Тайновидец. Том 13: Мастер невезения

Алекс Рудин

Тайновидец. Том 13: Мастер невезения

Глава

Глава 1

Иногда очень приятно болеть.

Ты лежишь в постели, изображая умирающего страдальца, твоё горло обмотано шерстяным шарфом, на лбу — мокрое полотенце, а домашние заботливо хлопочут вокруг тебя, приносят тебе кислый клюквенный морс, горячий куриный бульон, рассказывают новости и вообще всячески о тебе заботятся. И ты чувствуешь, что всем нужен, и все тебя любят.

Красота!

Есть только один человек, который может всё испортить — это целитель с его зельями и порошками.

— Как ты себя чувствуешь? — заботливо спросила Лиза.

Она потрогала мой лоб, её ладонь была приятно-прохладной.

— У тебя опять температура, — нахмурилась она. — Всё-таки нужно вызвать целителя. Я попрошу Ваню Горчакова приехать.

— Не стоит его беспокоить, — хриплым голосом ответил я. — Мне уже лучше. А есть ещё вкусный клюквенный морс?

— Конечно, — ответила Лиза, наливая морс в стакан из стеклянного графина. — Тебе нужно больше пить.

Она поставила графин на столик, присела на край кровати и грустно вздохнула:

— Ты совсем себя не бережёшь. Зачем было купаться в апреле?

— Это был магический источник, — объяснил я. — К тому же, теплый. Зато дождь, который начался на обратном пути, оказался очень даже холодным. А полицмейстер, как выяснилось, большой поклонник открытых мобилей — из них, по его словам, удобнее стрелять в дичь, которую пугает шум мотора.

Полицмейстер Викентий Андреевич Смолатов всё-таки заманил меня на охоту в своё загородное поместье Боборыкино. На закате мы прекрасно поохотились на вальдшнепов, а за ужином Викентий Андреевич рассказал мне о магическом источнике, который бьёт неподалёку. По словам местных жителей источник очищал магический дар и возвращал молодость.

Возвращать молодость я не собирался, мне своей хватало. А вот магические свойства источника меня заинтересовали, и утром мы отправились к нему.

Магический источник оказался маленьким озерцом, больше похожим на пруд, но удивительно чистым. Жители Боборыкино сколотили на берегу деревянные мостки, с них-то я и нырнул в прозрачную тёплую воду.

Крохотные пузырьки приятно защекотали кожу. Я прислушался к своему магическому дару — он негромко и ровно гудел. Какие-то магические свойства у здешней воды несомненно были.

— А почему здесь никого нет, кроме нас? — крикнул я полицмейстеру, который дожидался меня на берегу.

— Считается, что в этом источнике вредно купаться чаще одного раза в год, — объяснил полицмейстер. — Магии это не нравится. Местные выбирают для купания более подходящую погоду, а горожанам про источник ничего не известно.

— И хорошо, — рассмеялся я, вытягиваясь на поверхности воды.

Я предусмотрительно захватил с собой большое полотенце и тёплую одежду, но эти меры предосторожности не помогли. На обратном пути нас догнал ливень с холодным ветром, а в поместье мы вернулись, промокнув до нитки.

— Так что мне просто не повезло, — сказал я Лизе. — Ничего, пару дней отлежусь дома, всё равно заняться нечем. А целителя звать не нужно, я и так поправлюсь.

Стоило мне это сказать, как в моём сознании прозвучал знакомый холодный голос. Мне прислал зов Никита Михайлович Зотов.

— Как ваше здоровье, господин Тайновидец? — поинтересовался он. — Слышал, вы простудились?

— Вас не обманули, — признался я. — Лежу в постели, наслаждаюсь насморком и температурой.

— Жаль, — огорчился Никита Михайлович. — Мне очень нужна ваша помощь, но видно, придётся справляться без вас. Хотя, случай очень необычный. Ума не приложу, с какого конца к нему подступиться, вот и решил посоветоваться с вами.

— Что за случай? — насторожился я.

— Долго рассказывать, — ответил Зотов. — Я как раз неподалёку от вашего дома, хотел заехать. Ладно, в другой раз. Выздоравливайте, Александр Васильевич.

— Приезжайте прямо сейчас, — вздохнул я. — Игнат вас впустит.

