Предначертанная. Связь

А.Павлова

Предначертанная. Связь

Глава 1

Кейт проснулась от солнечного света, который пробивался через неплотно задёрнутые шторы. Она медленно открыла глаза, потянулась, посмотрела на часы, стоящие на тумбочке.

– Чёрт – прошептала она, увидев время. – Проспала на полчаса.

Комната всё ещё хранила ночное спокойствие. На стуле у кровати висела кожаная куртка, небрежно брошенная на спинку. Рядом стоял рюкзак, наполовину раскрытый – из него выглядывали тетради и учебник по генетике. На письменном столе царил привычный беспорядок: скетчбук с зарисовками, пара ручек, чашка с остывшим кофе.

Быстро собравшись, она выбежала из комнаты.

– Кейт? Ты ещё дома? Я думала, что ты уже ушла, – с удивлением произнесла её мама Маргарет.

– Да, я проспала, – пробормотала Кейт, надевая кеды.

Только Маргарет открыла рот, чтобы сказать Кейт о том, что завтра к ним приедут гости, как Кейт захлопнула дверь. Она села на велосипед, надела наушники, включила музыку и уехала.

Кейт забежала в аудиторию в тот момент, когда прозвенел звонок. Семинар по генетике прошёл, как всегда, скучно. После занятий Кейт зашла в столовую.

– Привет, Кейт! – Оди подошла к подруге и обняла её.

– Привет! Угадай, кто сегодня проспал и даже не успел выпить чашку кофе, но всё же успела на генетику к миссис Смит.

. Если бы я опоздала к Смит – она бы меня просто убила.

Миссис Смит было около шестидесяти. Она всегда приходила в аудиторию за пятнадцать минут до начала занятий, аккуратно раскладывала материалы и стояла у стола, скрестив руки, пока студенты занимали места. Её внешний вид был безупречен и почти постоянен: строгие костюмы, тонкие очки на цепочке и седые волосы, собранные в аккуратный пучок. Лицо казалось суровым, с пронизывающим взглядом. Когда она смотрела на студента, создавалось ощущение, что она видит не только его, но и все его ошибки. Однако за этой строгостью скрывалось нечто большее.

Сев за столик, девушки начали обсуждать, в чём пойдут на выпускной бал.

– Нет, я категорически против идти в розовом платье, – со смехом говорила Кейт.

– Ну раз ты не хочешь, то тогда я возьму его, – сказала Оди, разглядывая нежно–розовое платье в интернет–магазине на своём смартфоне.

– А вот тебе, Оди, оно будет как раз, – приобняв девушек сзади, произнесла Игма и села к ним за столик.

Игма была красивой и умной девушкой, но в школе у неё были проблемы с учёбой. В один из дней, оставшись после уроков, чтобы позаниматься, к ней подошла Кейт и помогла с математикой. После месяца совместных занятий девушки стали лучшими подругами.

– Раз вы определились с платьем для Оди, теперь помогите мне! Даниэль наконец–то пригласил меня на выпускной! – с возбуждением сказала Игма.

– Ну наконец–то! Ты ждала этого дня два года! – произнесла Кейт.

– А с чем тебе помочь? – нахмурила брови Оди.

– Ну как с чем, Оди! Конечно же с платьем! – вскрикнула Игма, подняв указательный палец вверх.

После учёбы Кейт села на свой велосипед и поехала домой. Дома на столе уже ждал её любимый ужин: овощное рагу и приготовленная курица в духовке, а на холодильнике висела записка: «Ушла в магазин, не забудь поужинать перед тем, как пойдёшь. Целую, мама».

Мама всегда оставляла записки на холодильнике, а Кейт каждый раз читала их и улыбалась. Хоть ей было двадцать лет, для мамы она всегда оставалась маленьким ребёнком, которому нужно напоминать про обед и ужин.

