Дочери короля

– Матушка, – улыбнулась Эрис, – вы снова останетесь в замке?

– Конечно, – ответила королева. – Как бы мне не хотелось поехать с вами, увы, мне опасно ездить на лошади. Ты ведь сама знаешь.

– Как Вы себя чувствуете сегодня?

– Утренняя слабость прошла, и теперь я чувствую себя вполне хорошо.

– Тогда почему бы Вам не присоединиться к нам? Вы можете ехать медленно.

– Ну что ты, Эрис, мне лучше поберечься.

Они вышли из широких дверей во внутренний двор. Главные ворота замка уже были открыты, подъемный мост опущен, и сквозь проем виднелись улицы города, освещенные еще не жарким утренним солнцем.

Король Ривальд восседал на своем вороном жеребце. Рядом стояла лошадь Эрис, ее держал за поводья один из оруженосцев короля – Сайн Талед, полноватый молодой человек с непослушными кудрявыми волосами.

– Наконец-то! – сказал король, увидев Эрис, – Что же вы, женщины так долго собираетесь? Тебя все заждались.

Эрис извинилась за опоздание и села в седло. Анхейлис и ее дамы пожелали охотникам удачи, и король со свитой выехал из замка.

Принцесса Эрис была столь же неутомима, как и ее отец. Она практически всегда находилась подле короля, где бы он ни был. Даже когда король отправлялся объезжать свои владения, а это могли быть долгие путешествия, она предпочитала ехать с ним. Король не был против, но с условием, что ее сопровождали несколько дам, чтобы дочь не находилась одна в мужской компании среди его людей.

Королева, напротив, предпочитала жить в Вальдане – столице королевста Луарон, и практически не выезжала из Вальданского замка, жизнь в котором была комфортнее, чем где бы то ни было в королевстве.

***

Авэйна сидела в библиотеке у окна на широкой лавке, на мягких подушках – своем любимом месте. Перед ней на столе лежал тяжелый манускрипт о строении небесных сфер, и принцесса увлеченно читала страницы одну за другой. Это была старинная книга, но далеко не первая из старинных, которую читала Авэйна, и принцесса легко справлялась со строками плотного текста без пробелов, ведь в прежние времена было принято писать именно так.

Придворный алхимик и врач Азистор Гаттэлан сидел за другим столом у соседнего окна и сосредоточенно переписывал древний труд по медицине, добавляя свои комментарии. Иногда он почесывал короткую седую бороду и поправлял сползающие с носа складные очки. Пожилая фрейлина расположилась в кресле в дальнем конце зала с раскрытым томом новелл на коленях и еле слышно посмеивалась над прочитанным. Паж Кайль, забравшись на лестницу, искал на верхних полках какую-то редкую книгу для Авэйны.

Двери библиотеки скрипнули, и вошла королева Анхейлис. Она была одна. Ее свита осталась за дверью, чтобы не нарушать тишину этого места. Воздух наполнился запахом роз и пряностей. Любимые духи королевы пахли как десерт, подаваемый на пикнике в весеннем цветущем саду.

Алхимик, фрейлина и паж поклонились ее величеству. Авэйна же с трудом оторвалась от своего чтения.

– Дочь моя, я так и знала, что найду тебя здесь, – Анхейлис, шурша платьем из парчи, присела рядом с принцессой. – Ты даже не вышла проводить отца на охоту.

– Он уже уехал? – удивилась Авэйна. – Я зачиталась и не заметила как прошло время.

– Тебе ничего не интересно, кроме твоих книг. Ты совершенно не дышишь чистым воздухом, а только пылью библиотеки и благовониями церкви. Лучше бы ты поехала на охоту.

– Матушка, мне это скучно и не интересно. Я знаю, что вы сами хотели бы поехать, но не можете. Не все имеют одинаковые желания.

– Да, я бы хотела. А ты имеешь такую возможность и не пользуешься ею. Эрис, напротив, не пропускает ни одного конного выезда.

– А не пыталась ли Эрис уговорить вас поехать?

– Нет, она просто предложила. Она еще не знает, что такое беременность.

– Я так и знала! Это выдает ее недобрые намерения, – взволнованно сказала Авэйна.

– Что ты имеешь в виду, дочь моя?

– Матушка, вы разве до сих пор не заметили, что больше всего на свете Эрис боится, что у вас родится сын?

Королева, услышав это, нахмурила брови.

– Почему ты позволяешь себе говорить так о своей старшей сестре? Эрис понимает меня, она тоже любит охоту, и она не желает мне ничего дурного! К тому же, почему ты решила, что родится мальчик, ведь может быть снова девочка.

– Но может быть и мальчик.

Анхейлис погладила себя по животу.

