Легенда об Укротителях драконов

— Его нет дома, он сказал, что вернётся утром. — С невозмутимым видом ответила Гертруда, доливая мужу в стакан браги из драконовой ягоды.

— Как так? — после небольшой паузы спросил кто-то из братьев. Это было удивительно для всех, потому что в такое время суток магу с такими способностями, как у Ганимеда, то есть с их отсутствием, на улице делать нечего.

— Что могло выгнать его из дома в такой час? — Акамар всё ещё недоумевал.

— Волшебный ковёр. — Вмешался в разговор Акила. — Утром он пришёл в мою лавку, и так получилось, что один ковёр унёс его куда-то. Как оказалось, в лес.

На это никто не успел ничего ответить, потому что с улицы в окна полился яркий свет, несвойственный элийскому вечеру. Началась суматоха все присутствующие стали выходить из-за стола, ведь начался парад лун, а его лучше смотреть на улице.

— Это начало Пророчества. — тихо сказал Акила, когда все собрались перед домом.

Каждый про себя подумал с облегчением, что скоро придёт конец власти деспота. Подняв головы к небу, семейство с восхищением наблюдало, как луны выстраиваются в ровную арку, как раз над лесом, и отражаются в озере, которое находится в десятке метров от дома. Даже русалки, живущие в этом озере, вышли на берег, чтобы лицезреть такое редкое и значимое явление.

Кто-то из братьев озвучил то, о чём вспомнил каждый присутствующий:

— По легенде, когда девять лун встанут в ряд, должен появиться легендарный Укротитель драконов. Давайте подождём, может появится перед нами?

— Боюсь вы будете разочарованы. — Почти шёпотом сказал Акила.

— Неужели ты думаешь… — Но Гертруда не успела договорить, её перебил радостный возглас пятого её сына Минкара.

— Смотрите! Вон там над лесом, что-то движется в нашу сторону! — Парень указал на маленькую приближающуюся точку между лесом и самой средней луной, чуть не прыгая от счастья одним из первых увидеть великого Укротителя. — Это наверняка он!

— Надеюсь, что это не дракон. — Настороженно заметил Акамар, приготовившись в случае чего обороняться.

Следующие несколько минут прошли почти в полной тишине, её нарушали только шелест листьев и плеск воды под русалочьими хвостами. За это время загадочный объект уже совсем приблизился к дому, но был всё ещё высоко, так что разглядеть даже при свете всех девяти ночных светил, было трудно. Но остановившись высоко над двором дома у озера, объект стал плавно снижаться.

— Это что, ковёр? — сказали в один голос Минкар и Асфард, они часто так делали, ведь они близнецы.

— Похоже это его транспорт. — Высказал догадку второй по старшинству брат Ригель.

Но через несколько мгновений ковёр опустился на землю перед семейством, и все увидели, что на ковре сидит Ганимед с кем-то маленьким на руках, завёрнутым в его плащ.

Ещё минуту вокруг царило безмолвие. Никто не мог поверить, что это и правда он.

— Ганимед?! — Хором охнули близнецы.

— Тише, она спит. — Шёпотом сказал Ганимед, поднося указательный палец к губам.

— Кто это у тебя?

— Кого ты притащил?

— Где ты пропадал?

Шёпотом, но на перебой на него набросились с расспросами.

— Я же говорил, что вы разочаруетесь. — Акила стоял немного в стороне и бормотал себе под нос, хотя, казалось, больше всех разочарован был именно он.

Ганимед сошёл с ковра и под всеобщее перешёптывание отнёс девочку в дом, уложив её в кровать в гостевой комнате, он спустился к остальным. В гостинной он обнаружил, что вся семья уселась полукругом, а посредине этой компании стоял мягкий пуф, его специально приготовили для Ганимеда. Это означало одно, все с нетерпением ждали истории. В этой семье очень любили любые истории, как слушать, так и рассказывать. Ганимед уселся на пуф, выдержал небольшую паузу и рассказал, что с ним сегодня приключилось.

Больше всего всем было интересно, что это за девочка и откуда она взялась.

Все слушали молча и не перебивали. После завершения рассказа Ганимед поинтересовался:

— А почему у вас всех были такие удивлённые лица, когда я прилетел?

