. Я открываю морозильник, он доверху забит припасами: пиццы, лазанья, полуфабрикаты для жарки, пирожки, оливки по-асколански, моцарелла в кляре, фрикадельки, рулеты, тирамису… Если бы ко мне внезапно нагрянули гости, я смогла бы легко устроить изысканный ужин. Пир на весь мир – если бы только этот мир зашел ко мне в гости.

Достаю пиццу с салями и отправляю в духовку.

Сидя за кухонным столом, массирую виски. Нужно решать, что делать со своей жизнью.

Если ресторан не начнет приносить прибыль, меня спасет только перепродажа лицензии. Но теперь и эта возможность кажется призрачной. Кому нужен убыточный бизнес? Еще и аренда вот-вот удвоится. Настроение падает окончательно, боли в животе усиливаются. Придется набрать еще кредитов? Или меня вынудят закрыться и всю оставшуюся жизнь вкалывать на погашение долгов? А если дойдет до того, что я не смогу платить за квартиру? Тогда останется лишь одно: отправиться автостопом к отцу в Индию и навсегда пропасть с радаров.

В последний раздел списка я записала все, что перестала делать для себя: больше не рисую, не занимаюсь йогой, уже месяц не открывала книгу…

Зачеркиваю каждый пункт жирной линией в надежде стереть их из жизни. Но и из-под черты они продолжают смотреть на меня. Я комкаю лист и швыряю его о стену.

Бью кулаком по столу. Чувствую боль. И наконец плачу.

Я не плакала уже много лет. «Это бесполезно», – твержу я себе между всхлипами, но не могу остановиться. Дело не в какой-то отдельной ошибке, кажется, ошибка – это я сама. В мире, где успех вроде бы доступен каждому, где открыты все пути, я продолжаю терпеть поражения. Значит, проблема во мне. Другого объяснения быть не может. Мне хочется забиться в ванную, чтобы скрыть слезы, но я понимаю, что прятаться от себя бессмысленно. Вот она, моя реальность. Меня в ней нет, и выхода нет тоже. Я сама себя сюда загнала, совершая одну ошибку за другой; ловушка захлопнулась, и все, что я могу сделать, – разорвать этот порочный круг. Но что потом?

– Добрый вечер, ночные друзья!

– Добрый вечер, – привычно отвечаю я радио.

Друзья, человечество – сегодня даже вы ничем не сможете мне помочь.

– Этой ночью мы будем говорить о счастье.

Счастье. Параллельная вселенная, такая далекая от моей. Я не знаю ее языка. Я просто блондинистая девчонка с французской косичкой, которая вот-вот утонет в собственных слезах. Пока, ночные друзья, выключу-ка я вас. Хотя и на это нет сил.

– Итак, – продолжает голос по радио, – мы приглашаем вас поделиться своими историями. Расскажите, что вам нравится, что вдохновляет, что доставляет удовольствие и делает вас счастливыми…

Я машинально открываю секретный ящик кухонного стола.

Первым делом достаю изображение Шивы, которое нарисовала в детстве. Бледный и молодой, он восседает в позе лотоса. Его буйные волосы собраны в пучок, из которого бьет ни много ни мало река – священный Ганг! Змеи служат ему украшением, а голову венчает тонкий полумесяц. Шива – бог бесконечно щедрый, он может все.

Я беру рисунок в руки и с сожалением думаю, что так и не решилась обустроить для него алтарь, как в прежние времена в ашраме. А вдруг придут гости, что они подумают? Уж лучше убрать все с глаз долой и налить им по рюмочке ликера. Пусть думают, что я нормальная. Что не было у меня причудливого, но счастливого детства в раю, полном веселья и хаоса, в общине, где люди делили друг с другом все радости и труды. Что я не росла в апулийской деревне, на вольном воздухе Итрийской долины, среди труллей[7] и иссушенных солнцем каменных стен, в пыли овечьих тропок, в серебристой зелени олив, не привыкла к вылазкам на бесплатные пляжи и к узелкам моцареллы в сумке-холодильнике. Что меня не воспитывали эксцентричные родители и не окружали статуи четырехруких божеств, фрукты и рис, сжигаемые в качестве подношений, и песнопения под звон бубна и фисгармонии.

С моим образованием в сфере пиара и работой, которая дает самореализацию и независимость, я просто предложила бы гостям кофе. А вместо этого пустилась плясать по граблям… к тому же босиком, как в детстве.

