(Не)измена Повелителя дроу. Цена прощения

Эта трава из Подземья обладала мягким обезболивающим действием. Я надеялась, что в случае с Эрданэлем она сможет притупить бурные эмоции, из-за которых он становится большим и зеленым. Для начала этого должно хватить.

Базу для зелья я приготовила заранее: густой настой лунного корня, медленно выпаренный до тягучей прозрачности. Я перелила его в колбу и осторожно нагрела, пока на поверхности не появились первые ленивые пузырьки.

Запах поднялся терпкий, травяной, насыщенный. Он всегда меня успокаивал.

Затем я срезала несколько молодых листьев подземной мяты и растерла их в ступке. Пестик мягко шуршал по камню, превращая зелень в влажную кашицу. Крохотные травинки быстро отдали густой, ярко-изумрудный сок.

Три капли.

Я отсчитала их аккуратно, почти задержав дыхание. Жидкость в колбе потемнела и медленно закрутилась золотистой спиралью.

- Интересно… - пробормотала я себе под нос.

Контроль поведения - непростой коктейль. Придется немного поэкспериментировать, и не факт, что с первого раза получится нужная концентрация.

Я сняла колбу с огня, процедила настой через тонкую ткань и разлила жидкость по двум небольшим склянкам. Стекло на свету отдавало мягким янтарным оттенком.

Теперь две аккуратные баночки с эмблемой ящерки стояли на столе. Пришло время снова заняться работой и вернуть Сейхо былое величие.

Удовлетворенно улыбнувшись, я отправилась готовить обед, и именно тогда появился и Аркелан.

Он выглядел мрачным и озадаченным, красивые белые брови сведены на переносице, скулы напряженно сжаты. Я сразу напряглась, понимая, что хороших новостей не будет.

- Дэя, все гораздо серьезнее, чем я мог предположить. Оказывается, у Люпины есть Дар.

— Что? — я села на стул, оглушенная этой новостью. Поведение родственников становилось более понятным. - Погоди, как они смогли это скрыть?

— Кажется, проверяющий пришел, когда тетя и дядя сидели с девочкой, а ее отец был на работе. Сфера показала сильное свечение, оно… родственное твоему. Интенсивное белое сияние. Из разговора я понял, что они приняли его за Дар нейтрализации. А дальше – небольшая взятка, и тайна осталась известна только им.

— Но мое сияние было не просто белым. В нем имелся розовый оттенок. Такое свечение получали все одаренные девочки в нашем роду, - кивнула я, понимая к чему клонит муж. — У Люпины Дар, чем-то похожий на мой…

— Думаю, он может быть еще более редким. Хоть мы пока не знаем в чем именно заключается его суть.

Я нахмурилась. Неужели, если женщина является носителем Дара – она никогда не сможет жить спокойно? Подумав о том, какую баснословную цену готовы заплатить за Дар нейтрализации, мне стало плохо.

— Они говорили что-нибудь о покупателе? — звуки царапали горло. Затошнило. Я хорошо помнила, как меня продали Аркелану. Без права выбора, как вещь.

— Дэйдрэ, понимаю, для тебя это болезненная тема, но… Если бы не твой Дар, тысячи дроу были бы мертвы, орки…

— Я знаю! — зло огрызнулась, не узнавая собственный голос. Он звучал непривычно жестко. От мысли, что с Люпиной сделают тоже самое, мне стало плохо. Из-за редкого Дара моя семья постоянно торговала девочками. Я, моя сестра, Лейна… Нас целенаправленно готовили для будущей жизни: конная езда, рукоделие, умение готовить и общее образование. Мы так давно не виделись и даже не имели возможности нормально общаться после совершения сделки. А теперь и сама Лейна попала в Подземье, благодаря Аркелану и его уходу с поста Повелителя!

Сделав глубокий выдох, я посмотрела на Арка. Дроу выглядел опечаленным. Сильный мужчина опустил голову и с увлечением рассматривал деревянные узоры на столе.

— Скажи мне, жена… неужели наша супружеская жизнь была настолько плоха, что ты вспоминаешь ее с такой ненавистью? Я ни разу не обидел тебя. Да, возможно, где-то был недостаточно внимателен из-за вечной войны и интриг, но… я не думал, что тебе было настолько противно.