После ужина Кейт убрала оставшуюся еду в холодильник, загрузила посудомоечную машину и поднялась к себе в комнату. Девушка посмотрела на часы.

– Ага, пять часов, можно полежать в ванне.

Набрав ванну горячей воды, Кейт подошла к зеркалу и посмотрела на своё отражение. Она чувствовала внутреннее напряжение, но быстро отогнала мысли.

«Видимо, просто устала за неделю», – подумала она и легла в ванну, включив музыку в наушниках и дав себе время просто расслабиться. Через час пиликнуло уведомление – пора собираться. Кейт, как обычно, надела свои обтягивающие красные джинсы и белую слегка просвечивающую майку.

Каждую пятницу девочки ходили в бар «Енот» и сидели там до полуночи. Кейт была невысокой, с тонкой фигурой и коротким чёрным каре. Рваная чёлка, за которой она всегда следила, отрастала – и первым делом Кейт бежала в парикмахерскую, чтобы её подровнять.

Бар «Енот» встретил их привычным шумом – гул голосов, звон бокалов и приглушённая музыка. Внутри было тепло, почти душно; воздух пах сладким алкоголем, табаком и чем–то жареным.

– Наконец–то пятница, – выдохнула Оди, плюхаясь на диван у их любимого столика. – Я думала, эта неделя никогда не закончится.

Оди – лучшая подруга Кейт, они познакомились ещё в школе. Раньше Оди дразнили, смеялись над ней. В какой–то момент, когда мальчики снова смеялись над тем, что Оди ест целую банку «Нутеллы» ложками, к ним подошла Кейт и смачно влепила подзатыльник одному из обидчиков. После этого Оди стала постоянно ходить вместе с Кейт, и они подружились. Через год к ним присоединилась Игма.

– Это потому что ты ждала выпускной, – усмехнулась Кейт, снимая куртку. – Особенно после сегодняшних новостей.

– Эй! – Игма шутливо толкнула её в плечо, но улыбку скрыть не смогла. – Я, между прочим, два года этого ждала.

К ним подошёл официант, и девушки, не глядя в меню, сделали привычный заказ.

– Знаете, – Оди наклонилась ближе, понизив голос, – мама сегодня опять говорила, чтобы я не задерживалась.

– Из-за убийств? – Кейт закатила глаза. – Да все об этом говорят.

– Не «говорят», Кейт, – тихо вставила Игма. – Их уже семь!

На секунду за столом повисла пауза. Музыка продолжала играть, кто–то громко смеялся у бара, но разговор словно стал тише.

– Ладно, давайте не будем, – выдохнула Кейт. – Сегодня хороший день.

Напряжение быстро растворилось – разговор снова перешёл к выпускному, платьям и музыке. Девушки смеялись, обсуждали Даниэля, строили планы.

В какой–то момент Кейт отвлеклась. Она почувствовала, что кто–то за ней наблюдает, обернулась по сторонам – ничего. Но чувство не покидало её.

– Кейт? – Оди щёлкнула пальцами. – Ты где улетела?

– Просто показалось, ничего особенного, – слегка улыбнулась Кейт.

– Вот именно, что просто, завязывай слушать новости, – хмыкнула Игма.

Кейт усмехнулась, но снова на секунду оглянулась – и опять ничего.

– Так, пора уже закругляться, – сказала она чуть резче, чем хотела.

– Подожди, мы вместе поедем, – сразу ответила Игма.

– Да нет, идти всего пару кварталов, – махнула рукой Кейт. – Я быстрее пешком дойду.

– Кейт – Игма нахмурилась.

– Я вам напишу, как буду дома, – перебила она, уже вставая.

Оди и Игма переглянулись, но спорить не стали. Девушки расплатились по счёту, поблагодарили официанта, оставив небольшие чаевые, и стояли у входа. Такси подъехало быстро.

– Напиши, – серьёзно сказала Игма.

– Обязательно, – кивнула она, помахав девочкам, и пошла в сторону дома.

