Игра шестерых. Книга вторая

Глава 3 Сосуд

Боль! Это было первое, что я ощутил когда очнулся. Приоткрыв растрескавшиеся губы хотел было выругаться, но ничего у меня не вышло. В горле было сухо словно в пустыне, язык опух и прилип к нёбу, не желая двигаться. Поэтому вместо крепкого словца, из моей глотки вырвался жалкий всхлип, но даже если бы я смог завопить, как сирена, меня навряд ли бы кто услышал. Вокруг стояла полнейшая тишина. Поначалу подумал, что я оглох, но прислушавшись обнаружил что это не так. Я слышал собственные движения, скрип своего кожаного нагрудника и прочие звуки, которые создавал я сам, но других звуков... их не было. Тогда же я с ужасом стал понимать, что так же абсолютно ничего не вижу. Мрак и тишина окружали меня.Я стал паниковать и попытался встать, но оказалось, что я не нахожусь в горизонтальном положении — я находился... будто бы подвешенным прямо в воздухе. По другому это состояние описать не возможно. Несмотря на боль, я стал барахтаться руками и ногами, но результатов это не принесло. Глухой, слепой да ещё и обездвиженный, я был абсолютно беспомощен. Когда моё отчаяние достигло предела и я уже стал думать, что наверное всё таки умер, и теперь буду находиться здесь вечность. Гнев и страх объединились и породили во мне, что-то новое... что-то не очень хорошее, но то, что было нужно мне для того чтобы выстоять, любыми способами, выбраться отсюда и отомстить! «Я не закончил свои дела! И не намерен оставаться здесь!» — напрягая мышцы изо всех сил, подумал я.И у меня получилось! Я смог пошевелить пальцем.В следующие часы, дни или годы, не знаю сколько это продолжалось, так как время в этом месте не ощущалось совсем. Я не обращая внимание, на нарастающую боль в каждой клеточке моего многострадального тела, продолжал пытаться пошевелиться, моргнуть или крикнуть. Успехи мои были не впечатляющими, но я упорно, как и всегда шёл к моей цели.В один момент и как-то вдруг, где-то далеко появилась маленькая белая точка. Она стремительно стала приближаться и расти в размере, а когда была уже совсем рядом, невыносимо яркий белый свет, ударил резью по моим глазам. Я сумел выдержать и это! Проморгавшись, я через силу приоткрыл слезившиеся глаза и увидел, что свет имеет человеческий силуэт. Мне показалось, что он немного притушил яркость и мне стало полегче. — А ты упорный, — прозвучал его голос у меня в голове.Я захрипел пытаясь ответить, но у меня ничего не вышло. — Здесь нет звуков, поэтому ты не можешь говорить, — пояснил зачем-то мне он. — Но тебе и не нужно говорить. Смертный продержавшийся в небытие, столько времени заслуживает шанс. Я дарую его тебе! — закончил он, дотрагиваясь до моей груди и моё сознание стало меркнуть.Последнее что пронеслось в моей голове, были слова светящейся фигуры. — Он будет недоволен. *** Максим вымотанный, уставший, в пыльной одежде сидел на застеленной койке в своём закутке. Рядом на полу в наваленной куче лежало его снаряжение. Потрёпанное, износившееся, потерявшее свою новизну и блеск, но ещё достаточно крепкое, чтобы послужить ему ещё немного. Беспрерывное сражение на грани, могло «потушить» даже такого весельчака как он. И скоро, скорее всего очень скоро, их сомнут. Даже не прогибаемая Лита, уже отчаялась и сдавала свои позиции. С момента начала этого кошмара, прошло немало времени и они неплохо держались, но как оказалось один боец, стоил всех их вместе взятых. Вася истреблял врагов десятками, что позволяло удерживать ежедневные атаки, а когда они лишись его поддержки, то всё пошло наперекосяк. Инсектоиды напирали волнами, частенько они примечали новых, до этого ещё не виденных особей. В какой то момент, Макс уже и не понимал когда это произошло, инсекты попёрли чуть ли не сплошной волной. Заставляя людей и день, и ночь быть настороже, они и без этого охраняли лагерь круглосуточно, но раньше была хоть какая-то передышка, а теперь приходилось сражаться бесконечно. Лишь очень редко, когда напор чуть ослабевал, находилось пару часов для отдыха, но это время нужно было поделить на всех участников обороны. Поэтому каждому доставалось максимум минут двадцать. Когда Вася внезапно пропал, все решили, что он погиб в лесу, где и проводил большую часть своего времени. Максу до последнего не верилось в это и однажды когда ему выпала возможность на отдых. Он как обычно, поднялся на свой третий этаж и собирался завалиться подремать, но что-то остановило его. Что-то неправильное зацепил его глаз, внимательней оглядевшись он понял, что шторка Васиного закутка задёрнута. Подумав, что кто-то посторонний забрался к его другу, он разозлившись быстро приблизился к ней и резко отдёрнул шторку. На кровати, весь бледный и покрытый красными кровоподтёками лежал Вася. Он судорожно и тяжело дышал, кривил лицо от боли, но он не пропал! Он был здесь!