Птицы над нами

Игнат без лишних слов стянул с её плеч тяжёлый, пропитанный ледяной водой тренч. Он отбросил безнадёжно промокшую вещь куда-то на банкетку, совершенно не заботясь о том, что с неё натекает лужа на идеальный пол.

— Идите в ванную, — распорядился он ровно. — Снимайте всё мокрое, я сейчас принесу что-нибудь из одежды.

Кира только кивнула, не в силах спорить. Её била крупная дрожь. Оказавшись в просторной ванной, она начала стягивать с себя прилипшую к телу одежду. Сухого не осталось ничего. Даже бельё можно было выжимать — оно превратилось в ледяные комки ткани. Раздался негромкий стук.

— Да, — звонко раздался ее голос, словно не он пропал минуту назад в коридоре.

— Мой гардероб здесь пока ограничен. Все, что есть, — глухо донёсся из коридора голос Игната.

Кира приоткрыла дверь оставаясь все еще в своей мокрой блузке и брюках. Игнат протянул ей стопку вещей. Кира захлопнула дверь чуть более торопливо, чем хотелось. Развернув свёрток, она обнаружила простую серую пижамную футболку и широкие домашние штаны из мягкого хлопка. Надевать мокрое бельё обратно было физически невыносимо, да и просто опасно для здоровья. Сделав глубокий вдох, она натянула футболку прямо на голое тело. Безразмерные штаны путались в ногах, но подвернуть их было невозможно из-за фактуры самой ткани. Она бросила на себя быстрый взгляд в зеркало над раковиной. Влажные каштановые волосы всё ещё свисали неаккуратными прядями. Тонкий светлый хлопок футболки мягко облегал фигуру и, к её ужасу, предательски выдавал то, что под ней абсолютно ничего нет. Ткань явно очерчивала контуры её груди, реагирующей на недавний холод. Но выбирать не приходилось. Собрав остатки гордости, Кира открыла дверь и, ёжась от прохладного воздуха, несмело пошла в гостиную. Игнат сидел на диване закинув ногу на ногу, его чашка стояла на журнальном столике рядом с кожаной папкой, в руках он держал документы. Услышав её тихие шаги, он поднял голову. Потемневший взгляд медленно скользил по её нелепому, но до странности трогательному виду: огромные штаны, которые она подбирала словно подол изысканного платья, когда шла, растрёпанные волосы и тонкая ткань футболки. Взгляд Игната остановился, зацепившись за очевидные очертания её груди под лёгким хлопком. В комнате повисла густая, осязаемая тишина. Слышно было лишь, как за панорамными окнами монотонно шумит ливень, разбиваясь о стёкла. Он смотрел на неё долго. Непростительно долго для клиента. В его тёмных глазах не было откровенной пошлости, но была тяжёлая, почти гипнотическая мужская внимательность, от которой у Киры перехватило дыхание, а по спине, несмотря на недавний озноб, пробежала странная волна. Она инстинктивно повела плечами, слегка скрестив руки на груди в защитном жесте. Игнат моргнул, словно сбрасывая наваждение, и его лицо вновь стало непроницаемым.

— Садитесь, — произнёс он. Голос прозвучал чуть глуше и ниже, чем обычно. Он кивнул на глубокое кресло напротив. Кира послушно подошла и опустилась в мягкую обивку, на с