Развод. Я обречена быть счастливой

Стараясь сохранить невозмутимость, я медленно повернула голову и взглянула на незнакомца.

Хорош, мерзавец. Красивый, ухоженный, одежда чистая и точно дорогая. На зимнем пальто, костюме и рубашке не было никаких брендовых обозначений, но качество и высокая стоимость читались в самой ткани и покрое.

У мужчины были чёрные волосы и модная стрижка, аккуратная короткая борода по краю квадратной челюсти и молодое лицо. Хотя, я уверена, ему не меньше тридцати.

А ещё у него была мощная, но не толстая шея. Такая крепкая. Я её двумя ладонями вряд ли обхвачу.

Почему-то, несмотря на размеры и тот факт, что мы были вдвоём посреди ночного леса, мужчина не пугал меня.

Было в его лице что-то такое... доброе, что ли.

И пусть его глаза казались уставшими, уголки тонких губ были опущены вниз, а между бровей залегла складочка, выдающая его суровый характер, он всё равно не казался мне злым и опасным.

– Давно тут сидишь? – спросил он так, будто мы были старыми знакомыми.

Наши тела были близко, я чувствовала исходящее от мужчины тепло, но не соприкасались. И только по желанию прильнуть к него и согреться я поняла, что действительно замёрзла и пора уходить с улицы.

Но почему-то не хотелось.

– Даже не знаю, – отозвалась я чуть растерянно и, как и мой внезапный собеседник, перевела взгляд вперёд, на темноту за обрывом.

Мы помолчали. Лично я не испытывала неловкости. Вообще никаких эмоций не было, только глубокая усталость.

Я отлично понимала, что развод с Антоном заберёт все мои силы.

Все эти судебные процессы, разбирательства, деление имущества. Это будет тяжело как физически, так и морально. Мне уже сейчас хотелось плакать от осознания, что мой любимый муж в один момент обернулся заклятым врагом.

Мы теперь не вместе против мира.

Мы теперь друг против друга.

Два родных, очень близких человека. И пусть Антон говорил, что не любил меня, но он был со мной десять лет. Он отлично знает мои предпочтения и все мои слабости. И теперь, когда его ничего не сдерживает, он спокойно может всё это использовать против меня.

А если ему удастся добиться своего? Если он сумеет отсудить у меня половину базы? Или уговорит суд обязать меня продать её? Что я тогда буду делать?

Я вложила в это место всю себя. Все силы, время, ресурсы. Всю мою любовь.

Это было моей мечтой. Моей страстью. В каком-то роде даже моей жизнью.

Антон уже нанёс мне сокрушительный удар, бросив меня с такими ужасными откровениями. Если я лишусь ещё и базы, это точно добьёт меня.

Ну уж нет.

Я должна сделать всё возможное и даже невозможное, если потребуется, но сохранить базу я обязана. Она должна остаться моей. Я должна быть уверена, что никакие козни Антона не лишат меня её.

– Тебе нужна помощь? – вопрос заставил меня вздрогнуть и вырваться из размышлений.

Я резко вспомнила, что сижу в снегу рядом с каким-то незнакомцем.

Вновь посмотрев на него, я снова отметила его красоту. А потом поняла кое-что, что было очевидно с самого начала.

Я его не знаю. Это закрытая, удалённая от города база отдыха. И если здесь есть кто-то, кто не работает на меня, то это, очевидно, гость.

Не самый лучший способ показаться перед клиентами я выбрала.

–Благодарю вас, всё в порядке, – соврала я, натянув профессиональную улыбку и изменив голос на вежливый и чёткий. – Возможно, это я могу вам чем-то помочь?

Я попыталась с самым невозмутимым видом подняться на ноги, но что-то пошло не так. Я дёрнулась вперёд, пытаясь вырваться из снежного плена, дёрнулась ещё раз, но ничего не вышло.

Мужчина рядом со мной тихо засмеялся.

Уязвлённая неудачей и его весельем, я попыталась вновь, напрягая все мышцы и прикладывая все усилия. И мне даже удалось оторваться задницей от сугроба и привстать на ногах, но я крайне неудачно наступила на край шубы...

Я начала подниматься, зажатая шуба потянула меня назад. Потеряв равновесие, я издала сиплый тихий писк и ухнула обратно в сугроб.

Голые ладони обожгло холодом, снег засыпался в рукава и как-то попал на шею и на лицо. Ощущения ещё те, зато бодрит отменно!

