Жизнь пахнет фиалками

Затемненное помещение с большими удобными креслами так и манило остаться и, разувшись, забраться с ногами внутрь. Убаюкивало мерное тикание больших часов. Когда-то там была еще и кукушка, о чем свидетельствовало окошко, но после одного случая с пьяным посетителем, оно пустовало. Владелец, Макс, все мечтал ее починить, и механическая птичка где-то лежала, дожидаясь своего часа. Аккуратные столики на ажурных ножках эпохи модерн конца 19 века соседствовали с массивными дубовыми столешницами на таких же основательных подставках. Макс называл этот стиль «сталинским ампиром» и относил к 40-50ым годам прошлого столетия.

Но сегодня это место было слегка в хаосе. Столы сдвинуты, кресла и стулья выстроились не стройными рядами, готовые выступать вперед. Выглядел лишним современный проектор, прикрепленный к потолку.

- Извините, мы сегодня закрыты, - донесся откуда-то изнутри помещения женский голос. - У нас мероприятие вечером, обязательно приходите!

- Это я, Жень! - отозвалась Лиса.

- Ой, Лиска, испугала. Я уж думала, что опять гости, - из груды фальшивых книг, на самом деле прикрывающих современный ноутбук, показалась груда каштановых волос в мелких кудряшках. Встряхнулась, откинула их рукой назад и показалось лицо с большими глазами, прямым носом и пухлыми чувственными глазами. Выбралась из своего убежища и, насколько это было возможно в хаотичной обстановке, побежала к Лисе.

- Ты так вовремя! Очень выручишь, у нас тут аврал жуткий. Мы еще и теряем, так как не работаем, - тараторила кудрявая девушка, таща подругу в подсобку.

- А-а-а-а, Женька-а-а-а-а, - не успевала Лиса, - помедле-е-е-ене-е-е-ей.

Подсобка была… Обычной. Максимально простой и пустой, по сравнению с основным помещением. Белые стены, коробки с запасами, выстроенные вдоль них ровными рядами, пара пуфиков — бесформенных мешков для сидения и отдыха и одежда. И всё. Как подруги иногда шутили — антиквариат и винтаж сюда еще не добрались.

- Помоги, пожалуйста, Лис, - Женя умоляюще посмотрела на подругу. - Что ты от меня хочешь? Что угодно? Только помоги…

- Так, - остановила та ее. - Еще раз и коротко. С чем помочь?

- С кофейней. Постой вместо меня за шайтан-машиной. А то Макс сегодня на основной работе занят и придет только к началу лекции, в общем, с кофейней только мне возиться.

- А-а-а, - Лиса понятливо кивнула, - так это из-за него тут всё… Вверх ногами. Нет, вверх ножками!

Женя помолчала мгновение, осознавая шутку, и рассмеялась заливным смехом.

- Ахаха, да, стулья тут кверху ножками были, когда я пол мыла! - но почти сразу показательно надула губки и уперла руки в боки. - Эй, я же писала!

Но, увидев, что Лиса переоделась, всунула ей фартук баристы — вроде современный, но сделанный под старину, с рюшечками и состаренного оттенка — и обиженно-шутливым тоном продолжила:

- Ты что, не читаешь мои сообщения? Ты меня не любишь!

- Фу на тебя, - Лиса легонько пихнула ее рукой, - пошли уже, помогу тебе. А что я хочу… Потом разберемся.

В основном зале Женя запустила шайтан-машину, как называли подруги обычную кофемашину за ее шум и выпуски пара в этом затемненном помещении, и удостоверилась:

- Ты же помнишь?

- Конечно. На прошлой же неделе Макса подменяла…

- Моя же ты кошечка! - Женя от души чмокнула Лису в щеку и направилась к прерванному занятию по сонастройке ноутбука и проектора.

Василиса оглянулась за стойкой. Всё просто, всё понятно, всё как всегда. Кофе, сиропы, специи, пряности. Чашки, блюдца, фильтры, бумажные стаканчики всех размеров. Эти мелочи были простыми и понятными, но снова как на маминой кухне. Вроде и пользоваться можно и нужно, но… Верни на место, когда закончишь. Чистым.

Скрипнула дверь, звякнул колокольчик. В открывшийся дверной проем, залитый ярким солнечным светом, шагнул силуэт. Кажется, молодой человек, хотя кто их знает, с этой-то модой, - отметила про себя Лиса.