Пройдя около двухсот метров, музыку из бара уже не было слышно, и вдруг у неё вновь возникло чувство, что за ней следят. Сделав глубокий вдох, Кейт ускорила шаг. В какой–то момент она даже не заметила, что почти перешла на бег. Остановившись, она выдохнула и обернулась – и увидела её.

Светлые волосы свободно падали на плечи, тёмная одежда, руки и шея покрыты татуировками. Она стояла неподвижно и смотрела прямо на Кейт.

Не раздумывая ни секунды, Кейт побежала изо всех сил, не оглядываясь. Внутри возник дикий страх. Когда до дома оставался один квартал, Кейт остановилась, чтобы набрать воздух. Она обернулась в надежде, что ей всё показалось – но девушка стояла совсем рядом, слишком близко. Голубые глаза пронзительно смотрели на Кейт. Вдруг что-то щёлкнуло в её голове – инстинкт самосохранения. Кейт попыталась шагнуть вперёд, но ноги предательски дрожали. Незнакомка сделала лёгкий шаг вперёд, и внезапно оказалась перед Кейт. Девушка ощутила жгучую боль в шее, и Кейт оказалась на земле. По губам незнакомки стекала кровь.

***

Кейт приходила в себя не сразу – сначала возвращался звук. Потом приходила боль. Она была не резкая – глухая, тяжёлая, как будто голову сдавили изнутри. В висках пульсировало, отдавая в затылок. Запах – резкий, стерильный: антисептик, горечь лекарств. Воздух казался сухим, прохладным, слишком чистым, чтобы быть живым.

Кейт, наконец, открыла глаза. Свет бил по ним безжалостно. Белый потолок расплывается, лампы слишком яркие.

Палата была небольшой. Стены выкрашены в блеклый, почти выцветший цвет – что-то между белым и серым. Справа – металлическая стойка с капельницей, прозрачная трубка тянулась к её руке, закреплённая пластырем. Слева – небольшая тумба, на которой стоял букет её любимых ромашек. Окно занавешено тонкой шторой, через которую просачивался дневной свет – тусклый, размытый.

– Кейт, милая, ты очнулась, – тихо произнесла Маргарет.

– Мама, что случилось?

– Милая, ты в больнице. Вчера ночью на тебя напали. Ты чудом выжила! Незнакомая компания вызвала скорую, когда увидели, что с тобой произошло.

– Я совсем не помню, что произошло

– Кейт, вижу, вы очнулись, это очень хорошо! Я ваш лечащий врач – доктор Майк.

Майку было на вид лет тридцать. Лицо спокойное, нос прямой, виднелись лёгкие морщинки на уголках карих глаз. Уверенный взгляд, тёмные волосы были коротко подстрижены, но несколько прядей спадали на лоб, придавая слегка небрежный вид. Белый халат сидел на нём идеально, подчёркивая стройное телосложение и широкие плечи.

– Как вы себя чувствуете?

– Хорошо, только голова болит.

– Вчера вы ударились головой во время падения, и нам экстренно пришлось зашивать вас. – С этими словами Майк осторожно взглянул на зашитый им небольшой шов на затылке.

– Ну что ж, Кейт, отдыхайте. Я приду к вам завтра.

Кейт смотрела вслед Майку и почувствовала лёгкое влечение, но из мыслей её вытащила Маргарет.

– Милая, с тобой хотят поговорить детективы полиции. – Маргарет смотрела на Кейт с любовью и медленно гладила по руке.

Невозможно представить, что пережила Маргарет, когда ей позвонили из полиции и сообщили, что на её единственного ребёнка напали. Десять часов пролетели как одно мгновение – она не помнила ничего: ни как одевалась впопыхах, ни как доехала до больницы, ни как бегала по коридорам, и успокоилась только тогда, когда доктор сказал, что с Кейт всё будет хорошо.

