Год рыжих апельсинов

Светлана Аксенова

Год рыжих апельсинов

Глава 1 Встреча

«Почему я так не люблю эти праздники? Все как оглашенные носятся с выпученными глазами по рынкам и магазинам, не протолкнуться Хватают все подряд, будто это последний праздник в их жизни. Всё, больше не будет! И поэтому надо как можно больше съесть и выпить напоследок!

Ну, Новый год, и что теперь? Что же так сердце-то рвать

Нет, скорее желудки, а не сердце. Я вот взяла всего по минимуму, даже стыдно стало в очередь к кассе становиться. У всех навалено в тележках, а то и в двух, и с горкой. Пришлось напустить на себя эдакий снисходительный вид, типа мы заранее все купили, не то, что вы, недотепы.

И не надо так смотреть в мою тележку, где на донышке там что-то лежит. Ну вот, вроде мало взяла, а еле несу, - плетясь домой по заснеженной аллее, размышляла Даша. - У других мужья все носят, а тут я отдуваюсь Вечно Серега на работе»

Вот будто и забыла от вредности, что они с мужем всегда недели за две начинают готовиться к праздникам. Не спеша, без сутолоки и нервотрепки, когда в последний день горит, и ты мчишься за покупками. А сегодня что а сегодня у нее на работе в ателье короткий день. Посидели, выпили шампанского за исполнение желаний. И пусть даже самых, самых невероятных! Салатиками закусили, чай с конфетами испробовали, и разошлись по домам.

Так нет бы ей, кулеме, двигать прямо к родному порогу, нет же, понесла нелегкая в магазин, да на рынок. А теперь волочится еле, еле, да еще и на Серегу наговаривает. Что с ней сегодня такое?

Почувствовав укол стыда за свои беспочвенные обвинения в адрес мужа, Даша вздохнула и поставила пакеты на снег и тут увидела Антона Свою бывшую любовь Бывшую любовь, которая так и не закончилась свадьбой, хотя и могла. Долго Дарья отходила от этой любви.

Вот вроде и замуж вышла и дочку родила. И бывший этот, паразит такой, женился.

А все не забудет его, так и тянет сердце. Как назло еще живут рядом, и на один рынок ходят.

Так вот, идет Антон за покупками к новогоднему столу. Сам, не жену свою послал. Ей-то, корове этакой, как раз полезно было на рынок смотаться. Да что она привязалась к рынку этому и покупкам. Какое ей дело до его жены?

- Привет, - кивнула бывшая любовь.

- Привет, - отозвалась Даша.

И разошлись, мило и дежурно улыбнувшись друг другу.

Настроение совсем упало К довершению всему еще и пакет порвался. Ну что за гадство такое!?

Неужели продавщица не видела, что не выдержит пакет, нагрузила под завязку, а она, как всегда, тактично промолчала. И теперь, сбежав на волю, наглые, рыжие апельсины довольно валялись в снегу, и домой, как бы, совсем не спешили.

- Вот и лежите тут предатели. Не буду вас собирать, - буркнула Даша и присела на скамейку.

Присела, обиделась на кого-то, и унеслась в прошлое

В то прошлое, где было так легко и весело, где Новый год был праздником, где была любовь, и где они с Антоном были вместе. Сколько же лет прошло Десять? Да нет, пятнадцать уже

Пронеслись, пронеслись

Какой он был, тот Новый год, пятнадцать лет назад

Справляли у Ленки, Дашиной подруги со школы. Ленка на тот момент встречалась с Игорем, другом Антона. Дружная была компания. Весело резали салаты, смеялись, шутили.

Какие же салаты они готовили в те непростые времена, когда в магазинах и выбор был невелик

Конечно же, оливье! Куда без него? Так, а еще что? Ах, точно! Морковка и свекла с чесноком и грецким орехом под майонезом, или сметаной.

Селедка под шубой, картофельное пюре и жареная курица. Меню восьмидесятых

Хоть выбор-то и не велик, но все по доступным ценам. А какой сыр чеддер был, а? Вот и еще один салат вспомнился; пропустить через терку чеддер и яйца вкрутую, а потом чеснок со сметаной добавить.

Такая шикарная закуска! Дешево и сердито, как говорит в таких случаях Дашина мама.

Все очень просто и очень вкусно. Как же было хорошо

Все влюбленные и счастливые.

Казалось, так будет всегда

Что же было потом? Что же было

Дальше Даша забеременела, и Антон радостно предложил пожениться, а на следующий день его словно подменили.

