Амазонка 3. Черное - белое

Анастасия Кобякова

Амазонка 3. Черное - белое

Пролог

Вся твоя жизнь на 90% зависит от тебя самого

и лишь на 10% от обстоятельств, которые на 99%

зависят от тебя.

(Эрих Ремарк)

Демьена

- Почему если что-то в этом доме случается, то виновата сразу я? – по моим щекам текли горячие злые слёзы, а в душе бушевал огонь обиды и негодования, находя выход на кончиках моих пальцев.

- Илара! – воскликнула мама, скорее возьми её за руки, пока она не спалила весь дом!

- Хорошо мама, - безропотно согласилась сестра и взяла меня за руки, вызывая изнутри свою стихию – воду.

В серебристых глазах сестры я видела равнодушие, её не мучили угрызения совести за свой поступок, в котором, конечно же обвинили меня. Родителям даже в голову не могло прийти, что такая кроткая и покорная Илара на самом деле дьявол во плоти. Она умело скрывается, подставляя меня под гнев родителей и всей остальной родни, совершая специально нехорошие вещи.

Вот и сейчас мама собирала с пола осколки аквариума, который разбила Илара, она давно хотела посмотреть, насколько быстро умрёт золотая рыбка, если её оставить без воды. Сейчас тело этой рыбки, что подарила бабушка Елена, без движения лежало среди лужи на полу, камней и осколков стекла.

- Демьена, я уже устала от твоих проделок, - выговаривала мне мама, продолжая уборку, пока сестра держала меня за руки, не давая моему внутреннему огню разбушеваться, - когда ты повзрослеешь и перестанешь так ужасно себя вести? Почему ты не можешь жить спокойно, без приключений?

Мне хотелось в очередной раз крикнуть, что это сделала не я, но Илара только крепче сжала мои руки, обжигая холодом глаз и я проглотила свои слова, что так и не успели сорваться с губ. Оставалось безмолвно плакать, накапливая внутри себя обиду и безсильную злость.

- Девочки, идите в свою комнату, - в конце концов сжалилась мама, опустив тело мёртвой рыбки в банку, - и Демьена, хорошенько подумай над своим поведением.

Мама пошла на кухню относить осколки, а я проходя мимо банки с мёртвой рыбкой, забрала её и по пути в комнату, что располагалась на втором этаже, я не пошла на лестницу, а свернула под неё, там находилась дверь во двор, ей пользовались слуги, ну и мы с Иларой.

- Куда? – возмутилась послушная мамина дочка Илара, а я, не удостоив её ответа уже припустила по травяному склону вниз, к пруду.

- Тебе всё равно это не поможет! – крикнула мне вдогонку Илара, выглянув из-за двери, после чего закрыла дверь и пошла в свою комнату, она же не могла так дерзко и нагло нарушить мамины указания.

Ветер свистел в ушах, слёзы на улице мгновенно высохли, я всем своим существом чувствовала свободу. Сейчас бы расправить крылья и полететь куда-нибудь Но мама запрещала летать в Сиринити, да и вообще мы здесь жили как затворники, родители не хотели показывать нас местному населению, чтобы никто нас не счёл уродцами. Поэтому приходилось сейчас бежать в обнимку с банкой, а не лететь навстречу облакам.

Зачем я забрала банку с мёртвой рыбой? Сама не понимаю, не смогла смотреть на её жалкое неподвижное тельце, которое мама вскоре отправила бы в выгребную яму. Как будто у меня в руках рыбке лучше хотя на самом деля я понимала, что ей уже всё равно

Меня всю мою сознательную жизнь непреодолимо тянуло к воде, как выяснилось позже, моей магической стихией оказался огонь, и я инстинктивно тянулась к противоположной стихии, чтобы не сжечь себя саму дотла. В этом я, по словам родственников, походила на дедушку Азазина. Вот и сейчас я бежала к пруду, где жили большие разноцветные и даже пятнистые карпы. При моём приближении они стянулись к берегу и время от времени вытаскивали из воды свои подвижные жёсткие рты, в надежде получить от меня хлебных крошек.

- В этот раз я без угощения, - повинилась я, - убегала в такой спешке, что не догадалась стащить с кухни пару ломтей хлеба.

