Полная версия
Пробный муж: Нужно постараться
Столкнувшись с этой хаотичной сценой, сотрудники компании быстро вышли вперёд, чтобы сдержать репортёров, и взяли всё под контроль. Наконец, Таннин позволили говорить.
– Прежде всего, я хочу извиниться перед всеми за то, что нанесла ущерб репутации компании и заставила всех усомниться в порядочности мисс Мо Юроу.
– На Звездном шоу hf Crown я сама, без ведома моей компании и Мо Юроу, приняла решение выйти на сцену. Всё, что произошло, не имеет никакого отношения ни к моей компании «Тяньи», ни к мисс Мо Юроу.
– Я… действительно пыталась создать шумиху! Но мой менеджер не имеет к этому никакого отношения, я просто использовала её. Я решила взять на себя всю ответственность. Спасибо за ваше терпение, спасибо.
После того как Таннин закончила говорить, зал взорвался от шума…
Репортёры были озадачены… они никогда не видели, чтобы знаменитость так легко и прямо признавала свои проступки. Другие бы попытались уклониться от ответа, но она взяла всю вину на себя, заявив, что это не имеет никакого отношения к её менеджеру, компании или Мо Юроу.
Таннин думала, что на этом всё закончилось. Но, неожиданно, Хань Юфань приготовил нечто иное. Чтобы подтвердить, что она гонится за вниманием, он позволил директору по работе с артистами подойти к Таннин и заявить прессе: «Она не в первый раз делает нечто подобное. Но… компания и я дадим ей последний шанс. Таннин, я надеюсь, ты извлечёшь урок из своих ошибок и больше не перейдёшь черту».
Не в первый раз… целью этих слов было, очевидно, опровергнуть заявления Лонг Цзе. Теперь казалось, что каждый раз, когда она заменяла Мо Юроу в прошлом, это было сделано для создания шумихи вокруг себя.
Хань Юфань, ты безжалостен!
Таннин молчала, виновато поклонившись прессе. Затем под защитой сотрудников компании её вывели из главного зала…
В одно мгновение интернет-пользователи взорвались от ненависти. Поскольку Таннин во всём прямо призналась, публика увидела лишь то, что было на поверхности, и пришла в ярость. Даже сотрудники «Хай Руй» отнеслись к этому делу как к посмешищу.
Выйдя с совещания, Мо Тин услышал разговоры своих сотрудников. Он повернулся к своему помощнику, который быстро рассказал, что произошло сегодня на пресс-конференции. «Президент, вы хотите что-то сделать, чтобы помочь мисс Тан?»
– Пока нет, я хочу посмотреть, как она справится с этим сама, – мягко ответил Мо Тин. Он уже упоминал ранее, что ему любопытно, как отреагирует Таннин. Поскольку он помогал ей в последние два раза, он хотел увидеть, как она решит эту проблему самостоятельно.
Будучи женой Мо Тина, неужели она позволит чему-то подобному сломить её?
Глава 8. Фотографии и видео
Как бы то ни было, тот факт, что Таннин вышла вперёд и призналась в том, что устроила этот беспорядок, полностью очистил репутацию Тяньи. Переговоры с хф прошли успешно, они приняли извинения Хань Юфаня, и должность представителя была передана Мо Юроу, как и предполагалось изначально, поскольку она тоже была жертвой. Ожидалось, что после этого инцидента её популярность взлетит до небес.
Тяньи Энтертейнмент и Мо Юроу вышли из инцидента совершенно невредимыми, а вот Таннин была полностью уничтожена.
В одно мгновение в поисковых рейтингах стали появляться запросы «Королева Хайпа», «Интриганка-модель», «Зеленый Чай Сучк* Таннин» и другие подобные фразы, и все результаты поиска вели к обсуждениям, полным оскорбительной лексики.