И гости так и не пришли.

Достаю из ящика чеканную железную чашу с сушеными цветами календулы. Помещаю в нее образ Шивы. Вот и открытки, которые отец мне слал все эти годы. Выкладываю их стопкой у моего импровизированного алтаря. Беру малу[8] из плодов рудракши. Я не ношу ее на виду – чтобы не вызывать лишних вопросов и не выглядеть участницей какой-нибудь сомнительной секты.

Надеваю малу на шею и достаю из ящика коробку с карандашами и благовония. Зажигаю одно, сандаловое, и отодвигаюсь, чтоб не затушить его слезами. Кончик тлеет, поднимается тонкая струйка дыма. И сразу же веет прошлым, оно касается меня, щекочет ноздри, обнимает. Вот он, мой дом.

– Ну что, ночные друзья, готовы записать свои голосовые сообщения и отправить их на наш обычный номер? Сегодняшний вопрос простой: когда был ваш последний счастливый день?

У меня перехватило дыхание. Когда был мой последний счастливый день? Я знаю. Несомненно. Я знала это всегда. Пыталась забыть, упрямо двигалась вперед, но часть меня так и осталась там.

Я где-то читала, что, когда все идет не так, надо сделать движение в противоположном направлении. А когда на тебя наваливается целая гора проблем, когда кажется, что выхода нет, – что делать, чтобы спастись? Внезапно меня осеняет. Я понимаю, что нужно сделать. Точнее, что я хочу сделать. Так-то, ночные друзья.

Спасти меня может только прыжок в неизвестность, только безумие: вернуться в прошлое – и немедленно! Не думать о последствиях и других вариантах, ничего не взвешивать. Вернуться туда, где я выросла, к людям, которые были рядом. Туда, где осталось мое счастье, мои мечты и стремления, осколки моей личности, без которых мне никогда не стать целой.

Чувствую, как внутри поднимается таинственная сила. Я исполнена решимости.

Звенит таймер духовки. Я вынимаю пиццу, оставляю ее на столе и распахиваю шкаф. Хватаю холщовую сумку, кидаю в нее две пары трусиков и лифчик. Среди черных футболок и брюк, униформы Nuvola, нахожу единственную футболку, которая у меня осталась с подростковых лет, – с портретом Мадонны и надписью: «Я – мое искусство. Я – мой шедевр». А вот и подходящая юбка, красная, свободно висящая на бедрах, длиной до щиколотки. В ванной я бросаю в сумку расческу, зубную щетку и пасту. Не закрывая сумки, возвращаюсь в гостиную и сгребаю туда карандаши, папины открытки, телефон, кошелек и ключи от машины.

Быстро осматриваюсь. Ничего важного больше в голову не приходит. Нет, мне больше ничего не нужно. Нужно спешить. Я хочу уже к утру оказаться там – на том распутье, где приняла свое первое взрослое решение и где была по-настоящему счастлива.

Я поглаживаю рудракша-малу на шее. Холщовая сумка болтается на плече. Открываю дверь.

Это побег? Да.

Импульсивное решение? Возможно.

Правильный поступок? Не знаю.

С другой стороны… когда я вообще поступала правильно?

Но мне уже лучше. Пусть немного, но легче.

Да, эта мысль приносит облегчение. Я уезжаю.

Глаза еще влажные, но что-то неуловимо изменилось, что-то зашевелилось внутри меня.

Оглядываюсь на прощание. Прощай, пицца с салями. Прощай, моя вечно пустая двухкомнатная квартира. Прощайте, ошибки, неудачи, бессонные ночи. Прощай, Nuvola. Прощайте, всё и все.

Я закрываю дверь на несколько оборотов и отправляюсь в свой последний счастливый день.

3

Взятый в лизинг белый автомобиль служит мне исключительно для коротких перемещений – от супермаркета до ресторана. И каждый раз я забываю, где его припарковала. То ли от избытка мыслей в голове, то ли потому, что улицы вокруг как под копирку: одинаковые, безликие, будто выстроенные чиновником от архитектуры. В попытке оживить эту бетонную однотипность кто-то предложил назвать улицы в честь цветов, но различимее они от этого не стали. Улица Гиацинтовая, Гвоздичная, Олеандровая, Рододендроновая…

Без справочника по ботанике не разобраться. Неудивительно, что я вечно блуждаю в поисках своей машины.

