Игрок72. Верни меня. Книга 2

Я увидел сообщение от Макса о загрузке данных. Он подписался своим именем и данными офицера. Вот он, мой лучший и единственный друг. Не упустил возможности быть замеченным. Воспользовавшись мной.

Первое задание Эн.

Я следил за ней через камеры в баре, готовый при необходимости помочь. Даже если для этого мне пришлось бы раскрыть себя. Сара сидела рядом, и я знал, что за ней придут. Я отправил Эн сообщение, достаточно странное, чтобы отвлечь ее и заставить отойти от столика. Она так и сделала. Но после… Я не мог смотреть на ее истерику.

Чувство вины давило на меня, пока я наблюдал, как она страдает из-за смерти напарницы. Но не мог ничего изменить.

После случившегося я не хотел общаться с Максом. По его вине погибло много людей. Мы сильно поссорились. Впервые за все время нашей дружбы. Впервые я не мог оставаться спокойным. Макс решил, что меня разозлило то, что он взял мой ноутбук без разрешения и отправил данные от своего имени. Позже он сообщил в клан, что данные собирал я, а он только отправил их. Но этого оказалось достаточно, чтобы Роберт обратил на него внимание.

Мы не говорили несколько дней. Но долго избегать общения с Максом могло стать подозрительным, и я притворился, что все как раньше. Чтобы не дать ему понять, что я намеренно скрывал важную информацию о подполье.

В итоге он все же попал в совет. Роберт был в восторге. А я спать не мог. Не мог простить себя за случившееся.

Через год агенты узнали о месте и времени собрания совета, на котором присутствовал Роберт, и попытались убить его. Тогда Макс прикрыл его собой, а позже сам захотел стать Багровым Рыцарем, чтобы защищать короля. И стал. Причем самым жестоким. Сильно изменился. Всегда мрачный и раздраженный. Я больше не узнавал своего друга. Он стал другим человеком.

После окончания учебы Макс переехал в дом клана, где иногда появлялась Мари. Вскоре они стали встречаться. И Роберт, угождая дочери, наделил его абсолютной властью над всеми рыцарями. Но причина была не только в ней. Роберт доверял Максу больше, чем кому-либо.

Макс начал проводить все время с рыцарями, своими новыми товарищами. Он выходил с ними на охоту, убивая жестоко, беспощадно, со временем с удовольствием.

После той утечки мой ник впервые появился в открытой сети. Хоть я и старался не оставлять цифровой след, кто-то перехватил часть данных, загруженных в систему клана, и связал их со мной. Я не смог вычислить этого хакера и очень надеялся, что анкета Эн не оказалась у него. Почти сразу появился слух об Игроке72. Смерти агентов повесили на меня. И нарекли правой рукой Роберта. Его эффективным невидимым оружием. Так я стал чудовищем для тех, кого пытался спасти.

Поначалу я переживал из-за этого, но со временем принял свою вынужденную роль. Люди никогда не узнают, сколько жизней я спасаю каждый день. Мне всегда было плевать, что обо мне говорят или думают, но ровно до того момента, пока не встретил Эн в коридоре дома клана.

***

Небо затянуло белой пеленой, и снег закружился в воздухе, опускаясь большими хлопьями на мои черные волосы.

В центре огромной площади стояли шестеро мужчин в багровых пальто. Я подошел и встал напротив. От них тянуло перегаром. Открытое пространство окружали высокие здания и дорога с круговым движением. За дорогой на фасаде висел огромный экран высотой несколько метров. На нем транслировалась реклама.

В момент, когда я подошел к рыцарям, трансляция переключилась. Я увидел себя. Стоял в белоснежном костюме короля. Ткань отражала свет, создавая легкое свечение. Из-под расстегнутого пиджака торчала рукоять пистолета. Глок 17 в плечевой кобуре.

Люди собирались на площади уже некоторое время, но никто не подходил близко. Их лица выражали разные эмоции. Удивление, беспокойство, гнев. Жившие в страхе перед рыцарями больше двух десятилетий, они молча наблюдали.