Таннин сидела в своей комнате и смотрела новости. Она изо всех сил старалась сохранять спокойствие, потому что знала, что всё, что она сейчас терпела, скоро обернётся с точностью до наоборот…
…Хань Юфань и Мо Юроу пострадают в десять раз больше, чем она сейчас!
Однако в настоящее время в глазах общественности её имидж был полностью разрушен. Даже уборщица не удержалась от того, чтобы высказать ей своё пренебрежение: «Мисс Тан, не могли бы вы убрать свои драгоценные ножки? Разве вы не видите, что я пытаюсь здесь убраться?»
«У вас вроде бы нет никаких показов, а вы всё равно приходите каждый день. У меня уже спина болит за вами убирать».
Выражение лица Таннин стало холодным. Несмотря на то, что она опустилась на самое дно в своей карьере, это не означало, что она позволит кому попало издеваться над собой. Она взяла телефон и позвонила Хань Юфаню, включив громкую связь, чтобы уборщица слышала их разговор: «Юфань, неужели моё положение в этой компании настолько низкое, что я заслуживаю, чтобы со мной так разговаривала даже уборщица?»
«Узнай её имя и скажи в отдел кадров, чтобы её уволили», – без колебаний ответил Хань Юфань.
Таннин повесила трубку и посмотрела на уборщицу холодным взглядом: «То, что у меня лёгкий характер, не значит, что со мной можно разговаривать как попало. То, что я больше не модель, не значит, что я больше не член семьи Тан. Если бы я захотела, я могла бы сделать так, чтобы простая уборщица вроде вас навсегда осталась без работы, и пальцем бы для этого не пошевелила…»
Лицо уборщицы побледнело, она покрылась холодным потом. Она и не подозревала, что Таннин может быть такой устрашающей. Она быстро извиняюще поклонилась: «Простите… Мисс Тан, я больше никогда так не буду».
«Даже если ты выше других, следует относиться к людям на равных. Не говоря уже о том, что ты ниже других». Таннин не хотела усложнять жизнь персоналу, но ей нужно было преподать им урок. Сказав это, она встала; она получила СМС от Хань Юфаня с просьбой зайти к нему в кабинет.
«Таннин, твой имидж сейчас упал в самую бездну, так что… я договорился, чтобы ты приняла участие в некоторых мероприятиях. Надеюсь, ты сможешь реабилитироваться в глазах общественности. Мо Юроу ведь ранена? Почему бы тебе не навестить её и не позаботиться о ней, чтобы показать своё раскаяние… может, получишь несколько голосов сочувствия».
Таннин изучала лицо Хань Юфаня и спрашивала себя, почему она никогда раньше не замечала, каким отвратительным он выглядит.
Мо Юроу очевидно использовала эту возможность, чтобы унизить её. И всё же Хань Юфань действительно предложил Таннин пойти и позаботиться о ней.
«Тебе просто нужно устроить представление перед камерами на несколько минут, пока запись будет транслироваться в прямом эфире…»
Изначально Хань Юфань думал, что Таннин откажется. Мо Юроу использовала своего ребёнка как рычаг давления на Хань Юфаня, чтобы заставить его обратиться к Таннин с такой нелепой просьбой. Но та неожиданно кивнула в знак согласия.
«Хорошо».
«Ты согласна это сделать?»
«С тех пор как Мо Юроу пострадала, у меня не было возможности её навестить. Это прекрасный шанс», – сдержанно ответила Таннин.
«В таком случае я найду людей, которые проводят тебя отсюда… снаружи целая толпа репортёров».
Таннин оставалась спокойной и собранной, хотя и знала, что план Мо Юроу – помучить её. Она знала… чем более высокомерной и могущественной Мо Юроу себя сейчас чувствовала… тем больнее ей будет падать.
Тот, кто будет смеяться последним…
…ещё не определился.