Но только не сегодня! Сегодня я вспоминаю, как в детстве выбирала цветы из больших плетеных корзин и плела из них гирлянды. Вот куда я пытаюсь вернуться! И судьба явно на моей стороне: я сразу замечаю неподалеку свою машину – белую и неприметную, будто на заводе ее забыли раскрасить.

Она могла бы быть розовой, оранжевой, или желтой, или в горошек – казалось бы, все возможно, – но она белая, и все тут. Индивидуальный дизайн стоил бы на тысячи евро дороже. Пришлось смириться.

Внутри меня встречает привычный синтетический аромат. Тут всегда так пахнет, будто где-то в салоне спрятан ароматизатор «Елочка».

Я открываю окна и впускаю живительный воздух.

Стоя на светофоре, я вполне могу сойти за девушку, которая едет домой с позднего ужина или на вечеринку. Конечно, на моих скулах ни следа блесток или хайлайтера, светлая коса растрепана, и одета я в простую черную футболку с логотипом Nuvola на груди. Но кому придет в голову, что всего несколько минут назад я заперла дверь на два замка и сбежала по лестнице с одной полупустой сумкой в качестве багажа – навстречу десятичасовой дороге? Если бы кто-то спросил, пришлось бы признаться: «Я в бегах».

Стартую с места и включаю радио. Ночные друзья, я вас слышу. Мне важно чувствовать вашу близость. Спасибо за истории, которыми вы делились со мной все эти годы. Без вас я бы сейчас не сидела за рулем. И уж точно не решилась бы на это безумие. Я бы отправила вам голосовое и спросила, что вы об этом думаете, но мне не хочется сбавлять скорость. Лучше расскажу вам позже, как все прошло. Обязательно расскажу. Обещаю.

На приборной панели вибрирует телефон – это новый отзыв.

Я останавливаюсь. Пальцы сами тянутся проверить: три звезды. Заголовок: «Эй! Есть кто?» Текст: «Неплохо, но концепция заведения мне непонятна. И в зале я был один».

Вообще-то там была еще и я. Мы даже могли бы поболтать – если бы я только оторвалась от ноутбука. С каким удовольствием я бы так и написала! Но, как всегда, сдерживаюсь и копирую шаблон: «Спасибо, что нашли время оставить отзыв о нашем заведении. Мы стараемся, и ваше мнение для нас важно. Надеемся увидеть вас снова в ближайшее время».

Я на кольцевой. Начинаю чувствовать расстояние: я уже на несколько километров оторвалась от своей обычной жизни. Чтобы не растерять остатки мужества, фокусирую внимание на фарах обгоняющих машин. Стараюсь убедить себя, что поступила правильно: оставила позади ошибки и неудачи, бросилась в омут неизвестности, чтоб следовать своей судьбе и отбросить все лишнее.

Неожиданно загорелся индикатор запаса топлива. Как говорит гомеопат, лучше опираться на конкретные факты. Нужно заправиться.

При виде заправки я вдруг понимаю: впереди ночь за рулем, а с собой лишь старые воспоминания и совсем ничего, чтобы подкрепиться. В машине у меня только россыпь чеков на коврике для ног, солнцезащитные очки без дужки, мятый пакет от чипсов и бутылка, скорее всего пустая.

Я заправляю машину, наполняю бутылку водой из раковины в туалете и задерживаюсь у полок магазина. Цельнозерновые таралли[9] без пальмового масла? Совсем скоро я буду есть их прямо из печи… Хлебцы с розмарином? Они стоят как золотые… Старые добрые Ringo[10]? Упаковка мятая, не внушает доверия… Не говоря уже о сэндвичах на прилавке – они напоминают о вечерних перекусах с Гвидо и скрипучих рольставнях. Я покупаю термос и заказываю три кофе лунго.

– Не слишком полезно для здоровья, но я тоже так делаю – иначе ночную смену не выдержать, – говорит бариста, заметив, как я наливаю кофе в термос. – Хочешь, подолью кипятка?

Ее неожиданная любезность немного успокаивает меня.

– Спасибо, – я стараюсь, чтобы она поняла: это не автоматическая вежливость.

– Съешь еще что-нибудь сладкое, иначе гастрит обеспечен.

– Меня сразу клонит в сон, как поем.

Опустим финансовую сторону вопроса.

