Список отречения

Сергей Журихин

Список отречения

Глава 1

Город, который ещё верил в себя

Петроград умел обманывать глаз.

Если смотреть с Невского в ясный морозный день, легко было решить, что империи ничего не угрожает.

Экипажи всё так же размеренно катили вдоль тротуаров.

Трамваи звенели с прежним раздражением.

В витринах лежали книги, мыло, шляпы, дамские перчатки, золотая бумага для конфет, немецкие медицинские приборы, швейцарские часы, французские духи — уже не в прежнем изобилии, но ещё с таким видом, будто всё это никогда отсюда не исчезнет.

Павел Дмитриевич Лыков вышел из подъезда на Гороховой, постоял секунду на крыльце и только потом шагнул на тротуар.

Холод цеплялся не за пальто, а за кости.

Сырой ветер с Мойки лез под шинель, щипал в горле. Небо висело низко и ровно, без просвета — то самое петербургское небо, под которым человеку быстро приходит в голову мысль, что радости — временные, а обязанности — навсегда.

По мостовой шли люди: чиновники, дамы, юнкера, рабочие, две сестры милосердия, офицер с пустым правым рукавом, дворник с лопатой. Все спешили. И почти у каждого было выражение лица, которое Лыков за последние месяцы возненавидел: не страх и не тревога, а раздражённое ожидание, словно страна задолжала каждому по отдельности — хлеба, мира, справедливости, немедленно и полностью.