Рыбы молча продолжали высовывать рты из пруда, мои слова на них не произвели ровно никакого впечатления. Всё же рыбы – непроходимо глупые создания. Я чуть отошла от края воды и присела на роно подстриженную траву. Карпы ещё пару минут покрутились в ожидании угощения, но всё-таки осознав, что хлеба не дают, да и я сама исчезла с их глаз, постепенно уплыли по своим делам. Поверхность пруда успокоилась, по её глади безбоязненно заскользили водомерки, а я поднесла к глазам банку, которую и сама не знала зачем стащила.

Золотая рыбка лежала в прежней позе, маленькая, словно резко уменьшившаяся в размерах. Мне раньше казалось, когда я наблюдала за ней через стекло аквариума, что она точно, раза в два больше, чем теперь. От её былого величия и пышных плавников сейчас ничего не осталось. Я разглядывала её и не понимала, что дальше с ней делать. Логично было похоронить, но здесь, в идеальном зелёном ковре газона руками невозможно было выкопать даже самой крошечной ямки. Инструмента у меня, естественно не было, а весь садовый инвентарь хранился в специальном сарае и запирался на ключ.

Бросить рыбку в пруд – показалось мне самой подходящей идеей, не возвращать же в конце концов её обратно в дом. Уж этого на радость старшей сестре я не могла себе позволить сделать.

Вытряхнув рыбку на ладонь я ощутила её холодное и всё ещё мокрое тело. Острое чувство жалости охватило меня с ног до головы отозвавшись внутри резкой тошнотой. Мне хотелось согреть это холодное неподвижное тело, вдохнуть в него жизнь и вновь увидеть рыбку во всей красоте живого существования. Поддавшись неведомому порыву я выдохнула на свою ладонь облачко тёплого воздуха, а потом сделала это ещё раз и ещё, будто действительно могла отогреть рыбку.

Неожиданно я почувствовала движение в своей руке и испугавшись дёрнулась, рыбка с тихим всплеском упала в воду и взмахнув своим красивым красно-золотым хвостом, уплыла в глубину. Я осталась на берегу с открытыми от удивления ртом и глазами. Сердце колотилось слишком быстро, а разум искал хоть какое-то более-менее подходящее оправдание произошедшему. В нашем мире есть место волшебству, но не может же быть, чтобы я на самом деле оживила золотую рыбку. Думаю, она была без сознания долгое время, а потом по случайному совпадению очнулась в моих руках и начала двигаться.

Вода успокоилась, на её полупрозрачной глади не осталось ни малейшего намёка на произошедшее только что чудо. Я довольно долго просидела вглядываясь в толщу воды в надежде, что золотая рыбка вернётся или же её бездыханное тело всплывёт к поверхности, подтверждая, что мне это всё только почудилось и моя рыбка по-прежнему мертва.

- Эй, ты чего здесь сидишь одна? - мягко спросил папа, усаживаясь рядом со мной на траву, - снова повздорили с мамой? - проговорил он, не дждавшись от меня ответа.

Я еле заметно пожала плечами, он всегда будто видел меня насквозь, когда жругие словно не замечали.

- Ну ничего, всё забудется, - папа погладил меня по голове лукой и прижал к своему тёплому боку.

Только теперь я осознала насколько замёрзла, всё же ещё ранняя весна.

- По-моему у тебя крылья стали ещё больше и перьев явно прибавилось, - хмыкнул он отклонившись назад и внимательно изучая мои тёмные перья, слегка трепещущие на ветру.

- Скажешь тоже, - буркнула я, тем не менее на сердце слегка потеплело, словно грозовые тучи наконец-то стали расходиться.

- Пойдём домой? - предложил он, - я даже через тёплый свитер чувствую, как ты замёрзла.

- Давай посидим ещё немного, - попросила я, как птенчик пригревшись под папиным крылом и продолжая своё тихое наблюдение за озёрной гладью.

- Хорошо, посидим ещё немного, - не стал сопротивляться он и в голубых отцовских глазах я увидела своё отражение - маленькое, съёжившееся и слабое.

От этого мне хотелось заплакать и я поторопилась перевести взгляд обратно на воду, чтобы папа не увидел заблестевшей в моих тёмных глазах влаги.

- Мама, она не со зла, - тихо заговорил он, положив свой подбородок мне на макушку, - она вас обеих любит, только не умеет выражать свою любовь, ты же знаешь в каком суровом месте она росла?

Я молча кивнула и он продолжил.

- Там маму не учили любить, проявление любых чувств считалось слабостью и наказывалось. Поэтому маме в сто раз труднее проявлять теперь любовь, когда она сама её в вашем возрасте не испытывала.