- Ой, - действительно, он, - а у вас открыто написано…

- Да, но работаем на вынос, - приветливо заговорила Лиса, - вы проходите, пожалуйста! Сварим для вас лучший кофе по старинным рецептам, но с оттенком современности!

- Кайф, - первый посетитель зашел окончательно и вновь звякнувший колокольчик возвестил об этом, - Тогда я хочу…

Когда он ушел, довольный и с напитком, Женя, все так же не вылезая из своего убежища, подала голос:

- Блин, надо было на вечер пригласить…

- Ой, я и забыла совсем, - Лиса вздохнула. - Я сегодня про все забываю. Про тебя и твое предложение забыла. Про то, что у Ильи тимбилдинг на открытом воздухе на весь день — забыла. Я даже ключи где-то забыла!

- Мда, не весело, - Женя что-то подергала, потрогала, нажала на пару клавиш, и проектор ожил, дублируя рабочий стол ноутбука. - е-е-е, кайф. Что теперь… А, столы. Лис, иди-ка сюда!

- Ну вот, теперь и ты про мои проблемы забыла, - девушка аккуратно огибала препятствия, идя на зов к подруге.

- Да фиг про тебя и твои проблемы забудешь… А вот про то, что сделать — запросто! Макс еще и план набросал, где что должно стоять. Потому что, видите ли, - Женя выпрямилась, и ее глаза гневно сверкнули, - в прошлый раз лекция собрала мало людей, потому что столы стояли не по историческому фен-шую!

- Что, прости? - Лиса аж остановилась, пытаясь понять — это шутка или серьезно.

- Что слышала, - огрызнулась Женя, доказывая, что говорила серьезно, и что ее это очень задело, - я перепутала столики в стиле модерн и в стиле модернизм местами, и вышла, по его словам, «полная эклектика»!

- Что, прости? - повторила Лиса, находясь в ступоре от услышанного.

- Да чтоб я сама знала, - устало отмахнулась Женя. - В общем, сначала сверимся с планом, а потом обсудим твою жизнь. Где же эта бумажка…

Снова звякнул колокольчик и Лиса сбежала обслуживать клиента. Гостя, как говорили Максим и Женя. Раф сникерс, еще и сахара добавить… Фу, - внутренне плевалась девушка, - зачем надо брать что-то интересное, если весь вкус сахаром забиваешь? Но вида не подавала и, когда отдавала напиток, добавила:

- А еще у нас вечером интересное мероприятие. Приходите к шести!

- Будет лекция про… - начала из зала Женя.

- Ага, - буркнул посетитель, показывая свое отношение одним словом, - обязательно, ага.

Тишину, повисшую в помещении после этих слов, прервал колокольчик. Девушки синхронно отсчитали еще секунд пять и дружно заговорили:

- Ага, - передразнивала Женя.

- Обязательно! - вторила ей Лиса.

- Хам! - сошлись они в мнениях.

- Не, ну ты скажи мне, какой толк в правильной расстановке столов и стульев для… вот таких персонажей, - пробурчала Женя напоследок. - О, я план нашла!

Лиса подошла к подруге, и они обе замерли, разглядывая масштаб пролем.

- Может все-таки эклектику устроим? - Василиса с надеждой посмотрела на стоявшую рядом и такую же обреченную Женю.

- Ага, счас, - со вздохом отозвалась та. - Он же меня потом сожрет. Пошли таскать. Потом будет повод отпраздновать лекцию. Или… Во время.

И Женя хитро подмигнула подруге.

Глава 7

Глава 7

Сестра сидела на краю воронки душ и думала. Все вокруг способствовало этому занятию: фиолетовое свечение, оба заходящих светила, искрящиеся и переливающиеся края воронки… Сестра любила это место, хоть и понимала, что большая часть этой любви и воспоминаний — не её.

Она… Кто-то из них двоих, но Сестра не могла понять, кто — она или Мзел. По временным промежуткам понимала, но память отказывалась их разделять. И не давала вспомнить самой. Не давала вспомнить то, что было в прошлом перерождении. Было слегка обидно — все помнили прошлые жизни, а она…

Сестра помнила жизни того, в кого вселялась. И не помнила свои. Вот такая нечестная игра. Но Сестре это было и не особо интересно. Она знала, что создана для своей миссии. И ее долг — выполнить, довести до конца. И умереть. А потом вернуться заново. В новое тело, в новое время. И с той же целью. Помочь Королеве вернуться. Все, что было до или после ее обычно не особо волновало.

