Квартира

Алексей Рябчиков

Квартира

ВМЕСТО ПРЕДИСЛОВИЯ

Это история произошла в одной квартире под номером тридцать два… Наверное, стоит сначала описать эту ничем не примечательную однокомнатную квартиру, находящуюся на втором этаже многоквартирного дома.

Итак, представьте: вы открываете чёрную дверь, потянув на себя, и входите. Вам на глаза сразу же попадается кухонный стол, стоящий, как ни странно, на кухне, и часть окна. Слева от входа — большое зеркало, за которым прячется встроенный шкаф. Дальше — дверь в туалет, потом дверь в ванную. Туда мы заглядывать не будем, там всё стандартно, — уйдём сразу на кухню, где сто́ит задержаться надолго; но рассказывать о ней долго не имеет никакого смысла, ведь, по сути, все кухни похожи друг на друга. Только, может быть, в одной будет стоять китайская микроволновка, а в другой — немецкая, купленная ещё лет пятнадцать назад.

Кухня в этой квартире представляет собой маленькое помещение с небольшим столом, на котором стоит чайник и две кружки; рядом два стула. На другой стороне висят кухонные шкафчики, под ними раковина, шкаф со столешницей и плита. Стандартное окно ведёт во двор — видны парковка и соседний подъезд.

Теперь пробежимся по комнате — она сразу справа от входной двери, нужно пройти лишь небольшой тупиковый коридор. Возле балконной двери стоит холодильник (он не поместился на кухне, и было решено поставить его тут). Дальше — полка с телевизором и колонками. Напротив телевизора — двуспальный диван (вместо него должна была быть кровать, но она заняла бы слишком много места). В углу комнаты небольшой столик — с зеркалом, разными тюбиками и коробочками для макияжа.

Давайте немного подумаем, кто же живёт в этой квартире? Секундная пауза на раздумье… Ну так как?

Точно можно утверждать, что здесь живёт молодая женщина, так как есть столик для макияжа. Хотя, конечно, можно и подумать, что тюбиками и коробочками пользуется и мужчина, но рассказывать о таком строго запрещено, поэтому остановимся на молодой женщине.

Ей около сорока́, она симпатичная худая блондинка по имени Аня. И работает она в отделе продаж на крупном металлическом заводе, а по вечерам любит смотреть сериалы.

Косвенно, по двум кружкам на столе, можно утверждать, что в квартире живёт ещё один человек… конечно, если не учитывать тот факт, что Аня пьёт утренний кофе и вечерний чай, как ангелы из фильма «Догма» пили алкоголь. (Кто не знает, они наполняли рот алкоголем, полоскали и выплёвывали жидкость в пустой бокал. Может быть, Аня и походила на красивого ангела, но пила кофе и чай как все нормальные люди.) Так кому же принадлежит вторая кружка?

Ответ прост: её мужу. Высокому, слегка полноватому мужчине, которому тоже около сорока́. Его зовут Андрей. Раньше он был бизнесменом, но прогорел. Хотя лучше сказать так: он был сыном крупного бизнесмена, но после смерти отца вложил деньги в строительство торгового центра и прогорел, причём прогорел настолько, что пришлось отдавать две двухкомнатные квартиры и устраиваться работать в отдел продаж к Ане.

Кому интересно (а я знаю, что интересно всем), эту однокомнатную квартиру под номером тридцать два они купили на оставшиеся после погашения долга деньги. И были в ней счастливы. Но за два месяца до начала событий один нехороший человек с третьего этажа приобрёл (а может, получил в подарок) барабанную установку и стал играть на ней каждый божий день, с утра и до вечера. Кого на него только не натравляли: и полицию, и соседку-активистку, и зека из соседнего подъезда… Всё без толку. Он как играл, так и не остановился.

Андрей стал плохо спать, а Аня свыклась: она просто делала звук телевизора громче.

Теперь же попрошу вас покинуть квартиру, чтобы наконец начать историю.

СЦЕНА 1. Стол

Было обычное ранее будничное утро, в кухонное окно светило яркое солнце. За столом сидел Андрей. Он пил кофе, зевая и поглядывая в потолок — придурок сверху уже стучал по барабанам, а Аня красилась в комнате за столиком с зеркалом.

— Когда у него уже руки отвалятся?

