Опасный сосед. Спаси мою киску

Этот день повернул всё с ног на голову. Из специалиста по зачистке неугодных личностей я превратился в мишень, в бегущего зверя, за которым следовали охотники, не знающие сочувствия. Возможно, было бы логичней их перестрелять, но что-то в образе той белокурой малышки меня словно перепрограммировало. Больше никаких убийств!

Именно поэтому я имитировал несчастный случай, после которого меня должны были счесть погибшим. Но кто знает, что царит в головах этих полоумных заказчиков, готовых грохнуть своего компаньона, с которым прошли бок о бок и лихие девяностые, и добрались до наших дней. Я знал, что заказчик не оставит меня в покое...

Оказавшись на деревенском участке, где не был десяток лет, и взирая на покосившийся домик, в котором проводил каждое лето, пока был школьником, — на сердце вдруг защемило.

— Бабуль, прости, ну, поправлю всё. До этого как-то недосуг было. А хочешь, отгрохаю лично, своими руками, новые хоромы? Жаль, ты этого не увидишь… — шепчу покаянно, оказавшись в родном месте.

Ну и пусть упадок вокруг, зато воздух какой, а там, за околицей, бор с грибами и ягодами. Не это ли счастье?

Как раз об этом размышляю, пока привычно натираю ствол своей ненаглядной винтовки, устроившись в тени раскидистого дерева. Но именно в момент моего полнейшего дзена откуда-то сверху забора раздаётся задорный женский голос, в котором играет переливами сотни эмоций, а потом прямо мне в руки сваливается ангельское создание и трогательно интересуется, не видел ли я её матильду.

Соблазнительный ангел пахнет специями, бурьяном и валерьянкой. Никогда бы не подумал, что подобное сочетание может так кружить голову. А вдруг это просто моя коллега по цеху, которую послали убрать меня?! Хотя блондиночка не похожа на киллера, но сколько разных людей поприходило в нашу профессию — по большинству и не заподозришь.

— Извините... — шепчет красотка, глазея бездонными очами цвета Красного моря. — Я тут это...того... Вы не видели мою Матильду?

Ммм, какое заманчивое предложение. Я прямо сейчас готов задрать этот ненужный аляповатый сарафан и осмотреть внезапную соседку с ног до головы.

Но вдруг вижу, что она улавливает своим взором мою винтовку и нервно вздрагивает. Даже если она не киллер, то такое ей точно не стоит видеть!

— А хотите, вместе найдём вашу киску… — произношу ласково, надеясь, что малышка чуть расслабится, но она взирает на меня так, словно сделал с ней нечто нехорошее. А ведь я ещё не начинал.

— Мне пора идти! Надо вызвать спасателей, и мой папа, олигарх, очень важный человек, ждёт моего звонка! — гордо заявляет незнакомка.

Ага, как же — будет дочь олигарха обитать в этой деревне.

— Прости, красавица! — шепчу и слегка сдавливаю шею слишком бодрой, любознательной, но бесспорно манящей блондинки. А что, если сделать её своей сексуальной рабыней на то время, что останусь здесь? Деревенская девчонка только обрадуется.

Взваливаю на себя шикарное тело незнакомки и тащу в дом, предчувствуя, что можно будет делать с её пухлыми губками и прочими дырочками, ведь не зря она намекала на свою матильду.

Жадно впиваюсь в послушные нежные губы и с удивлением слышу страстный стон, который срывает мне голову. Эта малышка сама хочет, чтобы я её взял грубо и жёстко.

Ну, здравствуй, соседка!

Глава

Кира

И зачем я полезла к соседу? Как только увидела этого здоровяка с ледяным взглядом, от которого покрылись холодным панцирем внутренности, нужно было бежать.

Но что-то в его мужественном лице, в его умопомрачающем запахе неведанных специй заставляло не двигаться, — словно оказалась гадюкой перед заклинателем змей.

Этот мужчина смотрел и говорил так, что тут же забыла обо всём, — ну разве что, краем сознания помнила про Матильду.