- Но тебя же она любит! - не удержавшись вспыхнула я, - почему меня постоянно ругает?

- Я взрослый, - хмыкнул папа и снова заглянул в мои влажные глаза, - это не оправдание, но весомый аргумент и я не сын Латории, отношения другие, не знаю как правильно тебе объяснить, чтобы ты смогла понять, - со вздохом проговорил он и на несколько мгновений затих, устремив взгляд куда-то вдаль.

- Не понимаю, - согласилась я, - но я тебе верю, если ты так говоришь, значит так и есть.

- Спасибо, котёнок, - я по голосу поняла, что папа улыбнулся и звонко чмокнул меня в макушку, - а ты знаешь, что твои волосы пахнут согретым Соурэль лугом?

- Нет, - замотала головой я и папе пришлось немного отстраниться.

- Ой, а что тут делает золотая рыбка? - воскликнул он указывая рукой на воду., - она очень похожа на нашу, аквариумную.

Я прикусила губу и смотрела, как рыбка, что была совсем недавно мёртвой, резвилась в верхнем пласте воды как ни в чём не бывало.

Отцу я тогда ничего не сказала, но с этого дня в моей душе поселились подозрения...

Глава 1. Двенадцать лет спустя

Латория

- Зачем только мы это всё затеяли? -сокрушалась я, глядя как всё больше и больше гостей прибывает в дворец Азазина и Елены.

- Дорогая, - Дарналь нежно приобнял меня, - ты же сама пошла на поводу у девчонок, что упрашивали сделать им тоже выпускной, как у остальных.

- Да знаю я, - вздохнула я, - никак не могу перестать нервничать, ты же знаешь, что я не люблю Нижний мир, хоть ты отсюда родом. Я хотела устроить всё на Сиринити, где мы все прожили уже долгое время.

- Понимаю, - улыбнулся муж, нежно поглаживая мои подрагивающие от напряжения руки, - но ты же знаешь, насколько моим родителям важно показать всему миру силу своих внучек. Каждый демон в нашем мире должен уважать и почитать девочек, они наследницы и кто-то из них займёт трон после деда.

- А ты сам это делать не собираешься? - я резко повернулась в объятьях Дарналя и поймала его взгляд.

- Ты же помнишь пророчество? - вздохнул он, отводя взгляд.

- Ещё бы! - прошипела я, - я его наизусть знаю и никогда не забуду причитания твоих родителей, когда на свет появились наши дочери. Они были крайне разочарованы!

- Они очень любят девочек, - возразил на это Дарналь, не отпуская моих рук.

- Я и не спорю, любят, конечно, но они при любой возможности припоминают, что у нас должен быть наследник! Как будто я виновата, что больше не смогла родить.

- У нас ещё всё впереди, - промурлыкал этот невыносимый голубоглазый демон мне в шею, прижимаясь всем своим телом к моей спине.

- Веди себя прилично! - пожурила его я, а то придётся пропустить такой важный день для дочерей.

- Ладно-ладно, - неохотно отпустил меня муж напоследок шепнув, что ночью я точно не отверчусь.

- Там мама, смотри! - воскликнула я, напрочь забыв, что только что хотела бросить всё и уединиться с мужем, - они тоже прибыли!

- Конечно, они бы ни за что не пропустили такое важное событие, - говорил Дарналь, пока я его за руку тащила через весь зал к высоким кованным дверям, где мои родители разговаривали с встречающими гостей Азазином и Еленой.

- И как только ты их смогла разглядеть, - ворчал муж, здесь же дальше пары-тройки метров уже ничего не видно.

- Я их вижу не глазами, а сердцем, - ответила я ему, не сходя с намеченного маршрута.

- Как же я сразу не догадался! - весело хмыкнул Дарналь.

- Мама! Папа! - воскликнула я, отпуская руку мужа и на всём ходу падая в объятья мамы, - как же я соскучилась!

- Мы тоже! - отец обнял нас обеих и его белоснежные крылья закрыли нас от любопытных глаз.

- Как же мы давно не виделись, - смахивая скупую слезу, проговорила мама.

- Прости дорогая, всё дела государственной важности, - повинился отец, - не получалось никак вырваться.

- Ты мог бы их сам решить, раньше без меня справлялся, а теперь что? По каждой мелочи ко мне бежит! - возмутилась мама и групповые объятья как-то сами собой распались.

