Альфа под маской

– Да, – выплюнула она, высоко вскинув подбородок, несмотря на то, что её запястья были прижаты. – Я на него работаю. Я его личная помощница. И завтра утром, ровно в десять, я первым делом расскажу ему, что ты за зверь. Я сообщу о нападении. Он снесёт тебе голову за это.

Ирония была почти невыносимой. Она собиралась доложить на меня… мне же. Мне хотелось рассмеяться, но огонь, которым она дышала, делал с моим самообладанием нечто гораздо более опасное.

– Раз уж ты всё равно собираешься на меня доложить, – пробормотал я, наклоняясь, пока наши носы не соприкоснулись, – тогда я, пожалуй, дам тебе повод посерьёзнее. Лучше доложи и об этом тоже.

Я не дал ей шанса среагировать. Я врезался в её губы жестоким, голодным поцелуем, который должен был заявить права на каждый дюйм её тела.

Она замерла, всё её тело одеревенело от шока. Я почувствовал вкус полевых цветов и соли её слёз, но под всем этим была та самая искра – необузданный, электрический жар, который говорил мне, что она не просто напугана, она ошеломлена. Я отпустил её запястья, мои руки соскользнули вниз, чтобы обхватить её лицо, а большие пальцы прошлись по скулам, пока я углублял поцелуй, подчиняя её губы своим.

Я хотел пометить её. Я хотел, чтобы сегодня ночью она заснула со вкусом меня на языке.

Когда я наконец отстранился, всего на дюйм, мы оба прерывисто и тяжело дышали. Её глаза цвета морской волны были широко распахнуты и затуманены от смеси ярости и замешательства, которое она не могла скрыть, – а затем она влепила мне пощёчину.

Я застыл, ошеломлённый тем, что она только что сделала.

– Это был мой первый поцелуй! – выдавила она, и её голос сорвался на рыдание, которое пронзило моё самообладание. – Как ты посмел… как ты посмел просто забрать его!

Прежде чем я успел осознать её слова, она развернулась и вылетела из комнаты. Я не сразу бросился за ней. Я не мог. Мой разум был в смятении. Её первый поцелуй? В её-то возрасте, работая в таком месте? Это казалось невозможным, но неподдельная агония в её голосе говорила, что она не лжёт. Я ощутил внезапный, тошнотворный укол вины – чувство, которого я не испытывал годами. Я был Альфа Королём; я брал то, что хотел. Но забрать первый поцелуй женщины в ходе холодной игры во власть под маской казалось… неправильным. Даже для такого монстра, как я.

Я должен был прийти в ярость от того, что она дала мне пощёчину. Никто не смеет прикасаться к Королю. Но единственное, что я чувствовал, – это отчаянную потребность найти её.

Я поправил маску и быстрыми шагами вышел из комнаты. Я окинул взглядом переполненный, залитый неоном зал и заметил её у бара, склонившуюся к подруге. Аврора выглядела бледной, её руки дрожали, пока она собирала свои вещи. В тот миг, когда её глаза встретились с моими сквозь толпу, в них вспыхнула паника, и она исчезла через чёрный ход.

Я не пошёл за ней. Вместо этого я направился прямо к бару.

Официантка свирепо посмотрела на меня, её защитные инстинкты вспыхнули, хотя она и дрожала под тяжестью моего присутствия.

– Что вы с ней сделали? – потребовала она напряжённым, высоким голосом.

Я наклонился через стойку. – Куда она пошла? – спросил я голосом, звучавшим как приказ. – И не смей мне лгать.

Девушка сглотнула, глядя на чёрный ход, в котором исчезла Аврора. – Она пошла домой… пожалуйста, просто оставьте её в покое… у неё сейчас и так много всего в жизни происходит.

Я поднял бровь, чувствуя желание узнать больше. – Много всего… например?

Официантка нахмурилась. – Не мне об этом говорить, но, пожалуйста, просто найдите себе кого-нибудь другого.

С этими словами официантка развернулась и ушла, оставив меня с желанием узнать эту девушку, которое было сильнее, чем я мог когда-либо вообразить.

Вытащив из кармана мобильный телефон, я набрал номер и приложил его к уху. После нескольких гудков на звонок ответили.

– Приветствую, сэр, – произнёс мужской голос в трубке.

– У меня есть для тебя работа.

Глава 11. Его машина

Точка зрения Авроры

Я нахмурилась, оглядываясь по сторонам, и поняла, что такси нет. У нашего клуба, где в это время обычно кишели машины, было на удивление пусто. В поле зрения не было ни одного жёлтого огонька.