Кажется, мы не поняли друг друга с сексапильным соседом по участку, — мне хотелось объяснить ему всё, поведать, что нахожусь на его территории исключительно из-за сбежавшей кошки.

Но вдруг сильные мужские пальцы скользнули куда-то в область затылка, оказываясь там, где уставшие луковицы волос требовали распустить тугой хвост.

— Ты такая красивая… Уверен, что твоя манящая киска не хуже. Не переживай, я смогу позаботиться о твоей матильде так, как никто раньше.

Холод наручников сковал мои руки, а затем мужчина нажал на мою шею, погружая в глубокий сон. Но при этом ощутила жар пальцев, которые дразнили мой клитор. Сногсшибательный оргазм потряс меня уже на границе между беспамятством и явью.

Мне хотелось противиться, но настоящий торнадо ощущений накрыло с головой, а вслед за этим пришла темнота, лишённая звуков и красок.

***

Ох, как же болит голова... Такое ощущение, что вчера у меня было посвящение в студенты.

Хотя стоп, я ведь уже взрослая женщина, ну, может, не взрослая, но точно и не подросток. А почему тогда мне так плохо...

— А-а-а.... — тихо стону я, чувствуя, как голову сдавливает клещами, будто мешала весь алкоголь, который мог оказаться в баре ночного клуба.

Медленно и осторожно открываю глаза, журясь от яркого света. Кажется, я лежу на неудобной раскладушке посреди неизвестного мне дома. В окно пробиваются косые солнечные лучи, путаясь в пыльных занавесках, на стенах развешаны пожелтевшие портреты Муслима Магомаева и Эдиты Пьехи.

— Доброе утро, красотка! Как самочувствие? — раздаётся такой голос, которому бы озвучивать иностранных порно актёров.

Хотя этим голосом можно и металл плавить, ибо от такого самый твёрдый элемент расползётся лужицей. Кто же этот загадочный обладатель этого оружия массового поражения?

Надо мной нависает красавец, от вида которого у меня сводит пальчики ног. Это же преступно быть настолько жарким, но вот лёд в его глазах перекрывает ощущение огня, разгорающегося внутри меня.

— Вы кто? И где я? И не то я? — сыплю вопросами, но внезапно замолкаю, осознав, что вообще ничего не помню и не понимаю.

— Та-а-а-ак, смотри сюда, сколько пальцев видишь? — вместо ответа интересуется горячий незнакомец, а я рассматриваю его мужественное лицо, широкие брови полумесяцем, глубокие пытливые глаза, чертовски манящие губы.

Что за гениальный творец совместил это всё воедино, создав идеал?

А затем всё же я перевожу взгляд на пальцы, которые этот древнегреческий бог буквально тычет мне в лицо.

Если до этого была уверена, что невозможно запасть на мужика сильнее, то теперь понимаю, что ошибалась. При взгляде на сильные и одновременно грациозные кисти, в трусиках становится мокро.

Смотрю на указательный палец незнакомца и ловлю себя на мысли, что хочу облизать подушечку, а затем всосать фалангу.

Так, стоп, это что за желания? На меня совсем непохоже! Хотя, откуда мне знать? Я даже не знаю кто я такая. Вдруг нимфоманка? А если это мой муж? Хотя такого мужика бы точно не забыла! Или забыла?

Вопросов больше, чем ответов...

— Ау, пальцев сколько? — резко повторяет незнакомец и даже щёлкает ими перед моим лицом.

— Четыре?

— Бля-я-я-я... Передавил. Слушай, малышка, а у тебя с сосудами нет проблем? Давление обычно какое?

— Я — гипотоник, у меня вегетососудистая дистония! — заявляю так, словно эти слова сами срываются откуда-то из глубин памяти.

То есть это я помню, а своё имя нет? Великолепно!

— Ну тогда всё понятно!

Что ему понятно? Вот мне вообще нифига непонятно. Я пытаюсь прислушаться к внутренним ощущениям... Кажется, у меня побаливают запястья, как если бы их передавили чем-то жёстким, а ещё испытываю горячую тяжёлую наполненность внизу живота, словно только недавно испытала оргазм. Странное сочетание!