- Иди на аборт - бросил равнодушно.

Всего три слова, а в душе, как умерло что. Что же могло случиться за ночь? Почему передумал? Кто его знает

А она пошла и сделала. Банальная, в общем, история, каких тысячи и миллион

Потом они с Антоном еще какое-то время повстречались, но обиду Даша так и не смогла простить, и постепенно отошла в сторону. Компания распалась. Лена с Игорем тоже расстались

Такие вот воспоминания, и сладкие и горькие

И к чему ей эти воспоминания, скажите на милость? Она замужем, Серега с нее пылинки сдувает, дочка послушная Счастлива, она, точно счастлива! Но почему же, как встретит Антона, так свет не мил? Начинает думки гонять, что не надо было тогда аборт делать. Женился бы, никуда не делся.

И все мечты какие-то глупые голову кружат; будто поженились они с Антоном и живут как в сказке. Вот только куда деваются в ее фантазиях муж Сергей и дочка Марина, как-то не совсем понятно.

- Эй, красавица, что с тобой? Очнись! – мужской голос вернул Дашу на землю.

Так а какого лешего она до сих пор не дома? Вон уже фонари зажглись, вечер настал, а она как прилипла к скамейке, сидит тут, о небесных кренделях мечтает. Вот же дура еще несусветная, а?!

Совсем сбрендила с Антоном этим, будь он неладен! Потерев лоб, Даша посмотрела на апельсины, что по-прежнему лежали вокруг скамейки, и уже слегка припорошились снегом, а потом весьма недружелюбно уставилась на старика, что стоял напротив. Кто такой и что ему от нее надо? Смотрит, улыбается Знакомый, что ли? А глаза-то и не старые вовсе... Как с другого лица молодые и красивые... Бывает такое, человек старый, а глаза юные?

- Здравствуйте, - на всякий случай поздоровалась она .

- Здравствуй, красна девица, - не переставая улыбаться, произнес незнакомец. – Не замерзла?

«Ой, - мысленно вздрогнула Даша. – Чего-то мне это напоминает сказку какую?»

Пока она раздумывала над ответом, старик бродил среди рыжих апельсинов, каждый брал в руки и прислушивался.

«Прямо цирк какой-то! – фыркнула про себя Даша. - Говорящие цитрусы?»

А странный незнакомец наконец-то остановил свой выбор и повернулся к ней.

– Лучше ответь, ты, правда, этого хочешь? - спросил строго.

- А вы это про что? – Даша почувствовала, как жаркий румянец заливает щеки.

Да откуда он знает, о чем она здесь мечтала? Может, уснула, да вслух разговаривала?

- Не юли, девонька! – Нахмурил кустистые брови незнакомец. – Прекрасно знаешь, о чем я. Если сердце до сих пор в смятении, то бери, не бойся, - Протянул он апельсин. – Не разъедай душу. Просто возьми, и все встанет на места.

Зажмурившись, Даша решительно выхватила из руки незнакомца яркий, тропический фрукт.

Глава 2. Антон

- Мать, ты совсем рехнулась? Чего здесь сидишь? Апельсины разбросала… Да что с тобой такое? Ты меня слышишь вообще?

Открыв глаза, Даша увидела Антона, который собирал цитрусы, говорил непонятное, и то и дело бросал на нее недоуменные взгляды.

- Давай, вставай, домой поехали! – неожиданно рявкнула первая любовь. – Расселась, барыня!

- Офонарел совсем? – взвилась она. – Чего раскомандовался?

- Зачем на рынок поперлась? – отдуваясь, Антон присел на скамейку.

- Как зачем? К столу новогоднему купить... – начала было объяснять Даша и спохватилась. - А тебе-то, какое дело?

«Что он ко мне пристал? То всегда мимо проходил, а тут прицепился! Что ему от меня надо?»

- Не понял, как это, какое мне дело? – теперь возмутился Антон, и вполне искренне так возмутился. - Домой, говорю, пошли! Стемнело давно, а она на лавке сидит!

- Знаешь что? Иди к своей жене и командуй там, понятно? - вскочив, Даша схватила пакеты и припустила к дому.

- Точно, чокнулась! – услышала она за спиной и прибавила шагу.

«Да он меня преследует, что ли? Маньяк…»

- Погоди… Вон машина же, садись, - догнав ее, Антон вырвал из рук пакеты и направился к неподалеку стоящей бирюзовой десятке.

