Хроники опера - 2. Тайна мертвеца

Служащий брезгливо покосился на бумажку, но все-таки соизволил взять ее своими холеными пухлыми пальцами. После неспеша достал очечник, также неспеша открыл его, достал очки, но вместо того, чтобы одеть их начал протирать стекла.

Бойцов нервно заерзал на стуле. Его наполняла тупая ярость к этому ничтожеству, которое чувствуя свою пусть и мимолетную власть, с таким наслаждением над ним издевается. Ему стоило огромных трудов вымученно улыбнуться и вежливо попросить:

- Не могли бы мы быстрее пройти в хранилище? Дело в том, что я очень спешу.

Презрительно скривив губы, клерк все же нацепил чуть не до дыр протертые очки и, мельком бросив взгляд на номер, грузно поднялся и направился к находящимся неподалеку дверям, сделав повелительный жест следовать за ним. Трясясь от бешенства, Бармаглот послушно пошел следом.

Зайдя в помещение с огромным количеством банковских ячеек, служащий достал из кармана ключ от нужной и открыл ее. После повернулся к клиенту и ледяным голосом заявил:

- Здесь пусто! К сожалению, вы зря потратили время, придя сегодня в наше отделение, - добавил он, с плохо скрываемым злорадством.

Услышав это, Бойцов уже не сдерживался. Мощным движением он с легкостью буквально отшвырнул мерзкого мужичонку, причем тот едва остался на ногах. Он уже хотел громко возмутиться, но, увидев, выражение лица Бармаглота, благоразумно смолчал.

Бойцов несколько секунд смотрел в пустую ячейку, после медленно повернулся к служащему. Тот, оробев, вжался в стену.

- Сюда на днях должен был прийти человек, - хрипло проговорил Савелий. – Он должен был пройти вместе с тобой или еще с кем сюда и что-то оставить в этой ячейке…

- Я клянусь вам, - залепетал клерк, - что этой ячейкой никто не интересовался. Около месяца назад мужчина приходил, бронировал ее – но это все! Вы первый, кто пришли после него.

В голове Бойцова происходило что-то невообразимое. Но самое главное, что он понял – что-то случилось. Причем это что-то до такой степени хреновое, что Немов не смог даже подать знак.

Не обращая внимания на чего-то в страхе бубнившего служащего, Бойцов вышел из отделения банка на улицу, машинально прошел несколько шагов, но потом вдруг остановился. На его лице, возможно, впервые в жизни промелькнула растерянность.

Что делать дальше? Куда идти? А главное, что случилось с Немовым? То, что подельник не мог его кинуть Бойцов не сомневался. Как сказал сам Петр Петрович: «то, что лежит внутри этого кейса стоит намного больше, чем мы собираемся впоследствии поделить. Так что, получается, что пока документы у тебя - это я на твоем крючке, а не ты!»

Но дело было даже не в этом. То, что их связывало помимо архива – вот это было настоящей гарантией. Именно поэтому Савелий верил Немову на все сто процентов. И сейчас он понимал, что случилось что-то непредвиденное.

Он раздраженно потер лоб.

«Так, успокойся! – приказал он сам себе. – В первую очередь иди домой, а там подумаешь…»

Войдя в квартиру, он вдруг снова почувствовал, как на него накатывает новый приступ злобы. Его охватило чувство жуткой ненависти ко всему, что его в данный момент окружало, включая эту замызганную халупу, убогость которой внезапно начала его угнетать.

Но Бойцов слишком хорошо в себе разбирался, поэтому внутренне понимал, что это самый обычный страх. Страх перед неизвестностью, страх от осознания того, что внезапно стало непонятно вообще все! И самое главное, что теперь делать, оставшись без денег и без дипломата, ведь по уговору Бойцов его уже передал туда, куда приказал Немов.

Он бессильно плюхнулся в кресло и на несколько минут замер, вытянув ноги и закрыв глаза. Постепенно приступ проходил, в голове начинало мало-помалу проясняться.

- В первую очередь надо понять, что с ним произошло, - вполголоса проговорил он самому себе открыв глаза. – Надо найти его и забрать деньги! И пусть катится ко всем чертям! Я свою часть уговора выполнил – его проблемы меня не интересуют.

Он с внезапно появившейся силой легко поднялся с кресла и решительно направился по направлению к выходу. Теперь, когда план действий в его мозгу окончательно сформировался все стало более-менее ясно. Во всяком случае, куда идти сейчас он знал точно!