– Куда направляешься?

– Да так, в Апулию, – говорю я нарочито беззаботно.

Она качает головой, улыбается – и высыпает на прилавок горсть миндальных печений в индивидуальных упаковках.

– Вот, дарю. Представим, что я твоя тетя.

– Вы определенно добрее моей тети. Спасибо.

Я не стала объяснять, что у меня нет и никогда не было тети. И что я почти потерялась среди всех этих стеллажей, неоновых лампочек и немногочисленных сонных посетителей, а она помогла мне почувствовать себя чуть лучше.

Возвращаюсь к машине, уверенная, что эта встреча – добрый знак и путешествие обещает быть хорошим. И обнаруживаю себя посреди темной и пустынной парковки, прямо как в фильме ужасов. Дергаю дверцу, ныряю в машину и трогаюсь – и тут-то меня накрывает страх. Что, если я совершила роковую ошибку? Перепутала смелость с безрассудством и решилась на непосильную авантюру, которая добьет меня окончательно?

– Вот и подошло к концу мое приключение, дорогие «Ночные друзья», – обращаюсь я к слушателям передачи. – К счастью, у меня с собой диск «Битлз». Звуки льются из динамиков, и во мне просыпается уверенность: я справлюсь. Джон, Пол, Джордж, Ринго – с вами я уже не одна. И да, у меня все получится.

Римини остается позади, и я чувствую, что на верном пути, хотя до конца Адриатического побережья еще далеко. Дорога почти пуста, не считая фур, – я обгоняю их одну за другой. «В конце концов, – говорю я себе, – это просто долгая ночная поездка на машине. Хватит страхов и сомнений». Приближается утро, и вместе с ним – Апулия. На этот раз, возможно, я сделала правильный выбор. Так или иначе, новый день на подходе, и я мчусь сквозь вселенную навстречу своему прошлому.

Время от времени я притормаживаю, чтоб достать печенье, хотя это не так просто. Подумываю остановиться на обочине и распаковать их все, чтобы потом поедать, не отвлекаясь от дороги. Все равно скоро мне понадобится в туалет, а мысль о посещении уборной на темной заправке в три часа ночи меня совсем не радует.

Если б кто-то спросил, я бы вряд ли назвала себя храброй. Я из тех, кто зажмурится или промотает напряженную сцену в триллере, а потом так и будет гадать, кто же убийца. Я люблю комедии, где чудаковатые герои влипают в неприятности, встречаются, возможно даже ссорятся, но потом влюбляются друг в друга. Я могу пересматривать их бесконечно, потому что знаю, чем все кончится и какие чувства у меня это вызовет.

Я рискую сделать короткую остановку на обочине, чтобы быстро пописать между открытыми дверями, бог с ней, с распаковкой печений. В спешке пачкаю туфлю, возвращаюсь в салон и понимаю, что снова нужно заправиться. Въезжаю на заправку со скоростью пешехода, пытаясь оценить обстановку. Расплачиваюсь картой у бензоколонки, затем беру в одну руку насос, а в другую – телефон на случай экстренного вызова. И вижу, что батарея почти разряжена.

Я забыла зарядное устройство. Зарядное устройство! Этот жизненно необходимый предмет. Может, это знак? Послание подсознания? Желание оборвать все связи? Ладно, лишь бы телефон выполнил свою текущую задачу – довел меня до места назначения, а там посмотрим. Когда? Кто знает. Кто вообще знает хоть что-нибудь? Я уменьшаю яркость экрана и включаю энергосберегающий режим.

Возвращаюсь в машину, к дружочкам «Битлз», чьи голоса похожи на объятие. Вот за что их люблю.

Пезаро, Анкона, Сан-Бенедетто-дель-Тронто. Дорога как будто постоянно удлиняется, как в видеоигре. Кофе закончился. Мне то холодно, то жарко и ужасно клонит в сон. Вернулось оцепенение, с которым я ежедневно сражаюсь. Я стараюсь держаться – щипаю себя за щеки, открываю окно и время от времени высовываю голову наружу.

Пескара. Васто. Сан-Северо. Машина вдруг начинает стонать, как раненое животное. Что это, интересно? Вдобавок загорается какой-то незнакомый индикатор – какая-то щетка, фара? Странный шум не прекращается. Останавливаться совсем не хочется: небо светлеет, скоро рассвет и Апулия уже близко. Невероятно, но я почти у цели.