Вскоре Таннин села в машину ассистента Хань Юфаня и направилась в больницу Тяньхэ. По дороге она написала Мо Тину: «Муженёк, не волнуйся ни о каких новостях обо мне, у меня есть план. И ещё, я хочу вернуться домой сегодня вечером, можешь прислать кого-нибудь забрать меня из больницы Тяньхэ? Я не знаю, где наш новый дом…»
Прямо посреди совещания Мо Тин получил сообщение от Таннин. Впервые в жизни он прервался, заставив всё высшее руководство компании удивлённо переглянуться. Что за божественная личность обладает таким влиянием?
Мо Тин проигнорировал реакцию окружающих, всё его внимание было сосредоточено на жалобном тоне Таннин. Он быстро ответил на её сообщение: «Хорошая девочка, я заберу тебя позже».
Получив сообщение от Мо Тина, Таннин невольно представила выражение его лица, когда он назвал её «хорошей девочкой». На её лице появилась милая улыбка, а глаза изогнулись, как два полумесяца. В этот момент ассистент Хань Юфаня посмотрел на Таннин в зеркало заднего вида. Сейчас-то ты ещё можешь улыбаться, но посмотрю я на тебя, когда узнаешь, что тебя ждёт.
Таннин знала, что весь мир сейчас враждебно настроен против неё, но она заставила себя не обращать внимания на чужое мнение. Связавшись с Мо Тином, она отправила сообщение своему менеджеру.
«Лонг Цзе, Хань Юфань устроил так, чтобы я поехала в больницу ухаживать за Мо Юроу. Я почти на месте, ты готова?»
«Любой, у кого есть хоть капля сообразительности, поймёт, что эта любовница использует возможность, чтобы унизить тебя. Она думает, у неё это получится? Я уже давно готова, уверена, публика развлечётся… У меня есть фотографии и видео».
«Можешь опубликовать фотографии… видео придержи на потом. Я хочу дать Хань Юфаню и Мо Юроу время поссориться».
«Понимаю. Мы должны дождаться подходящего момента. Когда им будет хуже всего, я выпущу видео и покончу с ними!» Лонг Цзе была неестественно взволнована. «Я хочу, чтобы Мо Юроу упала, когда будет на самом пике. Таннин, хоть тебя и оскорбляет столько людей, я заметила, что есть небольшое меньшинство, которое заступается за тебя. Полагаю, во всём этом есть и что-то хорошее…»
«Лонг Цзе, пожалуйста, будь осторожна».
После переписки с менеджером Таннин немедленно удалила весь разговор, а уголки её губ слегка изогнулись вверх.
…
В одной из частных палат больницы Мо Юроу слабо сидела в кровати. Одна лишь мысль о том, что через мгновение она сможет унизить Таннин, заставляла её глаза сиять.
Даже в самых смелых мечтах она не могла представить, что Таннин окажется настолько глупа, что возьмёт всю вину на себя. Она не только подняла ценность Мо Юроу, но и помогла ей заключить сделку с хф на роль представителя.
«Юйжоу, Таннин почти приехала. Когда она прибудет, камеры включатся, и тебя будут показывать в прямом эфире три минуты. Сейчас я попрошу доктора зайти, чтобы сменить тебе повязки. И в это же время я заставлю Таннин помыть тебе ноги…»
«Этот день наконец настал…» – воскликнула Мо Юроу. Она так долго находилась в тени Таннин. С этого момента она поклялась подниматься всё выше и выше. Она собиралась растоптать Таннин, отобрать у неё Хань Юфаня и стать первой леди Тяньи.
«С этого момента для тебя всё будет только улучшаться. К тому же, скоро будет отбор на Ежегодную премию Топ-10 моделей, я уверена, тебя выберут. В тот момент… ты будешь на шаг ближе к тому, чтобы стать топ-моделью».
На лице Мо Юроу медленно проступила улыбка; это было лучше всего, о чём она когда-либо мечтала. Поскольку всё шло по её плану, её высокомерие начало расти…
Примечания переводчика:
Зеленый Чай Сучк (绿茶婊) = интернет-сленг для описания амбициозных женщин, которые притворяются невинными.
