Альпийская охота

– Какая там сейчас может быть обстановка? В той части Австрийских Альп, куда мы не дошли?

– Сложная, – заговорил Платов, вспоминая карту горной страны. – Войсковых операций там никто не проводил, да и соваться туда частями и соединениями – дело гибельное. Союзники проникают в предгорья Альп и к крупным городам своими небольшими поисковыми отрядами, разведгруппами. Через Альпы в зону оккупации союзников отходят разрозненные фашистские группы. В основном эсэсовцы, которые хотят сдаться в плен американцам, а не нашим войскам.

Когда Шелестов со своей группой прибыл в штаб-квартиру советского гарнизона в здание училища в районе Карлхорст, дежурный офицер сообщил, что военный комендант ждет их, и указал на высокую дубовую дверь. Генерал-полковник Николай Эрастович Берзарин сидел за массивным столом, подписывая какие-то документы. Рядом стоял адъютант, подкладывавший каждый раз коменданту новый документ. Увидев Шелестова и трех его оперативников, комендант одним жестом велел адъютанту выйти и поднялся навстречу офицерам. Коренастый, с фигурой и осанкой основательного человека, Берзарин крепко пожал руки всем четверым и пригласил садиться. Когда офицеры расселись у длинного стола для совещаний у окна, Шелестов, полагая, что поступила новая информация о предполагаемом трупе Гитлера и Евы Браун, спросил:

– Есть новости по экспертизам?

– Да, есть, но пока все предварительно, – кивнул комендант. – Тут дело в другом, товарищи, – вас требует на связь Москва. Причем срочно.

– Неужели появились новые данные о фашистских главарях? – Буторин переглянулся с товарищами.

– Не знаю, что вам и ответить, – усмехнулся Берзарин, – но мне строго приказано оказать вам всю возможную и невозможную помощь в подготовке предстоящей операции. Сообщение с литером «Воздух» за подписью заместителя председателя Государственного комитета обороны. Ожидайте вызова из Москвы.

– Заместитель? – удивился Шелестов. – Молотов?

– Берия, – коротко ответил Берзарин.

То, что заместителем председателя ГКО был Молотов, Шелестов прекрасно знал. Берия всегда был просто членом комитета. То, что он теперь получил статус заместителя, было новостью. Группу разместили в отдельной комнате, а Шелестов ушел ждать звонка из Москвы по ВЧ-связи. Ждать ему пришлось недолго. Не прошло и часа, как Шелестова позвали к аппарату ВЧ.

– Максим Андреевич, у вашей группы срочно меняется задание, – без всяких предисловий заявил Платов. – Генералу Берзарину отправлен строжайший приказ оказать вам любую, я подчеркиваю – любую и незамедлительную помощь в подготовке к выполнению задания. Теперь слушайте о том, какая задача ставится вашей группе…

Карта Австрийских Альп была доставлена через полчаса. Шелестов, сосредоточенный и напряженный, пересказывал оперативникам содержание разговора с Платовым и суть приказа Берии. Слушая командира, каждый оперативник сразу понял, что задача не из легких. По сути – это «пойди туда – не знаю куда и найди то – не знаю что». Координаты, точнее, ссылка на приметы, по которым можно найти в горах пещеру, где в конце войны размещалась лаборатория Клаусена, имелась. Представление имелось и о том, что собой представляют материалы и оборудование, которые необходимо захватить. Была и довоенная фотография немецкого ученого Отто Клаусена. Но добраться до лаборатории и самого Клаусена было сложно и смертельно опасно. Война кончилась, но кончилась она на территории Германии и других европейских стран, а там, в горах, еще звучали выстрелы, там еще встречались пробивающиеся на Запад разрозненные подразделения озлобленных эсэсовцев.

– Не факт, что и союзники нам обрадуются, если мы нагоним Клаусена в их зоне оккупации и потребуем его себе, – добавил свою «ложку дегтя» Сосновский. – Скорее всего, нас шлепнут и скажут, что знать не знают ни о какой группе Шелестова и тем более немецком ученом Отто Клаусене.