Пока я барахталась, воюя с сугробами и собственной одеждой, мой собеседник взял и расхохотался. Громко так и весело. И вот если бы не обстоятельства, я бы даже заслушалась, а так лишь засопела и ещё активнее начала барахтаться.

Скрип снега совсем рядом, а затем я ощутила сильные крепкие ладони у себя на талии. Меня осторожно и совершенно без усилий потянули наверх, вытащили из снега и поставили на твёрдый участок. А потом чьи-то заботливые руки принялись осторожно отряхивать меня от снежных хлопьев.

Что-то странное случилось со мной в этот момент.

Я не могу объяснить, что случилось и почему.

Я просто застыла и дышала едва-едва, остро ощущая каждое прикосновение. И, казалось бы, меня просто вытащили из сугроба и теперь отряхивали от снега, но... для меня никто ничего такого не делал. С детства, когда мы с папой играли в снежки и он бросал меня в сугробы.

Папы давно нет с нами, но каждое воспоминание о нём окутывало меня волнами щемящего тепла.

Наверно, и сейчас причина была в этом.

– Да ты ледяная! – удивился мой спаситель без имени и с красивым смехом. – Так, снежная дева, это не дело. Идём. Тебя нужно отогреть.

Глава 6

– Не надо! – попыталась запротестовать я.

Но мужчина уверенно сжал тёплыми сильными пальцами мою ледяную ладонь и без лишних слов потащил меня за собой.

Держал он вроде бы легко, но вырваться у меня не получилось. Хотя я пыталась! Он просто не отпускал и продолжал уводить за собой.

Мы вернулись на дорожку, прошли в сторону дальнего конца базы и свернули во второй с конца домик. Последний был пуст. А вот в этом, к которому мы подходили, на деревянной открытой веранде горел свет.

То есть да, я была права. Этот вот мужчина – гость моей базы. И мой клиент соответственно.

– Послушайте, я...

Но меня не слушали.

Вслед за незнакомцем я была вынуждена подняться по трём деревянным ступенькам, пересечь веранду и войти в тёплый дом.

– Здесь должна быть кухня, – серьёзно и сосредоточенно произнёс он, самолично избавляя меня от шубы. – Сейчас сделаем тебе чай. И, вроде бы, тут есть камин.

Конечно есть. И кухня, и чай, и камин. А ещё шикарная ванна, душевая кабинка, большая кровать и мягкий диванчик в гостиной перед камином.

– Я в порядке, честное слово, – всё ещё пыталась объясниться я, но незнакомец каким-то образом умудрился избавить меня от шубы, хотя я сопротивлялась.

– Обувь сама снимешь? – он надавил на моё плечо, заставляя меня сесть на мягкую скамеечку у входа, а сам движением плеч избавился от своего пальто. – Я поставлю чайник.

Я вздохнула и молча посмотрела на него снизу вверх.

При ярком свете его внешность оказалась ещё красивее. Теперь я могла детальнее разглядеть его. И я точно видела, что его глаза очень красивого тёмно-синего цвета.

– Что? – он нахмурился.

– Вы не слушаете меня, – заметила я с лёгким укором.

Но без обиды.

Мужчина нахмурился сильнее и призадумался. Видимо, пытался вспомнить, когда и что я говорила. Судя по выражению лица, ставшему невозмутимым, он так ничего и не вспомнил.

Но всё же кивнул мне, будто говоря, что теперь точно готов услышать.

И я, чуть не улыбаясь, повторила:

– Я в порядке, большое спасибо за заботу. Думаю, вы устали и вам следует отдохнуть. А мне пора.

Я попыталась подняться, намереваясь забрать шубу и уйти. Но была остановлена очень спокойным и вместе с тем ужасно властным приказом:

– Сидеть.

Он так это сказал... со мной в жизни никто таким тоном не разговаривал. Вроде и слова негромкие, и голос звучал спокойно, но я рухнула назад на скамеечку, не в силах сопротивляться.

Я не успела даже задуматься, как тело среагировало само. Оно меня просто уронило обратно.

И пока я потрясённо хлопала ресницами и пыталась понять, что и как случилось, мужчина тяжело вздохнул и вдруг присел передо мной на корточки.

Наши лица оказались на одном уровне. Его было спокойным, доброжелательным и чуточку уставшим. А вот у меня зачем-то начали краснеть щёки и взгляд ошалело забегал, избегая смотреть на мужчину.