Глава 9. Ни за что не извинюсь перед тобой
В больнице, как всегда, неприятно пахло. Таннин вошла внутрь в сопровождении ассистента Хань Юфаня. Она была совсем одна, без единого помощника, который мог бы её поддержать.
Найдя палату Мо Юроу, Таннин увидела её ассистента, караулившего у двери. Это был тот самый человек, который в день показа утверждал, что она приняла все решения самостоятельно.
Он свалил на неё всю вину.
– Ты пришла, – сказал он, высокомерно смерив её взглядом. Он намеренно создавал Таннин проблемы. – Подожди здесь, Юйжоу ещё отдыхает.
Таннин взяла сумочку в обе руки и посмотрела ассистенту Мо Юроу прямо в глаза. Медленным и мягким голосом она спросила: «Ты знаешь мою фамилию?»
– Глупости! Кто не знает, что твоя фамилия Тан?
– Раз ты знаешь, что моя фамилия Тан, то должен знать и о моей семье. Как такой мелкий ассистент, как ты, смеет вести себя высокомерно передо мной?
– Я…
– Это Таннин? Пожалуйста, входи, – Мо Юроу услышала голос Таннин за дверью и разочаровалась в глупости своего ассистента. Если он хотел противостоять Таннин, то выбрал неверный способ. В конце концов, за ней всё ещё стояла семья Тан (хоть они и не уделяли ей столько внимания, как во времена её славы).
Таннин высоко подняла голову и вошла в палату, проигнорировав рассерженного ассистента. Увидев Мо Юроу, которая сидела на кровати с раненой ногой и разыгрывала из себя страдалицу, она улыбнулась: «Юйжоу, ты в порядке?»
Таннин знала, что Мо Юроу намеренно повредила себе ногу, чтобы помешать свадьбе Хань Юфаня. Какая безжалостная женщина.
– Я слышала от президента Ханя, что мы должны снять трёхминутную прямую трансляцию, верно? Таннин, мы же как сёстры. Я более чем готова оказать тебе эту услугу, чтобы ты смогла реабилитироваться перед публикой.
Таннин на мгновение замешкалась. Она не могла поверить в бесстыдство Мо Юроу – та была почти на одном уровне с Хань Юфанем. Правда об инциденте с заменой была известна им троим, но Мо Юроу вела себя так, будто ничего не произошло.
Таннин выглядела немного расстроенной и сердито сказала: «Я пришла только навестить тебя…»
– Тебе не нужно стесняться…
– Верно, мы уже подготовили для тебя сцену. Через мгновение придёт доктор, чтобы сменить Юйжоу повязку. В этот момент, чтобы подчеркнуть твою искренность, мы всё устроили так, что ты помоешь Юйжоу ноги. Таким образом публика увидит, как сильно ты раскаиваешься.
– Хватит… – гневно прервала их Таннин. – Мо Юроу, инцидент с заменой… мы обе знаем правду. Тебе не кажется, что пора остановиться?
– Таннин, о чём ты говоришь? Я не понимаю…
– Неужели тебе обязательно всё переворачивать с ног на голову? – в голосе Таннин звучала обида. – Если бы не Юфань, я бы не стала терпеть тебя столько раз. Разве я тебе недостаточно помогала?
– Таннин, мало того, что ты не извиняешься, так тебе ещё и нужно клеветать на других? Ты ведь уже признала, что устроила всё это ради шумихи, – Мо Юроу была мастером актёрской игры, она ни на секунду не вышла из роли и продолжала изображать невинность.
– Я ни за что не стану перед тобой извиняться! – неожиданно серьёзным тоном заявила Таннин. В этот момент ассистент Мо Юроу записал её слова и немедленно выложил видео в интернет с заголовком: [Лицемерная Зеленый Чай Сучк*, жаждущая внимания, втихаря заявляет: «Я ни за что не стану перед тобой извиняться!»]
В одно мгновение снова поднялись тысячи волн… готовых обрушиться на Таннин.