- Фу-у-ух, ты подвезти меня хочешь? Неожиданно… Мог бы так сразу и сказать.

- Ой, да садись ты уже! Что за выкрутасы еще…

- Да я бы и сама дошла. Хотя пакеты тяжелые и апельсины рассыпала, - усаживаясь в машину, частила Даша, словно словами замазывая удивление и неловкость от непонятной ситуации.

- Дались тебе эти апельсины. Дома дочка ждет, волнуется, - трогая машину с места, пробурчал Антон.

- Маринка? Да она знает, что я на рынок пошла. Хотя стемнело уже. Да, волнуется, наверное.

- Какая еще Маринка? Хватит уже дурака валять, не смешно, - и такая отрешенность просквозила в голосе бывшего, что Даше стало его жалко.

«Может, случилось у них что? – подумала она. – Какой-то он… не в себе малость…»

Остановив машину, Антон взял барсетку и недоуменно покосился на пассажирку.

- Приехали, - бросил он.

Увидев, что привезли ее совсем не туда, Даша уже и не сомневалась; не в себе ее бывший, ох, как не в себе…

- Подвез, тоже мне… Удружил, так удружил… Что к чему, вообще? – сграбастав пакеты, она собралась было идти к своему дому.

Тут произошло совсем из ряда вон выходящее; подскочив, Антон схватил ее за руку и потащил в подъезд.

- Куда тащишь? Ополоумел совсем? – испуганно заорала она.

Мало того, что он насильно тащил ее в подъезд, так еще и попутно пытался отобрать покупки.

Но не тут-то было! Даша вцепилась в несчастные пакеты мертвой хваткой, и даже умудрилась двинуть бывшей любви по ноге.

- Да что с тобой? – выпустив пакеты, взвыл Антон. – Ну, и тащи их сама. Ненормальная! – и просто потянул ее дальше по лестничному пролету.

- Хорошо, хорошо, сама пойду! Только отпусти, - чуть не растянувшись на бетонных ступеньках, взмолилась Даша.

«Это просто кошмар какой-то! Нормально объяснить не может, тащит как собаку. Ох, сейчас зайду с женой поздороваюсь и уйду. Надо Сереже позвонить, пусть заберет меня отсюда. И вообще-то очень удивительно, а почему он сам не мне до сих пор не позвонил. Ведь поздно уже…

Что они там с Маринкой меня не потеряли? Не ищут, не беспокоятся. Ну, приду домой, я им устрою!» - и, преступив порог незнакомой квартиры, Даша почувствовала себя крайне неуютно.

- Не знаю, что на тебя нашло, но подурачился и хватит, - произнесла она устало. – Мне домой надо. Мои уже беспокоятся наверняка… Муж и дочка…

В этот момент взгляд Антона напомнил взгляд врача, который смотрит на пациента и размышляет: «Еще полечить, или сам помрет?»

Не успела гостья вежливо так поинтересоваться; какого хрена он так таращится, как из комнаты выбежала девчонка лет четырнадцати.

- Мама, мама! А когда мы будем кушать? – прыгая вокруг нее козочкой, заныла она.

«Какая я тебе мама, девочка?» - чуть не рявкнула Даша, думая при этом, что розыгрыш уже изрядно затянулся, и пора кончать эту нелепую комедию.

- Куртку снимать думаешь? – раздраженно спросил Антон.

- Это не куртка, а пальто! – вспылила Даша и попыталась нащупать пуговицы.

Пуговицы не желали находиться и, чертыхнувшись, она опустила взгляд вниз… Стоп! А где ее элегантное пальто? Где? Откуда на ней эта куртка, цвет которой не подается определению. Таких жутких оттенков в текстильной промышленности просто не существует. Мама-а-а-а-а! Да она куртки-то отродясь не носила…

- Это как? – только и смогла произнести она.

- Это так, - глядя с интересом, в тон ей отозвался Антон. – Шубу ты не носишь, зря только купили.

- Шубу? Мне? Купили? Натуральную? – зачем-то уточнила Даша.

- Натуральней не бывает. Ты такая странная сегодня. Давай, повешу, - и, взяв куртку, Антон легонько подтолкнул ее в комнату.