– Кто из вас решил, что может убивать без моего согласия? – спросил я.

Мой голос разлетелся по открытому пространству через встроенные колонки в столбах.

– Они планировали заговор, и мы устранили проблему, – подавшись чуть вперед, ухмыляясь, сказал один из рыцарей.

Высокий и широкоплечий. В общем-то, они все такие. В прекрасной физической форме, с объемными мышцами.

Мужчина расправил плечи и наклонил голову к одному плечу, а затем к другому, разминая шею и демонстрируя готовность к действиям. Я шагнул к нему ближе и встал на расстоянии метра.

– Без моего одобрения вы не можете убивать никого, даже если это заговор, – сказал я.

Рыцарь усмехнулся. Он явно показывал, что не боится меня и не признает мою власть.

– Ты не хотел спросить разрешения? Собрать доказательства? Не трогать детей, в конце концов?

– При Роберте мы убирали всех без исклю…

– Я не Роберт, – перебил я, сжав кулаки.

Рыцарь рассмеялся.

– Это и видно, – усмехнулся он.

Рыцарь оглядел меня с ног до головы, продолжая усмехаться.

– Вы больше не будете убивать без моего согласия, – повторил я, смотря ему прямо в глаза, и вытащил пистолет.

– Очень страшно… – начал он.

Резкий хлопок оглушил меня. Пуля вошла ему в лоб и вылетела из затылка, заставив замолчать.

Моя рука не дрогнула. Рыцарь рухнул на асфальт.

– Итак, – холодно произнес я. – Кто-то из вас еще хочет решать за меня, кого можно убивать в моем городе? – спросил, направляя пистолет на оцепеневших рыцарей.

Все пятеро опустили взгляд.

– Такое не повторится, – выдавил из себя один.

Его глаза, наполненные страхом, смотрели на бездыханное тело товарища. Другие нахмурились.

– Еще раз подобное случится, и я лично убью каждого из вас, – сказал я, по очереди направляя пистолет на каждого. – Вам понятно?

Я сжал рукоять пистолета сильнее.

Рыцари молча кивнули.

– Уберите его отсюда, – кинул я и направился к машине, у которой меня ждал Виктор.

Смятение из-за того, что мне пришлось убить человека, рвало душу, но внешне я оставался собранным и уверенным.

Вдруг толпа заликовала. Кто-то выкрикнул:

– Белый Король вернулся!

Я замер на мгновение, но сразу продолжил идти.

Люди впервые увидели, что рыцарей кто-то наказал. Они одобрительно кричали мое имя.

Я захлопнул дверцу машины, отрезая шум толпы. Убрав пистолет в кобуру, на белом рукаве пиджака заметил две крохотные капли крови.

– Кажется, люди поддержали твой поступок, – заметил Виктор.

– Если бы можно было поступить иначе, я бы не стал его убивать, – выдохнул я, откидываясь на сиденье.

– Куда дальше?

– Встречусь с Вероникой.

Я взглянул через стекло на экран, где видеофрагменты сменяли друг друга: тело рыцаря, мрачные лица его товарищей, довольная, ликующая толпа.

Глава 3

Пустота. Идеальное слово, точно описывающее все внутри. Ни эмоций. Ни жизни. Ни света. Лишь пустота.

Минуты сложились в часы, часы в дни, а дни в недели. Я давно перестала считать. Перестала надеяться. Перестала верить. Перестала помнить, зачем вообще здесь, рядом с ним.

Когда все внутри изменилось настолько, что я стала пустой оболочкой? Сдалась. Перестала чувствовать что-либо.

Три месяца. Целых. Три. Месяца. В холодных руках убийцы.

Поначалу я убеждала себя, что осталась здесь из-за Лу. Что спасала ему жизнь, убегая с Максом в тот вечер. Что у меня не было иного выбора. Но в глубине души знала, что выбор был всегда.