– Давай откровенно, – предложил он этим своим размеренным приятным голосом. – У тебя что-то случилось.

Я всё же посмотрела в его глаза и упрямо отрицательно замотала головой.

– Да брось, – кривая улыбка коснулась уголков его губ. – Ты точно плакала. Вид у тебя разбитый. И не будем забывать, что я нашёл тебя в сугробе.

– Я сидела на качели! – сочла я своим долгом внести эту ясность.

Усмешка мужчины стала шире и снисходительнее. Ничего не говоря, он бровями указал на мою висящую шубу. Она была мокрой из-за растаявшего от домашнего тепла снега.

– Я до этого на качели сидела, – насупившись, проворчала я.

Не став спорить, он повторил:

– Ты плакала. Зная вас, женщин, я предположу, что всё дело в разбитом сердце.

Я хотела ему ответить. Даже резко шумно втянула воздух в грудь и открыла рот.

А что сказать – и не знаю.

Слов у меня не было.

Потому что он попал. Не знаю, случайно ткнул или правда всё понял. Но он верно сказал. У меня напрочь разбито сердце.

И весь набранный воздух я медленно выпустила. Поникли плечи, опустилась голова, глаза наполнились слезами.

Ну, приехали. Не хватает ещё реветь перед гостями. Ну Марина!

Тихо! Дыши. Давай, ртом, вдох...

– С мужем поругалась? – спросил мой крайне проницательный собеседник.

И всё, все мои попытки держать себя в руках разлетелись вдребезги.

– Разводимся, – сквозь стиснувший горло спазм выдавила я, заливаясь горячими обидными слезами.

Я очень, очень старалась взять себя в руки. Но мужчина как будто специально всё не затыкался.

– И ты по нему слёзы льёшь? – спросил он сочувственно, протянул руку и сжал одной ладонью две мои.

– Нет, – я шмыгнула носом, – я плачу, потому что мне больно.

– Тяжёлый разрыв?

– Угу, – моя голова качнулась вперёд-назад. – Я узнала, что все семь лет брака он любил другую. Теперь она разводится и он уходит к ней.

Мужчина тихо хмыкнул и пробормотал:

– Два сапога пара.

Это уж точно.

Мы немного помолчали, пока я шмыгала носом и капала слезами на ладонь незнакомца. А потом он негромко спросил:

– И что дальше? Ты потеряла веру в людей и надежду снова быть счастливой?

– Вот ещё! – куда горячее, чем собиралась, воскликнула я и вскинула мокрое лицо. – Если я зароюсь в песок и буду всех сторониться, то это будет означать окончательную победу Антона. Я ему такого удовольствия не доставлю.

Мужчина улыбнулся мне. Очень тепло и одобрительно.

– Пошли. Расскажешь трагедию своей жизни, – он поднялся и вдруг подмигнул мне. – А я расскажу трагедию своей.

Глава 7

Вот теперь я была заинтересована.

Как же так? У такого красивого и доброго человека есть своя трагедия? Разве его жизнь не должна быть идеальной?

Почему-то при взгляде на него она мне именно такой и представлялась.

Куча денег, всеобщая любовь. У него наверняка и работа какая-нибудь очень важная и солидная. Директор банка. Инвестор. Хозяин мира.

– Вам тоже разбили сердце? – я удивлённо смотрела на него снизу вверх.

– Я без чая не откровенничаю, – хмыкнул он и указал мне туда, где виднелась кухня, а сам снова надел пальто и направился к выходу, сказав: – Я схожу за вещами. Если вернусь, а тебя нет...

Он выразительно замолчал, стрельнул в меня глазами и вышел.

А я так и осталась сидеть.

Во мне боролись противоречивые чувства.

Профессионализм требовал придерживаться правил, которые я сама же и ввела. А именно – не заводить близких отношений с клиентами, если они изначально не были моими друзьями.

Откровенничать посреди ночи с собственным гостем – точно плохая идея.

Но с другой стороны... правда ли так серьёзны эти правила? Возможно, я могу сделать исключение?

Вряд ли случится что-то плохое. А человеческая поддержка – лучшее лечение от душевных ран.

Мы просто поговорим.

К тому же, мне действительно ужасно интересно узнать, что у него там за трагедия всей жизни. Я ужасно любопытная особа!