Бежевые обои, светлые шторы, евро-окна. Все в светлых спокойных тонах. Стенка с хрусталем, книги, фото в рамке. Красивое такое фото… А на нем Антон и Даша, молодые, счастливые… Он в костюме жениха, а она в фате и белом платье невесты…

Глава 3. Осознание

За окном в свете фонаря выплясывали снежинки. Так и вьюжили, закручивались и бились о стекло. Открыв глаза, Даша долго оглядывала незнакомую комнату и пыталась вспомнить, что с ней случилось. Ведь точно случилось, если она лежит здесь, на чужом диване в чужой комнате.

Перед глазами возникла рыжая россыпь на снегу и старик, протягивающий ей апельсин.

Подскочив, Даша почувствовала, как сердце на миг замерло, а потом забухало где-то в горле.

«Не приснилось… мне это не приснилось… Какой ужас…»

Сердце перекочевало сразу в оба уха и колошматило там, будь здоров.

Что же произошло на скамейке в парке? Она сидела и мечтала, что было бы, если б они с Антоном все-таки поженились. Ага… Потом какой-то хитрющий старик спросил ее, а на самом ли деле она этого хочет? Да, еще и выбранный апельсин протянул, возьми, мол, возьми… Прямо змей искуситель, чтоб его! А она и взяла, и уж, наверное, этим самым поступком подтвердила свое желание. Подосланный старикан тут же испарился, тут же, откуда ни возьмись, прискакал Антон и насильно поволок в свою квартиру, а по дороге еще удивлялся ее поведению.

И похоже, это вовсе не розыгрыш… А что тогда?

Из-за закрытой двери доносились приглушенные голоса.

- Пап, а когда мама проснется? Я есть хочу, - канючил детский.

- Сейчас отдохнет и накормит нас, - отвечал мужской.

- Сами себя покормите, - спускаясь на пол, буркнула под нос Даша и на четвереньках проползла в коридор за своей сумкой. Зачем на четвереньках? Да чтобы эти, которые с какого-то перепуга решили, что она им и жена, и мать, не заметили ее через стеклянную вставку в двери.

Сумки не было…Так, так, так…

Думай, Дарья, думай, шевели усиленно извилинами; куда могла деться великолепная светло-серая сумка, что так сочеталась с коралловым пальто. А скорей всего туда же, куда и пальто кануло… Спокойствие, только спокойствие; всему должно быть разумное объяснение! Если пальто каким-то непостижимым образом превратилось в непотребщину сомнительного производства, то и сумку, скорее всего, постигла та же участь.

Заметив коричневую старушечью кошелку, Даша удовлетворенно кивнула. Нашлась пропажа…

Что-то со вкусом у нее здесь не очень…

Вернувшись тем же макаром в зал, вытряхнула содержимое ужасной кошелки на светлый палас. Паспорт и сотовый, паспорт и сотовый…

Они всегда должны лежать в сумке. Остается надеяться; не смотря на то, что со вкусом у нее полных швах, своей привычке, всегда носить в сумке паспорт и сотовый, она не изменила.

Ах, вот же они! На месте! Даша облегченно выдохнула. Ну что же, теперь посмотрим…

И открыв паспорт, почувствовала, как холодеют руки. Для простого прикола сильно уж круто…

Да и не розыгрыш это…

Фотка ее, но вот фамилия… Не Нестерова она больше, а Тарасенко…

А впрочем, чему удивляться? Какая у нее должна быть фамилия, если брак зарегистрирован с Антоном, а не с Сережкой, но почему-то в 1991 году. Поздновато как-то…

Ведь забеременела в 89-том. Так дети, дети, где дети? А вот и дети; Наталья Анатольевна Тарасенко 1992 год рождения. Что за фигня еще? Она должна была родить в октябре 89-го!

Отгадка пришла так резко, что Даша вздрогнула; значит, аборт все-таки был, и она простила Антона. Не взбрыкнула. И в итоге они поженились. Вот это новость…

Значит девочке, язык не поворачивается назвать ее дочкой, тринадцать лет, как и Маринке.

Схватив телефон, Даша стала листать контакты, но ни Марины, ни Сергея там не было. Не было!

И если, успокаивая себя, что Сергей где-то существует, только женат не на ней, то где Маринка, она просто боялась и подумать.

А на память номера никак не могла вспомнить… Да, если и честно, то и не помнила никогда.

А зачем, если они в контакте вбиты? Домашний! Даша чуть не вскрикнула от озарения. Номер домашнего телефона уж ничем не выкорчевать. Такая радость была, когда им с Сергеем, наконец, удалось выстоять очередь и получить долгожданный номер. А вскоре мир завоевали сотовые, но этот пережиток прошлого, небольшой зеленый телефонный аппарат, что висел на стене возле кухни, они решили оставить.

