Слияние

Когда они сошлись время остановилось, ткань пространства разошлась и два ослепительно ярких силуэта слившись в один утонули в непроглядной темноте. Мир выдохнул, медленно возвращаясь к своей первоначальной форме. Пока я протирал глаза, Тинто рванул к тому месту где только что произошло нечто настолько поразительное, что я все еще прокручивал картинку в своей голове пытаясь поверить ей. Когда ступор прошел, я бросился за братом.

— Стой Тинто! Подожди меня, не беги так быстро! — я что есть мочи пытался угнаться за ним, но куда мне.

Он добежал первым, заозирался, стал щупать руками воздух хохоча и радостно вскрикивая. Не лишился бы этот дурень ума от всего что он там видит. И как бы поняв мои мысли, Тинто крикнул мне:

— Смотри Гатто, ты видишь эти вихри? Это так красиво, так ярко и завораживающе! — он вновь хохотнул.

Я никогда не видел его столь счастливым, даже представить не мог, что вечно витающий в своих думах о магии брат может быть таким веселым. Он бегал и прыгал махая руками и кружась, не обращая внимания на вновь поднявшийся ветер и надвигающиеся сумерки. Солнце уже скрылось за лесом и лишь отражающие его алый блеск облака подсвечивали округу. Наконец и я поравнялся с ним, запыхался немного.

В воздухе и правда что-то было, жаль я не мог этого увидеть, как жаль что я не мог разделить это мгновение счастья с братом. Провел рукой, чувствуя странное ощущение, словно до кожи дотрагивались перьями щекоча ее. Тем временем брат остановился, заметил что-то на земле и вытянув руку потянулся к какому-то предмету, я не видел его, он был как раз за его ногами. Мы были на расстоянии пары метров друг от друга и я двинулся к нему заинтригованный его находкой. Как вдруг он подхватил предмет с земли и его тут же вытянуло струной вверх, казалось все мышцы напряглись пытаясь сделать своего хозяина длиннее. Он вскрикнул, на этот раз не от радости, крик боли и ужаса, который я не забуду никогда. Что-то пурпурное с золотом, блеснуло в его пальцах ужасно скрюченных но не способных разжать этот предмет.

Я с разбега прыгнул ему на руку задранную вверх пытаясь выбить то что он держал. Вцепился пальцами в него и моментально ощутил стремительное движение вокруг, я не могу передать это точно, создалось ощущение что мир втягивается в меня. Предмет оказался в моей руке и тут словно кто-то выключил свет.

Очнулся я сидя на земле, Тинто лежал рядом жадно хватая воздух. В плотно сжатом кулаке по прежнему был тот самый предмет. Я поднес его к глазам, он был похож на камень размером с голубиное яйцо и состоял будто из двух разных минералов, сплавленных в один. Одна половина темно пурпурная, почти черная, с глубиной ночной воды. Вторая — янтарная, с золотистыми прожилками внутри. Они не соединялись ровным швом, а словно прорастали друг в друга тонкими нитями. Камень остывал оставив на ладони сильное покраснение как после ожога. Кажется пока она не представляет угрозы. Сунув ее в голенище одного их сапог, которые к слову полностью были в грязи после бега по полю, я наклонился к брату. Ужасная мысль пронеслась в моей голове, но с ним все было в порядке. Разве что в глазах двоилось и пару раз дернув пальцами руки он случайно метнул несколько искр чем удивил нас обоих.

— Ты видел это? — кажется его первоначальным шок тут же прошел. — Видел искры? Оу.

Он сел на землю, но тут же снова встал держась за мою руку.

— Что с тобой? — я был перепуган наверное куда больше его самого.

— Странное ощущение, меня словно раскрутили на карусели и сбросили с нее, я чувствую как внутри меня течет магическая энергия. Но если обычно она была как спокойное озеро, то сейчас это бурная река, которая то и дело кажется что выйдет из берегов. Вот, сейчас, смотри!

Он вздернул руку и синяя искра сорвалась с кончика его указательного пальца.

— Ух ты! — не удержался я. — Ты теперь можешь колдовать?

Брат повторил движение рукой снова, но на этот раз ничего не вышло.

— Не, кажется эта штука всколыхнула энергию внутри меня, но управлять ей я по прежнему не понимаю как. — он тяжело вздохнул. — Это было страшно, меня чуть наизнанку не вывернуло.