Я попрощался с Зотовым и посмотрел на Лизу:

— Считай, что ты меня уговорила. Вызывай целителя, мне нужно как можно быстрее встать на ноги. Сейчас заедет Никита Михайлович, у него случилось что-то интересное. Мы с ним поговорим в кабинете.

С этими словами я сел в постели и нашарил босыми ступнями домашние туфли.

— Новое дело? — рассмеялась Лиза. — У тебя сразу глаза заблестели.

— Это от температуры, — убедительно сказал я.

Но Лиза покачала головой:

— Позвольте вам не поверить, ваше сиятельство. Скоро обед, вы осчастливите нас своим присутствием за столом?

— Осчастливлю, — сдался я. — Куда я денусь?

— К Прасковье Ивановне приехала двоюродная сестра из деревни, — сказал Лиза. — Они давно не виделись. Ты не против, если она остановится у нас — в доме Игната и Прасковьи Ивановны?

— Не против, если ей это удобно, — пожал я плечами. — Дом-то у нас волшебный, к такому не каждый готов.

Я услышал шум мотора и выглянул в окно.

— А вот и Никита Михайлович на своём знаменитом мобиле. Скажи Игнату, чтобы проводил его в кабинет и принёс кофе, а я пока переоденусь.

***

Переодевшись, я захватил с собой побольше носовых платков и спустился в кабинет. Никита Михайлович уже был там — он стоял, заложив руки за спину, и хмуро смотрел в окно.

— Рад вас видеть, — пронусавил я.

И тут же оглушительно чихнул:

— Апччхи!

Никита Михайлович озабоченно покачал головой:

— Что-то вы совсем расклеились, ваше сиятельство. Уверены, что сможете выдержать разговор? Предупреждаю, коротко не получится.

— Рассказывайте, — кивнул я, опускаясь в кресло и наливая себе кофе.

Из чашки шёл пар, но сколько я ни принюхивался, так и не смог уловить запах. Зато вкус оказался, что надо, и я довольно улыбнулся.

— Наливайте себе кофе и начинайте, — предложил я Зотову.

— С нашим мастером невезения произошла неприятная история, — сказал Зотов.

От неожиданности я чуть не поперхнулся и закашлялся, стараясь не расплескать кофе.

— С кем? С каким мастером?

— Это секретная информация, — вздохнул Зотов. — Приятно слышать, что даже вам она неизвестна. В Имперской судебной системе служат несколько тёмных магов, их называют мастерами невезения.

— И чем они занимаются? — изумился я. — Отнимают удачу?

— Именно так, — кивнул Никита Михайлович. — Но только у преступников, чья вина точно установлена судом. Это не наказание, а мера предосторожности. Как вы думаете, почему из имперских тюрем почти невозможно сбежать? А если кому-то это удаётся, то его быстро ловят.

— Невезение? — удивился я.

— Вот именно, — кивнул Зотов. — Это заслуга мастеров невезения. Они проклинают преступников, и от тех надолго отворачивается удача.

Я не выдержал и рассмеялся — представил себе испуганного злодея и тёмного мага, который нависает над ним, размахивая руками и бормоча зловещее заклинание.

— Рад, что мне удалось поднять вам настроение, Александр Васильевич, — усмехнулся Зотов. — Между прочим, это трудная работа, она требует большой выдержки.

— Поднимать мне настроение? — расхохотался я, и снова чихнул, да так, что из глаз полились слёзы.

— Это как раз нетрудно, — покачал головой Никита Михайлович. — Я говорю о работе мастеров невезения. Закон строго запрещает им проклинать кого-то, кроме преступников, иначе мастер сам окажется в тюремной камере, и глазом моргнуть не успеет. Только на таких условиях Империя разрешает им использовать свой магический дар. И с магией у них какой-то особый договор, но в такие детали я не вникал. Важно понимать одно — маги невезения не могут проклинать каждого, кто подвернётся им под горячую руку.

— Да, в такой ситуации поневоле придётся тренировать терпение, — согласился я. — А куда девается удача, которую они отнимают у преступников? Не может же она исчезать бесследно.

