Падая в бездну. Книга первая

Моргана Моргана

Падая в бездну. Книга первая

Глава 1

ПАДАЯ В БЕЗДНУ

Примечание автора:

Эта книга — художественное произведение. Все персонажи, имена, события, диалоги, а также любые упоминания ангелов, демонов, Небес и Ада являются плодом литературного вымысла.

Автор не ставил целью оскорбить или исказить какие-либо религиозные, исторические или культурные ценности. Любые совпадения с реальными личностями или событиями случайны.

Религиозные и мифологические мотивы используются исключительно как художественный инструмент для создания вымышленного мира и не являются отражением авторского мировоззрения или убеждений.

Синопсис

На Небесах бушует война — не та, что гремит на границах, а тихая, холодная война страха и незнания. Чума, пожирающая земли смертных, не щадит никого. Души перестали находить путь. Даже демоны в растерянности.

Небесный Совет принимает тяжёлое решение: отправить на Землю того, кто сможет стать человеком. Выбор падает на Нарцисса — юного хранителя душ, чьё сердце никогда не знало любви, а прошлое покрыто пеленой тайны. Он не помнит матери. Он не знает своего дара. Единственное, что связывает его с тем, кем он был — тонкая золотая цепочка на запястье, которая светится в такт его дыханию.

На Земле, среди дыма, пепла и безысходности, Нарцисс встречает Лею — девушку, чья душа не сломлена чумой, а сердце — полно огня. Между ними возникает связь, которую не описать небесными законами. Но любовь ангела и смертной — это огонь, который может осветить путь или сжечь всё дотла.

Совет наблюдает. Демоны ждут. А где-то в тени, в разрушенном городе, ждёт своё время тот, кто знает правду о его прошлом.

Нарциссу предстоит сделать выбор: вернуться к свету, который отрёкся от него, или остаться в мире, где его могут убить. Но цена его решения — не только его жизнь. Цена — сама вечность.

Глава 1 — Поклик Света

«Иногда, чтобы спасти чью-то душу, нужно рискнуть собственной».

Земля задыхалась.

Серый город, когда-то гордый своими башнями, теперь стоял на коленях. Стены осыпались, двери домов были заколочены крест-накрест, а на улицах вместо людей — только тени. Тени, которые волокли телеги с телами. Тени, которые падали на колени у церквей и не находили сил подняться.

Воздух пах дымом, уксусом и чем-то сладковатым — тем самым запахом, который не спутаешь ни с чем: запахом разложения, который стал здесь таким же привычным, как утренний туман.

Чума, будто дышащая тварь, забирала слабых и сильных. Она не разбирала — старик или младенец, богатый или нищий. Она просто дышала, и там, куда падало её дыхание, жизнь угасала.

Люди сжигали тела — целыми кострами, по ночам, потому что днём дым слепил глаза. Они молились, не зная, слышит ли кто-то их вопли. Они шептали, кричали, рыдали — а над городом поднимался пепел.