Операция Алконост часть вторая

Зверь всерьёз заинтересовалась учением и нашими возможностями и осталась в храме изучать буддизм — на курсе Архатов. Она хотела вознестись и стать богиней Марой. Начала требовать постоянной «прокачки» и расширения своих каналов.

Но у нашей группы после такой жёсткой практики не было сил. А Бай отказалась делиться своей магией — из-за ребёнка. Настоятель и наставники пытались объяснить Зверю, что вознесение достигается через познание. Оно зависит от личностного роста, а не от расширения каналов.

За несдержанность и агрессию настоятель отправил Мару на медитацию в горы — в верхний храм. Ей пришлось нас оставить.

Настоятели серьёзно опасались, что Зверь в своём нынешнем физическом состоянии может перейти в форму Хунь-Дунь (безликое зло, отрыв души). И тогда прогнозы станут крайне печальными. Поэтому её постарались изолировать от общества. В заснеженном храме должны были заняться состоянием её души и её взглядами на мироздание.

Бай жила в ожидании. С каждым днём её настроение становилось всё хуже. Она ни минуты не сомневалась в любви и серьёзности намерений Бао. Но его не было уже полгода — и подруги начинали всерьёз тревожиться.

А в это время умер действующий император Ай-ди, и Ван Ман — младший брат жены предыдущего императора — в очередной раз пришёл к власти. Свою малолетнюю дочь он собирался выдать замуж за малолетнего императора Пин-ди. Фактически он уже стал полноправным правителем Китая.

Какая муха укусила этого деятеля, что несравненный Ван Ман вдруг решил, будто империя Хань утратила Небесный мандат? Что бы это ни значило в его понимании. И какой чёрт у него на плече сидит и в ухо шепчет?

Наступили неспокойные времена.

Ненормальные приверженцы уважаемого Ван Мана начали красить брови в красный цвет. Фу. Теперь красные кимоно — не моя любимая одежда.

Начались рейды и чистки в буддийских храмах государства.

По всему Китаю строятся школы и академии. Повсюду реформы и революционные веяния типа вся земля крестьянам. Подумать только откуда корни у крылатой фразы.

Темный и тупой колдун и фанатик Фахрат вдруг получил широкие полномочия и опьянев от такой власти спрыгнул с ума. Он решил запустить в богатейший храм Китая свои липкие ручки, заявив что у нас обучение проходит не по регламенту и он самый преданный ученик великого Кун Цзы в этом мире, чтобы стать куратором и главным настоятелем нашего Храма.

Сначала мы все смеялись. Где небеса и где этот червь. А когда нас окружили полчища хорошо вооруженных людей слегка приуныли. Нарушать исторический ход событий страны никому не разрешено. Мы здесь смотрители и пользователи. Но не владельцы. Одно дело шайка разбойников, а совсем другое государственный уровень. Наш поверенный как раз был император Ай-ди.

Ближайший вавилон все-таки на Тенериф или как он там сейчас называется «остров в Инферно», я бы бежала. Долго, но насколько я могу понять моя белая птица не умеет самостоятельно прыгать, а у нашей серой змейки частичное выгорание из-за трудного лечения Мары.

Фуй Ше для прыжка нужно недельку отдохнуть. А у нас нет этой недельки. Но основная проблема в том, что девчонки не увидели опасности. А я жопой чувствую, что она есть.

Что разум человека может постигнуть и во что он может поверить, того он способен достичь. Надо было бежать!

И вот началось!

Первая неприятность — мое сознание провалилась в утробу матери и я почувствовала себя в своем ещё недоразвитом теле!

Это моя мама!

Это я в яйце. Бао — мой папа. Пока я предавалась эйфории по поводу найденных родителей. Началась тряска. Нас начали закидывать огненными стрелами. Начались пожары. Повсюду крики и призывы уходить в горы. Все шло к тому, что на нас напали. Моя мама выбежала во двор храма с чиангмае (длинный меч) нас встретили звуки спускаемых с тетивы стрел!

Какой кошмар.Я ничего не вижу — только слышу и чувствую.

Вокруг грохот, свист, треск. Воздух режет кожу. Земля вибрирует.

И вдруг — голос.

Мама.

Она начинает говорить со мной, спокойно, почти ласково, будто мы не в эпицентре бойни, а дома, на закате.

— Ничего, малышка. Мы справимся.

— Не справимся! — кричу я. — Это ловушка! Меняйте с Фуй форму и улетайте!

Мама вздрагивает и хватается за живот.Маму начинает колотить дрожь. Кожа покрывается холодной испариной.Где-то рядом звенит металл.

Нас задели арбалетным болтом.

— Жэньшу? — с надеждой, будто боясь поверить, спрашивает она.