Я нервно сглотнула. Злость схлынула, оставив после себя чувство опустошения. В Подземье мне доводилось видеть Аркелана разным. Страстным, собранным и деловым, безразличным, но чтоб таким расстроенным – никогда.

— Сегодня утром ты не протестовала против моего языка, а принимала его жадно и скользко. Ты кончала на него, вздрагивая и извиваясь, - дроу сжал кулаки, буравя меня взглядом в ожидании ответа.

В памяти вспыхнуло утро - и тело предательски откликнулось.

— Ты прав, - облизнула губы. — Моя жизнь в Подземье имела много плюсов. И самым главным из всех был ты, Аркелан. К сожалению, ты часто отсутствовал, а твоя мать меня невзлюбила. Думаю, главной причиной была моя неспособность иметь от тебя детей, - закончила я с горечью.

Дроу выдохнул, стараясь успокоиться.

— Дэйдрэ, думаю ты должна кое-что знать. После твоего побега я проводил расследование. Мне сказали, что ты мертва.

Голос Аркелана дрогнул на последнем слове. Было видно, что ему тяжело рассказывать об этом.

В который раз за сегодня мое сердце упало в пятки. Я? Умерла?..

— Почему?

— Мать хотела, чтоб я так думал. Я начал расследование, так как не хотел верить в твою смерть, узнал об операции, где тебе вырезали аппендикс. Практически без анестезии.

По моему телу пробежала дрожь. Конечно, я помнила ту ужасную ночь. Если не головой, то кожей. Липкий страх мгновенно прокрался по позвоночнику, воскрешая забытый безумный смех хирурга в голове.

— Этот… садист, - сквозь зубы произнес Аркелан, а потом резко втянул носом воздух, выравнивая дыхание. - Не волнуйся, милая. Он тоже гниет в тюрьме. Но этот отброс рассказал мне о злодеяниях матери. Сначала Мэйлиэн все так подстроила, чтобы я думал, будто бы ты не сможешь иметь детей после той операции.

Значит, мои догадки не были ошибочными? Она что-то со мной сделала?.. Снова вспомнилось жуткое время, когда я жила под землей. Вечный страх, преследовавший меня там на каждом шагу, как я не старалась сбежать от него, прячась по бесконечным коридорам и увлекаясь выращиванием трав.

— Но это было не правдой Дэйдрэ, я все выяснил. Операция не могла привести к бесплодию.

— Зачем ты мне это рассказываешь? За семь лет бурной супружеской жизни у меня не получилось забеременеть! — Аркелан сковырнул старую рану и теперь из нее вытекала моя боль вместе с гноем.

— Да, но этого ничего не значит. Для этого нужно время… и нормальные условия. Ощущение безопасности.

— Как бы там ни было, зачем мне сейчас об этом думать?! — не выдержала я.

— Ты видишь в девочке свою нерожденную дочь и хочешь быть ей мамой. Но, не спеши, умоляю. Если у нее есть Дар, о котором узнают, это может принести большие проблемы. Ее захотят похитить, или, причинят вред тебе как опекуну. Я… не могу потерять тебя, Дэйдрэ. Считай меня изменником, лжецом, кем угодно, только… не подвергай свою жизнь опасности, прошу!

Глава 3. Весточка из дома

Аркелан

Не сразу понял, что на кухне повисла оглушительная тишина. Где-то за окном радостно щебетали воробьи, таял снег и капли скатывались с крыши звуками, похожими на дождь. Вопреки расслабленной весенней атмосфере, Дэйдрэ стояла напротив меня, сжав пальцы в кулаки так, что побелели костяшки, и смотрела так, словно пыталась решить, ударить меня или уйти.

Я и сам не был уверен, что из этого было бы лучше. Я не привык просить. Тем более, умолять. Но мысль о том, что она может подвергнуть себя опасности из-за малознакомой, пусть и милой, девочки, из-за чужого ребенка, к которому она уже успела привязаться - эта мысль была почти невыносимой. Я поймал себя на том, что задержал дыхание, ожидая ее ответа.

— Ты думаешь, я не понимаю, что делаю? - наконец спросила Дэйдрэ, упрямо задрав подбородок. Лишь таким образом она могла посмотреть мне в глаза. Моя маленькая человечка. Нежная Сейхо. Делающая вид, что она не ящерка, а львица.