Андрей сделал глоток кофе, поставил кружку на подоконник и залез с ногами на стол. Тот слегка заскрипел-закряхтел, как больной старик. Андрей несколько раз ударил в потолок кулаком, постоял, оценивая эффект от своих ударов, и слез.

Взяв кружку с подоконника, он двинулся в комнату.

— Кажется, стол сломался, — сказал он Ане.

— И неудивительно. За столом едят, на нём не прыгают.

— Ну не могу я! Как ты спокойно всё переносишь? Я хочу с утра в тишине посидеть, а тут — бах-бах-бах! И ладно бы играл что-нибудь хорошее, например «Отель „Калифорния“», а он просто стучит.

— Не обращай внимания.

— Легко сказать, трудно сделать.

— Вот зря ты к моей маме не записался, она у меня лучший психотерапевт города.

— Ты забыла? Она с меня денег хотела взять за сеанс.

— Логично, это же её работа. Тебе бы понравилось, если бы ты продал тонну труб, а тебе не заплатили?

— Умеешь же сравнить говно с мясом. То трубы, а то — сеанс у родственницы. Да и то… что́ бы она мне сказала интересного? Опять бы шизофреником назвала, как всегда, и всё.

— Ой, да когда она тебе такое говорила?

— Ой, да всегда, — передразнил её Андрей.

— Да это она так шутит.

— Офигительная шутка: «Ты шизофреник»!

Аня зло посмотрела на мужа и уже хотела было язвительно ответить, но тут позвонили во входную дверь.

— Тише! — тут же шепнула Аня.

— Опять тётя Надя припёрлась за деньгами, — прошептал Андрей. — И с чего мы должны собирать деньги на какой-то общедомовой фонд?

— Да тише ты! — цыкнула Аня.

Звонок повторился. Аня и Андрей замерли.

Звонок повторился в третий раз.

— Козлы! — раздался женский голос за дверью.

— Сама такая, — буркнула Аня.

Андрей вылил в себя остаток кофе.

— Так о чём мы? — спросил он.

— О моей маме. — Аня встала.

— О твоей маме будет бесконечный спор, и либо ты в нём победишь, либо мы потом долго не будем разговаривать. Мы начали про стол. Нужно купить новый стол.

— Может, лучше стремянку купим?

— Зачем?

— Ты будешь на неё вставать и долбить в потолок. Потом она пригодится, когда мы затеем ремонт.

— А когда мы затеем ремонт?

— Надо уже начинать.

Андрей осмотрел комнату.

— Тут же и так всё нормально.

— Гардина держится на соплях. — И Аня пальцем показала на левую сторону гардины.

— Вот ещё, из-за одного болта ремонт затевать и стремянку покупать? Купим новый стол на кухню, и всё.

— Как знаешь, только потом не жалуйся, когда гардина тебе на голову упадёт.

— Пф, чё ей падать? На выходных подправлю.

— Ладно.

Андрей прошёл на кухню, чтобы поставить кружку на стол.

— Пойду пока машину прогрею, — крикнул он.

— Ладно, — ответила Аня, но, посчитав, что прозвучало грубовато, заботливо добавила: — Мимо тёти Нади на цыпочках иди.

— Само собой.

Он обулся и вышел из квартиры.

СЦЕНА 2. Дворник

Наступило шесть вечера, в кухонное окно уже не били прямые солнечные лучи. Сосед сверху всё стучал на барабанах (и как его самого не бесит этот звук?).

— Да что случилось-то? — раздался за входной дверью голос Ани.

— Ничего! — прозвучал в ответ напряжённый голос Андрея.

Они вставляли в замочную скважину ключ, пытаясь открыть дверь в квартиру.

— Как «ничего»? А чего ты тогда побежал? — спросил голос Ани.

— Тебе показалось!

Судя по всему, ключ не вставлялся — слышалась лишь торопливая возня.

— Ну чего ты, открыть уже не можешь? — Голос Ани стал громче. — Показалось, ага! Ты так побежал…

— Живот у меня заболел, вот!

— Так бы сразу и сказал. Дай я открою…

Возня прекратилась, и входная дверь через пару секунд открылась.

Андрей ворвался в квартиру, но побежал не в туалет, а на кухню, к окну. Как домашний кот, увидевший злейшего врага — воробья, он уставился на улицу и так же стал водить головой, пытаясь что-то рассмотреть.

— Андрей, хоть бы разулся, — буркнула Аня, закрывая за собой дверь. — И вообще, ты же сказал, что у тебя живот болит…

— Это я так, ляпнул в подъезде, чтобы никто не слышал.