— Да, мама. Это я. Я уже взрослая. Я из будущего. Где тётя Фуй? Ищи её. Держитесь вместе. Я не могу изменить прошлое, но могу подстраховать будущее. Мы спасёмся. Все.

Пока я отчаянно пытаюсь донести до неё тяжесть происходящего, она — что-то поняла. Дыхание стабилизируется.

Мама сплетает щит. Прозрачная, плотная стена воздуха накрывает нас. Арбалетные болты ударяются и с глухим стуком падают на камень.

Мы пробираемся к главному входу в храм, где монахи стоят насмерть, защищая адептов Архат.

— Мама, нам надо бежать!

— Как сделали демоны, что учатся с нами? — резко отвечает она, и в её голосе вспыхивает гнев. — Учителя уходят в горы, уносят великие книги. Демоны спасают свои шкуры. Остаются наставники, монахи… и наши друзья Архары. Я вижу Канака. И Гопака.

В груди у меня сжимается что-то тяжёлое.

— Учителя ушли в горы. Следуйте за своими учителями!

— Не волнуйся, Жэньшу. Мы не можем отдать этим безликим город на растерзание. Мы справимся.

— Кто на нас напал, мама?

— Армия какой-то нечисти… безликих. Во главе с… я не знаю кем. Они пожирают всё, к чему прикасаются. После них остаётся только пепел.

Я чувствую: она не до конца осознаёт масштаб. Она верит в свои силы. Слишком верит.

И меня накрывает раздражение — отчаянное, беспомощное.

— Мама, слушай меня внимательно! Это Зверь. Не богиня — низший демон. Она научилась переваривать энергию животной части оборотней через свою тень. Она уже сожрала того мальчика. Мы умрём, если не найдём Фуй Ше! Двигаемся к озеру!

Мама не отвечает. Она занята.

Меч в её руке мелькает, как молния. Воздушный щит расширяется, прикрывая всех. Мы пробиваемся наружу с боем.

По звону железа я понимаю: за нами выстроился конус — защитное построение. Мы движемся к озеру.

Свист болтов становится плотнее.Тяжёлая артиллерия этой эпохи включилась.

И вдруг — крики.

— Дракон! В небе дракон!

Я слышу голоса Вакула и Аджита. Они кричат, предупреждая всех.

Может папа вернулся? А нет, это тётя!

— В небе — силуэт. Дракон обливает врагов водой под таким напором, что тех сносит, как сухую траву. Вода бьёт стеной. Врагов валит на землю, — кричит кто-то рядом.

— Видим! — кричат другие. — Он наш!

Спасибо им.

И эти враги уже не поднимаются, а со страшным воем впитываются в землю.

— Смотрите все! — кричит Вакула. — Чем больше она использует воду, тем сильнее поднимается туман!

И я подразумеваю — это не тот туман, что напускали ради развлечения. Это Морок. Медленно стелется к бедной тёте, подбираясь всё ближе и ближе.

Пусть молодой и ещё неумелый, но он уже знает, что делать, чтобы стать сильнее. Надеюсь, что Морок ещё не освоил ментальные практики. Иначе нам будет совсем жарко, и я завершу свой цикл жизни, так и не начав. Парадокс времени.

— Сюань-Юань! Сюань-Юань! — кричат монахи.

Они верят, что большая чёрная драконочерепаха их спасёт.Я тоже обрадовалась! Значит, нас спасут! Моя мама меня родит, и мы дождёмся папу!

— Малышка Женьшу, эта черепаха — сильное магическое существо. Только она без души. Она неразумна и выплыла лишь на сильный магический всплеск! О ужас!

— Что там, мама? — я начала сильно беспокоиться, хотя уже понимала, что здесь спасутся единицы!

— Зверь нашла кольцо доминанта и надела на тень ошейник. Теперь она вышла на бой с твоей тётей верхом на теневом псе! Эта тварь всё-таки нашла выход из своей ситуации! А теперь ей нужно существо РА-уровня. О, Будда милосердный! Нельзя отдать ей Фуй Ше.

Мама срывается в воздух и меняет ипостась. Теперь я — яйцо в Утке. Прости, мамочка, в Фениксе. Прямо как смерть Кощея. Мне бы икать от страха, а меня истерика на смех пробирает. Такое приключение не каждому выпадает в жизни. Но я быстро пришла в себя.

Нас атакуют. Да кто ещё, кроме Мары на собственном Мороке? Мама кричит. И по эмоциональному каналу я понимаю, что тётя горит и падает в озеро.

Если меня никто не нашёл в течение двух тысяч лет, то рассказать папе о нас будет некому. Тётя не спаслась.

— Мама, собирай кокон для души! Быстро!