— Я люблю тебя, Дэйдрэ, - слова вышли чуть хриплыми. Но это было правдой. Суровое сердце Аркелана Кровавого всегда принадлежало только ей.

Жена обхватила себя руками, словно стараясь успокоиться. Ничего не ответила на мои слова о любви.

— Считаешь, что можно просто отдать девочку им, потому что кому-то может не понравиться ее Дар? Или потому, что какой-то дроу решил, что для него слишком много ответственности?

Я провел рукой по волосам и устало выдохнул.

— Мне кажется, что ты слишком быстро принимаешь необдуманные решения. Ты отвергаешь меня. Не хочешь, чтобы я тебя защищал, боишься лишний раз взглянуть в мою сторону, не даешь мне возможности позаботиться о вас с Лю.

Она хищно прищурилась.

— Это упрек?

— Нет, всего лишь попытка сохранить тебе жизнь и спокойствие. Ведь ты стремилась к этому, разве нет?

— Я и сама прекрасно справлялась. Мне не нужны твои советы и наставления! — хмыкнула Дэйдрэ.

— Нет, дорогая. Прости, но это не так. Вас чуть не сожрали норги в подозрительном доме, купленном за слишком маленькую стоимость!

На секунду ее губы дрогнули, словно она хотела возразить, но вместо этого отвернулась и пошла в прихожую. Начала нервно застегивать плащ. Люпина уже вертелась у двери, пытаясь натянуть слишком большой для нее капюшон, и наблюдала за нами с тем осторожным вниманием, которое бывает только у детей, привыкших к ссорам взрослых. Затравленный взгляд маленького щенка, оставшегося без родителей.

— Мы поедем в деревню, забрать готовую одежду, - сказала Дэйдрэ, не глядя на меня. Ее пальцы нервно бегали по пуговицам, дрожа. Кругляшки не попадали в петли.

Я приблизился, и под напряженным взглядом жены помог ей застегнуться. Что приятно, в этот раз меня не оттолкнули, как это было с поцелуем. Складывалось ощущение, что после побега сердце Дэйдрэ окружила плотная стена. А может… она всегда там была, просто я старался ее не замечать? Или она дала мне возможность проникнуть за нее, а из-за плана Мэйлиэн с мнимой изменой, я был выгнан за пределы запретной зоны?

Сколько мне придется в нее стучаться и биться, чтоб вернуться обратно?

— Уверена, что стоит ехать туда, когда половина деревни уже шепчется о тебе и мне? И нужно ли брать Лю с собой?

— Я давно к такому привыкла. В Подземье обо мне тоже постоянно ходили всякие слухи. А Лю… справится. К тому же, с нами будет Дарк. Он не даст нас в обиду в случае чего.

Наши взгляды встретились, и между нами снова повисло то тягучее напряжение, которое в последнее время возникало все чаще. Невозможно жить в одном доме и совсем не пересекаться. Я чувствовал ее присутствие очень остро: тепло ее тела, запах трав и дыма в волосах, тихий шорох ткани, когда она двигалась, собираясь поехать в деревню. Это было… опасно.

Слишком легко в голове всплывали воспоминания о том, как она дышала подо мной, когда еще не считала меня предателем.

Я резко отвел взгляд.

Через несколько минут мы уже стояли во дворе. Черный конь нетерпеливо бил копытом по земле, мотая гривой. Дарк всегда нравился мне добродушным надежным характером. Люпина забралась в седло первой с моей помощью и с восторгом вцепилась в гриву, а Дэйдрэ легко поднялась следом, устраиваясь сзади. Мне удалось скользнуть ладонями по ее бедрам, когда подсаживал жену.

После чего я позорно поймал себя на том, что смотрю на ее силуэт гораздо дольше, чем следовало бы. Легкий весенний ветер запутался в длинных светло-русых волосах, донося до меня ее запах. К паху привычно прилила кровь. Я хотел ее и не собирался легко отказываться от второго шанса. Дэйдрэ однозначно знала об этом.

Она оглянулась через плечо, и наши взгляды снова встретились. Ее щеки покраснели, выдавая волнение.

— Мы вернемся через пару часов, - сказала она, облизнув губы. Язычок легко скользнул по ним, заставляя меня снова терять последние здравые мысли. — Арк. Я не откажусь от Лю, слышишь? Не важно, что она не моя дочь или что у нее есть Дар.