Но Сестре было приятно поддерживать хорошие отношения с тем влютом, в ком она жила. Ведь они тоже были живы, только спали где-то далеко внутри. И Сестра автоматически подхватывала и повторяла какие-то их любимые ритуалы. Ей казалось это правильным. Никто еще никогда не благодарил ее за это, но… И не ругал.

Поэтому в это возрождение Сестра приходила сюда, на край воронки душ, как раньше, когда этим телом полноценно владела Мзел. Малиновый влют с зелеными глазами приходила сюда, когда Королева была жива, и оказалась тут, когда в нее вселилась Сестра, и теперь они будут тут как можно дольше. Просто потому что влют теперь тоже любила это место.

И потому, что Сестра видела и знала его изменения. Лучше остальных. Они пытались отпираться, отрицать. Говорили, что ей кажется, и что Мзел все придумала. Что они обе все выдумали.

Но изменения действительно были. Воронка угасала. Душ, заключенных внутри нее, становилось все больше, но сил их поддерживать оставалось все меньше. Излучаемое ими свечение было уже менее ярким. Гораздо менее ярким. И оба светила, хоть и с точно такой же частотой совершали свои прогулки по небосводу, выдавали намного меньше энергии.

- Как бы я хотела вам помочь… - прошептала Сестра. Одинокая искорка отделилась от ее волосков и полетела в сторону воронки душ. Да, поддержка так себе, но… У нее ограниченное количество сил. И их должно хватить на выполнение задачи. Тогда все наладится. Обязательно наладится.

-Так помоги нам, - словно отвечали ей души. Обман слуха, но Сестре было приятно думать, что они с ней согласны, - выживи. Верни Её. Вернись сама.

Сестра тихо вздохнула и оглянулась. Очень вовремя — к ней кто-то катился. Кто-то с голубым окрасом и почти без волосков. Кто-то очень знакомый. Кто-то такой далекий.

Влюту на мгновение показалось, что окружающая действительность замерла, предвкушая шоу, но… Отмерла, как только поняла, что ее разгадали. Или все же показалось?..

- Привет, - подкатился и выпрямился. Гчер. Уставился на нее оставшимся глазом, не мигая.

В воспоминаниях Мзел у него еще были оба, но Гчер не рассказывал, а Сестра не спрашивала почему так. То ли не хотела расстраивать пусть и спящую, но очень чуткую душу внутри себя, то ли сама не хотела знать.

Молча, окинула Гчера взглядом. Так… Больно? Странно? Непонятно? Что-то большое щемит в центре тела, как раз там, где спит душа Мзел. Хочет смотреть в его единственный глаз, разглядывать каждую волосинку. И, в то же время, выдрать их. Расцарапать глаз. Сделать больно. И утешить. И на любую эмоцию начинает подрагивать хрупкий сон души внутри. Видимо, все-таки чувствует.

Гчер тоже молчал, испытывая схожую гамму эмоций. Он ненавидел этот иссиня-черный цвет. Эти волоски везде и всюду. Гчер бы их выдрал с корнем. А потом утешал, ведь ей будет больно…

Молчание затягивалось, причиняя им обоим боль. Почти физическую, заставляющую их волоски склоняться и шевелиться без явной на то причины. Наконец, одновременно с них сорвалось по искорке и полетело друг к другу. И их взрыв ровно между влютами, вывел обоих из ступора.

- Милая, как…

- Как успехи?

Одновременно. И, словно испугавшись слов, замолчали. В этот раз Гчер не выдержал первый и, моргнув черным глазом, проговорил:

- Начинай ты, Мзел.

Сестра вздрогнула, услышав это имя, и прошипела:

- Я не она! Сколько тебе раз повторять? Я не Мзел, я — Сестра! И… Это другое, ты не поймешь.

- Милая, - Гчер перевел взгляд на воронку душ, - я говорил тебе и повторю еще, и еще, и еще… Я знаю, Мзел меня слышит. И она внутри тебя, поэтому… Ты можешь быть и Сестрой, и моей Мзел одновременно.

- Ах, если бы, - Сестра вздохнула и тоже перевела взгляд на воронку душ. Чуть помолчала, успокоив бурю внутри, и, взяв себя в руки, продолжила. - Как ваша машина?

- Ну… - Гчер слегка поник волосками, отвечая без слов. - У нас получилось на мгновение, даже пахнуло фиалковым полем. Но почувствовал только я. Ксир… Он…