Маленькие сухие поцелуи DEMO

«Он отнес меня в кафе, чтобы помочь с ногой. А я что? Сидела и тупо посасывала напиток. Нет, а что от меня зависело?»

Я остановилась на передышку.

«Нет, в самом-то деле! Могла бы что-нибудь сказать, например «спасибо», хотя… Я, кажется, сказала ему тогда «спасибо». Блин, Юи, что с твоей головой? Или нужно было сказать «твой лёд очень приятный» … Юи! Ты дура! С приятным льдом!»

Я, даже, не знала, что мне делать: смеяться или плакать.

«А потом он отнес меня в магазин за туфлями.»

«Нет. Японец так бы не поступил! Японец помог бы мне сесть на лавочку, принес бы лёд, сходил бы за туфлями… Как щеночек — это точно!»

«Он меня носил на руках. Блин! Юи! Это было восхитительно! Может быть, в его понимании такая самоотверженная помощь незнакомой девушке — дело принципа или даже чести? Что-то по его виду и не скажешь такого. Словно заурядная ситуация. Это что, была банальная процедура для него? Нет. Сомневаюсь, что он так «развлекается» каждые выходные. Всё-таки он настолько другой, что не вписывается ни в какие рамки приличия — ни в поведении, ни в общении. Просто негодяй!»

«Блин! Юи — ты дура! Он просто экстравагантный! Он же меня не обижал, ну, пару раз назвал девочкой. И где он был не прав? Юи! Ты действительно тупая! Впадать в панику то от каблука, то от того, что к тебе «не так» притронулись. Человек с другой стороны земного шара — с другой культурой воспитания и другим менталитетом — бросился тебе отчаянно помочь. Помог изо всех сил, как только смог и чем смог. А ты ему судилище устроила: что тебе не так? Точно, как маленькая девочка!»

«Блин. Какая машина классная! Я её снаружи не рассмотрела — жаль. Это было купе, спорткар. Нет, она же не была спортивной внутри. Ой, как будто, Юи, ты знаешь, как выглядит спорткар или суперкар внутри. Об эту замшу хотелось тереться всем телом, даже лицом. А какая красивая! Глаза радовались, видя всю эту красоту! А сидения… Блин, Ю! Это всего лишь машина! И она стоит всего лишь денег. Угу, огромных денег. Да и совсем не обязательно её покупать! Просто он арендовал её — он же в Японии по работе, значит покупать дорогую машину не будет. Он просто арендовал её!»

Утвердительно кивнула я сама себе.

«Серж какой-то совершенно холодный и безразличный в диалоге. Я вспомнила его телефон — не слишком навороченный. Ну, скорее всего, Серж пользуется таким телефоном, потому что он удобный и привык к нему. Значит, такой человек не следит за модой, не показывает свой престиж… Часов у него не было, каких-то аксессуаров — тоже. Украшений не было. Кольца не было. Всё в нём показалось мне каким-то простым. Чёрный дисплей без фото и без заставки в телефоне и такой же основной экран. Ну, так удобнее всего читать информацию с экрана. Значит, у него никого нет. Безразличие, простота, удобство — пустота. То есть работа и больше ничего нет, и даже не интересует! Абсолютный трудоголик!»

Я прямо восхитилась собой: «Мастер дедукции! Шерлок Холмс!». Рассмеялась я сама себе.

Я закончила с уборкой.

— Я пошла заниматься! – я крикнула всем.

Мне не хотелось, конечно же, заниматься учёбой. И я всё сделала ещё в пятницу. Мне хотелось побыть одной. Этот вчерашний день мне не давал покоя.

«И что это за странная фраза была?»

Я улеглась в кровать с планшетом, открыла «Chat-GPT» и ввела запрос:

«Откуда фраза: Всё, но я не целуюсь в губы?»

Ответ: фильм «Красотка» 1990 года.

«У-у-у. Какое-то старое кинцо! Не особо люблю старьё…»

Дальше: Джулия Робертс и Ричард Гир…

«Наверное, старые актеры, что-то я не могу вспомнить такие имена…»

Дальше: Постельная сцена!

«??? Да, он точно извращенец! Что он подразумевал??? Это что? Я должна была с ним переспать — за туфли??? Нет, подожди, Юи. Я сначала спросила: «Чем ты занимаешься?» — это же подразумевалось, как «кем ты работаешь?». Он что, спит с женщинами?! За деньги? И в каком смысле «всё»? И с мужчинами? Он в Японии по работе — он что, гастролирует? С сексом, как певцы с песнями? Секс как искусство? Как порноактёр? Стоп! Он работал за ноутбуком, сидя в ресторане. Что-то, Ю, ты слишком перегнула палку. Нужно расслабиться.»