– Хорошо, но не думаю, что смогу им чем–то помочь, я совсем не помню, что произошло.

– Ладно, Кейт, поправляйся, а я пойду домой. У нас приехали гости. Я хотела вчера с утра тебе сказать, но ты так быстро убежала в колледж. К нам приехала моя старая подруга Меган со своей дочерью Энни – они поживут у нас пару недель.

Маргарет поцеловала Кейт в лоб и ушла, закрыв за собой дверь. Когда Кейт осталась одна, она почувствовала, насколько обессилена: голова гудела, будто она билась об стену несколько часов. Она стала прокручивать вчерашний вечер у себя в голове, пытаясь вспомнить, кто на неё напал и почему.

Уже ближе к вечеру в палату зашли мужчина с женщиной.

– Здравствуйте, Кейт Мак-Кинли. Я детектив Уолтер Милтер, а это моя напарница Дженнифер Стик.

– Здравствуйте. Мама предупреждала, что вы придёте, но, к сожалению, я не смогу вам ничем помочь.

– Кейт, расскажите подробно, что вы помните, – попросила Дженнифер.

– Вчера вечером я была с подругами – Оди и Игмой. Мы сидели в баре «Енот», а потом они уехали на такси в общежитие, а я пошла домой. Больше– напряглась Кейт, пытаясь вспомнить, – ничего не помню.

– Кейт, за последний месяц в городе убито семь девушек, и у всех возраст двадцать лет. Видимо, компания спугнула преступника – вы первая, кто выжил, – произнёс Уолтер.

– Если вдруг что вспомните, позвоните нам, – сказала Дженнифер и протянула визитку Кейт. – Поправляйтесь.

Детективы вышли, и Кейт осталась одна. Она немного переписывалась с подругами, затем быстро уснула – лекарство сделало своё дело.

На следующее утро первым в палату вошёл доктор Майк.

– Доброе утро, Кейт. Как ваше самочувствие?

– Здравствуйте, доктор Майк. Чувствую себя хорошо, готова к выписке.

– Рад это слышать, Кейт. Мама ждёт вас внизу. Но обязательно придите через неделю на осмотр.

Майк достал визитку и протянул её Кейт.

– Звоните мне, если что-то будет беспокоить.

Смотря на него, Кейт почувствовала внутреннее тепло и защиту. Он улыбнулся, и она запомнила его уверенную походку. Встав с кровати, она положила визитку в задний карман джинс, подумав, что обязательно напишет ему.

Приехав домой, Кейт направилась в ванную, чтобы привести себя в порядок. Всё вокруг казалось странным после ночи в больнице. Закрыв за собой дверь, она медленно выдохнула.

Подойдя к раковине, она включила воду. Руки слегка дрожали. Подняв взгляд, она встретилась с собственным отражением. Почему именно я? Она медленно умылась, вытерла лицо полотенцем и снова посмотрела в зеркало. Взгляд стал более собранным, но страх в глубине глаз всё ещё читался – на неё напали, и это было не случайно.

Спустившись вниз, Кейт услышала разговор мамы с подругой Меган.

– Кейт не знает, что в ту ночь её сердце не билось десять минут. Пожалуйста, Меган, не говори ей об этом, – шёпотом произнесла Маргарет.

– Конечно, Кейт и так много досталось, не переживай, Маргарет. Я ничего ей не скажу.

На последней фразе в комнату вошла Кейт.

– Здравствуйте, – робко произнесла она.

– О, Кейт, рада с тобой познакомиться! Твоя мама много о тебе рассказывала. Мне очень жаль, что с тобой такое произошло.

Меган подошла к девушке и нежно обняла её за плечи. Меган была высокая, стройная, темноволосая, без морщин. Кейт почувствовала запах её духов – явно Chanel.

– Спасибо. Только я даже толком не знаю, что произошло, я ничего не помню.

