Судьба в сугробе

— Не на ту кнопку?! — взревел другой мужской голос. — Да ты всю предновогоднюю рассылку клиентам похерил! Вместо скидок на путевки всем ушло фото твоего кота в Санта-шапочке!

Я замерла, прижав ладонь ко рту, чтобы не рассмеяться громко. Кот в Санта-шапочке! Это было гениально.

— Ну… а кот-то хорош? — робко прозвучал голос Алексея.

В ответ раздался лишь громкий, выразительный стон. Я не выдержала. Притворно кашлянув, я громко постучала в дверь.

— Алексей? Ты там? Можно войти?

Глава 5

Наступила мертвая тишина, а затем внутри что-то грохнуло. Дверь распахнулась. На пороге стоял Алексей, красный, как новогодний шарик. За его спиной я увидела мужчину лет сорока в деловом свитере, который смотрел в потолок с видом человека, ищущего в нем ответы на вечные вопросы.

— Виктория! — выпалил Алексей. — Это… это мой коллега, Стас. Он заехал… проконтролировать процесс… выздоровления.

— И нашел его в отличной форме, судя по творчеству, — не удержалась я, заходя внутрь. На ноутбуке на столе красовался прелестный рыжий кот в крошечной шапочке с помпоном. — Очень фотогеничный.

Стас тяжело вздохнул.

— Славно посидели. А мне теперь надо ехать объяснять нашим клиентам, почему их скидка — это кот Вася. Рад был познакомиться, — он кивнул мне, а затем грозно указал пальцем на Алексея. — Ты. Не прикасайся к корпоративной почте. Вообще. Даже если тебе покажется, что кнопка мигает призывно. Понял?

— Понял, — покорно ответил Алексей.

Когда Стас уехал, мы с Алексеем молча смотрели на закрытую дверь.

— Ну что ж, — сказала я наконец, не в силах сдержать улыбку. — Это, наверное, был пункт ноль твоей реабилитации: «не нажимай на кнопки с неизвестными последствиями». Но зато теперь я знаю, как выглядит твой кот. И он прекрасен.

Он сгорбился, закрыв лицо руками.

— Я уничтожен. Он меня теперь до пенсии этим тыкать будет.

— Ничего, — утешила я. — Зато у вас будет самая запоминающаяся предновогодняя рассылка в истории компании. А теперь пошли, пункт второй — учиться ходить на лыжах, чтобы ты мог в случае чего быстро сбежать от гнева начальства.

Он посмотрел на меня, и отчаяние в его глазах постепенно сменилось облегчением, а затем той самой робкой улыбкой.

— Сбегать — это, пожалуй, хороший навык. Пойдем.

И пока мы шли за лыжами, я думала о том, что моя новогодняя сказка обрела нового персонажа — кота Васю. И, кажется, это было только начало самых нелепых и веселых приключений.

Прогулка за лыжами в местный прокат превратилась в отдельное приключение. Алексей, оправдывая звание «учёного ёжика», умудрился по дороге дважды чуть не поскользнуться на ровном месте, а на крыльце проката наступил на собственный развязанный шнурок. Я уже начинала сомневаться в жизнеспособности своего плана.

— Ты вообще когда-нибудь стоял на лыжах? — спросила я, наблюдая, как он с глубокомысленным видом изучает крепления, будто это детали неизвестной ему конструкции.

— Теоретически — да, — ответил он. — В детстве. Но там был пологий склон во дворе, а не вот это всё. — Он жестом обвёл взглядом заснеженный лес, уходящий вдаль. Он выглядел эпично и немного пугающе.

— Не бойся, мы далеко не пойдем. Просто прокатимся по накатанной лыжне у озера. Это проще, чем отправить рассылку с фотографией кота.

Он фыркнул, но в его глазах мелькнула благодарность за то, что я не даю ему зациклиться на утреннем фиаско.

Первые десять минут были... хаотичными. Алексей двигался так, словно его ноги жили отдельной, очень неуклюжей жизнью. Лыжи разъезжались, палки путались, а его лицо выражало предельную концентрацию и легкую панику.

— Не пытайся ими управлять по отдельности! — кричала я, катаясь рядом. — Представь, что это твои огромные лыжные ботинки. Просто шагай!

— Я программист, — отозвался он, балансируя на месте. — Я привык, чтобы у каждой переменной была четкая функция. А тут всё слишком... аналогово.

Но постепенно, к моему удивлению, он начал ловить ритм. Может, сработала его инженерная логика: он анализировал движения, искал точку баланса. Через полчаса он уже более-менее уверенно скользил по широкой лыжне рядом со мной, и на его лбу выступили капельки пота, которые сразу замерзали в морозном воздухе.