Это было сказано решительно и намеренно в присутствии девочки. Люпина вздрогнула, услышав про Дар.

— Так вы знаете? — тихо пропищала девочка.

Я серьезно кивнул.

— Что ж, если таково твое решение, я тебя в нем поддержу, Сейхо. Но боюсь, у нас мало времени.

Спрятав легкую улыбку, Дэйдрэ отвернулась. Она ничего не сказала, только чуть сильнее сжала поводья, и Дарк рванул с места.

Я еще какое-то время стоял у недостроенного забора, слушая, как стихает стук копыт на дороге, а потом медленно вернулся в дом.

Тишина внутри была непривычной. В Подземье тишина никогда не означала покой, там она всегда была предвестником опасности. Если мелкая живность предпочла затаиться, значит рядом находилась сильная хищная тварь, типа норга.

Здесь же она просто означала, что мужчина в доме остался один. Я огляделся и усмехнулся. Пол был покрыт грязными следами, на столе стояли непомытые после гостей чашки, и проводка все еще требовала моего внимания. Когда-то я командовал отрядами элитных воинов, а теперь собирался мыть пол.

Странно… но это почему-то совсем не казалось унизительным. Скорее, неожиданно успокаивающим. Я нашел ведро под лестницей, намочил тряпку и опустился на колени, проводя по доскам. Вода тихо плескалась, стирая с пола следы пребывания нежданных гостей, после трех смен воды, постепенно все стало чисто.

Работа была простая и почти медитативная, и в какой-то момент я поймал себя на том, что думаю не о Подземье, не о войнах и интригах, а о том, как Дэйдрэ выглядела, когда садилась на коня. Это было опасное направление мыслей, поэтому, когда я закончил, резко поднялся и перешел к мытью посуды.

Но и здесь меня ждала неудача, так как я начал вспоминать уже Дэйдрэ, лежащую на кухонном столе и свой язык между ее чудесных ножек. Резко втянув носом воздух, ускорился, побыстрее работая губкой в пене, и решил, что с кухней пора заканчивать.

Впереди меня ждала проводка.

Вечерами дом упрямо погружался в темноту. Магические кристаллы должны были зажигаться сами, едва солнце скрывалось за лесом, но после заселения Дэйдрэ система почему-то перестала работать. Я хотел проверить в чем причина.

Моя маленькая человечка была очень терпеливой и не привыкла жаловаться, однако я внимательно наблюдал за ней и видел, как ей приходится шарить по полкам в поиске светильника, пока Люпина уже клюет носом над книгой. Да, совсем недавно Дэйдрэ решила обучать ее основам: азбуке и счету. Девочка и правда становилась ей как дочь. А значит… и мне нужно взять на себя роль отца. Ребенок должен расти в нормальных условиях после всего того, что ей пришлось пережить.

Отсутствие света раздражало Дэйдрэ куда сильнее, чем она показывала. Жаль, что она не обратилась ко мне напрямую. Но все же… Я должен научить ее высказывать просьбы и говорить о чувствах. Это позволит мне вернуть близость и разрушить ее стену. Только как это сделать, если она избегает малейшего проявления эмоций?

Я нашел тонкие щипцы и поднялся на табурет. Проводка проходила вдоль балки под потолком, тонкие нити магии тянулись в деревянных каналах, иногда потрескивая тусклыми искрами.

— Ну-ну… - пробормотал, осторожно поддевая один из кристаллических узлов. Похоже, проводку местами погрызли норги, страдая от голода под барьером. Система могла регенерировать сама, но если магическую нить перегрызали полностью, ее приходилось соединять вручную. В Подземье использовали похожие варианты.

Схема была простенькой, прошлый владелец, похоже, собирал ее наспех. Один из кристаллов сместился, не позволяя проводам регенерировать, и энергия шла рывками. Я аккуратно выровнял крепление, провел по нему пальцами и почувствовал, как магический поток снова становится ровным и спокойным.

Тонкая голубоватая искра пробежала по нити.

Хорошо.

Я спустился на пол и щелкнул переключателем. Лампа над столом вспыхнула мягким золотистым светом.

— Так-то лучше.