Через некоторое время он присел на край скамейки рядом с многоэтажкой, где находилась квартира Немова. На этой же скамейке сидел подросток лет пятнадцати и тщетно пытался прикуриться от никак не поджигающейся зажигалки.

- Меня в твои годы батька за уши бы отодрал, если бы увидел, - заметил Бойцов. – Не палевно прямо у подъезда?

Парень недоуменно покосился на незнакомца.

- Батька моих ушей еще долго не увидит, - загадочно возразил он. – Ему еще лет пять чалиться. А когда вернется – там еще поглядим, кто кому чего отдерет!

- А, - протянул Бармаглот. – Тогда все ясно. Но кроме папаши еще и закон есть. А там написано, что курить рядом с детскими площадками нельзя.

Парень еще более недоверчиво поглядел на него.

- А ты вообще кто такой? – грубовато спросил он, но машинально немного отодвинулся. – Вроде не местный.

- Не местный, - подтвердил Савелий. – Друг у меня здесь живет. В этом подъезде. Давно не слышал о нем, вот решил проведать.

- Да здесь одни бабки да алкаши живут, - хмыкнул мальчонка. – Из приличных только Петрович был, да и того загребли!

Внутри Бойцова все похолодело. Он нервно облизал пересохшие губы.

- В смысле «загребли»? Когда?

- Да уже недели три назад. Хоть и сам «мусор» был в прошлом, а попался! - ехидно добавил парень.

Теперь все вставало на свои места! Значит, Петр Петрович все-таки не успел скрыться, его взяли, а это значит…

Бармаглот стиснул зубы с такой силой, что, казалось, они начнут крошиться. Парнишка уже почти с испугом смотрел на него.

- Эй, ты чего? – он осторожно поднялся со скамейки и скользнул ближе к дверям. – Припадочный что ли?

Бойцов ничего не ответил. Он медленно встал и пошел от дома. Подросток провожал его вытаращенными глазами.

«Надо валить! – словно вспыхнувшая лампочка заметалась в его мозгу новая мысль. – Это конец! Ждать больше нечего…»

Он шел, не замечая никого и ничего вокруг. А вот его заметили! Стоявшая неподалеку неприметная иномарка неспешно развернулась и медленно поехала за ним следом.

В машине сидели двое. На коленях того, кто был на пассажирском лежала распечатанная крупная фотография Бармаглота.

- Это он, - сказал пассажир водителю.

- Звони! – ответил тот…

Ремизов с удовлетворенной улыбкой положил мобильник на стол.

- Ну что, крысеныши! Думали боевого генерала переиграть! Нет, ребята, щеглы вы еще! По моим правилам играть будем!

… Всю последнюю неделю Надежда ощущала, что находится в каком-то непонятном состоянии. Она даже не смогла бы дать ему соответствующую характеристику – просто с ней происходило что-то!

Она подловила себя на том, что начала смотреться в зеркало минимум в два раза чаще, записалась прямо в разгар рабочего дня в салон красоты и уже несколько вечеров подряд проводила тщательные разборки своих вещей, одновременно беспощадно выкидывая старое обветшавшее барахло и откладывая то, в чем не стыдно будет появиться.

Ей вдруг захотелось снова стать молодой, стильной, сексуальной женщиной, почувствовать самой и дать почувствовать другим то, что жизнь в ней не остановилась, а при желании может и бить ключом! В помойку старую жизнь с вялыми недомужиками вроде Игорька! Теперь, когда перед глазами появился по-настоящему достойный объект – надо было быть во всеоружии!

Новый квартиросъемщик до такой степени перевернул ее сознание, пробудил неведомые ранее чувства, что в относительно скромной и посредственной натуре с внезапной силой заявили о себе настоящие хищные инстинкты. Она не понимала до конца, что с ней происходит, но чего хотела ощущала вполне конкретно.

В этот день, уже второй раз отпрашиваясь на работе, она мысленно представляла будущую встречу. Ее начальница Светлана Агафоновна, неумолимо стареющая и поэтому чаще находящаяся в отвратительном настроении, видя возбужденное состояние подчиненной, решила во чтобы то ни стало сподлить и наотрез отказалась подписывать служебку за свой счет.

- Второй раз за неделю – это наглость, Надежда! – заявила она, мельком взглянув на заявление. – Итак работать некому – а вы здесь непонятно чем в рабочее время заниматься удумали.