– Хороша картинка, – согласился Коган. – Там все будут против нас, все будут стараться нас убить.

– А что, когда-то было иначе? – усмехнулся Буторин. – Там трудно пройти? Значит, нам нужен проводник, который хорошо знает те места, и человек, который бы легализовал нашу легенду в Альпах. Мы же не в советской военной форме пойдем. И не со своими документами сотрудников НКВД. Что нам известно о группе «Химера»?

– Нам известен количественный состав группы, – ответил Шелестов, – и предполагаемое место приземления самолета в горах, который должен был доставить группу в Альпы. После взлета группа на связь не выходила. Отсюда и две линии развития нашей операции. Если самолет просто разбился в горах из-за непогоды или ошибки пилота – это одно. А если группа попала в засаду, если ее ждали там, то это совершенно иная ситуация для нас. Понимая суть цели, фашисты или американцы могут вполне разумно полагать, что будет и вторая группа захвата, и третья. Виктор прав, нам нужно создать иллюзию своей непричастности к данной цели. И подготовиться лучше сейчас. Потом в горах уже ничего изменить будет нельзя.

– Цель понятная, – вдруг сказал Коган, – но мне обидно, что главарей Третьего рейха будут ловить без нас. Очень хотелось бы взять за горло кого-то из нацистской верхушки. Почувствовать его горло в своей руке и видеть в это время его глаза. После всего того кошмара, ужаса, который фашисты осознанно принесли в этот мир, очень хотелось бы лично посмотреть в глаза этим нелюдям. А тут, значит, речь уже идет о том, что ученые могут создать машинку, которая будет думать вместо человека и думать быстрее? М-да… О том, как будет думать эта машинка, попади она в руки нацистов, мы себе уже представляем…

Глава 2

– В Австрию? – Берзарин молча уставился на Шелестова.

Максиму сразу стало понятно, что военному коменданту в Берлине приходилось решать множество проблем, в том числе и таких, которые решить было, казалось, невозможно. Но Николай Эрастович решал их: он организовал пункты выдачи пищи для населения с помощью армейских полевых кухонь, он организовал бесплатную выдачу молока немецким детям. При нем заработали муниципальные власти из числа старост, которых он утверждал. Расчищались улицы, собирались инвалиды и дети, оставшиеся без родителей, была налажена медицинская помощь населению. Удалось предотвратить опасные эпидемиологические ситуации. Максим еще не знал тогда, что комендантом Берлина генерал-полковнику Берзарину удастся пробыть всего 54 дня. Трагедия прервет жизнь этого деятельного, умного человека, которому будут благодарны жители освобожденной от нацистов столицы.

Комендант молчал меньше минуты, потом потянулся к телефону. Связисты дважды переключали его на разных абонентов, пока наконец Шелестов не услышал:

– Виктор Семенович! Вот ты где! Слушай, ты мне срочно нужен… Да, давай, я жду тебя.

Буквально через пять минут в кабинет вошел молодцеватый офицер с седыми висками и погонами генерал-майора авиации. Без удивления генерал подал руку Шелестову и выслушал вопрос Берзарина.

– Из Берлина в Вену? Вдоль всей линии фронта? Это почти семьсот километров – не больше трех часов лета. И нужно будет оповещение по всему маршруту, иначе могут и сбить.

– За это не беспокойтесь, – пообещал Шелестов. – Дадите маршрут, бортовой номер, и Москва оповестит по всем бывшим фронтам. Еще и истребители сопровождения поднимут. На борт надо взять четверых пассажиров без груза.

