Киан. Любовь слепа

— Ваш чай, леди Адора, — юбка выдала её лёгкий книксен, драконица кивнула ей.

— Можешь быть свободна, Миа, — разрешил Киан. Служанка снова присела и удалилась, оставляя за собой шлейф из запахов дома, кухни и приглушённого цветочного запаха юного тела.

Киан взмахнул рукой, высокие створки окон, от пола почти до потолка, распахнулись, белые шторы раздулись от потока воздуха. За ними благоухал прохладный сад, дорожки начинались прямо от окон, теряясь в цветущей зелени, за садом простирался равнинный простор и озеро. Адора не могла этого видеть, но могла это прочувствовать. Прикрыв глаза, будто это имело какое-то значение, она вдохнула новые запахи.

Дворецкий обошёл диванчик и, налив в чашку янтарный чай, поставил перед ней. Адора, как и за обедом, пальцами коснулась стола, чтобы видеть его, и проскользнув по столешнице, взяла чашку.

— Сахар?

— Нет, благодарю вас. Выберите для меня, пожалуйста, какое-нибудь пирожное, только без крема. Иначе я могу испачкаться. Вы не поверите, но со мной такое бывает. Чаще, чем хотелось бы.

Когда она говорила, в голосе всегда чувствовалась светлая улыбка. Киан в который раз уже поражался этой красивой хрупкой драконице. Идеально уложенные волосы со звёздами бриллиантов, драгоценная лента на шее, сливочно-кремовые плечи, белое платье. Слепота очень ограничила её жизнь, но не сломила и не озлобила. Мягкая и сильная, беззащитная, но сохраняющая благородное достоинство. Она с иронией и спокойствием относилась к своему положению, в ней ощущалась потрясающая чистая доброта и искренность. Очень редкое качество для драконов. И это привлекало почти так же сильно, как магия Истинной пары. Даже сильнее. Дракон вздохнул, отгоняя навязчивое желание обвить её гладким змеиным телом, прочувствовать каждой чешуйкой, как скользит под ним тёплая бархатистая кожа…

— Киан, — обратилась к нему Адора, нащупывая блюдце и опуская чашку. — Мы ведь здесь одни?

— Да, леди Адора.

— Тогда… — она повернулась к нему, на звук, на запах, расфокусировано глядя сквозь. — Может, вы ненадолго перестанете быть дворецким и побудете моим другом? Посидите со мной, пожалуйста.

— Леди Адора, это не самая лучшая идея.

— Пожалуйста, — повторила она тише, мягче, настойчивее, протягивая руку.

Киан поколебался и принял приглашение, взял её тонкие пальцы, позволяя снова увидеть себя. Не отрывая взгляда от его глаз, Адора подвинулась на диванчике, освобождая для него место. Дракон плавно опустился рядом. Мысли о её искушающей чистоте ещё не выветрились из головы, чувства обострились, и запах её кожи просто гипнотизировал. Безумно, приятно, остро. Голову он не терял, и мог позволить себе насладиться ощущениями. Всё те же цветы и лайм. Киан вздохнул и подвинул к ней чашку с чаем.

Адора опёрлась плечом на спинку диванчика и с приятным, лёгким вниманием смотрела на него, удерживая за руку. И это тоже щекотало нервы. И взгляд, и тепло пальцев, и запах. Киан спокойно повернулся, всё-таки, для неё это редкое удовольствие — видеть кого-то.

Девушка приподняла ладонь и дотронулась до его волос с вплетённой серебряной цепочкой. Гладкие, прохладные, тугие локоны и металл будто ласкали кожу.

— Вы ходите по очень тонкой грани, леди Адора, — спокойно предупредил Киан, даже дыхание не сбилось. Адора взглянула в его глаза.

— Насколько тонкой?

— Очень, — терпеливо повторил дракон и чуть улыбнулся. — Лучше пейте чай.

— Лучше чего?