— Уж я видел, скажи спасибо, стоял бы сейчас столбом пуская искры из глаз.

Не знаю сколько времени прошло с того момента как мы отвлеклись на появившихся существ, стало явно темнее. Мы услышали крики со стороны деревни и вскоре на холме показалось несколько людей верхом на моховиках. В руках у них было несколько фонарей, которыми они подсвечивали себе путь, а также вилы, косы и другие орудия труда, которыми при необходимости можно было отбиться и от шерстовадок.

Глава 2

Наверное у вас возник вопрос как на моховиках можно ездить, ведь это же гриб? Объясню пока они “спешат” к нам. В нашем мире все немного иначе, моховики или космачи как их еще называют, что-то среднее между крупным пони и ленивцем. Это приземистое существо с мощными короткими лапами и широкими копытами, которые не дают ему вязнуть в пашне. Его главная особенность — густая, жесткая шерсть буро-зеленого цвета, в которой из-за особенностей животного, часто прорастает настоящий лесной мох и мелкие папоротники. Это служит отличным камуфляжем, когда зверь спит в подлеске. И тут рождается второй вопрос, а почему это животное спит не в стойле? Ответ прост, питается моховик буквально всем: от сорняков и палой листвы до коры деревьев. Ему не нужен дорогой овес, а следовательно его можно и не забирать домой на кормежку. Но ведь украдут! Нет, технически это очень сложно, они не умеют скакать галопом, но могут идти ровным шагом сутки напролет, таща за собой телегу, груженую зерном и это их максимум. Это невероятно флегматичные создания. Если рядом взорвется огненный шар мага, космач лишь лениво поведет ухом и продолжит жевать подорожник. Обычно их всегда можно найти примерно в том же месте где вы их и оставили. Ездить на нем — всё равно что сидеть на мягком, теплом диване. Вместо седла крестьяне обычно просто набрасывают на спину мешковину. У Моховика очень широкая спина, поэтому на одном звере часто умещаются двое-трое детей или пара мешков муки вместе с хозяином.

Вот и сейчас я вижу как на одном животном сидят по два, а то и три человека. Они постепенно приближаются все ближе и ближе. Среди них и наш Рудиус, в его красно зеленой мантии утепленной гусиным пухом. Видимо раскаты и вспышки было слышно и видно далеко отсюда. Пока я отряхиваю все еще неуверенно стоящего на ногах Тинто, а наши всадники продолжают плестись к нам, расскажу еще один интересный факт про моховиков.

По весне Моховики начинают «цвести» — в их шерсти распускаются мелкие белые цветы, аромат которых привлекает пчел. Пасечники часто держат этих шерстяных сонливых представителей фауны рядом с ульями. А вот я ужасно боюсь жужжащих насекомых, в желто черную или фиолетово серую полоску. Поэтому завидев моховиков стараюсь держаться подальше, хвала Морозному Нитрию еще холодно, и космачи не расцвели.

— Тут полно магии, старик поймет, что что-то произошло, уж его то мы не обманем. — вспомнив про свою находку Тинто резко поворачивается ко мне. — Куда ты дел его? Тот камень.

— Надежно спрятал, в сапог. — пытаюсь понять как глубоко в голенище провалилась наша находка потирая ногу о ногу.

— Ты ничего не чувствуешь? — брат обеспокоенно берет меня за плечо, хотя сам то бледнеет едва не падая с ног, то багровеет словно поднимая непосильную ношу. — Меня чуть не вывернуло наружу когда я схватил его.

— Чувствую что эта штуковина застряла где-то глубоко в портянке и мне ее сейчас не достать. — сбросив его руку, я принялся поправлять выехавшую из сапог ткань чтобы крестьяне не начали задавать лишних вопросов, почему это дети уважаемых богатых родителей, путешествующие с великим волшебником не могу позволить себе чулки или вязанные носки.

Тинто взглянул на свою обувь и охнул, на бегу он умудрился порвать давно уже прохудившуюся подошву и набитая в качестве стельки солома теперь торчала наружу. Всадники были уже совсем близко и времени придумать что-то почти не было, поэтому брат просто вогнал ногу поглубже в грязь чтобы скрыть дыру. Тут уж никакое зачарование не поможет, тем более что Рудиус не сильно заморачивался маскируя наши вещи.