Через полчаса на столе уже стояли чашки с ароматным американо и тёплые круассаны, приготовленные Маргарет к выписке Кейт. Кухня наполнилась мягким уютом. Просторная, свет из большого окна падал на деревянную столешницу, оставляя яркие полосы солнца; белые шкафчики с чуть потёртыми ручками, стеклянные банки с кофе и сахаром – всё говорило о том, что Маргарет заботливо обустроила это пространство.

У плиты всё ещё витал тонкий запах свежей выпечки и кофе, когда в дом зашла Энни. Она остановилась на пороге, словно оценивая обстановку, переводя взгляд с Маргарет на Кейт. На секунду Энни побледнела.

– Энни, милая, проходи, Маргарет и Кейт уже вернулись из больницы.

– Энни, я очень рада с тобой познакомиться, я – Кейт, – протянула руку девушка.

– Я тоже рада, – слегка удивившись, а может быть, испугавшись, произнесла Энни.

– Мне кажется, что я где-то уже видела тебя. Мы раньше не встречались? – Кейт внимательно смотрела на девушку.

– Не думаю, мы с мамой живём в Майами, и впервые приехали в Клируотер.

По лицу Энни было видно обеспокоенность.

– Энни, всё в порядке? – спросила Меган.

– Да, мама, просто заболела голова. Пойду умоюсь.

В ванной комнате Энни позвонила по телефону своему другу Рэджи.

– Рэджи, я нашла её.

– Что?! – его голос дрогнул, он явно не ожидал такого.

– Она жива! Наконец–то я нашла её, – голос Энни звучал неуверенно, как будто сама не верила в сказанное.

– Это всё меняет, Энни. – уже более рассудительно произнёс он.

Глава 2

На окраине города, там, где асфальт постепенно уступает место растрескавшейся дороге, стоял дом, на который никто не смотрел дважды. Он будто сам отталкивал взгляд – не уродством, не страхом, а какой-то странной, вязкой неприметностью. Проезжающие мимо машины не замедляли ход, прохожие не оборачивались. Даже дети, обычно тянущиеся ко всему заброшенному, обходили это место стороной, не понимая почему. С виду дом казался заброшенным: потемневшие доски, выбитые окна, провалившаяся крыша. Говорили, что в 1920 году дом был разрушен, и с тех пор в нём никто не жил.

На самом же деле дом не был пуст. В 1920 году ведьма по имени Рэйчел нарушила один из древнейших запретов. Она заключила договор с вампиром по имени Дик – союз, который считался противоестественным. Условия сделки знали только они двое. С того времени Рэйчел служила им. Её чары окутали дом. Стоило этой магии исчезнуть хотя бы на мгновение – и перед глазами предстал бы совсем другой дом: на месте разрухи возник бы трёхэтажный особняк с высокими окнами в тяжёлых рамах, целыми стенами, тёмным деревом, отполированным до мягкого блеска. Внутри были просторные залы, лестницы, уходящие в полумрак, тяжёлые шторы, скрывающие свет. Этот дом не был заброшен уже более ста лет. В нём жили вампиры.

Энни, как и все вампиры, видела этот особняк. Она спокойно прошла мимо двух здоровенных охранников, которые стояли у ворот дома – те даже не взглянули на неё. Дорожка из тёмной плитки тихо отзывалась под её шагами, внутри особняка было тихо. Просторный холл, высокие потолки, приглушённый свет. Энни поднялась на второй этаж. Подойдя к двери, она остановилась: каждый раз она нервничала, и не важно, какой был повод зайти в ту дверь.

Дик был очень старым вампиром. Он выглядел лет на пятьдесят, не больше, но это было обманчиво. В его присутствии даже самые древние вампиры вели себя осторожно. Большинство боялись его, и у каждого были свои причины. Он был жесток. Холоден. Зол. Его лицо всегда казалось строгим: чёткие скулы, тяжёлая линия подбородка и внимательный, пронизывающий взгляд тёмных глаз.

