Прихоть

Взгляд вдруг уловили движение. Стахов протянул руку и пригласительно раскрыл передо мной свою большую ладонь. Оторопело уставившись на нее, я начала лихорадочно сопротивляться действительности. Но когда посмотрела в серые глаза волка, все лишние мысли неожиданно отпали, кроме одной единственной, и я вложила свою холодную от волнения руку.

Мужчина тут же надежно сжал ее горячими пальцами, провоцируя волну мурашек на моей коже. Разумеется, он направился к кровати, возле которой замер очень близко ко мне.

– Сними одежду и ложись, – велел спокойно и негромко, отпуская мою руку.

Затем Стахов отошел, будто нарочно давая мне пространство. Или скорее иллюзию выбора.

Глядя на его спину, я застыла как примороженная, тяжело сглотнув от одной только мысли, что буду абсолютно обнажена перед этим мужчиной.

– Вы… не хотите спросить меня?! – вдруг сказала я, достаточно громко, чтобы выдать все скопившиеся эмоции. – Что я думаю обо всем этом?..

Испытав меня взглядом в упор, Стахов невозмутимо сдвинул дверцу гардероба, возле которого остановился.

– Мне очевидно, что ты можешь думать об этом.

Мое лицо медленно вытянулось. В его простом сдержанном ответе заключалось очень много…

– Будет лучше, если сегодня ты избавишь себя от лишних мыслей и переживаний о принципах морали, – с налетом стали добавил мужчина, расстегивая манжеты рубашки. – Никто не посмеет тебя в чем-то обвинить, Мия. Здесь я – антигерой, а ты – хорошая девочка, которая стала жертвой ситуации.

Он подкрепил свои слова, открыто посмотрев мне в глаза, словно ставя точку в теме, которая больше не была актуальной. Впрочем, так и есть. Стахов заставил понять однозначно, что решения не изменит. Даже понимая, что речь идет о принуждении…

Мужчина снял рубашку, давая мне увидеть, как крепко сложен: рельефный пресс, развитые грудные мышцы с порослью темных волос, мощные форменные руки, которые легко могли подавить… Я отвела взгляд, ощущая резкий накат паники. В сознании пролетела судорожная мысль о вариантах, которые у меня имелись и стало совсем не по себе. Потому что ни один из них не мог на что-то повлиять! Единственное, чем я управляла, это своим отношением к происходящему.

Превратить эту ночь в пытку, сопротивляясь всеми силами и надеясь не сломаться? Или… отключить все эмоции и чувства, и принять все с нечеловеческим хладнокровием?

Решение пришлось принимать на вспышке адреналина.

– У меня есть одно условие! – вдруг произнесла я твердым отважным голосом.

Мужчина вопросительно повернул голову в мою сторону. Его брови сдвинулись к переносице.

– Без поцелуев в губы, – озвучила я, всеми силами стараясь держаться достойно и уверенно.

Слегка прищурившись, Стахов закрыл гардероб. Повернувшись, он положил руки на ремень, который принялся не спеша расстегивать и делать шаги к кровати.

– Без поцелуев, – задумчиво повторил мужчина, сжав железную пряжку пальцами. – Что ж, так даже интереснее.

– Что?..

Он резко вскинул взгляд исподлобья, уголок его рта дернулся, будто в усмешке. Но мое лицо упрямо оставалось серьезным.

– Ничего, – сдержанно отозвался, легким рывком вытянув ремень из петель. – Я даю слово, что не стану делать то, что тебе не понравится.

– Вы уже это делаете… – вырвалось невольно.

Сглотнув, я опустила глаза и нервным движением потерла плечо, а Стахов начал обходить кровать, пока не остановился возле меня. Холодок прошел по спине – в этот раз он остановился вплотную. Так близко, что я ощущала кожей жар его груди.

– Я еще ничего не делал, Мия, – негромким низким голосом сказал мужчина. – Потерпи до утра и будешь судить.

Посмотрев на него волчонком, я не сдержалась и сделала шаг назад. Казалось, он в любой момент мог ко мне прикоснуться.

– И… и используйте, пожалуйста, защиту! – пробормотала я, теряясь от близости Стахова. – А еще я бы хотела, чтобы весь свет был выключен…

– Нет.

– Что нет?.. – выпалила растерянно.

Он сделал шаг, вновь сократив расстояние между нами, и непреклонно озвучил:

– Я не стану использовать презерватив, Мия, и мы будем заниматься сексом при свете.

Тело пробрало жаром. Чувствуя онемение в конечностях, я перестала дышать, когда мужчина наклонился и над моим ухом произнес:

– Я хочу чувствовать тебя. И хочу видеть твое тело. – Теплые мужские пальцы вдруг коснулись моих плеч, заставляя вздрогнуть, и потянули лямки платья вниз. – Не оттягивай неизбежное.