Макс обрадовавшись такой новости, решил порадовать и остальных, но к его разочарованию, никто не поддержал его радости и даже Виктор. Осмотрев Васю они заключили, что он уже не жилец, это лишь дело времени, но рано или поздно ему конец. Макс и в этот раз не поддерживал их мнение и стал навещать Васю, как только была свободная минутка. Он снял с него всю одежду, протирал влажной тряпочкой, убирал и следил за ним. Иногда разговаривал, будто с ним ничего и не происходило. Максу было жаль его, очень жаль, что он потерял семью и забил на себя, но он несмотря ни на что, не переставал считать его другом и сейчас не перестанет. Говорить красиво или делать мудрые умозаключения он не умел, поэтому решил, что будет относиться к Васе как обычно, будто ничего не произошло. Спустя неделю или месяц, Макс уже давно не следил за временем, Вася перестал корчиться и затих. Испугавшись он позвал Виктора и Марни, и они осмотрев его снова сказали, что он вроде как умер. Они хотели избавиться от тела, но Макс по прежнему не веря в это, не дал им это сделать и продолжал навещать друга. Как оказалось не зря, ведь позже он обнаружил, что он всё же не мёртв, слабое еле различимое дыхание присутствовало. В один из дней, Макс был у Васи и сидя перед его кроватью рассказывал ему новости. Вдруг Вася громко и протяжно всхлипнул, от чего Макс сначала испугался, но тут же понял, что произошло, и радостно заулыбался. Склонившись над ним, он увидел, что его дыхание усилилось и стало немного ровнее.В этот самый момент, с улицы донёсся заполошный крик и Макс немедля подбежал к окну. Из леса, который за прошедшие месяцы изрядно поредел в ходе непрерывных боёв, шагала целая армия инсектоидов. Их было столько, что они буквально заполонили всю зону видимости. Макс не стал стоять и тупо таращиться на происходящее, а немедленно бросился к выходу из помещения. *** Виктор, как обычно при нападениях стоял около Марни, который стрелял из баллисты и грязно ругался. Стоял он не без дела, а наблюдал и анализировал текущий бой. Непревзойдённым стратегом или генералом он не являлся и слухи о том, что он в прошлом был военным, тоже были неправдой, которые когда-то распространила Настя для повышения его авторитета. Но чего у него было не отнять, так это организаторские и управленческие способности. Поэтому он часто замечал то, что другим было не видно, да и бойцам которым и без этого было не до этого, помогала его навигация. — Похоже, что сегодня наш последний бой, дружище, — весело сказал Виктор вихру. — Не торопись нас хоронить Витя, ещё побарахтаемся, — проворчал Марни и выпустил очередную стрелу.Громко ругаясь он подгонял своих вихров, которые подтаскивали ему снаряды. Виктор покосился на него и улыбнулся, почему-то сейчас, когда смерть уже дышала в затылок, у него было хорошее настроение и хотелось смеяться. Глядя на вихров, он уже в который раз убеждался, что шестеро это действительно боги. А как иначе? Все, очень быстро и почти не сопротивляясь приняли их правила, и как он когда-то в самом начале говорил, стали их пешками. Те же вихры, ещё меньше полугода назад они были ярыми пацифистами, а теперь вот... азартно убивают разумных существ. Инсектоиды конечно мало на таковых похожи, но факт остаётся фактом. — Прорыв! Прорыв справа! — крикнул Виктор заметив, как стену из кольев и ежей обрушили. «Всё таки это всё» — подумал про себя Виктор и подхватив топор сделал шаг к полю боя. — Ты куда собрался Витя? — заорал Марни. — Продам подороже свою жизнь! — ответил ему Виктор. — Да стой ты! Там и без тебя справятся, ты нужен здесь, — попытался остановить его Марни.