Мы с братом делали вид что совершаем какие-то пост магические ритуалы, чтобы выглядеть более загадочно в глазах подъезжающих селян.

— Что скажем старику? — спрашиваю я.

— Правду, только ни слова про камень! — просит брат. — Он отберет его, а я уверен он очень ценный, самим пригодится когда мы сбежим от него.

— Не уверен что это камень, уж слишком лёгкий. — дергаю ногой чтобы проверить как он там, но не чувствую его, только комки грязи летят с сапога в сторону.

— Не важно, главное чтобы он не почувствовал его магию, хотя я вот сейчас вообще не чувствую ее. А когда он лежал на земле энергия так и била из него наружу.

— Может дело во мне? — не хочется признаваться брату, что я вообще ничего не ощущаю сейчас, то что я видел при танце существ влияло на весь мир. Потоки магии, пульсирующая энергия, ничего этого я не видел. — Возможно я настолько далек от всего волшебного что случайно сломал его?

— Не говори глупостей Гатто, ты просто еще маленький! — он резко поворачивается ко мне. — Помнишь как ты однажды опутал полынью преследовавшего тебя петуха?

Очень очень смутно, но Тинто любит напоминать мне о том случае. Когда мы еще жили у родителей, как-то с соседскими мальчишками выслеживали в саду девчонок которые закапывали свои секретики. Я тогда был еще совсем неуклюжим и мне велено было держаться позади и не шуметь. Зачем-то я рыскал по кустам и зарослям высокой травы пока случайно не наткнулся на агрессивного петуха. Издав боевое “кукареку” он бросился на меня, а я в панике рванул к ребятам ища защиты. Разъяренная птица неслась за мной громко кудахтая, еще больше пугая меня. Запутавшись в густой траве я шлепнулся прямо в заросли крапивы и когда петух был на расстоянии не более двух метров в испуге я вскинул руки пытаясь загородиться от него. Серебристая полынь словно ожила в тот момент, удлинилась, выгнулась, сплелась в непроходимый клубок и обездвижила бедную птицу так что та еле дышала беспомощно дергая ногами.

Не знаю насколько это была моя заслуга. Люди склонные к магии порой могут манипулировать энергией инстинктивно, и Тинто верит, что в тот момент именно я сотворил заклинание. Насколько это правда, не знаю. С тех пор прошло уже много времени и больше ничего подобного со мной не происходило. Да и других проявлений волшебства в себе я не чувствовал, разве что чуть-чуть когда Девятипалый Корта пытался научить меня чарам для работы с замками. Это продлилось буквально несколько занятий, потом все как воду кануло. Рудиус сказал что я абсолютно бесполезен для обучения, даже бытовой магии которую он иногда показывает Тинто.

Собственно вот и наш горе учитель. Старик худой как жердь, неожиданно резво спрыгивает с моховика на землю и бежит к нам. Обычно он ленивый и медлительный, а сейчас его красно-зеленая мантии с огромным капюшоном даже развивается на ветру. Попутно он вещает на всю округу, своим зычным скрипучим голосом, чтобы слышали приехавшие с ним жители деревни.

— Сколько раз я говорил вам, вы должны сдерживать силу своей магии! Нельзя просто так кидаться чарами куда ни попадя! — он чуть ли не бежит к нам, лишь бы добраться первым. — Стойте! — неожиданно вскрикивает чародей повернувшись к крестьянам. — Не подходите ближе, тут опасно!

Переглянувшись собравшиеся решают пока остаться недалеко от своих ездовых животных изучая испорченные посевы, развороченную землю и посматривая на нас перепачканных в грязи по уши, Рудиус не перестает играть свою комедию.

— Кто возместит нанесенный ущерб этим добрым людям столь милостиво принявшим нас на ночлег? Кто успокоит перепуганных детей, стариков и женщин в деревне, спрашиваю я вас? — Он грозно нависает над нами, но мы то с братом его не боимся. — Что черт подери тут произошло? — шепчет он нам, так что ни его длинная седая борода, ни закрученные кверху усы даже не шевелятся.

— Мы сами не поняли, — отвечает брат так, чтобы никто кроме нас троих не услышал его слов. — Какие-то существа взялись непонятно откуда, устроили что-то вроде ритуального танца, а потом вдруг все каааак громыхнет!

— Тссс! — шипит маг на Тинто, поднося к губам костлявый палец на котором поблескивает перстень с расправившим крылья соколом над кругом из звезд.