— Хороший вопрос, — кивнул Зотов. — Удача, как вы можете догадаться, переходит самому магу. Вот только использовать её в корыстных целях тоже запрещает закон. Так что маг невезения не может внезапно выиграть в лотерею или получить богатое наследство от незнакомца. Разумеется, в обычной жизни у них всё хорошо — мелкие бытовые неприятности, болезни и несчастные случаи обходят их стороной. Но и только.

— Не завидую я этим магам, — усмехнулся я. — Обладать такой силой и не иметь возможности ею воспользоваться.

— У них нет выбора, — кивнул Зотов. — Либо служба на благо Империи, либо изгнание и полный запрет на магию. К нашему счастью, магов с таким даром очень мало — пять человек на всю Империю, а в Столице только один.

— И что же с ним случилось? — поинтересовался я.

— Он потерял свой дар, — ответил Зотов. — Вернее, его дар стал работать ровно наоборот. Теперь он приносит удачу окружающим, а самому магу достаются только неприятности.

— Колесо повернулось в обратную сторону? Апччхи! Извините. Занятная история, но пока у меня нет никаких версий. Хорошо бы мне самому поговорить с этим магом.

— Я не был уверен, что вы возьмётесь за расследование, поэтому решил сначала сам поговорить с вами, — кивнул Никита Михайлович. — Когда вы сможете с ним повидаться?

Тут в дверь кабинета постучали, и вошёл Игнат с подносом.

— Горячее молоко, ваше сиятельство, — тоном, не допускающим возражений, заявил он. — Елизавета Фёдоровна сама подогрела и велела проследить, чтобы вы непременно выпили.

— Я же согласился на целителя, — возмутился я. — К чему эти издевательства?

— Какое же это издевательство, если народное средство? — возразил Игнат. — Нас с братьями матушка в детстве всегда горячим молоком лечила. И ничего — все выросли. А целитель неизвестно, каким зельем опоит. Меня вот целители от тёмного заклятья сколько лечили, а толку никакого — всё равно не могу вспомнить, как солому в кузов грузил. А господину Прудникову супруга народное средство прописала — память и вернулась.

— Так ты сходи к госпоже Прудниковой на сеанс, — посоветовал я. — Пусть она и тебя полечит.

Деваться было некуда, и я осторожно попробовал молоко. Оно оказалось приторно-сладким, моя любимая супруга, не жалея, бухнула в чашку мёда. К губам мгновенно прилипла противная молочная пенка.

— Пейте, ваше сиятельство, пейте, — сурово кивнул Игнат.

— Пью, — вздохнул я. — Послушай, Игнат, какое интересное дело нам подвернулось. Мастер невезения потерял свой дар, и теперь его преследуют неудачи. Никита Михайлович предлагает ему помочь.

— Чур меня! — выпучил глаза Игнат. — Решать вам, Александр Васильевич, а только не брались бы вы за это дело.

— Почему? — удивился я.

— А если его неудача на вас перейдёт? Или на весь дом перекинется? Кого угодно спросите, каждый скажет, что с неудачами связываться не дело.

— Ерунда, — поморщился Зотов. — Ты путаешь магию с тёмными суевериями. Магический дар ни на кого “перекинуться” не может.

— Народ зря говорить не станет, — упрямо покачал головой Игнат.

Несмотря на огорчение, он внимательно проследил за тем, чтобы я допил молоко, и только после этого поставил чашку на поднос.

— Так в какое время вы сможете увидеться с господином Косогоровым? — снова спросил Никита Михайлович.

И тут наверху раздался звон бьющейся посуды. Испуганный женский голос, в котором явно слышались истеричные нотки истошно завопил:

— Брысь, проклятый!

Игнат и Зотов обернулись на крик, я вскочил с кресла. Дверь распахнулась, в кабинет пулей влетел магический кот Уголёк и, громко шипя, забился под моё кресло.

— Что происходит? — спросил я его.

Кроме любви к паштетам, у Уголька был ещё один важный талант — он умел говорить. Мысленно, конечно.

— Эта женщина швырнула в меня чашкой, — ошарашенно ответил Уголек. — Откуда она взялась? Не пускай её в кабинет, пожалуйста.

— Какая женщина? — не понял я.

