Бумер и Леди

— Ко мне? — спросила я, когда мы подъехали к перекрёстку.

— Давай, — ответил он.

Я припарковалась у своего подъезда. Старая пятиэтажка с облупившейся краской, запахом сырости в подъезде и вечно сломанным домофоном. Мы поднялись на лифте — воняло кошками и ещё чем-то кислым. Макар поморщился, но ничего не сказал.

Я открыла дверь. Квартира встретила полумраком и тишиной.

— Проходи, — сказала я, включая свет на кухне.

Он скинул кроссовки, прошёл в комнату, огляделся. Маленькая однушка, в которой я жила уже два года. Старый диван, который я накрыла пледом, чтобы скрыть потёртости. Письменный стол, заваленный книгами и какими-то бумагами. На подоконнике — засохший кактус, который я всё забываю полить.

— Уютно, — сказал он.

— Врёшь, — улыбнулась я.

— Нормально. Правда.

Я прошла на кухню, поставила чайник. Пока вода грелась, мы сидели на кухне, пили чай с печеньем, которое осталось ещё с прошлой недели. Он рассказывал про тренировки, про то, как поднял на прошлой неделе сто двадцать на жиме. Я слушала и ловила себя на мысли, что мне хорошо. Просто хорошо. Рядом с ним.

— Пойдём, — сказала я, когда чайник опустел.

Он встал, потянулся — его толстовка задралась, оголив полоску живота. Я отвела взгляд.

В комнате я задернула шторы. Свет от уличного фонаря пробивался сквозь тонкую ткань, оставляя на полу жёлтые разводы.

Он подошёл ко мне сзади, обнял, уткнулся носом в шею.

— Ты вкусно пахнешь, — сказал он.

Я прикрыла глаза. Его руки скользнули по моей талии, потом ниже. Я чувствовала его дыхание на своей коже, и внутри разгоралось что-то, что я уже почти забыла — желание. Настоящее. Не обязанность, не «надо», потому что он хочет, а потому что я хочу сама.