— Да просто мы думали, что нам должен явиться великий Укротитель драконов. — Беспечно бросил в ответ Оберон и расхохотался. — Но ты то явно не можешь им быть!

— Да, не буду с этим спорить. — Улыбнулся Ганимед, он сам понимал, что это абсурдно.

— А вот я поспорю. — Твёрдо сказал Акила. — Ты и эта девочка наверху, вы оба Укротители.

После этих слов в комнате повисло неловкое молчание, все в недоумении обратили взоры к старику Акиле.

— Но это какая-то несуразица, этого не может быть. — В недоумённо очень резко сказал один из братьев Акамара Хедус.

— Акила, поясни пожалуйста свои слова. — Попросил Акамар.

— Этот ковёр создал я. Две тысячи лет назад. Моё настоящее имя не Акила. Я один из четырёх Хранителей Оракула. Меня зовут Тахаро Пирис. — Такое заявление шокировало абсолютно всех присутствующих. — Кроме Укротителя никто не может видеть рисунки на этом ковре. Даже я. — Для подтверждения своих слов он встал с места и развернул ковёр, стоявший всё это время возле входа. — Скажите, что видите?

Все дружно помотали головами.

— На нём ничего нет! — Заметил один из братьев старшего поколения. — Он просто зелёный.

— Никаких рисунков. — Добавил Ригель.

— Ганимед. Что видишь ты? — Спросил старик.

— Вижу девять кругов, выстроившихся аркой, а под ними в середине, две фигуры, одна высокая, другая маленькая… Ох, Вечные! Что же это… вы правда не видите? И картинка меняется, я заметил такое ещё в лавке. — Ганимед даже подскочил от удивления.

— Достаточно. — прервал это полное восторга описание старый Хранитель. — Видите. Так и есть. Более чем уверен, что девчонка тоже может это видеть.

— Да, она разглядывала рисунки. — робко добавил горе-укротитель.

— Но как это возможно? — в разговор вмешалась Гертруда. — У него же нет никаких способностей, извини сынок, а девочка вообще с другой планеты, где нет магии?!

— Значит такова судьба. Думаю, ковёр покажет им, что будет дальше.

— Ладно, но почему ты, Хранитель, скрывался под чужим именем? И как ты прожил так долго? — Это уже стали спрашивать близнецы.

— Оракул дал мне столько энергии, сколько нужно, чтобы найти Укротителя и направить его на путь истины. И вот он нашёлся. Даже двое. В первые минуты я огорчился. Ведь, зная Ганимеда, я решил, что это ошибка, но ошибки быть не может. И если Пророчество выбрало его, значит в нём всё же что-то есть. И в той маленькой земной девочке тоже. — Речь старика звучала обнадеживающе, но было заметно, что он ещё сильно сомневается.

— Ты сам до конца не веришь, что это я Укротитель. Да, что и говорить, мне самому не верится. — Ганимед в растерянности опустился на обратно на пуф. — Никто не поверит!

— А может так и должно быть? — рассудительный Акамар положил руку на плечо сына. — В любом случае, знай, мы всегда тебе поможем. Советом или делом. На сколько это будет в наших силах. Но давайте не будем распространяться о случившемся. — после небольшой паузы он добавил. — Время уже позднее, думаю, пора нам расходиться. Кто хочет, можете остаться, места всем хватит.

После таких невероятных историй, гости и сами хотели расходиться, чтобы всё хорошенько обдумать и принять то, что Ганимед всё-таки может быть Укротителем драконов. Через несколько минут в доме осталось только четверо человек. Дядюшки уехали на своих мотли, старшие братья с жёнами воспользовались порталами, остальные три брата отправились прогуляться до города пешком, а Хранитель взмахнул плащом и исчез.

Ганимед поднялся к себе в комнату, он обвёл взглядом спальню, все признаки утреннего пожара и потопа были ликвидированы, в комнате царил идеальный порядок. Он тихо сказал:

— Прости, мама, что тебе приходится каждый раз разгребать последствия моих попыток колдовать. А ведь я всего на всего пытался зажечь свечу магией. — Он переоделся в пижаму и плюхнулся на кровать.