Киан качнул головой и погладил её по щеке, а затем чуть притянул к себе, положив ладонь на затылок. Дракон склонился к ней, острый змеиный язык скользнул в её рот, сплетаясь с таким же, чутким и гибким.

Девушка со стоном придвинулась к нему. Киан был так близко, так волнующе пах шалфеем и луговым ветром… Что это переворачивало в ней что-то, обжигающе кололо внутри. Она очень давно никого не целовала, но это точно был лучший поцелуй в её жизни. Адора плавилась изнутри, таяла под тёплыми губами. И хотела растаять ещё больше. Пусть это лишь короткий поцелуй, который вряд ли повторится, но пусть он длится как можно дольше. Она положила ладошку на щёку дракона, не позволяя отстраниться, наслаждаясь глубоким, страстным поцелуем, наслаждаясь желанием, пронизывающим тело. До дрожи, до сладко-щекочущего нетерпения. Девушка обняла его, жаркой ладонью провела по шелковистому жилету под чёрный сюртук с серебряными пуговицами.

В коридоре вдруг послышались негромкие голоса и шорохи. Шадар и Шалле закончили приватную беседу и направлялись в Малую гостиную за Адорой. Киан без спешки отстранился, на прощание погладив её по щеке и передал ей в ладонь почти остывшую чашку с чаем.

— Лучше пейте чай, леди Адора, — с мягкой иронией повторил дворецкий.

— Не лучше, — рассмеялась драконица, всё же покладисто поднося к губам тонкий фарфоровый краешек.

Киан поставил перед ней тарелочку с пирожным и вилкой. А сам невозмутимой статуей застыл возле подлокотника дивана. Адора отставила чашку и всё-таки попробовала пирожное. С кремом и малиной. Пока открывалась дверь.

***

Проводив семейство Шалле, Диаль остался на залитом солнцем парадном крыльце дома. Привалившись плечом к холодной колонне, он смотрел вслед удаляющейся карете за воротами особняка. За ним, как чёрная тень, стоял Киан.

— Маркусу угрожают, — сказал Шадар. — Требуют, чтобы он подал в отставку. Иначе пострадает дочь. Он уже получал анонимные послания, но только поменял охрану дома и усилил надзор за Адорой. Его драконы опросили, кого смогли, и Шалле знает, что ты вытащил её из Грязных кварталов.

— И как вы объяснили моё пребывание там, милорд?

— Маркус не идиот и понимает, что у всех нас иногда возникают дела, которые не стоит афишировать, — бесцветно ответил Диаль. — Он подозревал, что я могу быть причастен к шантажу.

— И что его разубедило?

— Он приехал спросить прямо. И я ему сказал, что предпочитаю иные методы достижения цели. Мне было бы значительно проще не угрожать ему, а сделать предложение Адоре.

— Но вас, как и всех, останавливает её… особенность.

— Да, я не могу так рисковать фамилией Шадар, её слепота — врождённая, да и магия довольно слабая. Шалле стоило бы жениться снова, иначе род прервётся без всяких шантажистов. А меня пока устраивает моё положение. Королю становится хуже, и трудно предугадать, что с Советом сделает принц Иррис. Он безумец и мерзавец. Не знаю, что больше.

Киан склонил голову набок:

— Да, к сожалению, его расположение можно заслужить только грязными делами.

— Кстати, о грязных делах… Шалле допросил прислугу. Всю. Горничная Адоры клянётся, что проводила её до парка. Но самостоятельно Адора телепортироваться не могла.

— Мне она ничего не говорила про телепорт, — ответил Киан на невысказанное предположение, что кто-то перенёс её туда. — Думаю, служанка просто врёт. Адора всегда ходит в белом, её невозможно потерять в толпе. Или кто-то убедил её, что она привела госпожу в парк.

— Поговори со служанкой. Только так, чтобы Шалле не узнал. Не хочу афишировать наши возможности.

— Конечно, милорд, — с ироничной невозмутимостью согласился дворецкий.