Затаив дыхание она набрала заветный номер.

– Набранный вами номер не существует, - равнодушно отозвался женский голос.

- Вот тебе на… - не желая принимать действительность, Даша еще раз перелистала контакты.

Ни коллег с работы, ни подруг… Только «дочуня» и «муж»…и еще несколько имен, совершенно ни о чем ей не говорящих. Интересно, кто ей записную книжку создавал? «Дочуня» и «муж»… Вряд ли она сама до такого додумалась. Как-то не в ее стиле.

Невеселые размышления прервала открывшаяся дверь; в проеме стояли Антон с дочкой.

Даша молча смотрела на них, а они на нее.

- Отдохнула? Мы есть сегодня будем? - нарушил молчание Антон.

- А который час? – изо всех сил стараясь не впасть в истерику, спросила она.

- Уже девять.

- Хотите сказать, что два часа просидели на кухне и не поели?

Антон и Наташа с таким удивлением уставились на нее, что Даша смутилась.

Да что у них там приключилось? Холодильник пустой? Так вытаращились, будто она им водки предложила выпить. Отодвинув в сторону новоявленных родственников, Даша решительно прошла на кухню. Холодильник был полон и полон до безобразия.

Великолепно, хозяйка она по-прежнему хорошая. И что тут имеется… Борщ, макароны, котлеты с подливкой, салат какой-то интересный. Колбаса вареная, колбаса копченная, сосиски, сыр, йогурты, молоко и еще много чего…

- И чего вы не ели? Там же до фига всего! – Даша так искренне удивилась, что немного смутила нежданно свалившуюся на ее голову семейку Тарасенко.

- Ну, разогреть там, накрыть на стол, - недоуменно пробубнил глава этой самой семейки.

- Да вы что, издеваетесь? Достали, разогрели, наложили себе. Или наоборот; достали, наложили, разогрели. Для этого вовсе не обязательно ждать меня! Вот держите, макароны и котлеты с подливкой.

- А первое? – почти хором спросили Антон и дочка.

- Первое? Да помилуйте, десятый час вечера, вы чего?

- Мы всегда так едим.

- Первое едят в обед.

- Мы и в обед его едим, и утром. И первое, и второе!

- Что? Так это каждый день наготавливать надо! - Даша чуть не задохнулась от возмущения.

- А что тебе еще делать, ты же дома сидишь? - усмехнулся Антон.

«Прекрасно, я еще и не работаю, а целыми днями готовлю», - вытащив кастрюлю, Даша открыла крышку и понюхала.

Борщ пах просто изумительно.

«Готовить я здесь умею, и на том спасибо…»

Взяв тарелки, она разложила первое и второе. Подумав, достала еще и салат, и видимо не ошиблась.

- В микроволновке сами сможете разогреть? Я в душ и спать.

- А колбасу с хлебом? - обиженно донеслось ей в след.

- Сами! Руки не отвалятся. И посуду помойте, - оставив на кухне крайне недовольного мужа и дочь, Даша зашла в ванную.

«Они еще и колбасу будут есть. Неудивительно, что Антон поправился за последние годы», - закрыв дверь, она взглянула на себя в зеркало.

- А ты что, ужинать не будешь? – постучал в дверь Антон.

- Я после шести не ем, – неуверенно отозвалась Даша.

- Да-а-а? - скептически протянул новоиспеченный муж.

- Ага, с сегодняшнего дня…

Как выяснилось, поправился не только Антон. Даша с грустью смотрела на себя в зеркало и никак не желала признавать в этой тетке себя. Что с ней произошло? Почему она так коротко подстрижена? А эти мешки под глазами, откуда? А с фигурой-то, с фигурой полный абзац! Да как так-то? Ну, конечно… видать тоже закидывалась и первым и вторым и третьим, да еще сверху колбасой утрамбовывала. Ела и готовила, готовила и ела…

А что ей еще делать, раз она дома сидит? И судя по всему, на утреннюю гимнастику забила и наплевала. Эдакая запущенная домохозяйка…

Глава 4. Принятие

Даша с горечью разглядывала в зеркале поплывшую фигуру. Даже коричневый старушечий свитер и мешковатые брюки уже не вызвали удивления. Что толку удивляться какой-то одежде, ее-то легче поменять, а вот что теперь делать с лицом и фигурой, вот это вопрос…

«Ну, и долго я буду стоять, и таращиться в зеркало? Лучше от этого все равно не стану. Раздеться надо… Я не трус, но очень боюсь», - и, глубоко вздохнув, быстро скинула одежду.