— Вы кто? — настойчиво повторяю, стараясь лучше сфокусировать взгляд, перед которым всё плывёт. — Если не ответите, то закричу.

Незнакомец усмехается так, что сразу понятно — ему мои угрозы до сиреневой звезды. Кажется, я могу орать до хрипоты хоть весь день, никто не придёт на помощь. Но попробовать-то надо!

Делаю максимально невинный вид, словно смирилась с непонятной ситуацией, но затем открываю рот и издаю рёв, больше походящий на пожарную сирену, нежели обычный крик. От неожиданности красавец округляет глаза, но вдруг накрывает мои губы своими и проникает в ротик языком, пользуясь тем, что тот открыт.

Мой крик слабеет и сходит на нет, пока незнакомец ловко и умело ласкает меня, творя что-то небывалое, отчего голова начинает кружиться ещё сильнее. Пытаюсь оттолкнуть наглеца, но проще сдвинуть каменную стену, чем такого здоровяка.

Как же приятно... Но продолжаю молотить кулачками по железобетонной груди мужчины, и при этом неожиданно для самой себя отвечаю на поцелуй.

«Мя-я-я-я-у-у-у-у-у!» — раздаётся в этот момент истошный кошачий вопль откуда-то извне, чем-то похожий на тот, что издала я несколько минут назад, стараясь призвать хоть кого-нибудь на помощь.

Окно надо мной жалобно звякает, чуть ли не разлетаясь на куски, когда в него врезается с улицы взъерошенная серая кошечка необыкновенной красоты. Глаза у киски горят решимостью и неустрашимостью. Пушистый комочек вдруг совершает ещё один прыжок и буквально влетает в комнату через приоткрытую форточку, причём таким образом, что точно вцепляется в голову незнакомца с кличем нападающего воина-берсерка.

Что хоть твориться... Хочется что-то сказать, но сознание намекает, что для первого раза достаточно потрясений и безопаснее для психики будет вновь отключиться на время.

Глава

«А ты походу и впрямь Матильда, а я-то думал, твоя полоумная хозяйка другую киску имела в виду. Неудобно как-то получилось! Ну что ты шипишь, котенька? Ну давай за ушком поглажу! Не кусайся, а то ты прям вся в свою хозяйку! И что вас сюда вообще принесло? Мне вот чего с вами делать?» — слышу словно сквозь толщу воды уже знакомый низкий голос.

Открываю глазу и едва сдерживаюсь, чтобы не захохотать — такой картины точно не ожидала. На стуле возле меня сидит всё тот же красавчик, правда, вид у него теперь несколько взъерошенный и помятый, а на скуле красуются свежие царапины от когтей. А на коленях у него свёрток, похожий на спелёнутого ребёнка, только вот вместо малыша там абсолютно ошалевшая от происходящего кошка, которая шипит и старается вывернуться.

Но когда незнакомец аккуратно почёсывает зверюгу за ухом, та вдруг застывает, а затем начинает… мурлыкать.

— Матильда, ну ты и проститутка! — произношу я осуждающе, и ко мне вдруг возвращается память, которая услужливо подсовывает картинки того, как лезу через забор в поисках кошки, как падаю на красавца-соседа и как вижу снайперскую винтовку…

— Ой! — сдавленно вскрикиваю и закрываю глаза руками. — Я ваше лицо не видела, так что не убивайте меня. Можно, мы с Матильдой пойдём домой? Обещаю, мы ничего никому не скажем!

Мужчина озадаченно хмыкает.

— Ну, допустим, в кошке я уверена. А вот в тебе, красавица, — ни разу! И хорош уже глаза закрывать, ты и так меня всего видела. Хотя нет, ещё не всего!