На место происшествия слетелись репортёры, но никто не перехватил Таннин, оставив Мо Юроу в одиночестве жалобно плакать перед камерами. «Изначально я думала, что, поскольку мы обе модели, я не буду раздувать этот инцидент, но Таннин зашла слишком далеко. Она не только отказалась извиняться, но и осыпала меня оскорблениями».
Так началась война между ними: две модели, не умеющие вести себя на публике, устроили слёзную драму, привлекая внимание прохожих, которые останавливались и собирались в толпу.
Тяньи быстро отреагировали, опубликовав заявление с извинениями перед публикой. В нём они сообщили о своём намерении серьёзно разобраться с Таннин, намекая на её возможное увольнение.
В то же время фраза Таннин «Я ни за что не стану перед тобой извиняться!» стала вирусной в сети. И как раз в тот момент, когда все оскорбляли Таннин, одна известная интернет-личность опубликовала фотоальбом под названием: [Дело не в том, что Таннин не извиняется, а в том, что она и не должна!]
Альбом был полон фотографий, на которых Мо Юроу и Хань Юфань обнимались. На снимках они оба находились в больнице. Хань Юфань лежал на Мо Юроу, которая всё ещё была в больничной одежде…
Все пользователи сети были потрясены, а известный веб-сайт опубликовал требование: [Раскройте правду об инциденте с заменой Таннин.]
В посте были изложены все подробности инцидента, а тон задавал тот факт, что Мо Юроу и Хань Юфань изменяли Таннин. Там был дан чёткий анализ того, как Таннин сначала заставили пойти на компромисс, затем начали подавлять и, наконец, довели до гневной реакции…
Ради любви её заставили взять всю вину на себя. В то же время любовница её жениха наступала и унижала её.
Так скандал и был раскрыт. Интимные фото Хань Юфаня и Мо Юроу разлетелись повсюду, и пользователи сети наконец обнаружили, что, помимо инцидента с заменой, о Таннин не было ни единой плохой новости. Даже просмотрев информацию за три года, они нашли лишь её фотографии с подиума – прекрасной, как и всегда.
Эта женщина, бросившая карьеру ради любви, ни разу не попыталась оправдаться. Даже после недавнего инцидента она немедленно выступила вперёд и взяла на себя всю ответственность.
Боже мой, как же все ошибались насчёт Таннин!
Мо Юроу действительно умеет играть. Кто бы мог подумать, что Тяньи будет подавлять такую несчастную женщину.
Ситуация снова перевернулась…
Бесчисленные пользователи сети начали чувствовать вину за то, что осуждали Таннин, и их отношение к ней быстро сменилось с негативного на позитивное. Пока всё это происходило, Мо Юроу как раз давала интервью: «Я уже не знаю, как оценивать её бесстыдство…»
Репортёрша была полностью поглощена моментом, когда её коллега вдруг достал свой телефон, чтобы что-то ей показать.
Увидев фотографии, репортёрша подняла телефон и спросила Мо Юроу: «Мисс Мо, эти фотографии настоящие?»
– Что это? – лицо Мо Юроу побледнело.
– Это интимные фотографии вас и генерального директора Тяньи, Хань Юфаня. Хотите, чтобы я подробнее описала, чем именно вы на них занимаетесь?
Мо Юроу застыла… Ещё мгновение назад она рыдала перед камерой, разыгрывая несчастную жертву. Теперь же она внезапно превратилась в любовницу, соблазнившую чужого парня. В их глазах она ничем не отличалась от тех моделей-новичков, что продают себя ради продвижения по карьерной лестнице.
Самое главное, она не могла найти слов в свою защиту.
Репортёрам стало за неё неловко.
– Значит, эти фотографии настоящие, я полагаю. С одной стороны, вы плачете, а с другой – уводите чужого парня, – вопросы репортёрши внезапно стали жёстче.
– Н… нет…
– На фотографиях всё очевидно, не говорите мне, что вы собираетесь это отрицать.