Виктор, лишь улыбнулся ему и бросил долгий взгляд на окно четвёртого этажа. Из окна торчала голова Насти, она была единственной не из бойцов кто выжил тогда, но Виктору казалось, что лучше бы она погибла. Женщина от пережитого стресса и ужаса, сошла с ума. Почти ничего не говорила и мычала, что-то невразумительное, а чаще всего сидела покачиваясь и уставившись в одну точку. Виктор не оставил её и как мог заботился, но большую часть времени он проводил здесь во дворе. Страшно было подумать, что с ней будет когда инсектоиды перебьют их всех, а может она и не почувствует ничего, ведь Виктор подозревал, что рассудок уже давно покинул её. — Лита к прорыву! — крикнул Виктор и сам побежал к прорехе в ограждении.Девушка, несколькими длинными прыжками опередила его, ещё и на последнем прыжке, она выставив копьё на всю длину, сбила с ног первого вошедшего во двор. Огромный инсект, похожий на смесь кузнечика и таракана, завалился на сзади идущих, чем немного затруднил их продвижение. К этому времени подоспел и Виктор, он всё так же не был хорош в сражениях, да ещё и отсутствие кисти руки было серьёзным недостатком. Но ярость и упорство с которыми сражался Виктор, помогали ему даже с простым топором противостоять натиску. К сожалению этого было мало. И несмотря на то, что к ним подоспели ещё пару бойцов, такое количество инсектоидов, которые пёрли сквозь брешь в обороне, им не удалось сдержать. Во двор хлынула живая волна из стрекочущих, клацающих, скрежетавших насекомых.Виктора повалили на землю и оказавшийся рядом богомол, навис над ним, угрожающе занося свою руку-лезвие. Он выставил топор, понимая что это уже навряд ли поможет и прикрыл глаза, прощаясь с жизнью. Откуда-то сверху, краем уха он услышал отчаянный крик, который звал его. «Послышалось? — подумал он про себя. — Да уже и не важно, что-то этот уродец медлит?» — продолжали проноситься в голове мысли.Продолжая лежать в той же позе, он медленно открыл глаза. И обнаружил, что богомола над ним уже нет. Оглядевшись он увидел его в метрах пяти от себя. Инсектоид вяло барахтался, а из его тела торчал массивный, золотой трезубец. Удивившись такому, Виктор поднялся на ноги и ему сразу стало понятно, откуда взялось необычное оружие, и кто был его владельцем. *** Судорожно втянув в лёгкие воздух, моё тело содрогнулось до хруста в позвоночнике. Я испугался, так как вокруг снова была темнота, но когда глаза немного привыкли, я понял что темнота была не абсолютной. Потихоньку стали проявляться силуэты и я понял, что нахожусь на своей кровати. Сквозь шторку пробивался тусклый, еле различимый свет. Я медленно с опаской шевельнул пальцем и убедился, что боли нет. После этого повертел головой и проверил руки с ногами, лишь убедившись, что со мной всё в порядке, я сделал попытку встать. Несмотря на отсутствие неприятных ощущений, попытка оказалась неудачной. Не знаю сколько я здесь пролежал, но видимо немало, так как ослаб настолько, что не было сил даже поднять своё тело. Повернувшись, различил на прикроватной тумбочке силуэт чего-то, похожего на кружку. Протянув руку и нащупав кружку, дрожащей рукой выпил полностью, даже не почувствовав ни вкуса, ни запаха. Вода провалилась внутрь, будто мелкий камешек в бездонную бездну, но некоторое облегчение пришло. «Откуда здесь кружка с водой? Я вроде не подготавливал её для себя?» — подумал я.Мои неторопливые мысли прервал громкий, весёлый смех который донёсся снаружи. Я замер, удивляясь этому и прислушался чтобы убедиться, что мне не послышалось. Через некоторое время, смех повторился и любопытство с недоумением, дали мне сил на то чтобы я смог всё таки встать с кровати. Не считая слабости во всём теле, других неприятных или болезненных ощущений не было. Напротив я чувствовал себя прекрасно, будто заново родился. И моя постоянная спутница, горящая точка в районе пупка... её не было! Хотя... прислушавшись к себе я понял, что теперь я сам, эта горящая точка. Она будто разрослась и обволокла моё тело. Не став заморачиваться удивительными изменениями, я решил всё таки узнать, что же творится снаружи. И когда добрался до окна и выглянул, увидел то, что казалось нереальным даже в таком месте как это.