Энни медленно выдохнула, собираясь с мыслями, постучала к нему в кабинет и заглянула:

– Можно? – робко спросила Энни.

– Заходи.

Девушка зашла в кабинет, аккуратно прикрыв дверь за собой.

– Дик, я нашла её, – сказала Энни.

В её голосе звучало всё сразу: еле сдержанная гордость и удовлетворение. Ведь она смогла сделать то, что другим было неподвластно.

Дик медленно встал из-за стола, подошёл к небольшому столику, стоявшему в углу его кабинета, взял бутылку дорогого виски, налил в стакан, сделал глоток, не отводя взгляда.

– Молодец, Энни. У тебя есть неделя, чтобы привести её ко мне. Не подведи.

Когда Энни ушла, Дик закурил сигару, затянулся, выпуская густой дым. Он набрал номер, который знал наизусть десятилетиями. Прошло несколько гудков:

– Неужели ты обнаружил её? – женский голос звучал спокойно, она ждала этого звонка очень давно.

– Да, – сухо ответил он и сразу же положил телефон, удалив звонок.

***

В понедельник к Кейт подходили почти все студенты. Они сочувствовали ей, говорили, как им искренне жаль, и как рады, что Кейт жива. День в универе тянулся длинной чередой пар, словно один бесконечный семинар, который иногда прерывался переменами. После очередной пары Кейт пошла в туалет, чтобы умыться: голова слегка болела, в руках была дрожь, страх окутывал её. Как только она оставалась одна, Кейт закрывала глаза, и начинали всплывать обрывки того ужасного вечера. Впервые она вспомнила глаза нападавшего – они были голубые. Пытаясь вспомнить хотя бы черты лица, её вдруг позвала Оди:

– Кейт, пошли сегодня в торговый центр? – спросила Оди.

– Сегодня не могу, я обещала Энни, что покажу ей пляж. Хочешь с нами?

– Нет, на пляж я точно не хочу, схожу тогда одна, а то Игма сегодня весь вечер проведёт у Даниэля.

Последний семинар в тот день вела миссис Смит. Кейт не любила её занятия, но для будущего хирурга посещение генетики считалось обязательным. Миссис Смит была строгим и требовательным преподавателем. Она говорила быстро и почти всегда только научными терминами, словно читала лекцию не студентам, а залу учёных. Её голос звучал ровно и холодно, а мел методично скользил по доске, выводя сложные схемы. Кейт старалась слушать, иногда даже делала пометки в тетради, но слова постепенно сливались в один бесконечный поток.

Придя домой, Кейт поднялась в свою комнату, дверь которой была открыта, хотя она прекрасно помнила, что закрывала её. Медленно открыв дверь, она увидела, что Энни роется у неё на столе.

– Что ты тут делаешь? – с удивлением произнесла Кейт.

– Я я искала у тебя зарядку для телефона, моя сломалась, – с облегчением произнесла Энни.

Кейт открыла ящик стола и протянула зарядку:

– Держи, можешь оставить себе, у меня есть ещё одна.

– Спасибо, ты очень выручила. Я тогда пойду собираться?

– Да, сейчас душ приму, и пойдём.

Пока Кейт стояла под душем, горячая вода стекала по её плечам и спине. Она не могла перестать думать о случившемся. Это не было случайностью, ни ограблением, ни уличной дракой – кто-то ждал, кто-то выбрал её. Она закрыла глаза, и слёзы сами покатились по щекам. Она могла стать восьмой. Проведя рукой по шее, Кейт вспомнила: напавший– девушка.

Кейт с Энни гуляли часа два. Воздух был тёплым, шум прибоя создавал собственную энергию. Девушки смеялись, делились историями и шутками. Взяв с собой содовую, они уселись на песок, и пальцы ног медленно утопали в нём. Солнце постепенно клонилось к горизонту, окрашивая всё вокруг в тёплые оттенки оранжевого и розового. Ветер аккуратно шевелил волосы. Слушая очередную историю от Кейт, Энни вдруг перебила и спросила:

– Кейт, а где твой отец?