Мурашки сбежали по коже – Стахов обошел меня и начал расстегивать замок на спине.

– Если переживаешь о своем здоровье, то я – чист.

Платье на груди ослабло, но я успела удержать его руками, прежде чем оно сползло вниз.

– А может это вам стоит переживать? – напряженно вытолкнула, резко обернувшись и попятившись. – Может, это я не чиста!

Взгляд серых глаз замер на мне с недобрым блеском, пригвождая к месту. Секунды стали очень долгими и тяжелыми.

– Подойди.

Всего одно слово, прозвучавшее как приказ, заставило вспомнить о своем положении. Буквально физически ощущая подавляющую энергетику Стахова, я опустила голову и подчинилась.

Мужские пальцы обхватили мой подбородок, поднимая лицо. Продвинулись к шее, а затем зарылись в мои волосы на затылке, натягивая их у корней. Оказавшись в оцепенении, я была вынуждена смотреть прямо в серые глаза.

– Наговаривая на себя, ты не вызовешь во мне отвращения, – жестко прохрипел Стахов. Мои руки вжались в платье на груди, когда его губы оказались очень близко к моим, обжигая их дыханием. – Я хочу тебя, Мия. И заплатил достаточно высокую цену, чтобы ты оказалась в моем доме.

Напряжение возросло запредельно. Но он помнил о моем условии и не целовал – хотя это меньше всего сейчас волновало. Просто держал под контролем, словно показывая на всех уровнях, кто здесь главный.

В конце концов мой взгляд ушел в сторону, а в душе вдруг все перевернулось. Напряжение разом схлынуло и внутри воцарилась какая-то апатия ко всему.

– Хорошо, – вдруг шепнула устало. – Я сделаю все, что вы скажете…

С этими словами, я разжала руки и платье соскользнуло по телу к моим ногам. Стахов медленно отстранился, пристально наблюдая, как следом я завела руки за спину, чтобы расстегнуть застежку черного бюстгальтера. Снять его оказалось труднее психологически, но я справилась. Даже плечи расправила, только на мужчину упрямо не смотрела. Мне удалось поймать волну, которую я очень не хотела сбивать. Осталось лишь снять трусики… Но я не успела.

Он внезапно оказался рядом. Мягко обхватил ладонью мою шею сзади и заставил пятиться, пока я не уперлась спиной в стену. Сначала я напряглась, невольно вжалась ладонями в мужскую грудь, но быстро обмякла.

Пусть делает, что хочет. Я не стану подыгрывать. И сопротивляться тоже не буду.

– Нет, моя девочка, – вдруг сказал Стахов, прожигая мое лицо взглядом. – Все будет не так!

Я непонимающе нахмурилась, а он неожиданно прижал меня корпусом и протолкнул ладонь между ног. Громко ахнув, я непроизвольно вцепилась рукой в твердое предплечье. Не успела зажмуриться, как горячие губы обхватили изгиб моей шеи, затем упругий язык провел вверх до мочки уха, которую мужчина нежно всосал.

Дыхание сперло, а нервная система дала сбой – ум диктовал, что сейчас мне будет очень неприятно, но вот тело реагировало совершенно неадекватно! Сначала меня бросило в жар, точно от страха, затем холод обжег кожу, заставляя ежиться, и вдруг низ живота прошиб горячий импульс – Стахов сдвинул полоску белья и протолкнул в меня пальцы.

Все это произошло за какие-то секунды – я была как оглушенная! Толчок, еще толчок без церемоний и подготовки, но уже с третьим погружением пальцы мужчины легко заскользили внутри меня.

– Н-нет!.. – выбило из моего горла глухое и беспомощное.

Я впилась ногтями в мужские плечи, чувствуя, как стремительно тону в разгорающемся ярким пламенем возбуждении. Губы Стахова целовали мою шею все требовательнее, рука сжалась в кулак в волосах, не позволяя мне отвернуться, пальцы врезались в лоно все быстрее.

Как это…

Что происходит?! Почему у меня нет сил его оттолкнуть?.. Почему я… я почти готова…

– А-а-ах! – рвано вскрикнула я, выгнувшись и задрожав от сильного оргазма.

Настолько сильного, что мужчине пришлось подхватить мое ослабевшее тело на руки.

Он отнес меня на кровать, где пришлось быстро приходить в себя. Приподнявшись на локтях, я начала настороженно отползать к изголовью, но Стахов, двигаясь точно хищник, без промедления оказался надо мной.

–