Я вернулась. Не знаю, как все сложится, но, может быть, хорошо. По крайней мере, мне хочется в это верить.

Машина внезапно замедляется, снова газует – и с содроганием тормозит опять.

Я съезжаю с автострады и сворачиваю на шоссе. Машина идет рывками, а я, стараясь не переключать передачи, держу четвертую с легкой подачей газа. Ловлю себя на том, что шиплю от натуги, как будто пытаюсь помочь ей, подтолкнуть. Не сдавайся, только не сейчас, цель уже так близко! Я почти на месте, почти приехала… В воздухе уже пахнет домом.

Отступать нельзя.

4

Откуда этот звук? Из сердца Земли? Из другого измерения, где я наконец от всего свободна? Может, с неба? Может, это Шива зовет меня?

«Нет, ну, Шиву я как-то иначе себе представляла», – замечаю я про себя, приоткрыв один глаз. Точно не в зеленой безрукавке и джинсовых шортах. Не думала, что он может быть таким… земным. Стучащий в стекло субъект весь блестит от пота, от нахмуренного лба до крепких волосатых рук. Лицо обрамлено черными волосами, широкими бакенбардами и густой бородой. Если говорить о возрасте, я бы дала ему сорок с чем-то.

Он настойчиво барабанит в окошко.

В салоне невыносимо жарко, солнце бьет в лобовое стекло. Вокруг, насколько хватает взгляда, тянутся оливковые рощи и красная выжженная земля.

Я провожу рукой по лицу и открываю дверцу, улыбаясь так, будто спать в машине, заглохшей на разделительной полосе посреди перекрестка, для меня привычное дело.

– Что случилось? – участливо спрашивает незнакомец.

– Мотор отказал, или что-то в этом роде, – отвечаю я.

Похоже, я просто уснула головой на руле, когда машина вышла из строя. Сколько я проспала? Смотрю на время – к счастью, телефон еще не разрядился: без десяти одиннадцать. Девятьсот пятьдесят километров без остановок за спиной и всего десять километров до цели. Но мне же во всем не везет, почему этот раз должно быть по-другому?

Я бьюсь головой о руль – один, два, три раза. Несильно, но с упорством человека, пытающегося отыскать брешь в глухой стене.

– У тебя все нормально? – спрашивает мужчина.

– Примерно как у моей машины. Но не бери в голову.

– Куда ты ехала?

Мне вдруг хочется рассказать ему о детстве – о том, как бегала по сельским тропам, о жизни в ашраме, о верных друзьях и о том самом дне пятнадцать лет назад… Когда я сделала свой первый неверный шаг.

– В соседнюю деревню, – отвечаю я вместо этого.

– Тогда я позвоню Данте, он приедет на эвакуаторе. А я отвезу тебя в деревню. И никаких проблем.

– Ты просто мой спаситель, – отвечаю я, с радостью переходя на «ты». Может, он и не бог Шива, но этот благородный незнакомец – настоящий подарок судьбы. Я готова обнять его и сказать: «Возьми все на себя, пожалуйста. Мы не знакомы, но я тебе доверяю. Чувствую, что ты хороший человек. Я отдаю свою жизнь в твои руки, как кубик Рубика: собери ее заново, найди решение… и скажи еще раз – никаких проблем».

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Notes

1

В древнегреческой мифологии Селена – богиня Луны, дочь титанов Гипериона и Тейи. Здесь и далее прим. пер.

2

Имя Чандра в переводе с санскрита означает «Луна», в индуизме ассоциируется с богом Луны, символизирующим свет, время и циклы природы.

3

Молодежное и умное (англ.).

4

«Облако» (ит.).

5

«Иди туда, где тебе хорошо» (англ.).

6

Итальянская настольная игра для детей, где нужно аккуратно доставать детали из тела пациента пинцетом, не задевая стенки.

7

Трулли – традиционные каменные домики с конусообразной крышей, характерные для итальянского региона Апулия.

8

Мала – четки, используемые в духовных практиках индуизма.

9

Таралли (taralli) – традиционная итальянская выпечка, представляющая собой маленькие хрустящие крендельки или колечки, популярная на юге Италии (в особенности в Апулии и Кампании).

10

Ringo – популярное итальянское печенье-сэндвич, производимое брендом Pavesi (часть концерна Barilla).