– Нет, это всё подделка… это всё часть плана Таннин, – Мо Юроу вдруг потеряла самообладание перед камерой. – Не снимайте больше, убирайтесь, я не хочу больше давать интервью, уходите!
Репортёрша холодно хмыкнула, она презирала Мо Юроу. «Мисс Мо, хотя мы все привыкли к нравам индустрии развлечений, я всё же должна вам сказать: Бог наказывает тех, у кого дурные намерения – в этом мире есть справедливость. Хотя бы за то, что Таннин выступила вперёд и взяла всю вину на себя, я с этого момента больше не напишу о ней ничего плохого».
Мо Юроу дрожала от страха. Как только репортёры ушли, она позвонила Хань Юфаню.
– Юфань, ты видел фотографии? Что нам делать?
– Это просто фотографии, чего ты паникуешь? Компания уже работает над решением… – спокойно ответил Хань Юфань. Однако… в душе он не был так спокоен, как казался. Разоблачение не только повлияет на будущее Мо Юроу и Тяньи, но и может привести к тому, что он навсегда потеряет Таннин.
В конце концов, он подавлял её и изменял ей.
– За всем этим, должно быть, стоит Таннин.
– Если бы ты к ней не лезла, думаешь, это бы случилось? – сказав это, Хань Юфань сердито бросил трубку. Затем, найдя номер Таннин, он позвонил ей. – Идут же гудки, Таннин, возьми трубку.
На самом деле Таннин держала телефон в руке. Она представляла, как, должно быть, сейчас нервничает Хань Юфань, и потому решила не отвечать.
Выбежав из палаты Мо Юроу, Таннин нашла укромное место, чтобы спрятаться, и стала ждать, пока Мо Тин пришлёт за ней кого-нибудь. К её удивлению, Мо Тин решил приехать лично.
– Таннин, садись.
Услышав его глубокий голос, вся тревога в её сердце улеглась. Телефон продолжал звонить, но она бросила его на заднее сиденье машины Мо Тина.
– Не отвечаешь? – спросил Мо Тин, повернув к ней своё красивое лицо.
– Ты и так знаешь ответ, – ухмыльнулась Таннин. Её целью было заставить Хань Юфаня всю ночь искать её и почувствовать, каково это – страдать.
Глава 10. Решимость возродиться
Мо Тин замолчал и устремил взгляд перед собой. Взгляд Таннин тем временем был прикован к чёрной родинке на мочке уха Мо Тина. Словно он родился с серьгой, что придавало ему слегка порочную и опасную ауру.
– Ты так на меня смотришь… приглашаешь поцеловать тебя? обнять? или…
Таннин, подавив волнение, протянула руку и схватилась за руку Мо Тина, пытаясь избежать его страстного взгляда. – Прежде чем мы поедем в наш новый дом, можешь сначала съездить со мной в одно место?
– А после этого мы сможем закончить то, что не закончили прошлой ночью? м?
Мо Тин спросил это небрежно, но Таннин не смогла скрыть своего волнения, потому что в глубине души она знала, что, возможно, не сможет набраться той же смелости, что и прошлой ночью. Мо Тин не давил на неё и не стал продолжать разговор. Он просто позволил ей и дальше держаться за его руку и лукаво улыбнулся.
В итоге они не поехали прямо домой, как просила Таннин. Вместо этого они оказались в знаменитом вишнёвом лесу. Это было место, где Таннин часто встречалась с Хань Юфанем на свиданиях. Однако сегодня она собиралась полностью вырвать его из своего сердца. Поэтому в конце концов она взяла телефон: – Я в вишнёвом лесу, где мы всегда встречались. Если ты всё ещё хочешь меня видеть, то приезжай… Увидимся там.
– Хорошо, я сейчас приеду, – немедленно согласился Хань Юфань. Хоть у него и был роман с Мо Юроу, он и не думал отказываться от Таннин. Где ещё он найдёт другую женщину, которую так легко обмануть? К тому же, она всегда была ему верна, была из хорошей семьи и у неё был хороший характер.