В низком властном голосе незнакомца появляются какие-то развратные переливы, от которых внизу живота становится жарко. В памяти всплывают ощущения мужских рук, ласкающих моё тело и доводящих до оргазма, пока я была без сознания. Надеюсь, это была лишь галлюцинация! Хотя-я-я-я…

Наконец, убираю ладони от глаз и сажусь на неудобной кровати, стараясь сфокусировать взгляд. Ох, лучше бы я этого не делала. За то время, что я прикидывалась слепым мёртвым опоссумом, хозяин дома успел снять рубашку и сейчас нависает надо мной в лучах закатного солнца, словно статуя древнегреческого бога, отлитая из чистого золота.

Мммм, а столько кубиков вообще, может быть у простого смертного? И зачем этому красавцу такая почти осиная талия на фоне широченных плеч? Кажется, что незнакомец соткан из мышц, перекатывающихся под гладкой, поблескивающей от пота кожей.

— И что вы намерены со мной делать? — хрипло интересуюсь, отводя взгляд в сторону, хотя уже не впервые вижу полуобнажённого мужика.

В стриптиз-клубах с девчонками зависали регулярно, так что холёным накачанных самцов насмотрелась. Только вот стриптизёры выглядели пушистыми котиками на фоне этого гордого царя зверей. А то, что передо мной самый настоящий лев, безжалостный хищник — сомнений не вызывает.

— Для начала обработай мне царапины и укусы на спине, что оставила твоя кошка. Сам туда не дотянусь. Не хватало мне ещё бешенство подхватить! — сварливо произносит мужчина и поворачивается ко мне своей задней поверхностью.

На секунду зависаю на круглых крепких ягодицах, удивляясь тому, что мужская попа может быть такой гипнотизирующей, а затем скольжу взглядом вверх. Такое ощущение, что красавец провёл ночь с нимфоманкой или его натирали на тёрке, — живого места на спине практически нет.

Чувствую, что во мне просыпается какое-то уважение и благодарность. Другой бы на его месте просто шваркнул бы мою Матильду об пол, так что она костей не собрала, но странный незнакомец лишь спеленал зверюгу, да ещё потом и за ухом чесал.

По крайней мере, этот мужчина не прибил нас с кошкой, хотя имел множество возможностей. А вдруг он не такой-то страшный и опасный. Но когда хозяин дома оборачивается через плечо и пронизывает меня взглядом ледяных глаз, понимаю: с таким шутки плохи!

— Долго ещё ждать? На тумбочке медицинский спирт и ватка! Протри уже спину. А то глупо будет, пройти столько горячих точек, пережить десяток нападений, а откинуться из-за мелкой кошки! — недовольно бубнит незнакомец, поводя широченными плечами.

Беру послушно пузырёк и принюхиваюсь, — чистейший спирт! Делаю судорожный глоток и лишь после этого выдыхаю, чувствуя, как по телу разливается тепло, сгоняющее сонную одурь. Словно по венам запустили энергетик.

— Эй, детка, ты чего творишь? — интересуется сосед, глядя на меня с некоторой опаской.

— Не боись, красивый, и не ори, сейчас будет больно! — ухмыляюсь и наношу спирт на ватный диск. — Хотя можешь и орать!

Надо отдать должное незнакомцу, — за время процедуры он не издаёт ни звука. Хотя, судя шрама, которые покрывают его мощное тело, к боли красавцу не привыкать.

— Как тебя зовут? — интересуюсь, когда молчание становится уже невыносимым.

Да и мне нужно хоть как-то отвлечься от созерцания мускулов, перекатывающихся под гладкой смуглой кожей, от вида которых сердце начинает биться быстрее, а внизу живота закручивается горячая спираль, доводя чуть ли не до судорог. Уж не думала, что можно находиться на грани оргазма от простого созерцания мужика.

— Давид… — бурчит сосед, а затем дёргается, когда особо сильно нажимаю на глубокую царапину.

— Извини, я нечаянно, давай подую!

Мои губы оказываются в паре сантиметров от мужской спины, невольно втягиваю воздух, наслаждаясь странной смесью запахов, — специи, свежескошенная трава и железистый аромат крови. Это сочетание пьянит похлеще спирта, которого только что глотнула. Голова кружится, а тело кажется одновременно тяжёлым и немыслимо лёгким, хоть это и странно.

