100 мужчин, которые создали одну женщину. Часть первая

Муж поставил мне условие: моя поездка автоматически означала развод. Это было именно то, что мне нужно. Мысль что, всей этой грязи и обману придет конец, меня утешала. И я уехала.

Вопреки ожиданиям, наслаждение природой и медовым месяцем с Ильей не скрасило того, каким дерьмом я себя ощущала. Ребята из группы знали и Марка и о семейном положении Ильи, что доставляло дискомфорт всем. Нам — как преступникам, им — как невольным свидетелям. Я практически не выходила из палатки, чтобы «посидеть со всеми около костра», предпочитая компании одиночество. После мой любовник отправился в еще один поход, а я вернулась домой. Тогда в самолете я впервые, несмотря на страхи, ложь и чувство вины, почувствовала внутренний покой и то, что, наконец, все на своих местах.

Когда я вернулась, Марк уже собрал свои вещи и переехал. Мне было пусто, но одновременно с этим я осознавала неизбежность происходящего. Постепенно стало приходить понимание реальности. Это не игра, все по-настоящему и все закончилось. Как раньше уже не будет никогда. Я все разрушила.

Мне нужна была помощь профессионала, и Илья порекомендовал мне опытного психотерапевта, с которой, в свою очередь, его познакомила бывшая любовница. К ней на прием записался он сам, та девушка, его жена, и я для полного комплекта, так сказать. Я просидела в ее кабинете три часа.

— Ты знаешь, что он женат? — смотрела она на меня как на дуру после моего рассказа о замечательном муже, от которого я собираюсь уйти к Илье.

— Знаю.

— У него нет денег. — продолжала она.

— Мы справимся, — наивно парировала я.

Я говорила с ней через призму «муж плохой, он меня обижает», а «Илья хороший, меня любит, заботится обо мне».

– Ты необъективна, — мягко попыталась вразумить меня женщина, — у меня будет для тебя задание: смотри не на слова, а на поступки, и делай выводы на их основе.

Эти слова прозвучали вовремя и стали очень ценным советом. Дело в том, что все лето мы постоянно обсуждали наши с Ильей «драматические события». Он говорил со мной о нас, потом шел к жене, и они говорили о них. К слову, как и в предыдущей истории с любовницей, Лена все знала. Потом он снова возвращался ко мне, и мы по-новой обсуждали наши отношения.

— Катюшка, так хреново мне, пойдем покурим кальян. — стало фразой для мемов.

Страдания забавляли меня ровно до того момента, пока Марк не ушел. То, к чему я так долго шла, свершилось. Мне надоело быть жертвой, настало время для действий. Но к моему удивлению, Илья не был намерен что-то решать. Его вполне устраивало текущее положение вещей.

Проверка не заставила себя ждать. В августе меня пригласила на свадьбу одноклассница, ехать нужно было в другой город, дорога на машине предстояла долгая, любовник вызвался поехать со мной. Первым звоночком стала эвакуация моего авто ночью в незнакомом городе с того места, где Илья настоял на парковке. Уже в тот момент я начала чувствовать раздражение из-за того, что мне нужно решать проблему, которую создал он. Пока я была занята подругой и ее торжеством, ему непрерывно звонила жена и просила, чтобы он вернулся домой на первом же поезде. Илья отвечал ей, что не может оставить меня одну. И тем не менее их бесконечные переговоры со скандалом и слезами продолжали выводить меня из себя.

Но обратном пути я пожалела, что он не вернулся на поезде. Мы потеряли много времени с утра из-за того, что он «наслаждался моментом». Потом из-за его невнимательности мы пропустили важный поворот и встали в большую пробку, а вишенкой на торте стали две бутылки вина, которые он со словами «тебя же не надо менять за рулем, доедешь сама?» выпил в одиночку. Достигнув определенной кондиции, он принялся выяснять отношения, обвиняя меня. Я была очень злая и уставшая, глаза слипались, рядом со мной храпел пьяный мужик, который не думал о нашей безопасности, переложив всю ответственность на меня. «Марк бы никогда не допустил такого», — думала в этот момент я, а параллельно голосом психолога всплыла фраза «обращай внимание на поступки».

Через месяц я отправилась на ретрит в Крым. Две недели в практиках на чистом воздухе без связи многое для меня прояснили. Та поездка ознаменовала «конец предыдущей эпохи и начало новой меня». Вернувшись, я написала Илье:

— Ты спал с женой в мое отсутствие?

— Ну спал и что? Мы о чем-то договаривались? Я тебе что-то должен? — агрессивно ответил он.

Я не стала спорить и манипулировать, но дала ему понять, куда очевидно идут наши отношения. Конечно, все мое нутро взывало к тому, чтобы поставить точку в эту же секунду, но я не могла. Он был должен мне немаленькую сумму, и я переживала, что в случае разрыва он не захочет ее вернуть. Я минимизировала общение и отменяла встречи под разными предлогами, а когда сумма поступила на карту, я тут же отправила сообщение о том, что мы расстаемся. Еще пару месяцев он давил на жалость, манипулировал, торговался, кричал, что я испортила ему жизнь, ну а затем успокоился.

Я долго злилась на его долги, схемы и трусость. А потом призналась: я делала тоже самое, только в эмоциях. Он занимал деньги, я — чувства людей. Он обманывал банки, я — совесть. Мы с ним были одной породы. Нас объединяло то, что мы оба шли на риск в стремлении почувствовать себя живым. И Илья в этом смысле был у меня не первым