«Посмотрю этот фильм, может, я контекст неправильно понимаю», — подумала я.

Я посмотрела фильм. Интригующее начало. Постельные моменты — красиво. Финал просто сказка — мужчина преодолевает всего себя ради любви к женщине. А она понимает, что мужчина — принц на белом коне. У меня почти выступила слеза. Нет, я не плакса, но фильм красивый и эмоциональный!

Я встала и обулась в туфли. Начала ходить по комнате с размышлениями.

«Сцена с фразой означает, что она предоставляет все виды интим–услуг… Насколько все? Ой, ну ладно тебе, Ю. Она же проститутка. В губы не целую — ну, тут всё понятно, то есть не хочу испытывать никаких чувств.»

«Ну и как эта фраза работала в нашем диалоге? Серж явно удивился вопросу — это я точно увидела. Вопрос был неожиданный? Или непонятный? Он мог неправильно понять контекст, что я его о работе спрашиваю. Он, к тому же, иностранец, а английский язык для него не родной. Мой вопрос мог его запутать. На вопрос с широким значением он ответил широким ответом. Причём здесь губы? Может, это шутка? Пошлая? А если он меня правильно понял — что вопрос о работе? «Всё» означает: делаю всё, что от меня зависит. Без поцелуев — то есть без удовольствия! Трудоголик, который не получает удовольствие от работы? В чём смысл такой работы? Только деньги? Ну да, логично. Второй вариант мне больше понравился, но первый меня смущал. Ответы у него какие-то обиняки.»

«В действиях всё чётко, быстро, слажено, без лишней суеты и вопросов, будто спланировал заранее. Вёл машину как? Небрежно? — Нет. Плавно и спокойно, без единого лишнего движения. Каждый манёвр продуман, как в шахматах. Только делал это всё так, как ему хотелось — по-своему!»

«Тебе не нужно меня понимать». — «А если я хочу?» — задала я вопрос сама себе на его ответ.

«Экстравагантный эвфемист!» — «Я тебя поняла! Вот мой ответ!»

«Хм…»

У меня потянулась улыбка.

«Галантный» … «Манерный» …

«Опытный» — «Ну, да, он же вдвое старше тебя! Ю! Ты как маленькая! — он тебя, так и называл.»

«Ну да, значит, женщин у него было много. Может быть, и я была не первой у него, такая с туфелькой.»

— Ужин готов! – Прокричала мама. Я сняла туфли и убежала к родным.

Мы долго ужинали, потом смотрели телевизор. И я вернулась к себе – в кровать. Я начала говорить сама с собой:

— «Всё» и «целовать губы», — ко мне вернулся всё тот же вопрос.

— Что такое «губы» в разрезе «всё»?

— «Целовать губы» — это не пошло, это красиво и эмоционально.

— «Не целую губы» — означает «без эмоций», ну да, он так и сказал, что ему не нравятся японские эмоции.

— А «Всё» — это означает: «какая тебе разница!»…

Я натянула свою ладонь на лоб и глаза.

– Блин, Ю-у-у-у. Так тебя ещё никто не посылал!

– «Галантно» и «Экстравагантно»!

У меня перед глазами возник образ Сержа. И я принялась детализировать его по памяти:

«Высокий каблук. Стройная фигура. Приталенная безрукавка. Худые ноги. Обтянутые бёдра.»

«Короткая стрижка, загар, под выгоревшие брови. Карии — светлые глаза. Ровный нос. Тонкие прямые губы. Скулы. Волевой подбородок. Несколько родинок на лице.»

«Он был первым европейцем, с которым мне пришлось пообщаться.»

Я свернулась калачиком. И в голове зациклился вопрос: «какой он?». Мои мысли начали растекаться.

«Не японец…»

«Не по-японски…»

«Другой…»

«Длинный волос на руках и запястьях…»

«И на груди…»

«Красивый…»

На этом я провалилась в сон.

Понедельник (3)

После университета мы с Аки направились в пекарню, чтобы купить чего-нибудь домой. А потом мы расходились по своим дорогам. Мой автобус ходил редко, и до него у меня было больше часа времени. По дороге я рассказывала ей про фильм «Красотка», она тоже его не видела. Мы смеялись над моими впечатлениями. Про историю со сломанным каблуком я умолчала. Я сама ещё была под сильным впечатлением от всего произошедшего и могла наплести с три короба. Заходя в квартал, издалека я сразу заметила одинокую фиолетовую Ауди, припаркованную у ресторана. Это означало, что Серж здесь — сидит там и работает. Мы дошли до автобусной остановки, и я сказала Аки, что мне нужно встретиться кое с кем, поэтому она дальше пойдёт сама.