Глава 4 Седьмой

Виктор сидел на простой скамье без спинки, рядом примостился Марни. Вихр был хмурым и поникшим, его лысая голова блестела от пота, а от идеально вычищенной одежды, остались только воспоминания. Причиной его состояния был и бой, в котором они каким-то чудом выжили, и потеря двух соплеменников. Итого после потерь, в поселении оставалось всего три вихра, вместе с ним самим. Виктор сочувствовал другу, но и в их рядах было немало погибших, так что ему самому было о ком погоревать. Но сейчас все его мысли были о том, каким образом им удалось выстоять эту жестокую, массированную атаку. А если вернее «о ком»...Сидя рядом с что-то горестно бурчавшим Марни, он искоса наблюдал за новыми «союзниками», как они себя назвали. С левого края их поселения, полностью избавились от защитных сооружений. Там поставили длинные столы и скамейки — аккуратно огибая место, где раньше были деревянные ежи и колья, каким-то неведомым образом появилась речушка. Ну как «речушка»... нормальная такая река — шириной метров десять и скорее всего не намного меньшей глубины. В аккурат около неё и расставили столы с угощеньем. За столом же сидели все выжившие бойцы и... союзники. Все были навеселе, поэтому галдели и смеялись, но не это смущало Виктора, а вот эти непонятно откуда взявшиеся союзнички. Они назвали себя рыболюдами и сходу, после уничтожения всех вторгшихся на территорию поселения инсектоидов, предложили дружбу и союз. Да они помогли им, даже больше того, если бы они не появились в нужный момент, то скорее всего никого уже не было в живых. Вот это и настораживало Виктора, что появились они в самый нужный момент и без каких либо условий помогли. Возможно это его паранойя и если поразмыслить, такой огромной силе, которую продемонстрировали рыболюды, ничего не стоит истребить их без всякий интриг. Но Виктор привык, что ничего в этой жизни даром не достаётся. — Виктор, Марни, айда к нам?! — позвала их Лита. — Да сейчас, — махнул ей рукой Виктор, а сам перевёл взгляд на вихра — Ну ты как дружище? Пришёл в себя?Марни посмотрел на него печальными глазами и промолчав, сморщил нос. — Пойдём-ка выпьем по одной. Даю гарантию, после этого, тебе полегчает, — беря его под локоток, сказал Виктор поднимаясь. Присев с края стола, Виктор принялся подливать горячительного в стакан поникшего Марни. С удовлетворением замечая, что с каждой порцией вихр расслабляется и даже начинает робко улыбаться. Ведя непринуждённые беседы, пытаясь отвлечь друга от неприятных мыслей — Виктор ощутил на себе неприязненный взгляд. Продолжая улыбаться Марни, он медленно повернулся и наткнулся взглядом на безжизненные водянистые глаза — которые не отрываясь смотрели на него. Глаза принадлежали главному рыболюду — широкоплечий, мускулистый с правильными чертами лица и длинными белокурыми волосами. Ниже пояса, он имел рыбий хвост с золотой чешуёй и чудесным образом стоял на воде. Рядом с ним были три девушки, невообразимой красоты — также имеющие длинные рыбьи хвосты, но их чешуя была не золотая, а серебристая. Они были практически обнажёнными, лишь маленькие ракушки прикрывали идеальные полушария грудей. Парни-бойцы из их поселения не могли оторвать глаз с прелестниц, а те весело щебетали и улыбались демонстрируя белоснежные зубки. И всё бы ничего — все веселятся, довольные очередной победой и новыми сильными союзниками, но эти глаза... Виктор понимал, что такие безжизненные глаза не могут принадлежать, добрым и хорошим существам. Он просто не мог понять зачем им это всё — ту кучку бойцов, которые остались в поселении, эти рыболюды смогут перебить без особых проблем. И надеяться не на кого, или... есть всё таки тот, кто сможет дать