Белый Феникс без единого промедления закружился в небе с невероятной скоростью, как детская игрушка-юла, окутывая себя множеством тончайших нитей силы. А затем резко взмывает вверх, оставляя за собой готовый открытый мешок, и накидывает его, как лассо, куда-то в сторону. А затем мы резко падаем вниз, затягивая горлышко кокона.

И в этот момент я в своём чудесном яйце выпадаю из мамы. «Эпик фейл». Без комментариев.

Падая с довольно большой высоты, я наконец могу видеть. Не глазами — душой.

Душа тёти Фуй Ше вплетается в магические каналы большой рогатой драконочерепахи. Время для меня замедлилось, и я почти зависла над водой.

В этот момент мир взорвался красками и лентами магических каналов — везде, повсюду. Алконост сошла на землю и снесла яйцо!

Я мысленно подхватываю нити и образовываю кокон для маминой души. Феникс подбитым истребителем стремительно приближается к воде. Времени ждать нет. Я накидываю сеть на полыхающего синим пламенем Белого Феникса и всю тушку затягиваю в кокон, который падает перед черепахой и цепляется нитями за рогатые отростки у неё на голове.

За первой энергетической волной следует следующая — и меня выталкивает в небытие.

Глава 17

Аня. Пробуждение

«Настоящая удача — видеть героическую кровавую жизнь и в ней не участвовать».Не помню, кто это сказал, но именно эта фраза первой всплыла в голове, когда я очнулась — всё так же полулёжа на заднем сиденье машины.

— Будда… как же это было давно.

— Ты говоришь на всеобщем? — поинтересовался кто-то рядом.

— «Во хай дэй ба Ёйю сян чилай» (мне бы еще русский вспомнить) — пробормотала я.

— Ты говоришь на мандарине? — воскликнул Тёмин и повернул голову назад, чтобы лучше меня разглядеть.

Я повернула голову к сидящему рядом Яну. Не удержалась — обняла его как старого друга. И всё это — в глубочайшей тишине. Молча кивнула Тёме.

— Макс, останови машину. Тёмин, набери номер главного за эту операцию. Или главного на этой территории — и дай мне телефон. Как давно меня не было?

— Минут десять. А где ты была? — осторожно поинтересовался Ян.

— Потом покажу. Сейчас не время.

Тёма протянул мне трубку мобильного. В полной тишине я нажала кнопку соединения.

— Моё имя Женьши Фейхуа Лонг. На Земле меня знают как воспитанницу семьи Орловых — Аню Орлову…

В ответ — тишина. Главный Медведь не был бы главным, если бы так быстро не определил величину проблемы и глубину той самой… попы, куда его занесло.

— Здравствуйте. Чем могу помочь? — лихо взял себя в руки.

Я тут целую речь придумала — бодаться, запугивать, пяткой в грудь стучать. Доказывать, что мои родственники будут искать. А на самом деле искать и спасать придётся мне. Интересно, дожила ли большая чёрная драконочерепаха Фуй Ше до наших дней? Потому что поиск надо начинать с неё.

— Очень хотелось бы узнать, уважаемый, кто такой Степан из Канады и почему он решил, что может владеть существом уровня РА-спирали?

В трубке сильно закашлялись. Видать, Мишка подавился собственной слюной от таких реальностей.

— Виноват. Разберёмся. Исправим, — коротко ответил командир.

— Значит, исправьте прямо сейчас. И следующий вопрос: вы в курсе, кто такая Мара — Тамара, которая летит канадским рейсом по совершенно абсурдным причинам на вверенную вам территорию?

— Проверим. Изучим.

От напряжения Медведь выдавливал короткие слова и всё равно задыхался.

— Вы уже облажались. И нечего проверять. За сто лет не поинтересовались главными симбионтами Канады и всего материка — сейчас поздно руками махать. Мара-Тамара — существо с Альфа-Центавра. Она бывший Теневой Пёс. В результате боевых действий и катаклизмов две тысячи лет назад по земному времени её покалечило и разделило на две личности — Мару и Морок. Чтобы выживать, эта парочка питается мишками и котиками. И вполне успешно: за последние сто сорок лет покосила поголовье оборотней. Степан с симбиотом в доле. Борк Виха — в сговоре. Тамару нужно ликвидировать раньше, чем поморы на вашей территории прикарманят тварь для опытов. Морок я ликвидирую самостоятельно в ближайшие часы.

— Сделаем. Это всё?

Чувствовалось, что Главный Медведь очень хочет отключиться, но держится из последних сил.

