Не убивайте меня, пожалуйста!

Басов Сергей

Не убивайте меня, пожалуйста!

Охота

— Так, Родион Сергеевич, сегодня едем на охоту. Выезжаем сразу после заката. Поэтому советую в течение дня особо не перенапрягаться. Вернёмся только завтра утром, — объявил он таким тоном, словно зачитывал приказ министра иностранных дел.

Родион слегка опешил.

— Виталь, я вообще-то не охотник. Да и ружьё в руках никогда не держал.

— Не дрейфь, юноша! — отмахнулся Желтобрюхов. — Если я и доверю тебе оружие, то исключительно после подробнейшего инструктажа. А вообще ты мне нужен не для этого. Для начала будешь водителем.

Родион неопределённо пожал плечами.

Его новый коллега уже давно записал молодого атташе в категорию близких друзей и совершенно не допускал мысли, что кто-нибудь может отказаться от столь почётного приглашения.

По глубокому убеждению Желтобрюхова, каждый человек в здравом уме только и мечтал о том, чтобы однажды отправиться с ним на охоту.

Ну что ж, охота так охота.

Родион молча кивнул, даже не подозревая, что предстоящая ночь заставит его совершенно иначе взглянуть и на охотников, и на животных, и, возможно, на самого себя.

Всего в тридцати или сорока километрах от столицы первозданная африканская природа полностью поглощала любого путешественника. Здесь уже ничто не напоминало о существовании цивилизации. Ни огней, ни домов, ни телефонных вышек. Только едва заметная колея, уходящая через бескрайнюю саванну, и абсолютная, всепоглощающая темнота.

Она была настолько густой и осязаемой, что порой казалось — протяни руку, и коснёшься её ладонью. От этого становилось немного не по себе. Где-то рядом существовал огромный живой мир, но увидеть его было невозможно.

Однако саванна вовсе не спала. Из высокой травы доносился стрёкот невидимых насекомых. Где-то вдали тревожно вскрикивали ночные птицы. Иногда ветер доносил странные шорохи, происхождение которых Родион предпочитал не выяснять. А над головой раскинулось такое звёздное небо, какого он никогда не видел ни в Москве, ни в Европе.

Казалось, сама Африка внимательно наблюдает за двумя людьми, вторгшимися в её ночные владения.

Для охоты Желтобрюхов взял свой служебный пикап, который обычно использовал для перевозки всевозможных инструментов, строительных материалов и прочих необходимых для ремонта вещей. Сегодня же кузов превратился в охотничью засаду.

Сам Виталик расположился там с ружьём и прожектором, чувствуя себя если не африканским следопытом, то как минимум героем приключенческого фильма.

Задача Родиона оказалась довольно простой. Он должен был медленно вести машину по накатанной дороге, пока его товарищ внимательно вглядывался вперёд, туда, куда бил яркий луч прожектора, установленного на крыше пикапа.

Какое-то время всё было спокойно. Родион даже начал подозревать, что его товарищ выбрал для охоты не самое подходящее время. Ну кто в здравом уме станет разгуливать по саванне среди такой темноты? Однако очень скоро выяснилось, что местные обитатели придерживались на этот счёт совершенно иного мнения.

Сначала в луче прожектора мелькнул первый кролик. Он стремительно пересёк дорогу и тут же исчез в темноте.

Потом появился второй. Этот почему-то решил не сворачивать в сторону, а побежал прямо по дороге перед машиной. Родион даже немного удивился. Казалось бы, вокруг бескрайняя саванна. Беги куда хочешь. Но бедолага словно загипнотизированный мчался вперёд по освещённой колее, не желая сворачивать ни вправо, ни влево.

— Сворачивай же... — неожиданно для самого себя тихо пробормотал Родион.

Но кролик продолжал бежать. Над самой головой оглушительно громыхнул выстрел. Кролика подбросило вверх. Он несколько раз перевернулся в воздухе и безжизненно упал на землю.

Пикап остановился. Желтобрюхов выскочил из кузова с такой скоростью, будто всю жизнь только этим и занимался. Через несколько секунд он уже возвращался обратно, держа добычу за длинные уши. На его лице сияла совершенно мальчишеская улыбка.

— С почином вас, Родион Сергеевич! Вот видите, а говорили, что охотиться не умеете.