Дую на ещё чуть кровоточащую царапину, а затем неожиданно для себя провожу по ней языком. Никогда раньше не испытывала желания лизнуть малознакомого мужика, но сейчас почему-то невозможно удержаться. Меня тянет словно магнитом. Лучше отодвинуться подальше, ведь чем мы ближе, — тем сильнее притяжение.

Давид резко поворачивается, его ярко-голубые глаза цвета осеннего неба, сейчас кажутся чёрными из-за расширенных зрачков. Лучше не смотреть в них долго, ведь в этой темноте точно живут демоны.

— Я не сплю с незнакомыми девушками, которые сваливаются мне на голову, а потом чуть не лишают жизни своей полоумной кошкой! — произносит он так, словно жалеет об этом, мажа по моему телу и лицу голодным взглядом.

— Меня зовут Кира… — произношу хрипло, ибо от такого взгляда во рту вдруг пересыхает. — И Матильда не полоумная…

Молчание повисает плотной, физически ощутимой завесой. Смотрим друг на друга так, словно хотим проникнуть не только под одежду, но и в душу. Мы же ничего не знаем друг о друге, хотя я уверена в том, что Давид — киллер. Так себе перспектива — переспать с наёмной убийцей, которого знаешь всего час от силы.

Но все сомнения летят к чертям собачьим, когда Давид вдруг резко поднимается с места и подхватывает меня, прижимая к себе. Мои ноги даже не касаются пола, вишу в его медвежьих объятиях безвольной тряпичной куклой. Мне бы испугаться, но возбуждение разрядом тока проходит по всему телу. Кажется, ещё чуть-чуть, и между нами заискрит.

— Кира… — шепчет он, словно пробуя моё имя на вкус.

Никогда не любила своё имя, но в устах Давида оно звучит музыкой, заклинанием. Не мужик, а какой-то волшебник или гипнотизёр. Но додумать мысль не успеваю, ведь он впивается своими горячими жадными губами в мои.

Невольно стану от такой напористой страстной ласки и язык Давида тут же проникает в мой ротик, скользит по нёбу, пробегается по кончикам зубов. Я буквально таю, полностью доверяясь этому опасному незнакомцу, который для меня сейчас желанней всего на свете.

Даже не думала, что можно так раскрыться с незнакомцем, полностью довериться его рукам. Я привыкла быть активной в интимных отношениях, брать на себя инициативу и руководить процессом. Но сейчас всё правильно, так, как и должно быть: сильный мужчина — ведущий, а я — ведомая.

И когда вдруг оказываюсь на кровати, а Давид наваливается сверху, буквально впечатывая меня в не слишком удобный матрас, лишь подаюсь ему навстречу, запрокидываю голову, подставляя шею под его обжигающие короткие поцелуи, которые спускаются всё ниже, доходят до ложбинки на груди.

Сильная рука удивительно нежно стаскивает с моего плеча тонкую бретельку сарафана, обнажая грудь. На секунду Давид отстраняется и смотрит на меня с каким-то восхищённо-жадным удивлением.

— Ты нереальная, просто невозможная! — выдыхает он и накрывает губами разом затвердевший холмик соска, таранит его языком, а затем вновь чуть всасывает.

Не могу сдержать стона, а по венам вместо крови разливается огненная лава. Я сама будто вулкан, — ещё немного и взорвусь.

— Хочу тебя… Пожалуйста… Не могу больше! — шепчу, злясь на себя за свою доступность, но сейчас не до ритуальных игр, ведь к чему они, когда два человека так желают слиться воедино.

Но в этот момент раздаётся тревожное мяуканье Матильды, которая интеллигентно вышла, чтобы нам не мешать. А вслед за этим слышится звук моторов нескольких автомобилей и скрежет тормозящих шин.

— Меня нашли… — произносит Давид и со всей силы ударяет по стене.