— Да что случилось-то? — Аня сбросила белые кроссовки. — Блин, мы же сумки в машине забыли!

— Я не пойду.

— Ты что, предлагаешь мне одной идти?

— Я не могу.

— Почему?

— Иди сюда.

Аня громко вздохнула и подошла к окну.

— Видишь? — спросил Андрей.

— Ну вижу.

— А что видишь?

— Машину, дорогу…

— Да смотри внимательней!

— Да что я должна увидеть-то?

— Этот урод пришёл меня убить! Он мне даже помахал, когда мы из машины вышли.

Она всмотрелась в улицу.

— Кто?

— Да дворник новый!

Аня первый раз видела мужа таким. От его вскрика она, вздрогнув, даже сделала пару шагов назад. А потом ухмыльнулась, сбрасывая напряжение:

— За то, что ты на его клумбу наехал?

Андрей зло на неё посмотрел.

— Ну а за что тогда он хочет тебя убить? — спросила жена. — Я просто не понимаю: ты замер, потом побежал домой, теперь возле окна стоишь.

— Вот! — Андрей оголил живот. Возле пупка красовался шрам. — Помнишь? Это о́н меня порезал!

— Насколько помню, ты сам тогда себя порезал.

— Да блин, — раздражённо выдохнул Андрей. — Сколько раз уже говорить: не сам я себя порезал! Меня толкнули — о́н толкнул! — и я на нож упал.

— На собственный же нож?

— Да! На свой нож. Я нож достал тогда, чтобы защититься от него. Но я же не… — Андрей замялся. — Не убийца. Я не могу просто так пырнуть человека. Он на меня ш… толкнул. Ты что, мне не веришь?

— Ну… верю.

— Что значит «ну»?

— Ну просто: верю, верю. Только успокойся, пожалуйста.

Андрей открыл окно и выглянул на улицу:

— Куда он делся?

— Наверное, двор убирать ушёл.

Раздался звонок в дверь. Андрей резко обернулся, его глаза округлились от страха. Он ещё раз выглянул в окно, а потом выдвинул верхний ящик кухонного столика и взял оттуда кухонный нож. Оценил его вес в руках.

— Ты чего? — растерялась Аня.

Андрей вернул нож на место, открыл нижний шкафчик и вынул оттуда кухонный топорик.

— Это подойдёт, — кивнул он.

Снова раздался звонок.

— Ты с ума сошёл? — возмутилась Аня.

— Я его встречу, гадёныша! Ублюдок за мной пришёл…

— Успокойся! — Она положила руки мужу на грудь. — Просто успокойся! Никто за тобой не пришёл. Я сейчас пойду посмотрю в глазок, и всё.

— И если это он, ты мне сразу скажешь! И не будешь открывать дверь.

— Конечно.

— Или лучше мы откроем… Нет! Не будем открывать!

— Не будем, не будем. Я пойду в глазок посмотрю.

Снова раздался звонок. Аня подошла к двери и посмотрела в глазок.

— Это тётя Надя, — сообщила она.

— Она одна?

— Да.

— Я вас слышу! — послышался за дверью женский голос. — Открывайте!

— Блин! Всё из-за тебя! — фыркнула Аня Андрею и, выдавив улыбку, открыла дверь.

— Привет, Анечка. — На пороге стояла, улыбаясь, полная женщина.

— Здрасте.

— Я к вам пришла опять по тому же поводу. Вы единственная квартира, которая отделяется от нас…

Но договорить соседка не смогла. Она замерла на полуслове, словно увидела за спиной Ани нечто страшное.

В принципе, так и было: Андрей пёр на неё с топориком в левой руке.

Аня обернулась.

— Это тётя Надя! — пояснила она мужу.

Андрей проскочил мимо них в подъезд, затем быстро вернулся.

— Чего это с ним? — опешила соседка.

— Мясо ждём, — выдала Аня, — рубить готовится.

— Надеюсь, рубить не в подъезде будете?

— У нас новый дворник? — перебил её Андрей.

— Очень хороший! — кивнула соседка. — Вежливый, учтивый…

— И как его зовут?

— Вот, кстати, из общедомового фонда мы и будем платить ему премию…

— Мне насрать на общедомовой фонд, старая карга! Тебя спрашивают, как его зовут, а не про фонд! — заорал Андрей. — Пошла на хер отсюда!