— Нет. Ещё хотела предупредить: Алконост, когда снизойдёт на Землю, принесёт такой заряд магической энергии, что наступит всеобщая эйфория. Я бы на вашем месте быстро перебросила людей без магических каналов для поддержания порядка и сервиса для птички. У неё нет другой ипостаси — только птичье тело и женская голова. Слух острейший — километров на пятьдесят. Она древнейшее создание границы ГРА и РА и требует поклонения. Уберите народ за отметку в пятьдесят километров. И чтобы ни одна… собака не пошутила. Возьмите поморов в обслугу — телефон вам скинут. Они далеко не гипербореи, но лучше, чем ничего. И да — Алконост может не знать, что её народ вымер тысячу лет назад. Земных языков она не знает. Ах да — прибудет часов через пять. Вот теперь всё. Удачи.

Я отключилась, выдохнула и посмотрела на остекленевших друзей. Они глядели на меня так, будто случайно встретили дракона на ипподроме для беговых собак.

Первым нарушил тишину Тёмин:

— Сколько тебя не было? — почти шёпотом.

— Почти пять лет.

Никто не спросил, где я была. Но каждый хотел.

— Ключевые моменты покажу сейчас. А пока — дайте пожевать чего-нибудь. Две тысячи лет ничего не ела.

Макс метнулся к машине. Я легла на траву и прикрыла глаза. Да уж, такие американские горки — не для моей нервной системы. Подумать только: я одним сознанием плела макраме силовыми нитями Земли. Не просто сознанием — Сознанием уровня ГРА! Но папа был драконом… Надо узнать, что с ним случилось.

Ко мне тихо подсел Макс и зашуршал пакетом.

— М-м-м! Свинина с вертела из Медвежьей Губы. Ням.

Я открыла пакет, хитро улыбнулась и включила трансляцию своих похождений. Сильно сократила. Пока мы доели, всё, что хотела, уже показала.

Как ни странно, вопросы не посыпались. Все сидели тихо и смотрели кто куда — только не на меня.

— И что, ничего не скажете? — я даже слегка обиделась. — У меня бомба, а не информация, а вы молчите и чаёк попиваете.

— Аня, дай переварить, — тихо сказал Ян. — Ты только что открыла нам дверь в историю. Такие двери, что эмоции перекрывают вопросы.

— Что будем делать? — спросил Макс. — Если уйдём в А4, можем не успеть узнать, дожила ли твоя тётя до наших дней. И удалось ли сохранить твою маму.

— Я видел живых архатов! Живых и молодых адептов Будды! Первых! — Тёма был возбуждён до состояния «сейчас взлечу». И таким я его никогда не видела. Это же Тёмин — глава семьи и огромной Тян-корпорации. Всегда собран, серьёзен. А тут прыгает от дерева к кусту и перемалывает увиденное — Китай начала эры.

— А меня больше впечатляет, что Анина тётя — черепаха, — пробормотал Ян.

— Ян, она не черепаха, — я сразу вступилась, — а драконочерепаха. Магическое существо с совершенной системой сохранения и аккумуляции энергии. Судя по знаниям до смерти тела, всё это время она могла заниматься культивацией своей человеческой части. Она практически бог на этой Земле — со своими возможностями и знаниями.

Я перевела дух и продолжила:

— Насколько я понимаю процесс: сначала она создаст подпространственный карман. Затем, капля за каплей, на основе ДНК-цепочки создаст дубликат, и всё остальное постепенно обрастёт телом. В среде с малым энергетическим запасом на это понадобится около пяти тысяч лет. Но — она схватила нереальное количество энергии, когда Алконост сошла на землю и опустила яйцо в воду. Благодаря совершенному черепашьему телу она запаслась магией надолго. Ещё один всплеск, рождение ребёнка Алконост — и она сможет сменить облик. Тогда куколка с маминым пеплом и её душой, уйдёт в подпространственный карман. И с ней опять ничего не случится.

Я посмотрела на них всех по очереди.

— Мы найдём их позже. Или она сама меня найдёт. Но мне нужно узнать, что случилось с папой. Поэтому, в любом случае, мы уйдём — как только закончим с Марой.

— Э-э… чисто медицинский вопрос, — слегка замялся Тёмин. — А как она узнает свой ДНК-код?

— Никак. Её тела нет. Оно сгорело, и прах упал в воду. Можно тысячелетиями искать крупинки своих остатков и не получить нужного количества для выделения материала. Она останется драконочерепахой до конца своих дней. Человеческий код позаимствует у какой-нибудь красивой женщины с магическими каналами. Храм рядом, магических существ, прилетающих на обучение, будет много. Добыть материал для черепахи — не проблема. Но я в этом варилась меньше пяти лет, а у Фуй Ше — тысячелетия и знаний несравнимо больше. Я не знаю, что она предпримет.

Глава 18

Главн