Решив, что в честь конца света можно позволить себе глупость, я вздохнула и сняла обувь. А потом пошла прямиком на кухню.

Я знала, где что лежит, потому что каждый домик обустраивала сама. Мне нравилось соединять красивые мелочи воедино и получать что-то уютное и гармоничное.

Все домики проектировала я сама. И снаружи, и внутри. Подбирала отделку, мебель, освещение. Каждая деталь каждого метра моей базы.

Пока незнакомца не было, я успела вскипятить чайник и накрыть к столу. Дом был готов к заселению и тут был минимальный запас продуктов – сахар, чай, кофе, печенье, конфеты. Тут есть кухня и гости могут привозить продукты с собой и готовить здесь. Или ходить на завтрак, обед и ужин в обеденный домик.

Из прихожей послышалось шуршание пакетов и шаги.

– Тебя как зовут-то? – спросил мужчина, заходя на кухню уже без обуви и пальто.

– Марина, – я улыбнулась, потому что собиралась задать ему тот же вопрос. – А вас?

– Александр, – он поставил пакет на стол рядом с плитой и стал выкладывать продукты. – Почему ты ко мне на вы?

Я невнятно пожала плечами.

– Профессиональная этика.

– Работаешь здесь? – он бросил на меня внимательный взгляд, которым тут же пробежался по моей одежде.

Я вновь пожала плечами и как можно более невозмутимо сказала:

– Это моя база.

– О! – брови Александра взлетели вверх, но он продолжил вытаскивать продукты. – Хорошее территориальное расположение. И визуально здесь всё на высоком уровне.

Это он так комплимент сделал? Э-э...

– Спасибо, – сказала я с сомнением и нахмурилась, – вроде бы.

Он хмыкнул и почти беззвучно рассмеялся. Затем скомкал и выбросил в урну пакет, а у меня спросил:

– Есть хочешь?

– Нет, – ещё не хватало, чтобы он меня кормил.

– Хорошо, – и мужчина взялся перекладывать свои покупки в холодильник.

Я увидела какие-то овощи и стейк красной рыбы.

Я такой всего раз в жизни ела. Сама сделала. Опыта в приготовлении рыбы у меня было ужасно мало, поэтому блюдо вышло не очень. А Антон стал ругаться, что я такие бабки на такую дрянь спустила. Больше я ничего подобного и не покупала.

– Ну, что у тебя там с мужем?

Я удивилась, когда Александр подошёл и отодвинул один из стульев, а после выжидательно посмотрел на меня. Он его для меня отодвинул. Причём сделал это так легко и непринуждённо, как нечто само собой разумеющееся. Будто в этом не было ничего такого и каждый мужчина постоянно делал подобное.

Несколько удивлённая, я неловко шагнула и села. И удивилась ещё сильнее, когда этот же стул мужчина с лёгкостью придвинул ближе к столу.

Только потом он сел рядом. Сам разлил горячий кипяток по кружкам и бросил в каждую по пакетику травяного чая.

– Неужели всё настолько плохо, что не хочешь рассказывать? – удивился он, неверно поняв моё молчание.

Говорить о том, что я молчала из-за шока от его действий, я не стала. Мне как-то... неловко и даже стыдно было.

Причём стыдно почему-то за Антона. Он был моим мужем, но никогда не отодвигал для меня стул.

– Да нет, – растерянно отозвалась я, – не знаю... Это не самая приятная история. Уверен, что хочешь, чтобы я ныла и жаловалась?

– Я слушаю, – просто кивнул он.

Антон бы не стал. Он не переносил женских слёз и терпеть не мог, когда я на что-то жалуюсь. «Ты сама виновата, зачем пошла туда/взяла столько дел/не организовала время?».

Я думала, что все мужчины такие. Но буквально первый встречный оказался полной противоположностью моего мужа.

Я медленно и негромко заговорила. Вначале приходилось прикладывать усилия, чтобы выталкивать сухие факты о себе.

Но Саша внимательно слушал, пододвинув ко мне чай, и меня понесло.

Заливаясь слезами, путаясь в словах и дрожа всем телом, я выливала незнакомому человеку всю свою боль от предательства. Весь страх снова довериться не тому и ещё через десять лет вновь узнать, что меня и в этот раз не любили.

В итоге мы как-то оказались на диване. Я была с ног до шеи укутана тёплым пушистым пледом и плакала у Саши на груди. А он сидел, обнимал меня одной рукой и успокаивающе поглаживал по спине.