Переводит суровый взгляд на меня, а я лишь киваю согласно головой, добавить мне нечего.

— Ну и что, что их было не меньше двадцати штук! Это не повод колдовать столь сильные заклинания чтобы справиться с ними! — кажется Рудиус использует магию чтобы усилить свой голос.

Это прекрасно действует на встревоженно застывших крестьян, даже староста остановился в нерешительности на полпути к нам.

— Какие существа? Как они выглядели? Где они сейчас? — его хитрые глаза обшаривают нас с головы до ног.

— Мы не знаем, никогда таких не видели, да и были далеко отсюда когда все произошло.

— Они светились, и словно танцевали. — говорю я чтобы дать брату придумать как не сказать лишнего.

— Да, и еще магия словно струилась от них. Вы же видите что тут твориться? — брат косится на поле показывая что-то что я не могу уловить взглядом.

— Вижу. Вам вообще повезло что вы целы остались. — и чуть громче чтобы услышали стоящие за спиной крестьяне. — Скажите спасибо что защитная магия которой я вас обучил спасла вам жизни!

Из кармана он достает какой-то хлам который вечно таскает с собой. Выбирает из него засохшую веточку и сложив ладони лодочкой зажимает ее между ними так чтобы видели это только мы. К тому что Рудиус умеет зачаровывать медные монеты, менять голос делая его ниже и громче, творить какую-то мелкую бытовую магию, мы уже давно привыкли. Когда в его руках сухая веточка вдруг оживает, становится вновь живой, на ней набухают почки, распускаются листочки, а после и цветы. Мы совершенно не удивлены, очередной фокус от старикана, вот только зачем? Судя по его лицу делал он это чтобы что-то понять и это что-то его явно взбудоражило. Он больше не обращает внимания на нас и местных которые топчутся на месте изучая последствия как им кажется нашей борьбы с вредителями.

Уже совсем темнеет и становится еще холоднее, Рудиус неподвижно стоит столбом приблизительно на том месте где неизвестные нам существа слившись исчезли в разорвавшемся пространстве. Его веки сомкнуты и лишь ресницы легонько подрагивают, как и уголки губ. Он читает заклинания уйдя глубоко в себя, вот это уже странно, никогда его таким не видел. Для меня он обычный пройдоха зарабатывающий на жизнь своими небылицами и магией иллюзии которую может сотворить. Впервые с момента появления его в нашей жизни, мне почему-то кажется что этот человек не так прост как мы с братом о нем думаем.

Тинто замер лишь глаза изумленно бегают глядя то по сторонам, то на Рудиуса. Возможно мне только показалось, но часть морщин старика стало менее заметной. Обычно тусклые камни его магических перстней, амулетов и прочих побрякушек стали поблескивать в темноте. Казалась даже его мантия похорошела, руны на ней стали чуть лучше заметны.

Наконец к нам троим подходит староста, и указав пальцем на старика взглядом спрашивает Тинто можно ли потревожить чародея ушедшего куда-то на грань астрала.

— Учитель, — подыгрывает Тинто закрывая глаза и складывая руки в магическом жесте. — Простите что отвлекаю вас от медитации в магическом измерении, не могли бы вы на минуту вернуться в наш мир.

Хитро пошевелив усами Рудиус открывает глаза, и по направлению наших с братом взглядов понимает что кто-то стоит у него за спиной.

— Ласло, друг мой! — восклицает он повернувшись к старосте.

— Уважаемый Рудиус, темнеет, мы не видим ни одной погибшей шерстоведки. — развел он руками показывая на своих односельчан скрупулезно всматривающихся в поле высоко подняв лампы.

— Вы недооцениваете моих подопечных, мой дорогой друг. — Седобородый маг приподнял подол своей мантии переступая через вывороченный пласт земли, и быстрым шагом направился к старосте Ласло.

Тот немного занервничал, но видя улыбку на лице волшебника убрал потянувшуюся было к сабле руку. На ходу пошарив в многочисленных внутренних карманах мантии Рудиус достал какой-то полупрозрачный ограненный камень лимонного оттенка.

— Вот взгляните, — он протянул его старосте и тот с любопытством посмотрел на предмет размером с крупную фасолину, искрящийся на отполированных гранях в полутьме при свете ламп. — Возьмите, уважаемый Ласло. Этот камень я выменял у одного торговца с которым судьба свела нас на бескрайних равнинах холодного Саркора.