Мысль о том, что вечером Дэйдрэ войдет на кухню, и свет загорится сам, а Люпине не придется сидеть в полутьме, щурясь над страницами, почему-то вызвала у меня странное чувство удовлетворения. Мелкий ремонт, пустяк. Но если это избавит ее от лишних хлопот…

Покачал головой и усмехнулся себе под нос.

— Когда-то я решал судьбу народа дроу. Теперь радуюсь отремонтированной проводке.

На этом я не остановился. Вернулся на кухню, где остался лежать чертеж теплицы, который я показывал Дэйдрэ. Стоило вспомнить ее реакцию, как во мне разгоралось воодушевление. Она была удивлена и растрогана. Даже позволила к себе прикоснуться.

Но его все еще нужно доработать. Развернул его и снова задумчиво провел взглядом по линиям. Этот чертеж я создал сам.

Два дня назад я попросил Михаля с Вусликом найти мне брошюру с вариантами постройки теплиц и тайно от жены начал ее тщательно планировать, попутно занимаясь благоустройством двора. Мужики где-то раздобыли старый потрепанный том о хозяйственных постройках.

В нем говорилось, что раньше подобные теплицы строили в южных землях, где климат мягче и урожаи собирают почти круглый год. Поэтому оставлять изначальную версию было плохой идеей. Нужно было модифицировать строение под местный климат.

Книга была ветхой, страницы пожелтели, но рисунки сохранились на удивление хорошо.

Линии у меня вышли грубые, не такие аккуратные, как в книге, но конструкция получалась надежной. Небольшое деревянное основание, потом металлический каркас под стеклянные окна и крышу. Угол наклона я рассчитал по схеме из книги, чтобы снег зимой не задерживался. По южной стороне я сделал окна шире, чтобы растения получали больше света.

Я задумчиво постучал пальцем по краю листа.

— Если добавить здесь дополнительную опору…

Тогда можно поставить двойное стекло. Тепло будет держаться дольше, а значит Дэйдрэ сможет выращивать травы даже ранней весной. Материалы придется заказывать в деревне. Стекло, балки, металлические крепления. Лучше сделать это сегодня, пока Дэйдрэ не дома, будет сюрпризом.

После этого она уже не сможет снова заявить, что справится со всем сама. Эгоистичный план, но он учитывал интересы всех сторон. Дэйдрэ получала теплицу, маленькая Лю – место, где можно изучать травы и помогать женщине, взявшей ее под опеку, а я получал внимание жены, и, возможно, ее понимание на тему того, как я готов стараться ради нашего общего будущего. Ей, наверное, не понравится моя самодеятельность, но иногда можно позволить мужчине сделать что-то для нее. Особенно, если он – ее муж.

Я снова посмотрел на чертеж и машинально добавил в углу еще одну линию — длинный рабочий стол для рассады. Представил, как Дэйдрэ будет возиться там с горшками и семенами, как ее светлые волосы будут падать на плечи, когда она наклонится над землей.

Очаровательная в своей странности женщина. Она всегда была такой? Одержимой травами, зацикленной на совершенствовании своих навыков? А как она обрадовалась брошюре с весенними растениями? С каким рвением взялась за образование девочки? Я этого не замечал. Поэтому… теперь мне стоит быть гораздо внимательнее.

Она хочет девочку? Узнаю все про тетю и дядю, используя скрытные техники дроу. Раздобуду информацию по опеке, о том, как организовать все лучшим образом, чтобы нам не могли отказать.

Милая ящерка Сейхо имела возможность жить в роскошных залах Подземья, среди паучьего шелка и редких подземных самоцветов, но вместо этого мечтала о стеклянной теплице на краю леса и домике, вдалеке от городской суеты. В этих мечтах не было места мне. Но я планировал его создать.

Я понял, что готов построить для нее не одну теплицу.

Хоть десять.

Лишь бы она смотрела на меня так же, как это было когда-то. Со смесью страсти и восхищения. С доверием.

Когда мой чертеж был доработан и тщательно просчитан, я уже собирался отправиться в деревню, как чувствительные уши уловили топот копыт. И это был не тяжелый Дарк, а легкая эльфийская лошадь, тонкокостный скакун.

Нахмурился. Мне это не понравилось.