– Мне все равно кто родиться. Я буду любить и сына, и дочь, – королева улыбнулась, поправляя рыжий локон, выбившийся из ее аккуратной сложной прически.

– А отец хочет сына, – не унималась Авэйна, – и говорит о будущем ребенке, только как о сыне. Это будит в Эрис ненависть к еще не родившемуся младенцу! Она часто бывает с отцом, интересуется его делами, в той мере, в какой он ей это позволяет. И она постоянно слышит от него о наследнике, которого он так ждет! А ведь всегда наследницей была она.

– Авэйна, откуда у тебя такие мысли? – удивилась королева. – Ты же праведная, добрая девушка. Почему ты так плохо думаешь о своей сестре? У нее нет причины ненавидеть наследника, ведь она выйдет замуж за короля Гвилема из Гриадора, когда тот вернется из паломничества. Она уже давно ему обещана.

– Эрис никогда его не видела. И она прекрасно понимает, что в его королевстве ее голос будет последним после него и его матери. Лардана Гриадорская ведь уже исполняет обязанности регента, пока король Гвилем путешествует в святые земли. И неизвестно еще, вернется ли он оттуда, мало ли что. А Эрис погрязла в злых мыслях, я это вижу по ее лицу. И в храме она скучает и зевает, видно что только и ждет, когда закончится служба.

– Зато ты только и делаешь, что молишься и читаешь. Эрис интересуется охотой и делами короля, Амилла играет на лютне, поет и прекрасно танцует. А ты сидишь за книгами целыми днями как монахиня, избегаешь общества дам. И это даже немного неприлично.

– Мне не интересно общество дам. Я читаю не развлекательные стишки о невозможной любви, как Амилла, а труды ученых богословов и алхимиков, и знаю об этом мире уже гораздо больше многих. И все эти песенки с танцами я нахожу пустыми забавами и ерундой, а разговоры придворных дам скучными и бессмысленными.

– Авэйна, тебе следует унять свое высокомерие. Благородная девушка должна уметь поддерживать светский разговор даже на простые темы.

– Я это умею, матушка, но мне не хочется и не интересно.

Анхейлис вздохнула и поднялась. Она решила вернуться обратно к дамам.

Авэйна продолжила читать манускрипт о строении небесных сфер, и читала достаточно долго, пока не заметила, что пожилая фрейлина, сидевшая в дальнем конце библиотеки с томиком новелл на коленях, задремала, откинув голову на спинку кресла. Тогда принцесса тихо подошла к Азистору Гаттэлану и заявила о своем намерении пойти в сад.

– Пожалуйста, не будите бедную дэйну, – Авэйна покосилась на спящую фрейлину. – Ее мучает бессонница по ночам.

– Тогда, позвольте, я провожу вас, – алхимик неохотно поднял голову от своей работы.

– Я не хочу отвлекать вас от дела, которым вы так увлечены, – ответила принцесса. – Меня проводит Кайль.

Услышав это, паж оставил книги и спустился с лестницы. Алхимик не был против, он не хотел отрываться от своего труда. Как только они вышли за дверь, Авэйна приказала Кайлю оставить ее. Она умела улизнуть от надзора фрейлин не хуже своей сестры Амиллы. Авэйна хотела пройтись по саду наедине со своими мыслями.

***

В замке было тихо, двор был пуст. Принцесса направилась в сад. Там, под кронами деревьев, было прохладно и свежо. Благоухала сирень, птицы заливались на разные голоса.

Авэйна гуляла по мощеной камнем дорожке, и дойдя до садового фонтана, присела на скамью. Она наслаждалась журчанием воды, пением птиц и запахом цветов, и размышляла о том, что прочитала в манускрипте про небесные сферы, когда вдруг заметила движение за кустом сирени. Ей показалось, как будто рыжие волосы блеснули на солнце.

Она встала, подошла ближе, отодвинула полные цветов ароматные ветви, и чуть не лишилась чувств от увиденного. Там была принцесса Амилла вместе с садовником. Этот негодяй целовал ее младшую сестру, обхватив руками за талию, а Амилла даже не думала сопротивляться.

– О, всевидящий Олэм! Что я вижу! – ахнула Авэйна, – Ты… моя сестра! Какой позор! Я думала, ты на охоте, а ты здесь… у меня нет слов!

Садовник и принцесса Амилла насмерть перепуганные, отпрянули друг от друга.

– Авэйна, никому не говори, – пыталась убедить сестру Амилла, но та не обращала на ее слова никакого внимания.

– Как ты посмел? – Авэйна гневно посмотрела на садовника, и закричала, хватая за руку попытавшуюся ретироваться сестру: – Стража, сюда! Стража!