Я отошла от Аки и приостановилась у остановки. Задумалась: что мне ему сказать? За подарок он просто отмахнулся от меня.

«Ну, могу попробовать угостить его чаем.»

Пока я подходила к ресторану, я рассматривала автомобиль. Фиолетовая краска переливалась сиреневым отливом и блестела серебристыми блёстками. Это был необычно глубокий пурпур. По кузову полосками были нанесены светло-серые или серебристые узоры — некие цветочные мотивы в винтажном стиле. Двигатель автомобиля был сзади — его тихое урчание было слышно в салоне. А впереди — соответственно, багажник. На всю крышку багажника красовалось изображение в винтажной декорации: под короной был лев–дракон с крыльями. Тёмно-серый герб говорил, что это автомобиль короля. И за рулём этого авто мог ехать только король. Я взглянула на номерной знак и увидела иероглиф «ВА».

«Значит, я была права! Она арендована!»

Через витринное стекло я видела Сержа за своим лэптопом.

Ресторан был японский, но рассчитан на европейцев: столы и стулья. Сервировка столов сочетала палочки и европейские приборы.

Я подошла к столу и стала напротив Сержа. С поклоном я произнесла:

— Добрый день! Спасибо за вчерашнюю поездку. Могу я вас угостить чаем за это?

Серж медленно перекатился из лежачей позы в сидячую, так что его голова значительно поднялась над дисплеем компьютера. Вытянутые руки он согнул в локтях и оперся ими о стол. Из-за дисплея он поднял чашку с чаем, чтобы показать мне: напиток у него уже был. Мне не оставалось больше ничего делать. Серж вернулся в свою первоначальную позу.

Я, улыбаясь, поклонилась и ответила ему:

— Хорошо! Тогда я не буду Вам мешать.

Я развернулась и замерла на несколько секунд. Мне хотелось с ним просто поговорить, но он не давал даже возможности зацепиться.

— Ты свободна, – прозвучало мне в спину.

Эта фраза меня переклинила. В каком смысле? Я свободна, как его секретарша? Что за такое отношение с незнакомкой? По его манере ведения диалога было понятно, что он просто так ничего не произносит. Это прозвучало, как та реплика в машине: «девочка-японка».

Я повернулась к нему, чтобы уточнить:

— Извините, я не поняла.

Я держала улыбку… Японскую улыбку, которая, наверное, ему не нравилась.

Он наклонил крышку дисплея, чтобы увеличить зону видимости.

— Ты стоишь. Ты свободна в своём выборе. Делай, что желаешь: уходи или садись.

Он снял с меня барьер этикета и норм поведения. Он хочет, чтобы я себя вела с ним как с другом? Я, недоумевая, переспросила:

— Разве, я могу сесть к Вам без разрешения?

— Мне не нужна девочка. А женщине я не могу указывать.

Такая манера упрощать фразы создаёт многозначность. Это либо недостаток его английского, либо специально созданный образ общения — «манерный». «Вот такой у меня темперамент».

То есть, если я девочка, то мне лучше уйти, потому что ему не о чём будет со мной говорить, я ему буду неинтересна. А если я сяду, то это будет означать, что я женщина, и он будет меня воспринимать.

Я отодвинула стул и села, облокотившись на спинку. Серж закрыл крышку лэптопа. На белой скатерти между нами лежал большой тёмно-синий компьютер с надписью «ASUS Vivobook». Наверное, это был самый большой лэптоп.

По его правую руку лежала белая мышка с чёрной окантовкой по периметру и такой же окантовкой вокруг колёсика скролла. Ещё правее — пачка сигарет. Но пепельницы не было.

По левую руку стоял белый заварник с чаем и блюдце с несколькими конфетами. Между Сержем и лэптопом стояла чашка. Он привстал и переставил белое блюдце ко мне: четыре конфеты в цветных обёртках и пара аккуратно сложенных фантиков.

Для приличия, от такого знака внимания, я взяла угощение и начала разворачивать конфету.

— Спрашивай, – скомандовал он мне.

Я растерялась и сунула конфету себе в рот.

«Что мне спросить-то?»

Возникла пауза в несколько секунд. Серж взял пачку со стола. Когда он открыл её, я увидела зажигалку, вложенную к сигаретам. Он вытащил сигарету из пачки и принялся её катать между указательным и большим пальцами — так что в ней хрустел табак.