— Не знаю, — ответил магический кот. — Я заглянул на кухню, чтобы поесть, а она там разговаривала с Прасковьей Ивановной. Увидела меня, и как закричит, как размахнётся!

Я наконец-то понял, что Уголёк говорит про гостью, которая приехала к нашей кухарке.

— Наверное, она просто не ожидала увидеть тебя, вот и испугалась, — предположил я.

— Она кричала, что я принесу несчастья, — возмутился Уголёк. — Зачем вы её вообще пустили?

— А действительно, зачем? — удивился я. — И как вышло, что дом не посоветовался со мной?

Я поднял глаза к потолку и задал этот же вопрос своему особняку. Дом помолчал, затем ответил всплеском коротких ментальных импульсов.

Импульсы вспыхнули так быстро, что я почти ничего не разобрал. Но мне показалось, что особняк жалуется на магического кота.

Зато Уголёк всё отлично понял.

— Ну, ладно, это я разодрал диван в гостиной, — угрюмо признался он. — Но я же кот, мне нужно точить когти!

— Вот оно что, — понял я. — Давайте договоримся, больше никакой вражды. Все разногласия решаем путём переговоров. Диван отправим в мастерскую, а тебе я куплю когтеточку. И поговорю с гостьей Прасковьи Ивановны, нужно её успокоить.

— Александр Васильевич, вы меня слышите? — нетерпеливо позвал Зотов.

Я поморгал и понял, что он спрашивает не в первый раз.

— Не обращайте внимания, — сказал я. — Меня отвлекли небольшие семейные разногласия. На чём мы остановились?

— Я спросил, когда вы сможете увидеться с мастером невезения.

Я посмотрел в окно и увидел, что возле нашей калитки остановился мобиль Ивана Горчакова. Целитель прибыл по мою душу, теперь он быстро поставит меня на ноги.

— Пусть ваш маг приезжает ко мне после обеда, — решил я.

— А вы неплохо устроились, — усмехнулся Зотов. — Скоро откроете своё детективное агентство, и будете распутывать магические загадки, не выходя из дома. Этот кабинет прекрасно заменит вам контору. Ладно, я сам привезу господина Косогорова часа через три. Вы ведь будете дома?

— Куда я денусь? — кивнул я и высморкался в платок. — А вы не хотите остаться на обед?

— Очень хочу, — вздохнул Никита Михайлович, — но не могу. Поеду к нашему эксперту, он задолжал мне отчёты сразу по трём делам. Заодно отниму у него бутерброд, если повезёт.

Глава 2

Даже магия не избавляет от простуды мгновенно. Невыносимо-горький порошок, который Иван растворил в горячей воде, заставил меня чихать до слёз. Но после этого я почувствовал себя лучше — жар спал, и ломота в теле почти прошла. Остались только насморк и слабость, зато вернулся аппетит.

— Завтра будешь совершенно здоров, — подбодрил меня Иван.

— Останешься на обед? — спросил я.

— Не сегодня, — покачал головой Горчаков. — Нужно пораньше разобраться с делами в госпитале, вечером у меня свидание.

— Рад за тебя, — я дружески хлопнул Ивана по плечу. — Я её знаю?

— Вряд ли, — улыбнулся Иван. — Но у тебя будет шанс познакомиться. Осенью Наташа хочет поступать в Магическую академию, на курс целительства.

— Ты всерьёз думаешь, что я собираюсь ждать до осени? — изумился я. — В таком случае, ты меня плохо знаешь.

— На следующей неделе мы собираемся на выставку магических скульптур, — сдался Иван. — Можем встретиться там.

— Выставка магических скульптур? — удивился я. — Странно, что я ничего об этом не знаю. Нужно будет поинтересоваться у Лизы.

Я проводил Ивана до двери, а затем поднялся на второй этаж. Анюта и Прасковья Ивановна уже накрывали на стол.

— Что у нас на обед? — потирая руки, спросил я.

— Ваши любимые щи с говядиной и рыбный пирог, — ответила Прасковья Ивановна.

Это только звучало просто. На самом деле, щи Прасковьи Ивановны было не стыдно подать на стол самому императору. Собственно говоря, император и наворачивал их с удовольствием, когда заглянул как-то к нам на обед.