Надежда вдруг с удивлением обнаружила, что ей почему-то все равно.

- Если не дадите день – подам на увольнение! – спокойно ответила она.

Она знала куда бить! Народу в штате не хватало, поэтому после еще недолгого препирательства, Светлана Агафоновна с таким кислым видом, будто зараз пережевала ведро лимонов, все же подписала бумагу – и Надежда, словно на крыльях, выпорхнула и помчалась в район, где сдавала квартиру.

Приехав на место, она еще раз придирчиво осмотрела себя, отметила, что выглядит шикарно – и смело направилась к нужному дому. Поднявшись наверх, несколько секунд помедлила, после решительно нажала на звонок.

- Открыто! – раздался голос изнутри, и она проворно юркнула в квартиру.

Оказавшись в прихожей, она с удивлением увидела там своего квартиранта, по всей видимости поспешно собирающего вещи.

- Вы куда-то собрались? – осторожно спросила она.

- Да! – не оборачиваясь, ответил Бойцов. – Надо срочно уехать.

Он резко повернулся и, невольно остановил взгляд на красивой ухоженной женщине, стоящей перед ним. Невольно, он вспомнил, какая неряшливая особа сдавала ему квартиру и внутренне отметил, что за короткий промежуток времени Надежда сумела привести себя в порядок.

Ее губы предательски задрожали, а в глазах появились слезы. Савелий недоуменно выпрямился.

- Что с вами? – с тревогой спросил он. – Что произошло?

Надежда через силу выдавила из себя улыбку и покачала головой. Однако в следующую секунду села на стул и обхватила лицо руками.

- Ну почему всегда так происходит, - еле слышно прошептала она. – Ждешь чего-то, готовишься к этому – а потом раз – и все зря!

- Не понимаю, о чем вы…

Эта реплика внезапно все в ней перевернула. От жалости к себе она в мгновение наполнилась возмущением, вскочила и закричала:

- Да почему вы все мужики такие тупые! Неужели ты не видишь, что я к ТЕБЕ приехала!

Ошарашенный Бойцов потерял дар речи. Но вместе с тем он почувствовал, что его накрывает. Сегодняшний день выдался чересчур волнительный, организм требовал разрядки…

Надежда почувствовала и сделала шаг ближе. Бойцов нервно дернулся и, обхватив ее за талию, крепко прижал к себе…

Через некоторое время они лежали на старенькой кровати, которую даже не удосужились расправить, прикрытые одним пледом. Бойцов задумчиво смотрел в потолок, с которого понемногу отшелушивалась побелка, Надежда лежала на его широкой груди.

- Надолго ты уезжаешь? – спросила она.

«Навсегда!» - чуть не брякнул Бойцов, но вовремя сдержался.

- На пару дней, может чуть больше, - пробормотал он.

Надежда приподнялась и посмотрела в его глаза. В них читалась грусть.

- Не надо обманывать, - тихо сказала она. – Я знаю, что мы больше не увидимся!

Он ничего не ответил. Тогда она встала и начала одеваться.

- Когда будешь уходить – брось ключ в почтовый ящик, пожалуйста, - попросила она, направляясь к выходу. – Я после заберу.

Он кивнул. Она постояла несколько минут, после печально улыбнулась и вышла.

Когда она уже подходила к своей машине перед ней внезапно появился незнакомый мужчина.

- Добрый день, - вежливо поздоровался он.

- Здравствуйте, - настороженно ответила Надежда. – Вам что-то нужно?

Она не поняла, откуда рядом появился еще один мужчина, который так же ей приветливо улыбался. Но это ее испугало еще больше.

- Вы только не беспокойтесь! – весело проговорил первый. – Просто мы друзья Савелия, а вы, я так понимаю, сейчас от него выходили, правильно?

- Да, - тихо ответила девушка. Ей уже становилось страшно.

- Вот и отлично! Понимаете, он, наверное, может скоро уехать, а нам надо с ним обязательно увидеться.

- Он как раз собирал вещи…

Услышав это, мужчины переглянулись, и было в их взглядах то, что Надежде очень не понравилось.

- Вот видите, - поспешно продолжил первый, уже подхватив Надежду под локоть. – Ведь еле успели! Пойдемте вместе с нами к нему!

- Но я спешу! – пыталась отбиваться Надежда, но рука уже крепко, как клещи ее держала.

