23 февраля

Дверь бабы Шуры была приоткрыта. Так же, как вчера.

Антон толкнул ее. В коридоре пахло сыростью и нафталином, но сквозь эти запахи пробивался другой – сладковатый, тяжелый, незнакомый. Он прошел в комнату и остановился на пороге.

За ночь здесь ничего не изменилось. Те же шкафы с книгами, тот же круглый стол с письмами, тот же патефон с поднятой иглой. Фотографии на стенах смотрели на него своими застывшими лицами.

Но на столе, прямо поверх писем, лежал предмет, которого вчера не было. Маленький стеклянный солдатик – тот самый, что стоял на подоконнике. Только теперь он был не один. Рядом с ним лежал другой, точно такой же, только целый, с неотбитой винтовкой. И между ними – пожелтевший треугольник письма, сложенный по-фронтовому.