Прасковья Ивановна томила щи в глиняном горшке под корочкой из теста до тех пор, пока они не становились густыми, а мясо не начинало распадаться на нежные волокна. Добавьте сюда густую сметану прямиком с фермы Степана Митрохина, свежий домашний хлеб с жёлтым сливочным маслом и вы поймёте, как это вкусно!

Что касается рыбного пирога, то под тонким тестом скрывалась сочная начинка из трёх видов рыбы. По секрету Прасковья Ивановна сказал мне, что кроме форели и судака непременно добавляет в начинку сома — его жирное мясо и придаёт начинке сочность.

Неудивительно, что мой желудок нетерпеливо заурчал, а рот наполнился слюной.

— А где ваша сестра? — спросил я Прасковью Ивановну, пока она разливала по тарелкам дымящиеся щи. — Надеюсь, Уголёк не очень её напугал?

Кот, которому уже щедро положили в миску свежий паштет, возмущённо посмотрел на меня.

— Неизвестно ещё, кто кого напугал, — мяукнул он.

— Как услышала, что у нас принято обедать вместе, так побежала переодеваться к столу, — покачала головой Прасковья Ивановна. — Вы уж не сердитесь, Александр Васильевич. Я предложила ей в своей квартире пожить, а она сюда напросилась.

— Если дом её впустил, значит, всё в порядке, — успокоил я кухарку. — К тому же, она приехала повидаться с вами.

— Место она искать приехала, — вздохнула Прасковья Ивановна. — За десять лет ни разу письма не написала, а как услышала, что я в графском доме служу, так и примчалась. А мне неудобно её с порога завернуть, родня всё-таки.

— Уверен, что в Столице она сможет найти хорошую службу, — улыбнулся я.

— Так она у вас служить хочет, Александр Васильевич. Уже удочку закидывала, надеется, что я за неё попрошу.

— Нам, кажется, и так хорошо, — ответил я. — Но я поговорю с вашей сестрой. Постараюсь вежливо объяснить, что ей лучше поискать другое место.

— Спасибо, Александр Васильевич, — благодарно кивнула кухарка.

Я не стал упрекать особняк за то, что он впустил нежеланную гостью. Вреда от неё быть не могло, а особняк надеялся таким образом вразумить магического кота. Какому же дому понравится, что портят мебель?

Но дом почувствовал моё настроение и сам прислал мне успокаивающий ментальный импульс. Как будто хотел сказать — я это всё устроил, я и разберусь.

— Вот и хорошо, — улыбнулся я.

Потянулся за хлебом и нечаянно зацепил рукавом солонку. Она опрокинулась, и соль высыпалась на стол.

— Началось, — мрачно пробурчал Игнат. — Ох, зря вы за дело этого мага взялись, Александр Васильевич, не к добру это.

— Что за дело? — с интересом спросила Лиза.

— Потом расскажу, — пообещал я. — У меня есть новость куда интереснее. Ваня Горчаков рассказал мне, что на следующей неделе в Столице состоится выставка магических скульптур, и я удивлён тем, что ты в ней не участвуешь. Или участвуешь, просто я об этом не слышал?

— Я не стала подавать заявку, — вздохнула Лиза. — Ну, какой из меня скульптор?

— Скульптор из тебя замечательный, — твёрдо ответил я. — Решать тебе, но я горжусь тем, что твои скульптуры украшают парк Императорской магической академии. Кстати, Его Величеству они тоже нравятся, он сам мне говорил.

— Правда? — покраснела Лиза. — Тогда я подумаю. Если ещё не поздно, конечно.

— Наверное, у выставки есть какие-то организаторы, — предположил я. — Попробую с ними поговорить.

— Выставку организует Императорская академия художеств, — кивнула Лиза.

— Коллеги, — улыбнулся я. — Тем лучше, уверен, что мы найдём общий язык.

— А я вот не уверена, — призналась Лиза. — Там все знаменитые художники, скульпторы и архитекторы. А я просто любитель. Они будут смеяться над моими работами.

— Давай спросим об этом их самих, — предложил я. — Откажут — значит, откажут. По крайней мере, ты будешь знать, что попыталась.

— Спасибо, — улыбнулась Лиза.

— Что-то ваша сестра задерживается, — сказал я Прасковье Ивановне, отодвигая тарелку. — А из кухни почему-то пахнет дымом.