Я достала из сумочки телефон, чтобы вызвать машину, но моё сердце ушло в пятки. Связи не было. Ни одной палочки.

– Чёрт! – прошипела я, злобно глядя на время на экране. Было уже за десять вечера.

Я стояла у клуба, и холодный ночной воздух кусал кожу. Я не могла здесь оставаться, но и позвать на помощь тоже не могла. В конце концов, я решила пойти пешком. Моя квартира была не так уж и далеко, хотя дорога была тусклой и тихой. Я досадливо хмыкнула, поправила сумочку и повернулась… только чтобы врезаться в чью-то твёрдую грудь.

– Ох! – вскрикнула я от боли, потирая лоб.

– Смотри, куда идёшь, – раздражённо пробормотал мужчина. Я подняла взгляд и увидела одного из завсегдатаев с холодными глазами.

– Простите, – пробормотала я, опустив голову, и прошла мимо. Я покинула территорию клуба и направилась домой. Дорога была жутко пустой, лишь изредка мимо проносились машины, их фары отбрасывали на деревья длинные, пугающие тени. Я с сожалением проворчала, ускоряя шаг, пока страх подступал к горлу.

Через несколько минут ходьбы я заметила угольно-чёрный Роллс-Ройс Куллинан, медленно едущий позади меня. Мой пульс подскочил. Я ускорила шаг, бормоча под нос молитвы. Машина не проехала мимо; она набрала скорость и поравнялась со мной. Мои руки начали дрожать.

– Ты в ужасе, и всё же гуляешь одна в такое время ночи?

Я услышала знакомый голос из машины. Я резко обернулась и поняла, что это он – Маскированный Дом. Мужчина, который только что украл мой первый поцелуй… убийца моих родителей. Странно, как я легко узнала его, несмотря на маску. Я вздохнула с облегчением, что это был не совсем незнакомец, но в груди всё равно всё сжалось.

– Почему ты здесь одна? – спросил он, но я его проигнорировала.

Он застонал, его руки в перчатках сжали руль. Он на мгновение задумался, прежде чем сказать: – Садись.

– Нет, – отрезала я, хотя мой голос дрогнул. Я крепче прижала сумочку к груди. Я ненавидела его. Каждый раз, глядя на эту маску, я видела лицо человека, разрушившего мою жизнь – монстра, которого я считала виновным в смерти моих родителей. Я бы скорее прошла десять миль в темноте, чем сидела в нескольких сантиметрах от убийцы.

Я ускорила шаг, и мои каблуки отчаянно застучали по тротуару. Он не уехал. Он вёл роскошный внедорожник черепашьим шагом, а двигатель мурлыкал, словно хищник, выслеживающий свою добычу.

– Аврора, не будь дурой, – прорычал он из опущенного окна. – Уже поздно, и этот город кишит тварями похуже меня.

– Очень сомневаюсь, – бросила я, не глядя на него. – Я лучше рискну встретиться с бродячим волком, чем с таким монстром, как ты. Езжай дальше.

Он издал резкий, разочарованный рык. – Ты упряма. Это тебя и убьёт.

Два квартала мы играли в эту мучительную игру. Я, спотыкаясь, шла по тротуару в страхе и ярости, а он – чёрная тень Роллс-Ройса – нависал надо мной. Каждый раз, когда я пыталась свернуть в переулок, он резко поворачивал, преграждая мне путь.

– В. Машину. Живо, – рявкнул он, окончательно потеряв терпение. Он резко остановил машину и вышел, его возвышающаяся фигура отбрасывала на меня длинную, пугающую тень.

Я попятилась, уперевшись в кирпичную стену. – Держись от меня подальше!

– Ты дрожишь, – заметил он, и его голос смягчился на долю секунды, хотя и оставался властным. – Если не сядешь сама, я посажу тебя силой. Выбирай.

Поняв, что бежать некуда, а на улице мертвенная тишина, я на дрожащих ногах подошла к пассажирской двери. Я ненавидела себя за это. Ненавидела, что вынуждена полагаться на человека, которому хотела бы вонзить клинок в сердце.

Я колебалась, раздумывая, стоит ли садиться в машину к мужчине, который, казалось, хотел меня сожрать. – Ты уверен?

Он раздражённо застонал, его глаза, видные сквозь маску, смотрели на меня с яростным огнём. – Не заставляй меня повторять. – Это было не приглашение, а приказ.