После этого вопроса Кейт опустила голову. Секунд десять она молчала, будто собираясь с силами, а потом произнесла, и в её голосе дрогнули слёзы:

– Его убили пять лет назад. Это было ограбление, которое закончилось смертью.

Слова повисли в воздухе тяжёлой тишиной. Энни ничего не сказала. Она лишь осторожно обняла Кейт и мягко погладила по голове, стараясь хоть немного успокоить. Больше вопросов об отце в тот день она не задавала.

Поздним вечером того же дня, когда Кейт уже спала, ей приснился отец. Сон был странным – словно обрывки воспоминаний смешались. Проснувшись посреди ночи, в голове у Кейт была только одна фраза: «Никому не доверяй». Она села в постели, сердце колотилось. В тот момент глаза Кейт были не зелёными, как обычно. Они сияли ярко-синим светом, а вместо зрачков в них пылал голубой огонь.

Глава 3

Глория сидела в своём кабинете в два часа ночи с бокалом белого сухого вина, слушая пластинку Nina Simone – The Other Woman. Вдруг на карте, которая висела на стене, зажёгся маленький маячок с указанием города Клируотер.

Глория, не поверив своим глазам, резко вскочила с бордового кожаного кресла, накинула пальто и выбежала из кабинета, не выключив пластинку. Сев в старенький Dodge Durango I , она отправила смс: «Она жива. Собирайся, я уже еду к тебе». Спустя час Глория и Симона мчались по трассе Гейнсвилл – Клируотер.

Глория – женщина сорока пяти лет, которая всю жизнь живёт в Гейнсвилле. У неё нет мужа и детей, но раньше был брат, которого убили. Брата звали Вилли; правда, из жизни Глории он ушёл намного раньше, чем его убили. Семья Мак-Кинли – одна из старейших семей ведьм, но, к сожалению, Глории, её брат Вилли влюбился в обычную девушку Маргарет. После рождения их дочери Кейт, он отказался от своей силы ведьмака. После этого она ни разу не слышала о его семье; только в ту ночь, когда он погиб, она почувствовала, что его больше нет. С того времени она пыталась найти свою племянницу, ведь это единственное, что осталось от их семьи, но за все двадцать лет маячок ни разу не загорался. И вот этой ночью он загорелся, а это означало лишь одно – ведьма внутри Кейт пробудилась.

– Глория, ты уверена, что это Кейт? Не хочу, чтобы ты обнадёживала себя раньше времени, – с грустью в голосе сказала Симона.

Симоне на вид 50 лет, но она так же легка на подъём, как и в двадцать, и это при том, что у неё трое детей и двое внуков. Тем не менее она всё так же мчится помогать Глории, когда та нуждается в этом. Как всегда говорит Симона: «Друзья для этого и нужны». А дружат они уже 17 лет, познакомились в Лос–Анджелесе, на одном из совете старейших ведьм. С того времени они всегда приходят друг другу на помощь, а также на бокал вина каждую третью субботу месяца.

– Симона, я уверена. За двадцать лет карта ни разу меня не подводила, так что нет сомнений – это Кейт, – с уверенностью протараторила Глория.

– Но что ты ей скажешь? И почему именно сейчас в ней пробудились гены?

– Не знаю, скажу, что её тётя, вот и всё! Симона, мы ведь обе прекрасно понимаем, в чём дело: если Вилли отказался от своей сути, то есть только одна причина, почему Кейт пробудилась.

– Она умерла, – с сожалением произнесла Симона.

– Да. Её гены не должны были пробудиться.

***

Кейт проснулась в отличном настроении, приняла душ, оделась и спустилась вниз, чтобы позавтракать вместе с мамой – это был обязательный ритуал, за исключением того дня, когда Кейт проспала.