Весёлая ФизиоЛогика. Как устроен наш организм

Светлана Лаврова

Весёлая ФизиоЛогика

Как устроен наш организм

© C. Лаврова, текст, иллюстрации, 2026

© С. Прокопенко, иллюстрации, 2026

© АО «Издательский Дом Мещерякова», 2026

Глава 1

Начинается дачная жизнь

– Что? Это коттедж? Ты же говорила, что коттедж!

– А что? Чем не коттедж? Два этажа, на первом кухня и маленькая комната, на втором большая комната. Удобства во дворе. Вполне себе коттедж.

– А лес? Бабушка, ты обещала, что на нашей новой даче будет лес!

– И будет, если его посадить и немного подождать. Да вообще‐то и сейчас есть. Вон там видите нечто зелёное? Это лес.

Ребята стояли на краю новёхонького дачного посёлка – сорок абсолютно одинаковых домиков из бруса, пахнущих смолой и опилками. Впереди – пустырь с бурьяном. Слева за бурьяном – сомнительные кустики, притворяющиеся деревьями. Это их бабушка оптимистично назвала лесом. Справа вдали – бодрые разноцветные многоэтажки Академического района.

– А речка? Бабуля, ты обещала речку!

– Есть и речка, – защищалась бабушка. – Вон там.

– Где?

– Если подойти поближе и наклониться, то речку видно. Роскошная речка, и туда даже промышленные отходы не сливают. Потому что ни один «отход» в ней не поместится.

– Что, воды по щиколотку?

– Да почти до колена! – возмутилась бабушка. – Если лечь на дно и уплощиться, можно даже купаться.

– Я в речке не помещусь, – грустно сказала мама. – Я почему‐то к лету всегда толстею. Интересный научный факт. Но, мама, вообще‐то дача могла бы быть и подальше от города, на природе.

– И что вы такие переборчивые? – перешла в наступление бабушка. – У нас дачи не было? Не было. Летом поехать некуда? Некуда. Теперь есть. У нас на работе давали сказочную беспроцентную ссуду, если купишь домик в этом дачном посёлке. И оплатили десять процентов от стоимости. Я выгребла свои сбережения – и опа! Вот и дача!

Бабушка, как все нормальные современные бабушки, была молодая, работала, а пенсию откладывала.

– А интернет тут ловит? – спросил Женька.

– Ещё как ловит! Правда, не везде. Вон, видишь большущую кучу мусора на том краю посёлка? Строители не убрали. Если на неё залезть, то ловит. На этой куче всегда кто‐нибудь стоит с телефоном или планшетом. Приятная компания обеспечена.

– Ну и хорошо, – примирительно сказала мама. – Славно на выходные приехать из города на природу.

– Меня другое волнует: на участке положено что‐то сажать! А я не умею! – произнесла бабушка. – Я убеждённая городская жительница.

– Я тоже, – развела руками мама. – И вообще на меня не рассчитывай, я работаю и буду приезжать только в выходные. Это у тебя длинный летний отпуск, а у меня несчастные три недели осенью. А там точно ничего не растёт?

Зашли на участок. Среди обрезков досок и мусора, оставленных строителями, победно золотились одуванчики.

– Уже хорошо, – одобрила бабушка. – На орхидеи я и не рассчитывала. А вон какие‐то веточки сами выросли. Если повезёт, то это окажется кокосовая пальма.

– Ни коттеджа с привидениями, увитого плющом, ни дремучего леса с волками и тиграми, – вздохнула Симка. – На такой скучной даче не может произойти ничего интересного.

И, в общем, она оказалась права. Призраки, клады, инопланетяне, Баба-яга и скелет мамонта – это же обычная дачная жизнь, не так ли?

Глава 2

Почему кровь красная, а вены синие?

Прошло несколько дней лета. Семёновы обжились на даче, обзавелись знакомыми, обследовали окрестности.

– А-а-а!

– Женька, да смотри же ты под ноги! – закричала бабушка. – Я специально кастрюлю с компотом на крыльцо выставила, чтобы он к обеду остыл!

Женька посмотрел на компот, печально капавший со ступенек крыльца, потом поднял опрокинутую кастрюлю.

– Бабушка, всё хорошо, – сказал он, заглядывая внутрь. – Там ещё немножко осталось, сейчас я выпью. М-м-м… очень вкусный компот… был.

На крыльцо выскочила Симка, привлечённая шумом.

– О-о, тебя задела шальная пуля? – спросила она, глядя на красную брючину брата. – Всё окровавленное.

– Это не кровь, это компот, – пояснил Женька. – То есть бывший компот. Я кастрюлю опрокинул. Сейчас в шорты переоденусь.

– А у меня кровь синяя, – сказала Симка, разглядывая собственное запястье. – Видишь, жилки синие? В них синяя кровь.

– Нет, у меня жилки-вены тоже синие, а кровь в них красная, я сто раз царапался в разных местах, и отовсюду кровь текла красная, – возразил Женька, вылезая из брюк. – Вообще‐то странно.

– Может, она внутри сосудов синяя, а когда выступает на поверхность и соприкасается с воздухом, то окисляется и мгновенно делается красная? – предположила Симка. Она любила химические опыты, особенно со взрывами. – Погуглим?

– Нет, неохота тащиться в такую даль. Лучше Васю спросим.

Как уже говорилось, интернет в дачном посёлке Новинка ловил только на вершине мусорной кучи в самом дальнем конце посёлка. А Вася был домашним роботом Семёновых. Когда‐то, не так уж много лет назад, у мамы и папы родились близнецы. Днём они притворялись эдакими прелестными ангелочками, а ночью превращались в чудовищ, которые орали и не давали спать маме. А не спать все ночи много месяцев очень трудно, хоть сами проверьте. Мама ужасно уставала жить без сна, укачивать кричащих младенцев и петь колыбельные. И тогда папа сделал робота Васю.

Папа работал в засекреченном научном центре, который изобретал что‐то совершенно секретное, хотя все знали, что это ракеты. Не «стрелятельные», а космические. Папа мог изобрести что угодно, и на этот раз он из подсобного материала сделал робота, который укачивал детей и пел колыбельные. Маме сразу стало легче, она начала спать по ночам, пока робот Вася усыплял близнецов. Васей папа его назвал в честь начальника отдела, который на рабочих совещаниях выступал очень усыпляюще.

Потом дети выросли, научились засыпать сами, и папа встроил в Васю обучающую программу: задашь вопрос «Почему снег белый?» или «Чем поёт кузнечик?», и он отвечает понятными словами. Но иногда Вася сбивался на старую программу и начинал близнецов спать укладывать и петь «баюшки-баю».

Васю нашли в одуванчиках. Он укачивал котёнка Фунтика и напевал:

– Баю-баюшки-баюНе ложися на краю,Потому что каждый знает:У Земли совсем нет края.

Фунтик урчал и во сне усваивал информацию, что Земля круглая, без краёв. Так Вася совмещал усыпительную и образовательную программы.

– Вася, почему кровь красная, а вены синие? – спросил Женька. – Может, внутри нас кровь синяя, а на воздухе краснеет?

Робот тут же ответил:

– Баю-баюшки-баю,Информацию даю,Обойди весь белый свет —Синей крови в мире нет,Разве что у осьминогаГолубая кровь немного.

– Переходи на прозу, – скомандовал Женька. – А то я сразу спать хочу, как ты петь начинаешь.

Робот Вася послушался:

– Программа Б, познавательный блок № 5. У человека есть разные сосуды: артерии и вены. К сердцу идут вены, от сердца – артерии. В большинстве артерий течёт кровь, богатая кислородом, который нужен всем органам и тканям организма. В крови есть много эритроцитов – круглых «лепёшечек», в которых содержится вещество гемоглобин. Этот гемоглобин в лёгких умеет присоединять молекулы кислорода. Кислорода в лёгких много, вы его только что вдохнули. Получается новое вещество – оксигемоглобин. Оно сидит в эритроцитах и с током крови проникает во все органы и ткани. Клетки организма радостно отбирают у оксигемоглобина кислород – он нужен почти для всех химических реакций. А взамен отдают углекислый газ – он клеткам уже не нужен. И вот такая кровь, в которой мало кислорода и много углекислого газа, течёт в венах. Она более тёмного цвета, багровая. Но всё равно не синяя! Почему же сквозь кожу она кажется синей?

– Ну так мы и спрашиваем, почему, – перебил Женька.

– Вы, наверное, знаете, что свет состоит из частичек и волн, – продолжил Вася. – В данном случае важно, что солнечный свет – это пучок разных волн: красных, оранжевых, жёлтых, зелёных, голубых, синих и фиолетовых. А их смесь составляет белый цвет. Красные – самые длинные волны, фиолетовые и синие – самые короткие. Человек видит цвет так: свет попадает на какой‐то предмет и отражается от него. Но отражается он немножко не такой, какой упал. Этот отражённый свет попадает в глаз человека, анализируется мозгом, и человек говорит: «Какое жёлтое яблоко!» И вот представьте себе, что солнечный свет упал на вашу руку, где сквозь кожу просвечивают вены с красной кровью. Но кожа не очень прозрачная. А красные волны самые длинные, и из-за этого они плохо отражаются. Зато очень здорово поглощаются, потому что в крови есть гемоглобин, а одно из его свойств – поглощение красных лучей. Получается, что волны красного цвета все поглотились кожей. А синие? Синие волны короткие, они легко отражаются и рассеиваются. Поэтому в ваш глаз попадают только синие лучи, и кровь в венах через кожу кажется синей. По крайней мере, так считают некоторые учёные.

– А проверить это можно? – спросила Симка. – Ну, что цвет зависит от света?

– Конечно. Посвети в темноте на руку красным светом – увидишь тёмные линии на месте вен. Красный свет почти не отразился. А если посветить синим светом – вены почти не видны. Весь свет отразился, не видно разницы между веной и кожей.

– Надо вечером проверить, – сказал Женька. – Только где взять красное стекло?

– Открутить красную фару от велосипеда, – придумала Симка. – Нет, взять обычное стекло и закрасить красным маминым лаком, и приложить к фонарику… а синее где?

– Синей и красной гуашью закрасим обычное стекло, – предложил Женька. – Я краски на дачу взял. Надо же хоть как‐то их использовать. Пошли поищем стёкла. В той куче строительного мусора, где ловит интернет, полно разбитых стёкол, выберем подходящее.

Путешествие к сердцу и от сердца

Информация от робота Васи

Программа А, усыпительная

Баю-баюшки-баю,Я про кровь тебе спою.Может, песенка сложна,Но правдивая она.Если что‐то не поймёшь,То в сети ответ найдёшь.

Программа Б, познавательный блок № 5‐с. На самом деле не всегда в артериях течёт кровь, богатая кислородом, а в венах – бедная. Вот как всё происходит на самом деле. Представь себе, что ты – эритроцит и находишься, например, в вене, которая идёт от мозга и несёт кровь, бедную кислородом и богатую ненужным углекислым газом или двуокисью углерода. Задача: этот газ надо выкинуть из организма через лёгкие, там же забрать новый кислород, который только что вдохнули с воздухом, и отнести его обратно к мозгу.

Поток крови несёт тебя по вене рядом с товарищами-эритроцитами – ой, как вас много! Это самая большая бригада в мире – в организме человека около 30–40 триллионов эритроцитов. А триллион – это миллион миллионов, трудно даже представить. Например, ты написал гениальную книжку и получил гонорар в триллион рублей. Чтобы тебе истратить эту сумму, придётся каждый день тратить на покупки по миллиону. И тогда за три тысячи лет ты наконец истратишь свой гонорар.

Ты (эритроцит) вместе с коллегами пробрался через несколько разветвлений, попал в верхнюю полую вену и добрался до сердца – до той его части, которая называется правое предсердие. Из правого предсердия ты проходишь через трёхстворчатый клапан в правый желудочек… Ой, ты вспомнил, что что‐то забыл в мозге и хочешь вернуться. Ничего не выйдет: кровь в здоровом сердце течёт только в одном направлении, из правого предсердия в правый желудочек. Обратно через клапан тебе не пробраться. Впрочем, ни один эритроцит такого желания и не изъявляет. Из правого желудочка через другой клапан, пульмональный, ты попадаешь в лёгочную артерию. И заметь: сейчас ты несёшь углекислый газ, а не кислород, но ты течёшь по артерии, а не по вене. Так что не всегда в артериях «артериальная» кровь, богатая кислородом.

Потом ты оказываешься в лёгких. Становится тесно – артерии ветвятся, утончаются и наконец превращаются в капилляры – сосуды с тончайшими стенками. 700 капилляров по толщине сравнимы с одной швейной иголкой. Теперь можно и делом заняться – сквозь дырявую стенку капилляров ты выталкиваешь молекулы углекислого газа и забираешь кислород, превращая свой гемоглобин в оксигемоглобин. Потом течёшь дальше, капилляры становятся шире, и через лёгочную вену ты с товарищами-эритроцитами попадаешь в сердце – в левое предсердие. То есть кровь, богатая кислородом, в данном случае течёт по вене.

Из левого предсердия через митральный или двустворчатый клапан ты проходишь в левый желудочек. Он очень мощный, ему надо так сильно тебе «поддать», чтобы ты с коллегами «летел» в любой, самый отдалённый участок тела. Дальше через аортальный клапан ты попадаешь в аорту, а через аорту – в более мелкие артерии, которые подходят ко всем органам и тканям. Там ты снова протискиваешься в капилляры, отдаёшь клеткам кислород, забираешь углекислый газ – и дальше всё сначала.

Никаких там «баю-бай» —Не ленись и не зевай.Если ты эритроцит,Поработать предстоит.

Протяжённость всех сосудов нашего тела около 150 тысяч километров. Длинная дорога для крохотного эритроцита размером около 10 микрометров (микрометр – это одна миллионная доля метра).

Конечно, от постоянной беготни по артериям и венам быстро стареешь и изнашиваешься. Так что хорошо, что ты не эритроцит – они живут всего четыре месяца. А потом их расщепляют в печени специальные клетки – фагоциты. И на смену из костного мозга поступают новые молоденькие эритроциты (2,4 миллиона эритроцитов каждую секунду), чтобы прожить свою четырёхмесячную полезную жизнь.

Всё стало вокруг голубым и зелёным

Информация от котёнка Фунтика

Мур-мур-р! У меня тоже кровь красная, и эритроциты похожи на человеческие. А у осьминогов кровь голубая. Потому что в их эритроцитах не красное вещество гемоглобин, а голубое вещество гемоцианин. В нём вместо молекулы железа, как у порядочных котов, – молекула меди, и это меняет цвет. Кстати, осьминоги – очень запасливые существа, у них три сердца. Одно гонит кровь по телу, а второе и третье проталкивают кровь через жабры. И у пауков, скорпионов и речных раков тоже голубая кровь. А у некоторых морских червей кровь зелёная. Там какое‐то не такое железо, как у нас, закись железа… впрочем, это неважно. А если вы считаете, что маленький котёнок не может знать такие научные вещи, то вы ошибаетесь. Кошки – очень умные и даже волшебные существа. А я – самый умный и самый волшебный котёнок в мире! Мяу!

Рубрика «Вопрос – ответ»

Какая частота пульса у животных? У котёнка 240 ударов в минуту, у землеройки – 600, у колибри – 1300. Мы от них отстаём – пульс человека около 60–80 ударов в минуту. Зато опережаем слона (около 25 ударов) и голубого кита (14–18 ударов).

Почему сердце бьётся? Потому что внутри сердца есть маленький узелок, который всё время подаёт сигналы: сердечная мышца, сокращайся! Не останавливайся! А если надо это делать быстрее или медленнее, в дело вступает головной мозг. В нём есть специальный отдел, ответственный за сердцебиение.

Сколько крови наше сердце приводит в движение за день? Около 8500 литров. В нашем теле около 5 литров крови, но сердце перегоняет её постоянно, вот и получается так много. Целый бензовоз нужен, чтобы перевезти такую массу крови.

Глава 3

Почему синяк сначала синий, а потом жёлтый?

На вершине мусорной кучи, как всегда, торчали ребята с телефонами. Кто в чате сидел… э-э, то есть стоял, кто в бложик фотки выкладывал – мало ли у людей в каникулы дел в интернете. Куча высокая, метра два, и народ выложил сбоку ступеньки из обрезков досок, чтобы залезать удобнее. Женька помахал приятелю Егору, споткнулся о кирпич и начал выбирать подходящие осколки стекла. Симка залезла наверх и слегка погуляла по сети – проверила, что пишут одноклассники.

Вообще‐то по документам Симку звали Серафима. Серафимы – это верховные ангелы. Серафима – традиционное имя в папиной семье. В их роду столетиями считали, что в каждом поколении одну девочку нужно непременно так назвать, иначе будет конец света. Мама не хотела называть дочку таким старомодным, странным именем даже под угрозой конца света. Но папа настаивал и говорил, что они и так уже одно поколение пропустили, потому что папа был единственным ребёнком. «И вот видишь, что творится в мире?! – восклицал папа. – Экология летит в тартарары, кругом военные конфликты, экономические санкции и реформы образования! А всё из-за того, что Семёновы пропустили одно поколение без Серафимы!» Мама пожалела гибнущий мир, и дочь стала Серафимой. Впрочем, она не огорчалась – весь класс Симке завидовал, что у неё такое компьютерно-смартфоновое имя.

– Привет, – сказала ей Луиза (вообще‐то Люська, но она себя звала Луиза). – Смотри, что мне Кристина прислала. Ролик – умора! А почему твой брат наверх не лезет?

– Не с чем, – хмыкнула Симка. – Он вчера утопил свой мобильный в кастрюле с борщом.

– Как?!

– Не знаю, как умудрился. С ним всегда что‐нибудь случается, он жутко невезучий. Вон, слышишь?

Снизу раздался слабый вскрик.

– Это он, наверное, стеклом порезался, – хладнокровно заметила Симка. – Аж до кишок. Японцы его на должность инструктора приглашали – обучать харакири делать. Пойду спасать.

И спустилась к брату. Она всегда его спасала.

– Набросали тут кирпичей, – недовольно сказал Женька, потирая опухшее колено. – Домики деревянные, откуда кирпичи взялись? Конечно, я немного споткнулся и немного стукнулся.

– Опять синяк будет, – заметила Симка. – Жалко, что синяки только синие или жёлтые. Вот если бы они были ещё оранжевые в клеточку и розовые в цветочек, ты был бы такой красавец. А я думала, ты стеклом порезался.

Синий, зелёный и жёлтый

Информация от робота Васи

Программа А, усыпительная

Баю-баюшки-баю,Не ложися на краю,А то свалишься с кровати,А синяк тебе некстати.

Программа Б, познавательный блок № 5‐н. Снова представь, что ты – эритроцит. Движешься, как положено, по сосуду с товарищами, несёшь оксигемоглобин – гемоглобин, соединённый с кислородом, о котором я говорил. Торопишься, потому что органы и ткани ждут твой кислород. И вдруг – бац! Откуда‐то сбоку на твой сосуд обрушился страшный удар. На самом деле для всего организма удар нестрашный, но ты же маленький эритроцит в маленьком сосуде. Стенка твоего сосуда разрывается, и ты вместе с коллегами вываливаешься прямо в подкожно-жировую клетчатку. Это такой слой жировых клеток под кожей, который есть даже у самых худых людей. О ужас! Ты больше не движешься к мозгу или к коленке, ты болтаешься в пространстве, и никому твой драгоценный кислород уже не нужен. Твой оксигемоглобин лишается кислорода и превращается в восстановленный гемоглобин, а он сине-фиолетовый. А вас ведь много в месте удара, таких восстановленных! Так кожа становится синей.

Но приключения на этом не заканчиваются. Дней через пять ты совсем разрушаешься, а твой гемоглобин превращается в два других вещества со сложными названиями: метгемоглобин и вердохромоген. Вердохромоген зелёный. Так синяк превращается в зеленяк. Ещё через два – четыре дня эти красители превращаются в биливердин и билирубин. Билирубин к рубину никакого отношения не имеет, он не красный, а жёлтый. Так синяк становится желтяком. А вообще эти процессы идут неравномерно, и обычно через семь-восемь дней синяк трёхцветный: в центре сине-фиолетовый, потом идёт зелёная каёмочка, и по краю он жёлтый. Красота! Врачи так и говорят: цветущая гематома.

Синяки у кошек

Информация от котёнка Фунтика

Мур-р-р! А у кошек синяки бывают? Конечно, бывают, – чем мы хуже? Просто под шерстью их не видно. А вот если кошка лысая, например сфинкс, то синяки у неё вполне нормальные, человеческие.

– Стеклом я тоже порезался, – жизнерадостно сообщил Женька и предъявил окровавленный палец. – И это очень хорошо.

– Я рада, что тебе понравилось, – хмыкнула Симка.

– Ну да, всё к лучшему! Я хотел стереть кровь с пальца, поднял какую‐то бумажку, развернул – и смотри! Это шпионская шифровка! В нашем дачном посёлке обосновались шпионы!

И показал небольшой обрывок листка в клеточку. На нём были чётко выведены ряды непонятных обозначений – крестики, кружочки, какие‐то кустики.

– Какие шпионы! – засмеялась Симка. – Сейчас шпионы немодные. Зачем лежать за кустом и высматривать секретный атомный завод, если его прекрасно видно из космоса, со спутника?

– И я расшифрую этот секретный документ! – продолжал Женька, не слушая сестру. – Пошли домой, отнесём стёкла. Хотя мне уже неохота их красить, мне хочется над шифровкой подумать.

Женька быстро загорался новыми идеями и быстро остывал. Так что сестра не удивилась, что опыт со стёклами его уже не интересует.

– Домой так домой, – согласилась Симка. – Тем более сейчас дождь польёт. Я понесу твою драгоценную шифровку, а то у тебя её или ветер вырвет, или собака съест.

Глава 4

Почему вся кровь не вытекает из царапины?

Около калитки их поджидал взволнованный Вася.

– Баю-баю, баю-бай,В дом под крышу залезай,Поскорей разуй глаза —Начинается гроза! – причитал он.

Потом увидел окровавленный палец Женьки и – щёлк! – переключился на другую тему:

– Что же делать, как же быть!Надо кровь остановить!Рану ты перевяжиИ спокойно полежи.Баю-баю, баю-бай,Рану обра-ба-ты-вай,В шкафчике на кухне йод,Он микробов всех убьёт.

– Да ладно тебе, Вася, ерундовая царапина, – отмахнулся Женька. – Не вытечет же из меня вся кровь через такую маленькую дырочку.

– Ты такой везучий, что может и вытечь, – фыркнула Симка. – Полезли на второй этаж, а то Вася так и будет над нами квохтать. Ещё и бабушка подключится.

Вася не мог забираться на лестницы из-за своих колёсиков, поэтому ребята часто удирали от его забот наверх.

– Баю-баю, баю-бай,Лучше слушай и внимай.Я тебе бы пояснил

Про тромбин и про фибрин… – пел им вдогонку Вася. Но они не слушали, а зря, это очень интересно.

Зачем кровь свернулась?

Информация от робота Васи

Программа А, усыпительная

Баю-баю, спи, малыш,Отчего же ты не спишь?Спит уже эритроцит,Спит усталый тромбоцит,Спит таинственный тромбин,Спит неистовый фибрин.Долго всех перечислять.Всем скорее надо спать.

Программа Б, познавательный блок № 5‐м. И опять представь, что ты эритроцит. Движешься по сосуду, несёшь кислород, занимаешься любимым делом. И вдруг всё вокруг сотряслось, и сбоку в сосуд хлынул ослепительный свет. Это ранение сосуда – маленькая царапина или серьёзная травма. Свет ты, конечно, не видишь, у эритроцитов глаз нет, что им там в сосудах рассматривать. Но ты чувствуешь, как миллионы твоих товарищей-эритроцитов устремляются из сосуда наружу. Ты бы тоже вылился, и твоя жизнь подошла бы к концу. Но ты чувствуешь, как в сосуде становится теснее. Это он сжимается, чтобы уменьшить дырку, через которую выливается кровь. Потом к месту ранения бегут, отталкивая тебя, тромбоциты, тоже клетки крови, но особенные, ответственные за то, чтобы кровь не вытекла. Что будет дальше, ты не знаешь, потому что проскакиваешь опасное место и течёшь дальше по сосуду. А тромбоциты прилипают друг к дружке и к повреждённой стенке, «заклеивая» рану. Ещё они выделяют особенные вещества, руководящие процессом свёртывания крови. Образуется вещество тромбин, которое воздействует на вещество фибриноген. И в результате получается фибрин – перепутанные нити, которые комками закупоривают отверстие. Если бы ты не пробежал дальше по сосуду, ты бы запутался в нитях фибрина, формируя тромбоцитарно-фибриновый сгусток. Другие эритроциты запутались и сделали эту «пробку» прочнее. Вообще‐то это упрощённая схема, а на самом деле всё гораздо сложнее, много химических веществ участвует в свёртывании крови.