отпор. ***Лес встретил меня своей мрачной, устрашающей атмосферой. Я сидел где-то в метрах ста от поселения, прислонившись к дереву я прислушивался к окружению и жевал вяленную полоску мяса. Здесь было на удивление тихо, не считая привычных лесных звуков, различных насекомых и птиц. Складывалось ощущение, что это не опасное место где водятся ужасные монстры, а обыкновенный земной лесок, где-нибудь в глубинке. Поселение я покинул почти сразу как понял, что способен нормально двигаться. Немного поглядев на новых существ — которые были похожи на русалок или сирен, я прихватив припасов не попадаясь никому на глаза, ушёл сюда. Хотелось поскорее проверить свои новые возможности и разобраться, что же со мной произошло. Прикрыв глаза, сосредоточился и приложил руку к груди — я что-то чувствовал, но никак не мог понять что. С моим телом было всё в порядке, даже больше! Я стал сильнее! Намного сильнее, быстрее, ловчее и так далее, но внутри было что-то не так. И в этом мне предстояло разобраться, а после придумать как стать ещё сильнее. Я закинул последний кусок мяса в рот и сняв с пояса флягу, сделал несколько долгих глотков. Прищурившись ещё раз, всмотрелся в самую гущу леса, куда и смотрел последние минут двадцать. Где-то там в глубине, я что-то... чувствовал, но как не всматривался разглядеть ничего не удалось. Вернув флягу обратно на пояс, я сначала медленно пошагал в том направлении, но с каждым пройденным метром моя скорость увеличивалась. Поэтому уже через пять минут, я нёсся со всей своей скоростью. Интерлюдия 1.Граргх вёл троих эжелов в глубь пещеры. Это все, кто остался от его некогда не столь многочисленной, но довольно сильной стаи. Проклятые насекомые оказались слишком сильны и он не справился. Да ещё и этот божок — которому Граргх решился, вопреки всем устоям эжелов довериться, бросил их! В приступе клокочущего гнева, он не выдержав рыкнул, раскрыв свою широкую пасть. Соплеменники остановились от рыка вожака и недоумённо завертели своими безглазыми головами. Граргх рыкнул, заставляя их продолжить путь. Выхода не было и он знал, что в конце этого тоннеля их ждёт тупик, но деваться было некуда. Проклятые насекомые загнали их как дичь, снаружи ещё высоко стояло обжигающее светило. Там их ждала лишь мучительная смерть от ожогов, а здесь в своей стихии был хоть какой-то шанс. В своём мире их стая не была на лидирующих позициях, но всё таки не являлась теми подобиями истинных эжелов. Они всегда ожесточённо бились до конца и их уважали, но особо не считались. Ничтожные! Граргх был одним из последних потомков первородных эжелов — которые когда-то, смогли завоевать весь мир. А теперь эжелы вынуждены выживать и существовать в сырых, самых отдалённых подземельях. Страдая от голода и каннибализма. Его всегда неистово это раздражало, но не имея должного авторитета, он опасался вступать в прямой конфликт. И однажды, его гнев сыграл с ним плохую шутку. Когда почти всю его стаю, уже зажали со всех сторон, тысячи воинов из другой стаи и он уже решил продать свою жизнь подороже. Они внезапно оказались здесь. Граргх подумал тогда, что это его шанс и поэтому склонился перед божком, но нет! — он снова был зажат в угол. Добежав до низенькой пещеры, три эжела остановились, воздух здесь был удушающий, гнилостный. У стены была мерзостная, полуразложившаяся куча. Кое-где из кучи торчали конечности их сородичей, никакого сожаления он не испытывал. Это всё лишь мешало, ведь одним из чувств с помощью которых ориентировались эжелы, являлось обоняние. Граргх развернулся и грозно зарычал, раздавая указания, и сам приготовился к бою. Совсем скоро из тоннеля послышался скрежет и писк, приближающихся инсектоидов. Эжелы