- Мы надолго вас не задержим, - включился в разговор второй и направился к подъезду, зорко осматриваясь.

Чувствуя, что не в силах сопротивляться, Надежда подчинилась и покорно пошла вместе с незнакомцами обратно.

Когда они зашли в подъезд, выражения лиц обоих резко изменились. Улыбки пропали, уступив место настороженности. Теперь они уже грубо толкали Надежду вперед, еще больнее сжимая ей руку.

- Зайдешь первая и позовешь его, - приказал первый.

- Если сделаешь все как надо – останешься жива! – добавил второй.

Подойдя к двери, Надежда вставила ключ в скважину и, покрываясь холодным потом, отперла дверь. Через секунду все трое уже были в прихожей.

Один из мерзавцев слегка подтолкнул ее, напоминая о недавнем указании. Надежда, чуть не плача, крикнула:

- Савелий, это я. По-моему, я оставила кошелек. Вынеси мне его, пожалуйста.

Через несколько секунд раздались шаги и в прихожей появился Бойцов.

- Там ничего нет, - проговорил он, но тут же ошарашенно уставился на двух незнакомцев. В ту же секунду раздался негромкий хлопок, Бойцов резко выкинул руку вперед, но тут же с искривленным от боли лицом громко рухнул на пол.

Надежда в ужасе смотрела на огромное тело, неуклюже распластавшееся в ее прихожей. Страх парализовал ее до такой степени, что она не смогла даже закричать.

Один из наемников поспешно убрал пистолет с длинным глушителем за пазуху и довольный переглянулся с напарником.

- Готов! – доложил он.

Услышав это, к Надежде вернулся дар речи.

- Вы убили его? – в отчаянии спросила она.

- Нет, что ты, он нам еще нужен, - ответил тот, который стрелял. И вдруг с резко посерьёзневшим лицом тихо добавил: - А вот ты – нет…

В ту же секунду Надежда почувствовала, как ее шею обхватили сильные пальцы и начали неумолимо сжимать. Вырваться не было никакой возможности, и очень скоро несчастная девушка погрузилась в вечную темноту…

… Когда Бойцов очнулся, то первое, что он почувствовал была нестерпимая головная боль. Она была настолько резкой, что он не мог даже сразу открыть глаза.

Это получилось у него спустя лишь несколько минут. Бармаглот вымученно приподнял голову и начал осторожно озираться кругом, пытаясь понять, где он находится.

То, что он сидел на стуле, закованный в наручники – это ему было ясно сразу. Как и то, что из всей одежды на нем были только «боксеры», даже ботинки с носками сняли. На правой ноге красовался электронный браслет, который был чересчур затянут, поэтому Савелий чувствовал, что от тупой, хотя и несильной боли она начинает немного неметь.

В общем, условия говорили сами за себя. Оглядевшись, пленник понял, что находится в полуподвальном помещении, либо гараже или складе. Стул стоял прямо на земле, покрытой тонким слоем мелкого отсева и, понятное дело, было холодно. Из всего освещения светила тусклая лампочка прямо над головой Бойцова.

- Ну вот и очнулся наш беглец! – пророкотал чей-то незнакомый зычный голос, и от стены, которая была полностью скрыта во мраке отделилась чья-то огромная тень. – С приездом, Савелий!

Бойцов, прищурившись, наблюдал, как к нему неспеша подходит незнакомый мужчина в длинном пальто. В руке у него был еще один стул, который он поставил в нескольких метрах от Бармаглота и сел на него. Теперь свет неярко, но все же освещал его строгое невозмутимое лицо, но Бойцов при этом еще раз убедился, что понятия не имеет, кто сейчас перед ним находится.

- Кто вы такой, - негромко спросил он. – И зачем вы меня похитили?

Внезапно он что-то вспомнил и с тревогой посмотрел на незнакомца.

- Где девушка? Что вы с ней сделали?

- Ты слишком спешишь, Савелий, - загадочно произнес мужчина. – Столько всего и сразу хочешь знать! Только у нас здесь немного другие правила: вопросы задавать буду я, и вот исходя из того, какие ответы я буду от тебя на них получать – тогда мы и решим, отвечать потом на твои вопросы или нет.

- Я вас не понимаю, - устало покачал головой Бойцов.