- Мам, не ругайся, просто отец не хочет с тобой расставаться даже на минуту, - улыбнулась я.

- Вот, - отец поднял указательный палец вверх, - дочь правильно говорит.

- А нас, сестрёнка ты не рада видеть? - обиженно проговорили из-за спины родителей.

- Ой, точно, - хмыкнула мама, - мы совершенно забыли, что прибыли не одни.

- Ты как всегда права, дорогая, - проговорил отец, опуская крылья и отходя в сторону явив моему взору брата и сестру.

- Вивьен! Ты с каждым годом всё больше и больше хорошеешь, - проговорила я, целуя сестру в щёку и обнимая.

- У неё скоро свадьба, - не без гордости проговорила мама.

- И кто же этот счастливчик? - спросила я, вглядываясь в светящиеся глаза Вивьен.

- Это я, - отодвинув в сторону Оскара, ожидающего своей очереди, протиснулся вперёд Лекар.

- Весьма неожиданно, - хмыкнула я, протянув ему для рукопожатия руку, - но тем не менее я очень рада, что избранником моей сестрицы оказался ты.

- Спасибо, - Лекар бережно, но в то же время сильно пожал мою руку, - береги её и будьте счастливы.

- Мама, когда мы уже пойдём дальше? Я тут устал стоять, - громко заявили в задних рядах и Вивьен переглянувшись с Лекаром поспешили отойти к Дарналю и родителям, что стояли в стороне и не мешали воссоединению семьи.

- А кто это у нас так успел вырасти? Что это за ангелок такой? - я присела на корточки и улыбаясь рассматривала кудрявого сына Оскара, прячущегося за подол длинного платья своей матери.

- Ну же, не бойся, это твоя тётя, - проговорила Синди, - иди поздоровайся с ней!

На это малыш только сильнее вжался в мать.

- Не торопи его, пусть освоится, я помню его совсем крохой, а вот он меня конечно же не помнит.

- Иди сюда, балбес, - я развела в стороны руки ожидая, пока непутёвый братец потянется ко мне, чтобы заключить его в объятья.

- Я не балбес, - обиженно запыхтел он, обнимая меня, - знаю-знаю, мне говорили, что ты встал на путь исправление и большую роль в этом сыграла твоя прекрасная жена.

- Спасибо, Синди, я выпустила из объятий оскара и поцеловала в щёку сначала девушку,а потом и зазевавшегося малыша.

- Как прекрасно, - радостно проговорила Елена, - вся семья в сборе!

- В каком это ещё сборе? - крикнул Селим ещё из коридора, его голос я не могла не узнать.

- Точно, как я могла про него забыть, - смущённо прошептала моя свекровь, - похоже я начинаю стареть.

- Прекрати нести эту чушь! - одёрнул жену Азазин.

Они появились вместе: Селим, Клара, Бараль и Санна в окружении шумной ребятни.

- А вот и наши опоздунята! - радостно воскликнула я, торопливо и обнимая каждого из них, а ребятишек я сгребла в охапку, словно цветы в букет.

- Ну тётя! Отпусти! - верещали они, пытаясь вырваться из моих рук, но где уж им! Я ни одного не выпустила, пока не поцеловала как минимум пару раз.

- Где же виновницы этого торжества? - спросила мама, когда радостные выкрики, разговоры и поцелуи поутихли.

- Готовятся к торжественному выходу, наверняка нервничают и волнуются, ведь это первый раз, когда вся семья собралась в полном составе, да ещё и в Нижнем мире.

- Да уж, - хмыкнул отец, - нам пришлось такую конспирацию устраивать в Небесном городе, чтобы сюда добраться без последствий.

- Представлю, - протянула я, вспомнив рассказы наших горе-путешественников о мире отца.

- Дорогая, проводи гостей к их столикам, а я пока проверю наших выпускниц и пора бы уже начинать, - предложил муж.

- Ты прав, все гости на пределе ожидания, - согласно кивнула я, - иди, я всё устрою, через двадцать минут встречаемся здесь.

- Договорились! - муж скрылся среди толпы, и я повела семейство к их столикам в непосредственной близости к сцене.