Я сидела в маленькой спальне, в которой стояли кровать, прикроватная тумбочка, письменный стол и шкаф. Квадратное крохотное окно впускало недостаточно дневного света, освещая пространство лишь наполовину. На самом деле это окно стандартного размера, но мне всегда казалось, что оно намного меньше. Я часами сидела в этой клетке.

Сидя на кровати, я взглянула через окно на небо. Птица пролетела мимо окна, и я моргнула, на мгновение вернувшись в потухшее сознание.

– Я тоже птица. Только живу в клетке… Взять и, разбежавшись, прыгнуть. Смогу ли я полететь?

Все внутри кричало. Ныло. Уже почти не страдало. Почти смирилось.

– Мы больше не увидимся? Ты называл меня отчаянной, и сейчас я наконец-то понимаю, о чем ты говорил… Лу…

Ресницы дрогнули, когда я вспомнила его имя. Я произносила его в мыслях слишком редко. Обычно мыслила образами. Не словами.

– Лу…– повторила я, и сердце кольнуло.

– Кажется, я еще могу что-то чувствовать, но… Почти неощутимо. Не могу дотянуться до этого чувства. Уже почти забыла… Потеряла… Я потеряла тебя, Лу!

Зачем я здесь? Так устала. Так сильно устала жить… бороться…

– Эгоистка!– что-то внутри дернуло и крикнуло на меня. Глаза наполнились влагой.

– Трусиха,– последовало шепотом.

– Зачем мне жить без тебя? У меня ничего не осталось. Ничего.

Ты, наверное, презираешь меня.

Я оставила тебя умирать. Ушла с ним. Выкинула кольцо, которое ты дал мне, чтобы защитить...

Предала тебя…

Ты знаешь, с кем я сейчас? Думаешь об этом? Ненавидишь меня? Считаешь омерзительной? Правда, Лу?

Ответь мне.

Лу.

Ты слышишь меня?

Веки налились тяжестью и закрылись.

Боль почти не ощущалась. Лишь невыносимая сжирающая пустота внутри. Ломающая. Поглощающая. Уничтожающая.

Громкие шаги за дверью простучали по деревянному полу, разрезая мертвую тишину. Но я не вздрогнула, не напряглась, не спряталась. Казалось, что меня давно нет. Уже нет.

Дверь распахнулась, и вошел Макс, жадно ища меня глазами.

Свет фар за окном отвлек его. Он выглянул в окно.

– Малыш, надень платье, – бросил он и вышел обратно. Но даже резкий хлопок двери не разбудил мое сознание.

Я покорно поднялась. Подошла к шкафу, открыла дверцу и потянула за платье. Оно соскользнуло с вешалки в мои холодные руки. Я сняла с себя черные брюки и рубашку. Натянула платье. Двигаясь плавно. Неспеша. Механически.

Переодевшись, я вышла из комнаты.

В маленькой гостиной, размером чуть больше спальни, на диване в центре сидели Макс и Август. Они обсуждали последние события. С тех пор как я и Макс приехали в это убежище, скрытое в густом лесу, именно Август привозил нам все необходимое. Поначалу я пыталась анализировать, подслушивать разговоры. Думала, как убраться из этой чертовой тюрьмы. Сбежать. Но когда услышала, что Лу выжил и они планируют убить его, решила остаться. Чтобы в нужный момент помешать их планам. Сейчас же мне казалось, что это случилось так давно, словно несколько лет назад.

Мое пламя борьбы. Моя воля. Давно погасли. Ничего не осталось…

Я села в кресло рядом с диваном. В голове шумела тишина, наглухо перекрывая слова Августа. Мои глаза смотрели в одну точку на стене.

– …Эдвард был в ярости от его выходки. Но когда Лука ушел, Артур поддержал слова Эдварда, – сказал Август. – …Эдвард передал, что предоставит территорию для сбора Багровых Рыцарей. Но он хочет обсудить все лично, встретившись с тобой в городе.