- А я тебе сейчас все объясню, - терпеливо продолжал Ремизов. – Некоторое время назад ты со своим подельником Немовым провернул очень интересное дельце, целью которого было не просто банальное ограбление доверившегося тебе несчастного банкира, но вы вытащили из его сейфа очень важные и ценные документы. И я бы очень хотел их получить!

- У меня их нет, клянусь вам, - поспешно проговорил Бойцов. – Поверьте, я вас не обманываю.

Сергей Александрович неодобрительно поцокал языком.

- Ну почему в вашей сраной деревне все так сложно, - вяло протянул он. – Вот казалось бы – что может быть проще: отдай то, чем ты и так не сможешь никогда воспользоваться! Ни ты, ни твой подельник, который теперь живым из камеры не выйдет. И ведь самое главное, что ты же это прекрасно понимаешь! Но нет – надо обязательно ломать комедию! И тратить время очень занятых людей!

В следующую секунду несчастного пробил такой разряд тока, что ему на миг показалось, что даже кости начали плавиться. Он заерзал на стуле истошно вопя и покрываясь испариной.

Ремизов задумчиво наблюдал за ним, через пару секунд отпустил палец с кнопки пульта, который неспеша убрал в карман пальто. Бойцов умолк, только тяжело дышал и закатывал налитые кровью глаза.

- Вот честно: никогда не хочется прибегать к подобным мерам, - недовольно проговорил генерал. – Но вы же сами вынуждаете! Кстати, как тебе новая разработка, - неожиданно оживился он. – Этот браслетик оснащен несколькими уровнями электроразряда. Я на тебе сейчас испытал один из самых слабых пока, так что это не предел, - его голос снова стал суровым: - Повторяю свой вопрос: где документы?

- Я говорю вам правду, - заплетающимся языком отвечал Бойцов. – У меня их нет.

- То есть я так понимаю, что перспектива быть сваренным заживо тебя устраивает? – уже почти злобно сказал Ремизов.

Бойцов обреченно усмехнулся и уронил голову на грудь.

- Делайте, что хотите, - прошептал он. – У меня ничего нет!

Рука генерала уже дернулась по направлению к карману, где лежал пульт, но Сергей Александрович усилием воли заставил себя остановиться.

- Так, ладно, - раздраженно произнес он. – Допустим, ты говоришь правду, и архива у тебя действительно нет. Но у Немова его тоже нет, однако сейф Левина пуст. Очевидно же, что вы забрали кейс, а потом один из вас с ним уехал. Немова задержали очень для него внезапно, он не смог бы успеть куда-то документы спрятать. А вот у тебя время было! И теперь ты мне будешь лапшу вешать, что у тебя тоже нет ничего. Знаешь, про военных много ходит анекдотов, но даже самые тупые из нас все поняли бы сразу, потому что все до предела элементарно.

- Все верно, - подал голос Бармаглот. – Он отдал документы мне, но это была только часть его плана. Немов осознавал весь риск, поэтому даже не дал мне денег, как мы договаривались изначально. В последнюю минуту он приказал мне взять дипломат и ехать с ним в соседний город. Там я должен был кое с кем встретиться.

- С заказчиком? – недоверчиво спросил Ремизов.

- Не думаю.

- Кто же это был?

- Не знаю. Мое дело было отдать документы, а после исчезнуть. Немов сказал, что когда он сам заберет архив, тогда он выйдет на меня сам и передаст мне деньги. Я должен был вернуться сюда и прийти в банк. Там у нас есть совместно забронированная ячейка. Если все прошло бы как надо, он должен был положить в нее деньги. я прихожу, забираю их и уезжаю. Все!

После этих слов в помещении наступила гробовая тишина. С минуту было тихо как в могиле, после чего генерал звонко хрустнул пальцами, резко поднялся со стула и сделал несколько быстрых шагов в сторону. После также резко остановился и круто развернулся к Бойцову.

- Как-то слишком мудрено ты все рассказал. Мутно очень и неправдоподобно. Однако, - его лицо приняло суровое выражение, - времени на дальнейшие выколачивания из тебя информации у меня нет.

Он громко щелкнул пальцами и к нему подошел неизвестно откуда появившийся человек в кожаной куртке и с небольшим чемоданчиком в руке. Он вопросительно поглядел на генерала.

Тот кивнул, и человек тут же проворно открыл чемоданчик и достал оттуда небольшой шприц, наполненный некой жидкостью молочного цвета и надетой на него иглой. Мужчина осторожно подошел к обессиленному телу и сделал быстрый укол в плечо.