Глава 4. Дэя у портнихи

Дэйдрэ

Дарк мерно цокал по земле, осторожно неся нас с Люпиной в лавку Линды. Я очень ждала новых рабочих платьев, предвкушая как теперь будет удобно заниматься любимым делом, расфасовывая травы по карманам, а флакончики подвешивать к поясу. Все же этой практичной модельке не было равных даже в Подземье! Там-то как раз, эльфийки обычно думали о красоте, а не об удобстве.

Девочка вела себя тихо, то и дело тяжело вздыхая.

— Не волнуйся, я никому тебя не отдам, - прижала ее к себе плотнее, дав почувствовать уверенность. — Когда-то у меня тоже был Дар. Ты знаешь, как именно он переходит от женщины к мужчине?

Люпина серьезно кивнула.

— Мне уже не три годика, а целых одиннадцать! Хоть и выгляжу мелкой, но я все знаю, - девочка недовольно скрестила руки на груди. — А у тебя правда был Дар?

— Угу. Один из сильнейших и редчайших. Нейтрализация магии. Аркелан сказал, что твой Дар скорее всего похож на мой.

— Его забрал этот дроу?

— Да.

— Но он сказал, что тебе не стоит… удочерять меня, - выдавила из себя Лю после недолгой паузы. Ее мягкий детский голос напряженно звенел.

— Мы… долгое время были вместе. Но, кажется, совсем не знали друг друга. Так я думала, - я задумчиво потеребила подол платья. — Теперь я уже не уверена.

— Аркелан мне нравится, хоть он и страшный, когда зыркает красными глазами. Но с тех пор, как он пришел в наш дом, все изменилось. Стало спокойнее, - вздохнула Лю, подставляя лицо к мягкому свету.

Ее шрамы выглядели уже получше. Красные безобразные узоры светлели, благодаря моей мази. А еще я каждый вечер втирала ей в голову специальный состав, ускоряющий рост волос. Я надеялась, что поврежденные луковицы «проснутся», все же девочке очень сложно будет в будущем с такой нелепой прической.

Девочка озвучила мысли, которые я тщательно скрывала от самой себя. Я не стала спрашивать мужа о норгах. Убил ли он их или нет, не стала выгонять. Я буду жалкой, если доверюсь ему снова?

Конь всхрапнул и немного ускорился. Приближались дома, солнце уже было высоко и многие жители работали в своих дворах. Услышав стук копыт, женщины отрывались от привычных дел, бросая не достиранное белье или не дочищенные овощи и провожали нас взглядами.

Я сделала вид, что ничего не замечаю, хотя пальцы сами собой чуть крепче сжали поводья.

— Они на нас смотрят, - тихо сказала Люпина.

— Люди всегда смотрят на тех, кто выбивается из общей массы, - спокойно ответила я. — А мы с тобой такие сразу по нескольким причинам.

— Потому что у меня шрамы?

— И потому что я живу с дроу, - кивнула я. — Здесь таких как он не любят. К тому же кто-то разносит про меня грязные слухи.

Девочка тяжко вздохнула и откинула голову назад, упираясь мне в грудь.

— Я не хочу, чтобы из-за меня у тебя были неприятности.

Погладила Лю по плечу, теплому от солнца.

— Послушай меня внимательно, Лю. В этом мире всегда найдется причина для чужого недовольства. Если не ты, так будет что-нибудь еще. Поэтому нет смысла подстраиваться под каждый шепот.

Я произнесла это вслух и осеклась. Дура. Сама-то как себя повела, оказавшись в пещерах дроу? Подстроилась… Как смогла. Разве я боролась? Было очень страшно. И, казалось, что проще быть незаметной, лишенной политического голоса, Повелительницей и выращивать травы, чем отстаивать свое мнение. Я знала, что меня могут по-тихому где-то прихлопнуть, если начну выделяться. И этот страх, быть непринятой новым обществом разрушал меня изнутри долгие семь лет.

Но тем не менее, Лю кивнула и гордо подняла голову. Она больше не прятала взгляд, а смело смотрела в глаза тем, кто нас бессовестно рассматривал.

Дарк снова всхрапнул и свернул на узкую улочку. Двор Линды был виден издалека — его невозможно было перепутать ни с каким другим. Между аккуратными грядками и веревками с тканями торчали какие-то металлические рамы, колеса, рычаги и половина разобранного механизма, который напоминал одновременно ткацкий станок и мельницу.