Постскриптум для рыцаря

— Он называл моё тело уродливым.

— Ч-что?

— Просто у меня есть шрамы на теле, вот, например, — она отодвинула от шеи водолазку и показала мне немного выпуклый круглый шрам между ключицами.

— У меня здесь была трубка. И вот, — показала Лиза острым ноготком на верхнюю губу, на которой был шрам, слегка замаскированный помадой.

— И ещё много где. Просто я упала случайно с восьмого этажа в пятнадцать лет. У меня ещё и копчика нет, вместо него тупо вмятина. Так вот Максим назвал это уродством!

Упала? С восьмого этажа? Что?! Я чуть с ума не сошла от свалившейся на меня информации. И она осталась жива?! Максим назвал её уродливой? В моей голове было больше вопросов, чем я успевала их задавать. Поэтому я молча слушала её. Так же она рассказала, как приносила ему еду на работу, как тратила на него деньги, как всегда старалась ему помочь. А он, взамен на это, назвал её заботу искусственной. Они провстречались примерно месяц. Но это нельзя было назвать отношениями. Лиза хоть и влюбилась, но ей нужна была интрижка. А Макса, по её словам, душило то, как она подтягивает его к отношениям.

— А я сегодня впервые встретила его вживую, — сказала я, осмысливая её слова.

— А, Да? Ну ты не подумай, я никак не отговариваю тебя. Я лишь поделилась своим опытом.

Что-то как-то не похоже. Но я действительно решила сделать выводы сама, а не судить по тому, что мне рассказала какая-то девица из бара. Как-никак, с Максом я переписываюсь почти две недели, а её знаю от силы часа два.

Далее весь вечер мы попытались общаться на другие темы, но её всё время тянуло обсудить как мы похожи. Даже в туалете в зеркале стояли для полного убеждения. А ведь и вправду, у нас один рост, симпатичное лицо, длинные волосы. Но я не заметила схожести. Она более эмоциональная, яркая. Да, я тоже бываю эмоциональной, особенно когда что-то рассказываю. Но по сравнению с ней я спокойнее, что-ли. Да и одеваемся мы совсем по-разному. Помимо этого, она весь вечер восхищалась моей красотой и фигурой. От её комплиментов мне даже было не по себе, потому как есть комплексы. Ещё я заметила, как она пыталась задеть как-то Максима. То обсуждать его начнёт, когда он, очевидно слышит, то игнорирует, будто он невидимка.

Вечер разбавил какой-то завсегдатай бара по имени Матвей. Оказалось, что он был тем человеком, который успокаивал Лизу из-за слов Максима. Рассказав ему о нашей ситуации, Лиза внезапно изменилась в настроении. Сослалась на то, что ей очень хочется спать, ведь сегодня был трудный день. Хотя честно, выглядела она печальной. Словно только что узнала о смерти любимого хомячка. Попрощавшись со всеми, кроме Максима, она уехала домой. Странная она какая-то.

Оставшийся вечер я попыталась сформировать собственное мнение о Максиме, параллельно беседуя с Матвеем на темы поп-культуры и рассказывая анекдоты. Макс, на удивление, в тот вечер оказался крайне спокойным. Он никак не комментировал произошедшее ни во время, ни после. Он вообще толком ничего не говорил. А что, если всё что сказала Лиза — правда?

Глава 8. Блёстки.

3 сентября. 16:45.

Прошлую ночь меня мучили кошмары и панические атаки. Изначально, вечером Максим должен был зайти ко мне в гости на чай. С нашей первой встречи прошло несколько дней. Оказывается, что наши дома находятся в пятнадцати минутах ходьбы друг от друга. Удивительно, не так ли?

Просто я опять начала переживать из-за расставания с Артуром и отсутствия работы, а Максим хотел поддержать и побыть рядом. Но, к сожалению, он задержался на своих делах, и я решила лечь спать. Проснулась в два часа ночи уже задыхаясь и в холодном поту. Как только первый приступ наконец отступил, я написала Максиму. Он только освободился и сразу поехал ко мне на такси.

Он не стал ни о чём расспрашивать. Как только я его увидела, сразу уткнулась носом в его плечо, глотая слёзы. Мы легли на мою узкую кровать в обнимку. От факта утешений приступ уже вот-вот был готов начаться снова, но Максим каким-то чудесным образом его остановил. Он гладил меня по плечу и что-то тихо, нежно шептал. Это было похоже на приручение очень дикого зверя. От моих слёз его рубашка была влажной. Я закрыла глаза и, вдыхая аромат его древесных духов, крепко уснула.

Утром я проснулась уже не в его объятиях. Я сперва расстроилась, подумав, что он уже ушёл. Подняв голову, нашла Максима спящим на голом полу возле окна. Позже выяснилось, что со мной ему было тесно спать, но тревожить мой сон он не стал. Он решил не оставаться, поэтому я проводила его до улицы. Мы скурили по сигарете и крепко обнялись. Он отправился домой, а я начала собираться на очередное собеседование.