Оказалось, не так все и запущено. Везде прибавилось одинаково, но силуэт еще сохранился.

А это, самое главное!

- Ну, хорошо же, хорошо… Мы еще посмотрим… - вставая под душ, непонятно кому пригрозила она.

Завернувшись в махровый халат, который висел в ванной; «Мой, не мой? А, все равно…» - Даша вышла в зал и растерянно затопталась на месте.

Как понять, какая из двух комнат родительская спальня? Помявшись еще немного, вдруг поняла, что она как бы здесь хозяйка, и посему может заходить куда захочет. Рассердившись на саму себя за нерешительность, рванула в ближайшей двери и угадала!

Удивительно, но кровати стояли отдельно друг от друга. Пусть удивительно, но в ее случае, очень даже хорошо. Вот совсем не готова спать в одной постели с Антоном. Возле каждой кровати по тумбочке, светильники в изголовье. Два одинаковых двустворчатых шкафа и трельяж.

От такой обстановки Даша немного скисла.

«Прямо как в больнице, или в санатории… Так все безлико… Хоть бы одно яркое пятно! Ладно, о вкусах не спорят. Интересно и какое спальное место мое? Скорее всего, где рядом трельяж. Все-таки, я девочка. Надеюсь, что я не совсем про это забыла. Хотя и не удивлюсь…»

Усевшись на удобный пуфик, она по привычке потянулась за кремами и поймала пустоту. И выдвигая ящички один за другим, все больше впадала в уныние. Фен, расческа и детский крем… Вот и все богатство…

«Женщина, зачем тебе фен с такой-то стрижкой?» - грустно подумала она.

Да у нее ящики ломиться должны от различных кремов, лосьенов и тоников! Для рук, для ног, для лица, для век, для области шеи и декольте, для тела. А тут, нате вам, детский кремушек! Да что за жизнь такая?

Решено; завтра рейд по магазинам за всем жизненно необходимым. Удивительно, как еще шампунь и гель в ванной оказались? Так скорей всего это Наташки, или Антона. А она попросту моется хозяйственным мылом. Так или иначе, шампунь и гель тоже надо включить в список покупок. А еще тоник для волос, чтобы придать им красивый, шоколадный оттенок с рыжинкой.

Что ж, трельяж пуст, пришла очередь шкафа.

Распахнув створки, Даша довольно хмыкнула. Ну, конечно, она так и думала! Брюки, свитера и футболки. Все в темных тонах. Черное, коричневое… Ой, ну, надо же! Блузка белая и розовая… Вот это да! Наверняка для торжественных случаев. И ни одного платья…

А как обстоят дела с нижним бельем? Удивительно, но нижнее белье оказалось хорошим и качественным. Кстати, как и обувь, что лежала в коробках. Проблема только с одеждой…

Интересно, почему?

Кутаясь в махровый халат, в комнату зашел Антон.

- Еще не спишь? – равнодушно поинтересовался он и, сграбастав фен, принялся сушить волосы. Опа… Фен-то оказывается не совсем и ее… Может и с детским кремом та же история?

Высушив волосы, Антон взял детский крем.

- Наташка обиделась за то, что ты ее посуду мыть заставила, - втирая крем в руки, произнес он.

- Не ее, а вас. Помыли?

- Помыли. И только потому, что ты странная сегодня. В обморок упала, есть не стала. Нормально все с тобой?

- Нормально, - буркнула Дарья. – Случайно не помнишь, где мои спортивные прибамбасы?

- Чего? – похлопывая себя по лицу, удивился муж. - Тебе зачем?

- Занадом! Так знаешь, или нет?

- В кладовке. А ты что это… заниматься решила?

- Решила! – вызывающе вскинула подбородок Даша. - И что?

- Да ничего, - фыркнул Антон. - Смешно просто. Зачем тебе? Ты замужем, у тебя ребенок.

- Смешно, так посмейся! Если замужем и ребенок, то, что теперь?

- А то, что семьей и домом заниматься надо, а не обручи крутить.

- Одно другому никак не помешает. Наташа спать уже легла?

- Я же говорю тебе, обиделась, – скинув халат, Антон сел на кровать и достал из-под подушки пижаму.