Грудь сдавило, когда я услышала полное имя Лу. Что-то внутри дрогнуло. Имя, которое было названо не в мыслях, а кем-то извне моего разума. Чужой голос говорил о том, что он есть и он жив. Он настоящий.

Но следом ударила другая мысль. Все изменилось. Теперь к ним присоединился Артур. Их стало больше.

– Что ты наделал, Лу?– вздохнула я.

Сознание чуть прояснилось, и я тут же пожалела об этом. Даже не заметила, что Август уже уехал. А надо мной с жадной ухмылкой навис Макс. Он опустился на колени передо мной. Я ощутила его горячее дыхание на своих ногах. Его руки, задирающие юбку, стягивающие с меня белье и раздвигающие ноги. Его обжигающие губы. Его ладони, трущиеся об кожу, которую хотелось содрать.

Ладонь Макса скользила по внутренней поверхности бедра. Углубляясь. Настойчиво и требовательно.

Он подтянул меня к краю. Резко вторгаясь. Сдавливая мою шею пальцами.

Я привыкла к его грубости, но в этот раз оказалась в моменте, в сознании. Я зажмурилась, пытаясь исправить свою ошибку. Не вышло. Тело напрягалось, и от этого стало больнее. Тогда я представила Лу. Единственную нашу ночь вместе. Его прикосновения. Его губы. Наш первый поцелуй. Наш первый и единственный раз. И расслабилась.

Но мысль о том, что Лу убьют, резала изнутри.

– Нужно предупредить его,– мелькнула мысль.

Макс уже зашел в душ. Вода за дверью шумела, а я лежала на кресле. Волосы спутались на лице. Юбка осталась задранной. Я вещь, не более. Просто кукла для развлечения.

Сев, я взглянула в окно. Взгляд застыл. Слеза стекла по щеке, проскользнула по губам и задержалась в уголке рта. Стекла по подбородку к шее, оставив влажный след. Я не двинулась.

– Нужно идти к нему,– услышала я голос.

Опираясь на подлокотники, я с усилием поднялась с кресла. Ноги двигались сами. Деревянные доски скрипнули подо мной.

Босая нога переступила порог, и пальцы, а затем и пятка утонули в снегу. Я шагнула второй ногой и оказалась в лесу. Снег кружился хлопьями, падая на мои длинные распущенные волосы. Несколько снежинок упало на лицо и плечи. Я смотрела вперед. Взгляд провалился в пустоту. Веки оставались неподвижными. Кожа на руках и стопах покраснела, щеки и кончик носа налились румянцем.

Я брела по дорожке, занесенной снегом, оставляя позади себя бесшумные следы.

Несколько снежинок упали на мои ресницы, и я моргнула.

– Что я здесь делаю…

На секунду сознание вернулось.

– Как же холодно.

Мороз обжег кожу. Но я тут же ощутила обманчивое тепло, растекающееся по телу.

Я остановилась и подняла лицо к небу. Ветер хлестко ударил меня по красным, уже белеющим щекам. Но я не обратила внимания.

Закрыла глаза и смиренно улыбнулась, принимая свою судьбу.

– Вот и все…

Меня шатнуло в сторону. Тело потянуло к земле.

Макс что-то крикнул за моей спиной, выбежав из дома.

Я едва стояла на ногах. Босая. В синем коротком платье. С поднятой вверх головой. Белый снег кружился и падал на мои черные волосы, достигающие талии.

Теряя равновесие, я падала на землю. С облегчением, что все наконец-то закончится.

Макс рванул ко мне. Мокрый от горячего душа. Он подхватил мое обмякшее тело. Дышал часто и громко. От него исходил пар. Жар его тела обжег мою ледяную кожу.

– Эн! Зачем ты вышла? Эн! – выкрикнул Макс, но я не ответила.

Кажется, он впервые позвал меня по имени.

Макс занес меня в дом. Положил на кровать и накрыл одеялом. Лег рядом.

– Прости меня, Эн, – прозвучало где-то далеко.

Все погрузилось в темноту.

Глава 4

С