– Ладно, раз такая надобность, – задумчиво ответил летчик. – «Ли-2» с полной заправкой подойдет. Через Прагу. В Австрию у нас 3-й Украинский фронт входил. Я так понимаю, вам садиться надо не на центральном аэродроме с оркестром и знаменами? Я свяжусь, и посадят вас на армейском временном аэродроме в пригороде. Четыре летных комбинезона вам приготовят…

Это он хорошо сообразил, подумал Шелестов о генерале, понял, что дело секретное и лететь нам с погонами майоров и подполковника не стоит. Через час пришло сообщение из Москвы о том, что командование 1-го Белорусского, 1-го, 2-го и 3-го Украинских фронтов предупреждено о прохождении самолета «Ли-2» ВВ с бортовым номером 53. И еще через тридцать минут самолет поднялся в воздух. Второй пилот, когда самолет занял свой эшелон, вышел из кабины и прокричал Шелестову сквозь гул моторов, указывая пальцем в сторону иллюминатора:

– Нас будет сопровождать звено «лавочкиных» до Праги. Там нас примет другая авиагруппа до самого места.

Попутного ветра не было, но в целом погода оказалась подходящей, и самолет дошел до места за два часа сорок минут и опустился на аэродром южнее небольшого австрийского городка Брук. Снаружи темнело. Через иллюминаторы были видны зеленые вершины гор на фоне еще пока светлого неба. Как только винты остановились, к самолету подъехал «Виллис», крытый брезентом. Командир экипажа вышел к оперативникам.

– Прибыли, товарищ подполковник. Это за вами.

Около автомобиля стоял высокий плечистый офицер в накинутой на плечи плащ-палатке. Он дождался, когда четверо в летных комбинезонах спустятся по железному трапу, подошел и, козырнув, представился:

– Заместитель начальника отдела СМЕРШ 5-й ударной армии майор Борович! Вы подполковник Шелестов? Мне приказано поступить в ваше распоряжение. Комиссар госбезопасности Платов ввел меня в курс дела по ВЧ-связи три часа назад.

Шелестов мысленно вздохнул, но внешне не подал виду, насколько его тяготила такая вот «гонка». Такого рода поспешность редко приводит к положительным результатам. Чем тщательнее и аккуратнее спланирована операция, тем больше шансов на успех. А здесь… Хотя Шелестов не мог не оценить таланта Платова готовить операции в самых сложных условиях. В том числе в условиях дикой нехватки времени и недостатка информации. Вот и сейчас он сумел предусмотреть многое, находясь там в Москве, но держа руку на пульсе тайных событий.

– Хорошо, майор. – Шелестов бросил взгляд на наручные часы. – Нам нужна комната здесь, на территории аэродрома. Пусть даже армейская палатка, но выезжать сейчас за ограждение на глазах у посторонних мы не будем. Следующее, что вы должны сделать, – доставить сюда гражданскую одежду для нас, карту Альп…

– Есть, готово. Сейчас доставим сюда, – с готовностью кивнул Борович.

– Желательно аэрофотоснимки территории, – вставил Буторин, – основных перевалов, дорог, наиболее крупных поселений в горах.

– Уже приготовили, – кивнул майор. – Сейчас доставим. Я просто полагал, что вы разместитесь в городе, но сейчас всё доставим сюда.

Решение о том, где разместить группу, было принято мгновенно. Из строений, которые использовались военными для работы аэродрома и всех его служб, пригодными для жилья были лишь пять деревенских домов. В них располагался штаб, помещения для летчиков, радиоузел, столовая. Учитывая, что группе Шелестова помещение нужно было всего на несколько часов, «выгонять» кого-то на улицу не стоило. Еще и в целях секретности. Для временного пристанища Борович быстро приспособил небольшой сенной сарай на краю поля. Группа, ничем особенно не выделявшаяся своими летными комбинезонами, успела перекусить в столовой, где на оперативников никто не обратил особого внимания. На аэродроме часто приземлялись и временно останавливались экипажи. Подразделение истребителей, базировавшееся на аэродроме в последние дни войны, передислоцировали восточнее, ближе к городу.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Гитлерюгенд (нем. Hitlerjugend – гитлеровская молодежь). Нацистская молодежная организация в гитлеровской Германии.

2

Корпус контрразведки (англ. Counter Intelligence Corps, CIC)– спецслужба Армии США во время Второй мировой войны и в начале периода холодной войны.