Глава 2. Выпускной

Демьена

Чёрное облегающее платье с мелкой глиттерной посыпкой, создававшей впечатление огненных всполохов. Бледная, похожая на снег кожа, тёмные, почти чёрные дедушкины глаза, папины антрацитовые волосы ниже лопаток, стройная мамина фигура и эти смешные пучки перьев над ушами, что достались мне от другого деда - Марла. Я уже молчу о тёмных крыльях за своей спиной, доставшихся мне неизвестно от кого, ведь даже у сидов крылья были исключительно белого цвета. Бабушка Елена всегда говорила, что я особенная, я взяла от своей смешанной родни по чуть-чуть, от чего каждый мог сказать, что я точно их родственница - похожа на каждого хоть немного.

Я смотрела на себя в зеркало и хотела понять - нравлюсь я себе такой как есть или нет. Сложный вопрос, неоднозначный. Я с лёгкостью могла назвать свои самые красивые черты тела и характера, но с точно такой же лёгкостью и наоборот, не моргнув глазом скажу всё, что мне не нравилось как в собственной внешности, так и в характере.

Иногда я завидовала сестре. Илара отличалась красотой, гибкостью и твёрдостью характера, что не сказать обо мне. Жалость - вот двигатель моей жизни, я жалела всё и всех, кроме себя. Мне кажется, что другим хуже, чем мне и именно им требуется помощь. Илара же всегда сторонилась тех, кто нуждался или просил помощи, бежала от них как от огня или же грубила. Поэтому она не попадала в неприятности и стала любимицей и опорой мамы. Ко всему прочему Иларе досталась магия воды - близкая к воздушной магии мамы, а я же огонь, как отец, как дед и как основная масса демонов, чья кровь текла в моих жилах. Такое ощущение, что мама забыла, в Иларе так же, как и во мне наполовину демонская кровь.

С Иларой наши отношения хорошими не назовёшь, скорее натянутыми или же терпимыми. Не знаю как она, а я изо всех сил терпела её выкрутасы всё списывая на нашу колоссальную разницу в характерах. Я не хотела ссор, не хотела лишний раз выслушивать мамины упрёки и её вечное сравнение с сестрой. Папа просил меня быть умнее, гибче и терпимее, я и старалась, как могла.

В дверь постучали, прервав собственные размышления, я разрешила войти.

- Готова? - папины глаза светились гордостью и предвкушением.

- Мне кажется, к этому невозможно подготовиться, - со вздохом ответила я ему.

- Эй, выше нос, - папа поднял моё лицо за подбородок и заставил посмотреть ему прямо в глаза, - ты обязательно справишься, я в этом абсолютно уверен!

- Мне бы твою уверенность, - я опустила глаза, не в силах выносить его взгляд.

- Так на, бери, - усмехнулся папа и взял меня за обе руки, - я готов отдать тебе всю свою уверенность, только бы ты улыбалась.

- Спасибо, папа, - я не смогла сдержать улыбку, сердце наполнилось теплом, что исходило от его рук, глаз и слов.

- Другое дело! - мы им всем ещё покажем на что способна Демьена - дочка самого Дарналя.

- Ты меня смущаешь, - хихикнула я, совершенно позабыв о недавних сомнениях и тревогах.

- Пойдём, сейчас ваш выход! Ваш день! - папа потянул меня к двери, а я взглядом пробежалась по комнате, внутри меня зрело чувство, что я что-то забыла.

Только взгляд ни за что не зацепился, да и что мне могло понадобиться на сцене, кроме собственных рук и знаний?

По дороге папа зашёл в комнату Илары, сестра выглядела ослепительно - белое платье выгодно выделялось на фоне её смуглой кожи и светлых волос, идеальными локонами, падающих ей на открытую спину и пышную грудь, затянутую в тугой корсет. Илара никогда не упускала возможности похвалиться своими прелестями, сегодняшний день не стал исключением.

Мы с сестрой измерили друг друга оценивающими взглядами, но от комментариев воздержались, обе прекрасно понимали, чем это всё могло закончится. Поэтому молча взяли с двух сторон папу под руки и пошли к выходу на сцену.

Первые шаги по сцене и мгновенная тишина в переполненном зале. Я впервые порадовалась, что в демонском мире такой непрозрачный воздух и тусклый свет.

- Вот и долгожданные виновницы этого торжества! - провозгласил папа, - прошу любить и жаловать Илару и Демьену.

Зал взорвался бурными аплодисментами, я натянула улыбку и махала рукой, пробегая глазами по гостям и понимая, что многих я вижу впервые, от этого страх скрутил в узел желудок и ком подкатил к горлу.