вытянули свои головы и раскрыли зубастые пасти. Из тоннеля показались первые инсекты, и эжелы тут же сами накинулись на них. Схватка продлилась совсем недолго — какими бы воинственными не были эжелы, количество взяло вверх. Граргх сражался с юркой, огромной сколопендрой, уже ощущая как неподалёку, бьются в предсмертных конвульсиях оба его сородича. Запрыгнув на спину сколопендры, Граргх вцепился в неё клыками и изо всех оставшихся сил сжал челюсть. Хитин оказался ему не по силам и насекомое резко вывернулось, опрокидывая Граргха на спину. Несмотря на свою ловкость, он не успел подняться и длинное, острое жало пронзило его тело. Граргх печально зарычал, его тело задёргалось и из пасти полилась кровь, а через несколько секунд сознание эжела угасло навсегда.***Красный переместился в полутёмную, квадратную комнату. Голые, гладкие стены, низкий потолок и одинокий стул. Три стены комнаты были девственно чисты, а на одной висело нечто, что когда-то было человеком. Человек был буквально вмурован в стену — у него не было рук и ног, также отсутствовали глаза, уши, нос. Из обрубков его конечностей торчали трубки, уходящие куда-то за пределы комнаты. Красный присел на стул напротив человека и положил ногу на ногу. — Ну как ты здесь? — спросил он.Человек, медленно повернул изуродованное лицо к нему и замычал. По его мычанию было понятно, что языка у него тоже не было. — Да знаю, знаю. Но извини, иначе никак, — продолжил монолог Красный, — ты слишком буйный, а мне такое не по нраву. Люблю знаешь ли когда спокойно.Человек задёргался и замычал ещё громче. Красный поморщился и плавно поводил двумя пальцами перед ним. После этих жестов, человек обмяк и безвольно опустил голову. — Что-то ты сегодня, слишком активный, — смотря в пустые провалы, где должны были быть глаза сказал Красный, — ты чувствуешь его да? Интересно правда? Он похож на тебя, да и путь которым он идёт... необычен так же, как и твой. Так же глядя, отсутствующим взглядом в изуродованное лицо, Красный погрузился в воспоминания. — Нет Свэн! — крикнул молодой парень, подбегая к нему, — Подожди прошу тебя, — схватив его за руку продолжил парень. — Отстань от меня! — выдёргивая руку из цепких пальцев сказал Свэн.Зло нахмурившись он посмотрел вдаль — там из-за невысокого холма уже показались первые боевые машины. Грозно гудя мотором, дребезжа металлом и навешанной бронёй, они взрывая дёрн гусеничными колёсами, стремительно приближались к двум безоружным людям. Два молодых парня стояли посередине поля — впереди был щуплый и сгорбленный, а позади него стоял высокий и статный. Вопреки ожиданиям на лице щуплого Свэна была решимость и уверенность, а статный с красивыми чертами лица Тэн, был напуган и растерян. Помимо танков, бронетранспортёров и прочей военной техники к ним также надвигалась целая армия солдат. И когда вся эта сила вышла на простор равнины, Свэн резко вскинул руки над собой. — Нет! Постой, мы договоримся, — вновь завопил Тэн. — Ты трус братец! Если не будешь помогать, то хотя бы не мешай, — даже не поворачиваясь, сквозь зубы прошипел Свэн.Его напряжение, было не только из-за злости на брата, а ещё потому, что сейчас в его теле формировалось мощное заклинание. Воздух вокруг его фигуры зарябил, будто тело раскалилось и от неё исходил жар. Свэн довольно сощурил свои хитрые глаза и отпустил руки вниз, направляя их на приближающихся людей и технику. Стремительная живая волна огня, ветра, молнии понеслась по направлению к приближающейся армии. За доли секунд, она добралась до первых рядов и стала сметать всё на своём пути. Даже не сбавляя скорости она продвигалась всё дальше и дальше, не оставляя после себя не единой живой души. Люди,