А потом вдруг спросил:

– Ты сказала, твой муж нацелился на твою базу?

Это были его первые слова.

Я всхлипнула и кивнула.

Александр помолчал немного. Он то ли размышлял над ситуацией, то ли решал, говорить ли мне то, что вертелось у него в голове.

Но в конце концов я услышала серьёзное:

– Если позволишь, я могу помочь.

Глава 8

– Чем же ты поможешь?

Я притихла в ожидании его слов.

Надеяться было страшно. Очень. Но и не надеяться тоже не получалось.

Мне отчаянно хотелось, чтобы пришёл кто-нибудь, понимающий во всех этих делах, и хотя бы просто сказал: не паникуй, всё будет нормально!

Я справлюсь, честно. Мне просто нужно немного уверенности в себе.

– Скажем так, – помедлив, произнёс Саша, – решать чужие проблемы – моя работа.

Теперь помедлила уже я, размышляя над его словами.

Я чуть отстранилась, чтобы была возможность заглянуть мужчине в лицо.

– Ты юрист? – спросила я прямо, отказываясь верить в такое совпадение.

Губы мужчины дрогнули в лёгкой улыбке.

– Адвокат по разводам, – вежливо исправил он с кивком. – Показать визитку?

Я потрясённо кивнула, во все глаза глядя на него.

Александр поднялся и отошёл к своему пальто, достал что-то из внутреннего кармана и вернулся ко мне. Он сел, деликатно не заметив, что я не стала вновь падать в его объятия и неловко отсела подальше.

Мне невозмутимо протянули чёрный пластиковый прямоугольник.

Иридов Александр Романович. Адвокат.

Ниже номер телефона и адрес. Я так понимаю, офиса.

Надо же.

Кто бы мог подумать! Вот это везение. Как же так получилось, что из всех возможных людей далеко от города среди зимней ночи я встретила именно адвоката?

Разве бывают такие совпадения?

Может, это судьба? Божественное проведение? Может, мы не случайно встретились?

Вдруг именно Александр – моё спасение и ключ к счастливому будущему?

Я повнимательнее присмотрелась к нему. Как будто у него на лбу могли появиться мигающие буквы: да, детка, это я!

Глупость какая.

– С улыбкой тебе точно больше идёт, – отметил он, искривив губы в доброй насмешке и подмигнув мне.

Я поняла, что действительно улыбалась своим глупым мыслям.

Но мне нравилась ответная улыбка Саши. Она была очень тёплой и доброй, а мне сейчас отчаянно не хватало именно этого.

– И ты правда станешь помогать? – скрыть надежду из голоса я не смогла.

Мужчина очень серьёзно посмотрел мне в глаза.

– Не вижу причин бросать тебя в беде.

Я неопределённо пожала плечами и опустила взгляд.

Странно это. Что не я одна буду сражаться с целым миром, как обычно. Странно, что кто-то решил мне помочь.

– У тебя всё официально? Зарегистрированная организация? – включив профессионала, начал спрашивал Александр.

– Да, – я даже кивнула в подтверждение и подняла на него взгляд.

– Хорошо, – он тоже кивнул. – Ты вышла замуж раньше или позже, чем всё зарегистрировала?

Я растерянно моргнула и честно сказала:

– Не знаю... Мы точно уже встречались с мужем. Но я не помню, были ли мы уже женаты...

– Надо посмотреть документы, – подсказал Саша.

Видя охвативший меня на несколько секунд страх, он ободряюще посмотрел в мои глаза, протянул руку и сжал мою ладонь.

От этого простого действия по моей коже скользнула волна тепла. Как будто кто-то укутал меня пушистым мягким одеялом.

Так удивительно. И всё же очень странно! Не помню, когда меня в последний раз кто-то поддерживал.

Так уж вышло, что во взрослую жизнь я пришла без подруг. И завести новых так и не удалось.

Если честно, оглядываясь сейчас назад, я серьёзно подозревала, что причиной тому был Антон.

Он часто говорил, что настоящие друзья – это муж и жена. Что нам никто другой не нужен. Правда, у него самого была пара друзей, но он говорил, что это совсем другое. Потому что эти люди с ним с детства, а у меня таких верных приятелей не было.