Я быстро открыла тяжёлую дверь и забралась внутрь. Салон пах не просто машиной; он пах старыми деньгами и холодной, дорогой властью. Мои ноги утонули в ковриках из густой белой овечьей шерсти, по которым было ступать, словно по облаку – тошнотворный контраст с уличной грязью. Каждый сантиметр приборной панели был обтянут прошитой вручную кожей, такой мягкой, что на ощупь она казалась шёлком, и отполированным хромом, блестевшим, как лезвие клинка. Я посмотрела на сиденья с ромбовидной прострочкой и с дрожью поняла, что каждая роскошная деталь в этом дворце на колёсах куплена на крови.

Наши взгляды встретились на долю секунды, но я нервно отвернулась, уставившись себе на колени. – Куда? – спросил он.

Я назвала ему адрес своей квартиры, мой голос был едва слышен. Он снова застонал, очевидно, раздражённый устроенной мной истерикой.

– Пристегни ремень, – потребовал он.

– В этом нет необходимости. Я почти дома, – ответила я, пытаясь вернуть себе хоть какой-то контроль.

– Как знаешь, – рявкнул он и рванул с места.

В тот момент, когда он нажал на газ, я прокляла свою гордость. Он вёл машину так, словно участвовал в гонках: Куллинан ревел, проносясь по пустым улицам. Казалось, его совсем не волновало, что меня швыряло по сиденью.

– Пожалуйста, помедленнее! – взмолилась я, вцепившись в дверную ручку так, что, казалось, вот-вот её оторву.

Он проигнорировал меня. И даже прибавил газу. К тому времени, как он резко затормозил у моего дома, я крепко зажмурила глаза. Моё сердце колотилось так сильно, что было больно, а тело неудержимо дрожало. Пока я сидела там, в моей памяти ярко вспыхнуло воспоминание об убийстве моих родителей много лет назад. Я не могла дышать. Казалось, мои лёгкие сжимаются. У меня началась настоящая паническая атака.

– Эй! – услышала я его голос, но не могла ответить. Я задыхалась, отчаянно хватая ртом воздух, которого не было.

– Чёрт! – выпалил он. Я услышала, как распахнулась его дверь. Он обежал машину, рывком распахнул мою дверь, впуская внутрь прохладный ночной воздух. Он стоял, бормоча слова, которые я не могла разобрать, его фигура нависала надо мной.

Через несколько минут я сделала судорожный, глубокий вдох. Мир перестал вращаться. Я открыла глаза и увидела, что он смотрит на меня. На этот раз гнев в его глазах исчез. Их наполнило глубокое беспокойство и тревога.

Я нахмурилась, свирепо глядя на него. – Убирайся от меня, – выплюнула я, мой голос дрожал от ярости, выбираясь из машины.

– Я же сказал тебе пристегнуться, не так ли? – спросил он, его тон снова стал раздражённым.

– Это ты во всём виноват! Как можно ехать на такой скорости? Ты хочешь меня убить? – спросила я, и мой страх сменился жгучим гневом.

– Убить тебя? – он усмехнулся, издав мрачный, горький звук. – Я бы с радостью убил тебя. Но не сейчас. Не раньше, чем трахну тебя.

Он сказал это с такой силой, что по моей спине пробежал ледяной холодок. Я поняла, что он не шутит.

– Держись от меня, блядь, подальше, – пробормотала я, не желая оставаться ни на секунду дольше. Я поспешила к двери своей квартиры, замешкалась с ключами и практически ввалилась внутрь. Я рухнула на кровать, ожидая, пока мои нервы придут в норму.

Чувствуя себя вымотанной, я встала, схватила из холодильника бутылку воды и осушила её залпом. Я уже собиралась снова лечь, как в дверь тяжело постучали. Я замерла. Было поздно, и я никого не ждала.

С колотящимся сердцем я подошла к двери и посмотрела в глазок, только чтобы понять, что это был Маскированный Дом.

Глава 12. Разрушитель по имени Любовь

От лица Оливера

– Чего ты хочешь? – спросила она. Голос у неё был твёрдый, но я чувствовал едкий, металлический запах страха, исходивший от неё. Она пыталась держаться гордо и неприступно, но её руки дрожали.

Не обращая внимания на её оборонительную позу, я протянул ей куртку, которую она оставила скомканной на пассажирском сиденье. – Ты забыла её в моей машине.

– Ох, – пробормотала она, выхватывая у меня ткань. На долю секунды её пальцы коснулись моих, и от искры, проскочившей между нами, я едва не зарычал.

«Её запах», – зарычал мой волк, его голос низким, скрежещущим рокотом отозвался у меня в голове. «Возьми её. Завладей ею сейчас же, заставь её кричать наше имя».