Таннин повесила трубку и посмотрела на Мо Тина, сидевшего напротив. Искренним, но срывающимся голосом она пообещала: – Это последний раз, когда я говорю с ним по телефону о наших личных чувствах. С этого момента… больше никогда.
Мо Тин поднял брови. Не говоря ни слова, он похлопал по сиденью рядом с собой, приглашая Таннин сесть рядом; в этом жесте чувствовалось собственничество.
Таннин послушно села рядом с ним. Они вдвоём посмотрели из окна ресторана на сцену внизу. Вскоре под вишнёвым деревом появилась взволнованная фигура.
Хань Юфань пришёл!
Сколько раз в прошлом она стояла на том же самом месте, где сейчас стоял Хань Юфань, наивно прождав весь день. В пяти случаях из десяти он так и не приходил. Теперь, размышляя об этом, она понимала, что её искренность была так легко растоптана, так что…
…ожидание впустую, игра чужими чувствами, предательство… она хотела, чтобы Хань Юфань испытал всё это на себе.
– Это действительно утолит твою ненависть? – спросил Мо Тин, обняв Таннин за плечо и глядя на фигуру под ними.
– Конечно, нет, но я хочу, чтобы он испытал всё, через что прошла я, всё до мелочей!
Мо Тин протянул длинные пальцы и взял Таннин за подбородок. Глядя ей в глаза, он видел хрупкую женщину, но, столкнувшись с душевной болью, она могла разбираться с делами так чётко; она быстро покончила с прошлым, как и говорила, без малейшего притворства.
– Когда я делала заказ, я заказала фуа-гра. Официант сказал, что его привезли прямо из Франции, я подумала, что оно должно быть неплохим.
Мо Тин отпустил её и удивлённо улыбнулся: – Как ты узнала, что я это люблю?
– Узнать предпочтения своего мужа не так уж и сложно. – Таннин жестом попросила официанта подавать блюда. – Давай поедим и поговорим.
Мо Тин посмотрел на её розовые, мягкие, похожие на лепестки роз тонкие губы. В его взгляде промелькнула опасность: – Но… я не хочу говорить, я просто хочу… поцеловать тебя!
Кто сказал, что он – яд индустрии развлечений? Очевидно… женщина перед ним тоже таила в себе яд, который незаметно вызывал привыкание.
Внизу Хань Юфань всё ещё стоял на том же месте. А наверху, в ресторане, Таннин и Мо Тин наслаждались ужином. Таннин не любила говорить с Мо Тином о своей работе, и он это понимал. Помогши Таннин дважды, он видел, как на этот раз она гладко со всем справилась сама. Эта маленькая женщина определённо не была слабой.
Однако… хоть она и не была слабой, она всё же была женой Мо Тина. И пока она была его женой, он позаботится о том, чтобы обижала она, а не её.
В мгновение ока прошёл час. Внизу Хань Юфань продолжал ждать, хотя его терпение уже иссякало. Всё это время он непрерывно пытался дозвониться до Таннин, но Таннин уже отключила все уведомления. Он и не подозревал, что в этот момент в глазах Таннин и Мо Тина он был похож на стражника, стоящего на посту под деревом.
Наконец они закончили есть. Мо Тин бросил взгляд вниз и спросил: – Хочешь и дальше смотреть?
– Нет, я хочу, чтобы ты помог мне с переездом.
Мо Тин кивнул и быстро оплатил счёт, затем вывел Таннин через боковую дверь. Вскоре пара прибыла к дому Таннин. Однако, когда Мо Тин собирался войти, Таннин попросила его подождать снаружи 5 минут. 5 минут спустя, когда он вошёл в дом, все следы отношений Таннин и Хань Юфаня исчезли. Таннин не пришлось убирать много, так как Хань Юфань всё равно никогда не оставался у неё на ночь.