5 сентября. 12:33.

Прошлой ночью это случилось. Моё сердце всё ещё трепещет, а ноги слегка подрагивают. На бёдрах остались синяки от его поцелуев. Иногда ловлю себя на том, что внезапно погружаюсь в воспоминания. В такие моменты я просто смотрю в одну точку, а картинки сами внезапно всплывают перед моими глазами.

Вчера вечером у меня, как обычно, было депрессивное настроение. Чтобы я не оставалась одна наедине с собой, Максим предложил прийти к нему в гости, чтобы посмотреть мультфильм. Он закупился чипсами с газировкой, а я отправилась к нему по тёмным улицам. Мне не раз говорили, что я живу в довольно опасном районе, поэтому всю дорогу я сжимала в руке связку ключей на случай, если придётся защищаться. Признаться честно, я заблудилась, но Максим смог на пальцах объяснить как до него добраться.

Он живёт в маленькой гостинке. Мне всё время было любопытно, какой он, дом Максима? С виду как типичная нора холостяка за двадцать. Небольшой бардак, компьютер, кровать, ремонт в процессе. На окне пепельница, на столе стоят пустые банки из-под энергетика и куча зажигалок. На стене висят две гитары — акустическая, и, видимо, электро. Вторая, кстати, подписана именем Руби. Он называет обеих «мои девочки».

Максим прошёл в комнату, пригласил сесть на кровать и открыл пачку чипсов. Я села на краешек, как вдруг, что-то подо мной произошло и я упала вниз. Естественно, я не ожидала такого, и испугалась. Максим извинился за то, что не успел вовремя предупредить об этой сломанной стороне дивана. Он помог подняться и наши глаза оказались на одном уровне. Я не знаю, сколько мы так простояли, но от смущающего напряжения, он отвернулся в сторону компьютера.

— Что хочешь посмотреть? — спросил он, открывая вкладку поисковика.

— Давай «Ведьмину службу доставки», хочется что-нибудь лёгкое.

Почему-то мне было очень комфортно находиться в его квартире. Как будто я здесь бываю не в первый раз, а в пятидесятый. Конечно, неловкость присутствовала, но её перекрывало ощущение безмятежности. После перекура на подоконнике он включил мультфильм и мы легли на кровать. Сперва я постеснялась ложиться к нему слишком близко, но затем, ближе к середине просмотра, он сам приподнял свою руку, приглашая в свои объятья. Так мы пролежали до конца, попутно обсуждая происходящее на экране, и хрустя крабовыми чипсами.

Как только мультфильм закончился, я посмотрела на него. Только в этот момент я осознала, что наши руки уже давно переплетены. Максим обратил своё внимание на мой взгляд и наклонил свою голову ближе. Наши губы соединились в крепком, но чутком поцелуе. Моя голова закружилась и было трудно дышать. Божечки-кошечки, как он целуется! В груди словно кто-то танцевал чечётку. В моей голове впервые за долгое время было пусто. Одного поцелуя нам было недостаточно и мы, как взрослые люди, перешли к более интересному изучению друг друга. Меня интересовал только один вопрос: сбудется ли мой расклад таро?

Я вообще не знаю, как это описать. С одной стороны, мне хочется написать что-то красивое и возвышенное. С другой — если честно, первая мысль была совсем другой. Ну всё. Пиздец. Теперь я влюбилась окончательно. После случившегося, мне хотелось одновременно смеяться, курить и плакать. Последнее, впрочем, происходит со мной в каждый первый раз с новым партнёром. Не знаю почему, просто это какая-то дебильная реакция на экстаз.

— Ты что, плачешь?

Я попыталась что-то объяснить о своей такой особенности, но вдруг выдала такую фразу, вытирая слёзы:

— Просто я хочу чтобы это было навсегда.

— Тогда давай попробуем навсегда.

8 сентября. 21:41.

Я остригла волосы. В этом нет для меня ничего удивительного, так как я часто так делаю. Просто они мне надоели. Кончики секутся, от них жарко, они цепляются за всё. Взяла ножницы и отрезала их в ванной. Теперь я похожа на ту самую стереотипную девушку после расставания. Ну а что, каре есть, что-то делать на пилоне умею.

Максим показался мне сегодня каким-то холодным. Он не проявляет инициативу в переписке да и вообще перестал реагировать на мои шутки. Внезапно они стали для него несмешными. Я спросила его, будет ли он сегодня в «Крысе». Сказал да, но скорее всего не надолго, так как собирается гулять с подругой. С какой ещё подругой? Надо было ответить ему что-то вроде «ой, как здорово, я с вами», как Егор предложил. Мы, конечно, не в отношениях, да и Макс говорил о том, что подруг у него гораздо больше, чем друзей. Но как мне это понимать?

Он ещё не знает о моей новой причёске, хочу удивить. Я надела чёрные брюки клёш, корсет и белую блузку. Подобрала необычный чокер с изображением глаза, и нарисовала острые стрелки. Выгляжу, конечно, как пиратка, но мне нравится. Сейчас я жду такси. Я заявила ему о своём желании встретиться, дальше пусть сам решает.