Староста переглянулся с несколькими местными стоявшими у него за спиной и с любопытством взирающими то на камень, то на мага. Те многозначительно закивали головами.

— Это цитрин, его добывают в Грозовом разломе Пиков Спящего Солнца. Представьте себе. — он приподнял левую руку так что староста и стоящие за ним смотрели на ладонь снизу вверх. — Высокогорное плато, где небо вечно затянуто золотистыми облаками, а молнии бьют в скалы сотни раз в час. Считается, что цитрин — это обычный кварц, который «переродился», впитав в себя энергию тысяч небесных разрядов. Добыча камня крайне опасна: рудокопы вынуждены носить специальные изолирующие доспехи из шкур глубинных ящеров, чтобы их не испепелило во время работы в шахтах.

Вот уже все сельчане, приехавшие сюда, обступив кругом старого волшебника слушали его разинув рты. Тот яростно жестикулировал во время своих рассказов помогая и без того разыгравшейся фантазии местных придать его словам еще больше красок и драматичности.

— Камень этот имеет магические свойства, оттого и ценен, но редок и отнюдь не дешев. Он обладает свойствами электрорецепции. — узловатый палец чародея взвился вверх заостряя внимание собравшихся на умном слове, которое никто не понял. — Взглянув через него можно увидеть места скопления статического электричества, магического заряда, или будующее место удара молнии! А как прекрасны грозовые облака когда ты смотришь на них через этот прелестный камушек.

Тут он нагнулся к уху старосты и прошептал что-то, от чего у того заблестели глаза. Тинто ткнул меня локтем под ребра.

— Опять рассказывает, что камень вибрирует у скоплений золота и старых кладов. — хихикнул он чуть качнувшись, я поспешил подхватить его чтобы он не грохнулся.

— Взгляните через сей камень вооон туда! — старый волшебник указал куда-то на поле, где ничего не было видно в темноте.

Староста сиюсекундно повиновался и одобрительно закачал головой. После передал камень своему другу и тот тоже согласился что что-то видит.

— Там погибло четыре шерстоведки! Разряды что вы видели из деревни это лишь часть высвобожденной энергии, остальная же осталась сконцентрированной в этой небольшой области.

Кто-то из сельчан подняв лампу повыше захотел проверить не лежит ли в том месте чего-то похожее на обгорелый труп шерстоведки, но маг одним движением остановил его.

— Заряд все еще опасен, эта энергетическая ловушка запросто может убить вступившего в нее моховика! Уж человека то она во мгновение ока превратит в маленький кусочек угля. — многие сделали шаг назад в ту сторону откуда они приехали. — Вон там, пал еще десяток вредителей маг снова взмахнул рукой, а староста выхватив камень взглянул на указанное место. А после начал обшаривать округу обнаружив еще несколько притаившихся статических зарядов, что тут же подтвердил Рудиус.

— Возможно нам всем лучше вернуться в деревню. — предложил староста после увиденного, потирая озябшие на ветру руки. — А по дороге возможно вы поведаете нам о том как происходила битва? Уверен такой опытный кудесник способен понять картину произошедшего лишь по следам и остаткам магии.

— Конечно, конечно! Но прежде… — старик ловким движением выхватывает цитрин у старосты. Затем вздымает указательный палец правой руки вверх и крохотный шарик света вспыхивает над ним. Постепенно разрастаясь до размеров крупного яблока и становясь ярче, шарик зависает в нескольких метрах над землей и дальше следует за чародеем.

Раздается несколько восхищенных вздохов и местные начинают перешептываться увидев наконец настоящую магию в деле. Мы с Тинто тоже переглядываемся, странствую все это время со стариком мы впервые видим чтобы он делал что-то подобное.

— Мне нужно навести тут порядок, чтобы потоки магической энергии не влияли на урожай ваших посевов в будущем. — расправив руки как огородное пугало, Рудиус вновь закрывает глаза и закидывает голову вверх.

Для меня ничего не происходит, судя по всему крестьяне тоже стоят не понимая в чем дело. Но Тинто вдруг начинает озираться вокруг и шепчет на ухо.

— Он снова колдует, — брат сильно удивлен. — Никогда бы не подумал, что он так может.

— Я ничего не вижу. — пытаюсь объяснить ему.

— Магическая энергия что вихрями кружилась по полю успокаивается, стабилизируется и исчезает. — Тинто оглядывается и наверное впервые с благоговением смотрит на старика.

Тот в свою очередь неожиданно открывает глаза и делает два быстрых шага к нему, я даже успеваю испугаться, так грозно выглядит сейчас наш старый шарлатан. Брат делает шаг назад но длинная сухая рука хватает его за голову кривыми пальцами. Ноги брата подкашиваются но через мгновение он вновь стоит как ни в чем не бывало.

Сжимаю покрепче свою палку готовый заступиться за Тинто, если старик попробует выкинуть еще что-то. Вместо этого он добрым, полным заботы голосом спрашивает:

— Так лучше?

— Намного, мир перестал вращаться. — радостно отвечает брат.

— Вернемся в деревню, расскажете все как было и не смейте хоть что-нибудь утаить от меня! — оглядевшись пристальным взглядом вокруг, Рудиус закутывается в свою мантию и сгребая своей длинной и тонкой как ветка рукой старосту начинает повествование. — Мои ученики заметили их еще издалека, но ждали пока шерстоведки соберутся в стаю, чтобы избавиться от них одним ударом. Вы наверное слышали про заклинание сеть карающего возмездия? — он и еще несколько крестьян помогает старосте взобраться на самого мощного и упитанного из моховиков.

— Слыхал, но думаю будет уместно рассказать про него остальным, для полноты рассказа. — выкручивается староста не желая прослыть невеждой в глазах шарлатана придумавшего название несуществующего заклинания на ходу.

— Конечно, конечно… — отвечает Рудиус вскакивая на того же моховика но уже боком чтобы не задирать подол мантии высоко.

Мы с братом смотрим как процессия из селян медленно удаляется к деревне ведомая яркой сферой волшебника освещающей путь моховику старосты. Как мигаю покачиваясь огоньки ламп других всадников. На звезды загоревшиеся в вышине. Пусть мы и не сделали ничего полезного, но хоть кто-нибудь из слушателей старика мог бы сказать “спасибо”. Ведь по его версии мы тут устроили маленькое побоище шерстоведок. Но в целом, какая разница, думаю я.

— У меня нога промокла и замерзла, — жалуется Тинто щупая свой сапог. — пошли быстрее в деревню, что-то мне подсказывает, что сегодня ночью мы в спешке покинем это место. Хотелось бы успеть подлатать свою обувь.

— Но ведь они точно поверили ему, разве Рудиус упустит шанс пару дней попьянствовать за чужой счет? — сомневаюсь я чуйке брата.

— Если я хорошо понимаю нашего пройдоху, то сегодня он продаст старосте камень за очень хорошие деньги. И постарается скрыться как можно дальше, пока морок от его слов будет рассеиваться.

— Почему он не дал нам этот камень в первый день? Мы бы могли обшарить всю округу и сразу понять, что дело не в шерстоведках. — задаю я глупый вопрос, уже зная ответ на него.

— Уверен он раньше тебя сообразил, что никаких вредителей посевов тут никогда не было. Мне кажется, что он знает что тут произошло, надо как-то выпытать у него эту тайну. Знаешь зачем? — он поправляет мне шапку наехавшую на глаза.

— Чтобы понять что за штука лежит в моем сапоге?

— Да, мой сообразительный младший брат.

Шлёпая по грязи мы замерзшие идем к дереву на холме, чтобы забрать книгу и другие наши вещи, а после отправляемся в деревню.

Глава 3

3

Мне так не хотелось, чтобы предположение брата об уходе этой ночью сбылось. Обидно. Я даже не успел пошарить за закрытыми дверями и в запертых сундуках местных жителей. После нескольких дней, проведённых в поле, сил не осталось совсем.

Пока взрослые сидели у чадящего очага, мы с Тинто доедали похлёбку сидя на огромных валунах покрытых древними рунами, что располагались во дворе дома. Мы наблюдали за происходящим в огромном зале дома старосты через распахнутые настежь двери.

Пусть старик и приврал насчёт нашего высокого происхождения, люди всё равно не слишком жаловали магов, а детей с магическими способностями — тем более. Возможно, это была их маленькая месть. Возможно, они чувствовали подвох в словах волшебника. А может, просто опасались, что не справятся с тремя соперниками, если застолье вдруг перерастёт в драку.