- Как вы все знаете, мои дочери не учились в Магических академиях, тем не менее у них всегда были прекрасные учителя, которые всему научили их и сегодня у всех собравшихся есть прекрасная возможность воочию убедиться в мастерстве этих двух красавиц.

Очередные аплодисменты, которые невозможно перекричать.

- Не могу не сказать, что сегодня вдвойне особенный день, - продолжил говорить папа после того как зал стих, - именно в этот самый день двадцать один год назад мои прекрасные дочери появились на свет!

Зал взорвался криками поздравлений и аплодисментами.

- Всем спасибо за поздравления, - от всех нас поблагодарил папа, - но не будем вас долго томить, первой покажет свои умения Демьена.

Моё сердце сначала ухнуло куда-то вниз, а потом подскочило и бешено застучало в висках. Я думала, что как обычно первой выступит Илара. Я подняла на неё глаза, она одарила меня презрительным взглядом и кривой улыбкой, больше похожей на усмешку. Она никогда не верила в мои силы, считала меня хуже себя и сегодня мой шанс доказать ей обратное.

Папа взял под локоток сестру, и они отошли к краю сцены, чтобы мне не мешать. На самой же сцене засуетились демоны, они подготавливали реквизит к моему выступлению, у меня появилось несколько минут чтобы прийти в себя и собраться с силами, ведь я это делала не десятки, а сотни раз, я отточила все свои движения до совершенства, я не могла ошибиться, я просто на это не имела никакого права.

Страшно взглянуть вниз, в зал, где множество пришедших, устремило глаза на меня одну, одиноко стоявшую под прицелом всеобщего внимания. Я украдкой посмотрела на папу, тот ободряюще кивнул мне, и я уверилась, что хотя бы ради него я должна всё выполнить правильно, точно так же как на тренировках.

Последний слуга ушёл со сцены, показав мне знаком, что всё готово и можно начинать. В горле пересохло и хотелось пить, но я должна была произнести приветственную речь, прежде, чем начать. Тянуть дольше я не могла...

- Приветствую всех сегодня собравшихся! - громко произнесла я, надев дежурную улыбку и представив, как на моём месте это всё делала бы сестра.

Крики, свист, овации.

- Итак, сейчас я продемонстрирую свои навыки владения стихией огня. Не думаю, что вас, искушённых зрителей можно чем-то удивить, но я очень постараюсь!

Публика аплодировала, все ждали зрелища, ведь пища и напитки и так стояли на их столах, вот бы мне сейчас хоть пару глотков воды.

Начала я с самого простого - зажгла по очереди три факела, потом увеличила интенсивность огня, затем медленно, уменьшила пламя и так же поочерёдно потушила. Казалось бы ничего особенного, но сведущие понимают насколько ювелирно точно необходимо владеть магией, чтобы выполнить это упражнение. Поэтому я не была удивлена, что активнее всего мне аплодировали демоны, они знали.

Следующим моим упражнением стало выращивание на ладони огненного цветка - с правильными лепестками, синими у основания и оранжевыми по краям. Здесь необходима максимальная концентрация, упустишь хоть один процесс, всё пойдёт насмарку. От напряжения на лбу выступили бисеринки холодного пота и ладони стали влажными, но я переживала только об одном - не ударить в грязь лицом перед полным залом, затаившим дыхание. Со стороны это упражнение действительно казалось зрелищны и завораживающим. Когда мне его показал мой учитель впервые, я не могла поверить, что после пяти лет упорных тренировок я смогу освоить огненный цветок. Фигура полностью выращена, сформирована и я позволяю себе бросить короткий любопытный взгляд на столик, где сидела мама...

Мне показалось или же в её смеющихся глазах застыли слезинки? Я задержалась на её лице дольше, чем планировала и на какие-то миллисекунды отпустила свой так кропотливо выращенный цветок, и он тут же превратился в огненный комок. Что мне оставалось делать? Только сделать вид, что так и было задумано. Резко повернувшись я со всей силы запустила свой огненный шар в мишень, переходя резко к третьему упражнению.

Зал ахнул, в унисон выдохнув и аплодисменты посыпались на меня пока я ускорившись метала возникающие поочерёдно в каждой руке файерболы. На папу и Илару мне хотелось тоже взглянуть, но я не могла пока себе этого позволить. Совсем скоро мишень обуглилась и это послужило мне знаком переходить к следующему упражнению.