А если мне удавалось подружиться с какой-нибудь женщиной, Антон активно рассказывал про неё гадости. Что она странная, сомнительная и ненадёжная. Ей нельзя доверять. Она не желает мне добра.

Муж делал всё это так убедительно, что я безоговорочно верила ему.

Почему мои глаза начали открываться только сейчас?

Может, потому, что я только сейчас увидела, что можно по-другому?

Александр одним своим существованием показал, что есть другие мужчины. И поэтому я начала ставить под сомнения все слова и действия своего пока ещё мужа.

– Здесь не все документы, – медленно проговорила я, переживая разрушение всей своей жизни. – Часть в городе, в квартире.

Я не стала добавлять, кто ещё был в той квартире. Хорошо, что Саша был понятливым и просто кивнул, когда наши взгляды встретились.

– Не подписывай пока никакие документы, – посоветовал он тихо и серьёзно. – Надо во всём разобраться.

Я кивнула, ещё раз и ещё... Перед глазами всё вновь размылось, а под веками больно защипало.

– Не переживай, – если бы Саша сам по-мужски грубовато не притянул меня к себе, обняв за плечи и прижав к своей груди, я бы точно не стала снова падать в его тёплые утешительные объятия. А так я просто не стала вырываться. – Всё будет нормально. Я всё решу.

Странный смешок вырвался из моей груди и тут же превратился во всхлип.

Сколько раз я видела записи в Интернете про это мужское «Я всё решу», но впервые услышала его сама. Теперь я понимаю всех этих Настоящих Женщин из сети, которые призывают не размениваться на мудаков и принимать в свою жизнь только настоящих мужчин.

Настоящий мужчина – это роскошь.

Стараясь успокоиться, я украдкой вытерла глаза и напомнила:

– Ты собирался рассказать о своей жизненной трагедии.

Глава 9

– Верно, – Саша хмыкнул, из-за чего дёрнулась его грудь и я.

Только усмешка совсем не показалась мне весёлой. Скорее наоборот. Мрачной какой-то.

Мужчина осторожно откинулся спиной на спинку дивана, увлекая меня за собой.

Мне снова стало неловко. Мы едва знакомы, а я тут рыдаю у него на груди... Но до него никто никогда не позволял мне вот так плакать.

Обычно, если кто-то видел мои слёзы, мне говорили успокоиться и быть сильной. А Антон и вовсе или уходил, или ругался, что я опять болото развела.

Так что я научилась плакать в тишине и одиночестве по паре минут. Чтобы никто не видел и не говорил мне, какой сильной я должна быть.

Александр Иридов стал чудом из чудес. Не знаю, кто подбросил его в мою жизнь, но я была искренне благодарна за одно только его появление.

Вот и сейчас, когда я попыталась неловко выбраться из объятий, которые считала не совсем допустимыми, Саша положил широкую ладонь мне на голову и притянул обратно к своей груди.

– Женщина, я тут собираюсь душу изливать, – с наигранной суровостью укорил он меня.

Я неловко хихикнула, но решила не настаивать на своём. Когда ещё кто-нибудь позволит мне вот так лежать на нём и портить рубашку слезами?

К тому же, вряд ли я второй раз встречу столь шикарного мужчину, как этот. Чтобы и внешне роскошный, и внутренне – просто мечта.

Вот только от нервов у меня в конец промёрзли ноги. Ступни и пальцы замерзали даже сквозь плотную и тёплую ткань колготок. Да, колготок. Зима и морозы на дворе, поэтому каждая уважающая себя женщина убрала носки в дальний ящик.

Я поёрзала на Александре, удобнее устраиваясь частично на нём, частично на диване. Я попыталась убрать ступни под попу, но так было неудобно... поэтому я обнаглела в конец и запихнула пальцы между диваном и ногой мужчины.

– Замёрзла? – запоздало догадался он. – Я разожгу камин.

Божечки... правда? Для меня?

– Да не нужно, – вяло запротестовала я.

К счастью, меня уже не слушали.

Александр осторожно поднялся, полностью пересадив меня на диван, и отошёл к камину. Присев перед ним на корточки, он уверенно переложил несколько поленьев из металлического держателя в углубление. Ещё с одного содрал кору, уложил между дровами и поджёг.

Пара минут – и комната наполнилась лёгким вкусным запахом дыма, отсветами огня и занимающимся треском древесины.

Я удивилась, как быстро и ловко Саша справился. Я бы точно минут десять возилась, а то и дольше.