— Батюшки, пирог! — всполошилась кухарка.

Наперегонки с Анютой они бросились в кухню спасать выпечку.

— А я говорил, — мрачно кивнул Игнат. — Не к добру это.

— Обычная случайность, — улыбнулся я. — Ты же слышал, что сказал Никита Михайлович? Теперь мастер невезения приносит окружающим удачу.

— Это как посмотреть, — упрямо проворчал Игнат.

Пирог всё же спасли. Он и подгорел-то лишь с одного боку, и вкус при этом не потерял.

Но Прасковья Ивановна всё равно расстроилась.

— Что за день такой сегодня, — причитала она. — То Акулина как снег на голову свалилась, то чуть пирог не сожгла.

— Думаю, вам просто нужно отдохнуть, — успокоил я кухарку.

И выглянул в окно.

— А вот и Никита Михайлович с нашим пострадавшим. Пойду, встречу их.

Я набросил на себя пальто и вышел на крыльцо.

— Ну куда вы без шапки, ваше сиятельство? — укоризненно ворчал мне в спину Игнат. — Опять простудитесь.

Не обращая внимания на его ворчание, я подошёл к калитке.

Мастеру невезения едва ли исполнилось тридцать. Он оказался высоким и худым, к тому же выглядел порядком растерянным. Подмышкой он держал длинный чёрный зонт.

— Знакомьтесь, — кивнул Зотов. — Лукьян Матвеевич Косогоров, мастер невезения. А это граф Александр Васильевич Воронцов.

— Я много слышал о вас, господин Тайновидец, — с надеждой кивнул Косогоров.

Он говорил мягким баритоном. Трудно представить, что таким голосом можно кого-то проклинать.

— Дотроньтесь до калитки, — предложил я.

Мастер невезения послушно положил ладонь на чугунные прутья. Бронзовые колокольчики на ограде удивлённо зазвенели.

— Что скажешь? — беззвучно поинтересовался я у своего особняка.

Дом секунду помедлил, а потом ответил тёплым ментальным импульсом.

— Прошу, — улыбнулся я, открывая калитку.

И тут же убедился, что Никита Михайлович нисколько не преувеличил, рассказывая о неприятностях, которые свалились на голову мастера невезения.

Входя, Косогоров умудрился зацепиться карманом пальто за проушину замка. Дорогая тёмная ткань треснула, и пальто разошлось по шву.

— Осторожнее, — запоздало предупредил я.

— Простите, — покраснел Лукьян Матвеевич.

Я прислушался к его эмоциям и с удивлением понял, что он расстроен и смущён происшествием, но нисколько не злится. А ведь людям свойственно злиться на себя за собственную неловкость.

В эмоциях мастера невезения скорее была покорность. Как будто он пытался смириться с неожиданной переменой своего дара.

На крыльце Косогоров каким-то невероятным образом споткнулся и больно ударился коленом о ступеньку. Но и тут сумел удержать себя в руках, только привычно пробормотал извинения.

— Вы всегда так сдержанны? — поинтересовался я, открывая перед ним дверь кабинета.

— Конечно, — удивлённо кивнул Лукьян Матвеевич. — По-другому нельзя, у меня же тёмный дар. Никита Михайлович, наверное, вам рассказывал.

Когда я предложил ему кресло, он сначала надавил ладонью на сиденье и только потом сел. Но и тут не расслабился — сидел с прямой спиной, как будто готовился в любой момент вскочить на ноги.

Я сел за свой письменный стол и с интересом посмотрел на мастера невезения.

— Честно говоря, сегодня утром я впервые услышал о вашем магическом даре. Можете рассказать о нём подробнее?

— Он проявился ещё в детстве, — вздохнул Косогоров. — Вы же знаете, что такое мальчишки? Постоянное соперничество, азарт. И злость, конечно. Мне было восемь лет, я подрался с мальчишкой на два года старше меня. Он мне тогда нос разбил, было больно и обидно. Я и пожелал, чтобы он переломал себе кости. Просто выкрикнул вслух от обиды. А на следующий день он свалился с дерева. Хорошо, что успели довезти до целителя, тот вправил сломанные кости и залечил их.