9 сентября. 10:22.

Какая же я дура! Я вырядилась, накрасилась, просидела там до часу ночи. Из-за моего наряда какой-то мужик-турист подумал, что я работаю там официанткой. Ну хоть угостил пивом и фисташками.

Моё одиночество разбавил Матвей, с которым мы познакомились в последний мой визит в «Мокрую крысу». Я была крайне рада его увидеть, так как это единственный человек, которого я знаю там. Ну а ещё у нас схожие интересы.

— Ты так для Максима красиво оделась?

— Нет, я всегда так выгляжу.

— Его ждёшь?

— Нет, тебя. А он с какой-то подругой гуляет. Я уже собиралась уходить, но могу ещё немного посидеть.

В этот момент в бар зашёл пьяный Максим. Он вообще меня не заметил. А вот я заметила. А ещё я заметила блёстки по всему его лицу. У его подруги было блестящее платье и он решил потереться щеками об её грудь? Заметив меня, он сказал:

— О, Маша, не узнал, привет. Думал, ты не придёшь.

И обнял меня так, будто бы мы едва знакомы. Внутри меня всё бурлило и кипело. В голове картинки сменялись одна за другой с представлениями о том, как он получил эти блёстки. Мои руки сжались в кулаки. К лицу подступил жар, а в животе всё скрутило от пустоты. Кстати, это было единственное что он мне сказал в тот вечер. Незадолго до его ухода, мы вместе с Матвеем и ещё несколькими человек сидели на террасе. Максим обнял всех на прощание и молча уехал.

Я пыталась держаться. Смотрела в одну точку и взяла сигарету. Матвей сразу же посмотрел на меня, так как понял что сейчас произошло.

— Маша, ты в порядке?

В этот момент на меня посмотрели все. Не люблю когда кто-то обращает внимание на мои эмоции и ненавижу когда у меня не получается их скрыть. После нескольких «да, всё хорошо», мою плотину прорвало. Мои слёзы потекли водопадом, а я продолжала говорить, что всё хорошо. Какой-то парень, сидящий с нами, пытался развеселить меня анекдотами, которые я знаю наизусть. Это не помогало. Все начали меня успокаивать, а от этого становилось только хуже. Терпеть не могу когда так происходит! Ребята попытались меня развеять, поэтому заставили идти с ними в другой бар. Я хотела домой. Матвей настоял на том, что мне лучше выговориться. Я согласилась, но только если мы пойдём с ним на набережную. Он единственный, кто меня действительно понимал в этот вечер. К сожалению, сбежать от ребят у нас не получилось, и мы пошли с ними.

В том баре мы проговорили до пяти утра. Он успокаивал меня, слушал мои истории о бывшем и Максиме. Матвей рассказывал мне как успокаивал Лизу, о своей жене, и что я слишком красивая чтобы реветь из-за такого как Макс. Да, красивая. Но, видимо, этого недостаточно, чтобы меня любили.

9 сентября. 12:28.

Всё утро вчерашний алкоголь выходил наружу. Такое со мной бывает часто после пьянки, поэтому я заранее подготовила тазик. От усталости мне было лень смывать перед сном макияж. Я лежу в постели, вся опухшая от слёз, и обнимаю гуся. Как обычно, на фоне играет музыка, чтобы хоть как-то перебить эту невыносимую тишину в комнате. Наверно, это очень кинематографично, блевать под песню «Creep».

Именно когда я так выгляжу, мне решил позвонить Егор по видеосвязи.

— Егор, когда я перестану быть зависима от придурков?

— Никогда, это твой выбор, — сказал он, что-то жуя.

Он прислал мне песню, от текста которой я до сих пор реву. Ещё никогда обычная песня про девушку с синими волосами не описывала всю мою жизнь.

«Ведь пасмурным утром в ларьке было куплено дешёвое пиво и сердце твоё».

Я рассказала ему во всех красках всё, что произошло ночью в баре.

— Сказал «думал, ты не придёшь», а у самого ебало в блёстках!

— Поздравляю, вы нашли инфантильного долбаёба.

Мы порассуждали немного на тему того, почему мне всё время не везёт в отношениях, а потом вернулись к Максиму.

— Слушай, ну теперь понятно что та деваха имела ввиду, когда говорила об эмоциональных качелях.

Точно! Лиза! У меня вдруг появилось огромное желание ей написать. Мне хотелось обсудить с ней эту ситуацию. Вот только я не знала как с ней связаться. Закончив разговор с Егором, я судорожно начала искать её профиль в социальных сетях. Она всё никак не находилась. Я напоминала себе следователя или какого-нибудь шпиона. И тут я вспомнила о Матвее. Мы обменялись с ним контактами на случай, если мне захочется выговориться или типа того. Он долго не хотел давать мне её номер, но я его уговорила. Я незамедлительно написала ей сообщение: