Свёкор и его друг для пышечки

Свёкор и его друг для пышечки

Глава 1

Анна проснулась от будильника, который звонил как назойливый любовник, которого она давно перестала желать. Ей уже 28 лет, и каждый день последние годы начинался одинаково: кофе, душ и белый халат, пропитанный запахом свежеиспеченного теста. Её тело, мягкое и пышное, как только что вынутый из печи кекс, уютно устроилось под тонким покрывалом. Грудь, полная и тяжелая, слегка покачивалась, когда она садилась на краю кровати, а бедра, обхватывающие стул, напоминали о том, как мужчины иногда смотрят на неё — с голодом, который они не осмеливаются высказать вслух.

“Ещё один скучный день”, — подумала она, поправляя волосы в зеркале и разглядывая себя. Округлое лицо с румянцем, как у спелой вишни, губы, которые всегда пахли шоколадом, и глаза, полные неудовлетворённости. Алексей, её муж, спал рядом, тихо похрапывая, как всегда. Их секс был редким и механическим, словно он выполнял долг, а не удовлетворял желание.

“Когда последний раз он заставил меня кричать?” — Анна усмехнулась самой себе, но улыбка быстро угасла. Она любила его, или, по крайней мере, думала, что любит, но в глубине души жаждала чего-то большего — страсти, которая сожжёт её дотла.

Кондитерская “Сладкий уголок” была её королевством, маленьким, уютным магазином в центре городка, где воздух всегда был насыщен ароматом ванили и корицы. Анна надела свой халат, который обтягивал её формы так, что ткань натягивалась на груди и бёдрах, и вышла на кухню. Её помощницы, две пожилые женщины, уже хлопотали у печей. Она замешивала тесто для круассанов, чувствуя, как мука прилипает к её пальцам, а воображение рисовало картины, которые она никогда не осмеливалась воплотить.

— Анна, ты выглядишь сегодня особенно аппетитно, — пошутил один из постоянных клиентов, пожилой мужчина с седыми висками, когда она подала ему коробку с эклерами. Он всегда флиртовал, но она отмахивалась, хотя внутри что-то шевельнулось.

“Если бы он только знал, как я хочу, чтобы кто-то схватил меня прямо здесь, среди этих пирожных”, — фантазировала она, чувствуя, как соски затвердели под халатом. Её тело было её тайным оружием — пухлые ягодицы, которые покачивались при ходьбе, и бедра, что могли обхватить мужчину, как тиски. Но в этом городке все были слишком правильными, слишком скучными.

День тянулся медленно. Анна пекла, украшала торты и улыбалась клиентам, но мысли её блуждали. Она вспоминала свадьбу с Алексеем — ту ночь, когда они были пьяны и страстны, но это быстро угасло. А потом был Михаил, свёкр, который на той свадьбе смотрел на неё так, будто хотел съесть.

— Твоему мужу повезло, что заполучил такую сладкую жену, — сказал он тогда, его голос был грубым, как наждачная бумага, и глаза скользили по её декольте. С тех пор она не видела его, но воспоминания будили тепло внизу живота.

В полдень телефон зазвонил. Это был Алексей.

— Анна, солнышко, у меня куча работы, и я забыл о посылке для отца. Ты не могла бы отвезти ему корзину с твоей выпечкой? Он в загородном доме.

Она замерла, рука с ложкой ванильного крема зависла в воздухе. Михаил. Её свёкр. Тот самый мужчина, чей взгляд заставлял её чувствовать себя голой.

— Конечно, милый, — ответила она спокойно, но сердце забилось чаще. — Что именно отвезти?

— Просто коробку с пирожными и тем шоколадным тортом, который ты пекла вчера. Он обожает твою выпечку. Я бы сам, но... ты знаешь.

Анна кивнула, хотя он не мог видеть.

— Хорошо, я поеду вечером. — Она повесила трубку и улыбнулась зеркалу. Это был шанс. Она выбрала самое соблазнительное платье — облегающее, красное, которое подчёркивало её талию и бедра, — и начала паковать корзину. В тесто она добавила немного специй, которые, по слухам, разжигали страсть: корицу, имбирь и шоколад, который таял на языке, как поцелуй.

Глава 2

К вечеру она была готова. Машина ждала на улице, и дождь начал накрапывать, словно природа готовила сцену для чего-то запретного. Анна села за руль, корзина на пассажирском сиденье, и её мысли уже мчались вперёд.

“Что, если он всё ещё смотрит на меня так же? Что, если сегодня всё изменится?”

Её трусики слегка увлажнились от возбуждения, и она рассмеялась, включая музыку погромче.

Путешествие заняло пару часов. Дорога вилась через леса, и с каждым километром Анна чувствовала, как напряжение накапливается.

Анна мчалась по мокрой от дождя дороге, колёса шуршали по асфальту, а дворники ритмично стучали, словно отбивая такт её бьющегося сердца. Корзина с выпечкой на пассажирском сиденье источала аромат шоколада и специй, который заполнял салон машины, смешиваясь с её собственным возбуждением. Она включила радио погромче, чтобы заглушить мысли, но они не унимались.

“Что, если Михаил увидит меня в этом платье и не устоит? А если там будет кто-то ещё?” — фантазировала она, рука скользнула по бедру, ощущая тепло своей кожи под тонкой тканью.

Дождь усилился, превращая дорогу в реку, и Анна была вынуждена замедлить скорость. Это дало ей время для размышлений. Её брак с Алексеем казался теперь такой далёкой ошибкой — пять лет рутины, где секс был не больше, чем быстрой обязанностью по пятницам.

“Он даже не знает, как правильно трогать меня”, — подумала она, вспоминая, как его пальцы всегда были робкими, словно боялись её плоти. А Михаил? Он был другим. На свадьбе его взгляд был жадным, как у волка, и она помнила, как он обнял её на танцполе, его твёрдое тело прижалось к ней, заставив почувствовать себя желанной. — Я хочу, чтобы он взял меня прямо там, у двери, — прошептала она, и её пальцы непроизвольно скользнули между ног, надавливая на влажную ткань трусиков.

Через час она свернула на просёлочную дорогу, ведущую к загородному дому Михаила. Деревья смыкались над головой, создавая туннель из теней, и ливень хлестал по крыше машины. Анна остановилась у ворот, выключила мотор и посмотрела на себя в зеркало. Её макияж слегка размазался от влаги, но это только добавляло ей сексапильности — губы набухшие, глаза блестящие. Она поправила платье, которое прилипло к её телу, обрисовывая каждый изгиб: полные груди, которые колыхались с каждым вздохом, и ягодицы, что так и просились в руки.

— Готова или нет, это случится, — сказала она себе, хватая корзину и выходя под дождь.

Дверь дома открылась, прежде чем она успела постучать. Михаил стоял там, высокий и крепкий, с седыми волосами, прилипшими к лбу, и улыбкой, которая была чистым грехом.

— Анна! Какая приятная неожиданность. Входи, не стой под дождём, детка, — сказал он, его голос был низким и хриплым, как всегда. Он обнял её, и она почувствовала его сильные руки на своей спине, прижимающие её ближе. Её соски затвердели от контакта.

— Привет, Михаил. Лёша попросил меня привезти выпечку, — ответила она, стараясь звучать спокойно, но её голос дрогнул. Она передала ему корзину, и их пальцы соприкоснулись — искра, которая заставила её сглотнуть. Он был в простой рубашке и джинсах, которые подчёркивали его мускулистые ноги, и она не могла не заметить выпуклость в паху.

— Ты выглядишь... съедобно, как всегда. Это платье — убийство, — сказал он, его глаза скользили по её телу, задерживаясь на груди.

Внутри дом был тёплым и уютным, с камином, потрескивающим в углу. Запах дерева и дыма смешался с ароматом её пирожных, и Анна почувствовала, как напряжение спадает, заменяясь возбуждением.

— Садись, я налью вина. Ты вся мокрая — давай переоденешься во что-нибудь, чтобы высохло, — предложил он, наливая красное вино в бокалы. Она села на диван, скрестив ноги, и платье задралось, обнажая бедро. Михаил не сводил с неё глаз, и она заметила, как он лизнул губы.

— А ты один? — спросила она, пытаясь звучать непринуждённо, но внутри она надеялась на ответ, который сделает всё ещё интереснее.

— Не совсем. Мой старый друг Виктор зашёл. Он на кухне, — ответил Михаил, и в этот момент в комнату вошёл Виктор — высокий, с татуировками на руках и шрамом на щеке, его глаза сразу оценили Анну.

— О, привет, красотка. Ты, должно быть, невестка Михаила. Чёрт, он не преувеличивал, — сказал Виктор, его голос был грубым, как наждачка, и он уселся рядом с ней на диван, слишком близко.

Анна почувствовала жар от их взглядов. Виктор наливал себе вина, его нога коснулась её, и она не отодвинулась.

— Расскажите, как вы провели день, — сказала она, пытаясь разрядить атмосферу, но разговор быстро перешёл к флирту. Михаил рассказал анекдот о своих былых приключениях, и Виктор рассмеялся, его рука легла на спинку дивана, задевая её плечо.

Вино текло рекой, и Анна почувствовала, как оно разжигает её желания. Её тело горело — соски напряглись, а между ног скопилась влага. Михаил подвинулся ближе, его колено коснулось её бедра.

— Ты знаешь, Анна, я всегда думал, что ты слишком хороша для Алексея. Он не ценит, что имеет, — прошептал он, его дыхание обожгло её ухо.

Она посмотрела на него, затем на Виктора, и увидела в их глазах голод.

“Может, пора показать, что я на самом деле хочу”, — подумала она, и её рука опустилась на колено Михаила. Он не колебался — схватил её за талию и притянул к себе, его губы впились в её в страстном поцелуе. Виктор не остался в стороне; его руки скользнули по её спине, лаская и сжимая.

Целуя Михаила, Анна почувствовала, как Виктор расстёгивает молнию на её платье, и ткань соскользнула, обнажая её грудь.

— Какая красота, — выдохнул Виктор, его ладони сразу же обхватили соски, лаская жадно. Михаил целовал её шею, его руки мяли её ягодицы, разводя их в стороны.

— Ты хочешь этого, да? Скажи, — прошептал он, и она застонала:

— Да, хочу, да!

Анна не могла больше сдерживаться — её тело горело от желания, и слова слетели с губ как крик облегчения. Виктор и Михаил, почувствовав её согласие, набросились на неё с жадностью, которая граничила с безумием. Михаил прижал её ближе, его губы скользнули от шеи вниз, к обнажённой груди, которую Виктор только что высвободил. Он обхватил сосок ртом, посасывая жадно, его язык кружил вокруг, вызывая волны дрожи по всему телу Анны. Она выгнулась, её пальцы вцепились в его волосы, пока Виктор сзади обхватил её талию, его руки скользнули вниз, под трусики, и он начал ласкать её между ног.