Бойцов равнодушно наблюдал за происходящим. Он отлично понимал, что не выйдет из этого помещения живым, поэтому был готов к подобному исходу.

По всей видимости, Сергей Александрович прекрасно понял, какие мысли были у его пленника, поэтому неспеша подошел к нему с насмешливым видом.

- Нет, дорогой мой, мы еще с тобой не прощаемся. Этот чудесный препарат поможет тебе честно и точно все вспомнить и поделиться со мной. Я, видишь ли, не очень всему поверил, что ты мне тут наговорил, так что извини – решил подстраховаться.

Бармаглот действительно почувствовал, как его сознание становится все более зыбким, и чувство реальности уходит куда-то. Тело неожиданно наполнилось какой-то теплотой, и через пару минут он погрузился в какое-то наваждение…

… Он не понимал, сколько времени был в отключке, но первое, что почувствовал был дикий озноб. Вся эйфория мгновенно улетучилась, уступив место ломке костей и дикому холоду. Дрожа, Бойцов посмотрел впереди себя и снова увидел своего истязателя, который опять сидел на стуле.

Лицо Ремизова было задумчивым. Это была невеселая сосредоточенность, казалось, что генерал пребывает в очень мрачном расположении духа.

- Ты силен! - медленно проговорил он. – Я так и не смог добиться от тебя, кто эта женщина. Поэтому, ты мне теперь не нужен.

- Убьете меня?

- Ты уже мертв! Эта штука в течении нескольких минут после того, как закончит свое основное действие спровоцирует обширный инфаркт. В определенных случаях это идеальное средство для заметания следов, - он презрительно ухмыльнулся. – Ну а в твоем случае – просто зачистка. Чтобы не мараться!

Он облизнул пересохшие губы.

- Я все равно узнаю, кто она такая! – пообещал он. – А потом отправлю к тебе!

Он поднялся со стула и медленно пропал в темноте. Проводив его взглядом, Савелий прикрыл веки, откинул голову на спинку стула, и обреченно стал ждать конца.

Глава 3

В аэропорту «Домодедово» как обычно царили суета, шум и бесконечное количество народу, которое, собственно говоря, весь этот хаос и порождало. Дмитрий Антонович редко в последнее время пользовался общественным транспортом, поэтому сразу же ощутил огромные различия между ним и служебным.

Пока он покидал здание аэропорта, то несколько раз был чуть не сбит с ног спешащими людьми, которые даже не удосужились попросить прощения, из чего бывший кандидат в губернаторы справедливо заключил, что подобное в порядке вещей. Поэтому он только в раздражении стиснул зубы и еще быстрее устремился к выходу.

Выйдя с территории он уже хотел направится к ближайшему такси, как вдруг перед ним буквально из ниоткуда вырос молодой человек в идеальном деловом костюме и обворожительной белозубой улыбкой.

- Дмитрий Антонович, даже не думайте, - радушно заявил он, принимая от слегка удивленного Треплова небольшой чемодан, который тот нес собой. – Неужели можно такому дорогому гостю позволить пользоваться услугами каких-то частных контор! Повторяю, даже не думайте об этом: машина нас уже ждет!

- Здравствуй, Камиль, - уже немного приободрившись проговорил Дмитрий Антонович, хотя глаза его недобро сверкнули. – Только, прошу, насмехаться надо мной не надо – какой я теперь дорогой гость! Обычный гражданин нашей великой страны, не более.

На лице Камиля довольно лицемерно изобразилось недоумение.

- Ни в коем случае, у меня даже в мыслях не было, дорогой Дмитрий Антонович, - поспешно открывая заднюю дверцу, оправдывался он. – Извините, если в моих искренних словах вы услышали какую-то издевку – уверяю вас, это не так!

Треплов понял, что перегнул.

- Прости, Камиль, ни в коем случае не хотел тебя обидеть, - дружелюбно проговорил он. – Просто был очень тяжелый перелет, да еще эта давка в аэропорту – в общем, нервы не выдержали.

Камиль, обернувшись с переднего сидения, энергично закивал головой, изо всех сил изображая согласие и участие.

- Прекрасно вас понимаю, Дмитрий Антонович! Но теперь можете расслабиться, к Юрию Ивановичу доедем на всех парах и в полном комфорте. Он вас очень ждет! Кстати, - немного подумав, добавил Камиль, - он думал, что вы прилетите несколько раньше.