Немного поворочался, укутался одеяло и сладко уснул. Спал он всегда сладко, как младенец, и каждую ночь ему снились разные сны, он не придавал им никакого значения, просто смотрел, иногда записывал, чтобы не забыть и рассказать кому-нибудь при удобном или не очень случае. Сегодня во сне Ганимед видел, что он был драконом и сражался с другими драконами, это был довольно частый сюжет его сновидений.

Акамар и Гертруда же не могли уснуть пол ночи, для них оказалось настоящим потрясением то, что их сын оказался Укротителем драконов. Но больше их в этой ситуации волновало то, как он будет справляться с такой ответственностью без должных магических способностей. Его врождённый дефект не давал им покоя с детства Ганимеда, ещё в раннем возрасте выяснилось, что у него неправильно функционируют энергетические каналы, по каким-то причинам они не дают нормально выходить силе, которая накапливается внутри. Периодически она прорывается наружу, тогда и случаются ситуации, которые могут повлечь за собой ужасные последствия. Но способов исправить такой дефект, современная медицина Элиаса ещё не нашла. Поэтому Ганимеду приходилось почти постоянно быть под присмотром, чтобы не устраивать слишком масштабных разрушений. Хотя, ему частенько удавалось ускользнуть от чуткого материнского взора.

Все свидетели явления Укротителя негодовали по поводу выбора оного Оракулом, а ведь именно он выбирает Укротителя. Нопочти никто не брал в расчёт маленькую девочку лет шести со странным именем, которая невероятным образом попала на Элиас с далёкой и давно забытой Земли. Забытой две с половиной тысячи лет назад. Тогда порталы, через которые сообщались две эти планеты из разных краёв галактики были утрачены и связь между планетами прервалась на долгие тысячелетия.

Глава 2

Пипи проснулась с первыми утренними лучами, она хорошо выспалась за длинную элийскую ночь. Потянувшись, словно маленький котёнок, она села на кровати. Интерьер в комнате показался ей очень уютным и необычным, по сравнению с тем какие условия жизни были у неё на Земле. Она уже была готова навсегда забыть голые серые стены в одной из спален для девочек, где шестьдесят кроватей стояли в три ряда и на каждой кровати порядковый номер. Ей достался номер триста четырнадцать. Девочка отогнала от себя эти навевающие тоску воспоминания и принялась осматриваться в новом доме. Она уже сама решила, что этот дом станет ей родным.

Вся мебель в комнате была деревянной, её украшала резьба с изображениями, как сначала показалось Пипи, мотыльков. Всюду, даже на стенах, растительный орнамент с элементами в форме крыльев бабочек. В основном не навязчивый, но местами довольно фактурный. Даже на картине, что украшала комнату, над горными вершинами парили мотыльки гигантских размеров. В какой-то момент Пипи показалось, что они и вправду движутся.

Пипи решила не останавливаться на долго в этой комнате, а исследовать дом в целом. Она выглянула за дверь и обнаружила длинный широкий коридор с несколькими дверьми, одна, прямо напротив неё оказалась приоткрыта. На полу в коридоре ковровая дорожка, стены на треть отделаны деревом. Несмотря на тёмный цвет стен, за счёт больших окон по концам коридора и на лестнице здесь было довольно много света. Снедаемая любопытством, девочка решила заглянуть за приоткрытую дверь. Это оказалась комната Ганимеда, тут уже не было такого убранства, как в той комнате, где она проснулась, здесь всё выглядело намного аскетичней. Простая мебель, без резьбы и орнаментов, стол завален какими-то свитками, книгами, кристаллами и ещё многими предметами, предназначение которых девочке было неизвестно. А на кровати Пипи увидела огромный ком из одеяла с торчащими из него ногами. Она чуть не рассмеялась от увиденной картины, но сдержалась, чтобы не разбудить хозяина комнаты, который мирно посапывал где-то под этим одеяльным узлом.

Пипи увидела, как на окне что-то блеснуло. Она залезла на скамейку с мягким сиденьем, что стояла у этого окна, встала на неё коленками, а локтями облокотилась на подоконник. Блестящей вещицей оказались карманные часы. Но эти часы не были похожи на те, что она привыкла видеть на Земле. Вместо двенадцати цифр на этом циферблате было шестнадцать, а вместо стрелок бежали в обратную сторону, нежели на Земле, два крохотных огонька. И никакого тиканья. Огоньки показывали семь часов шестьдесят восемь минут. Девочка покрутила часы в руках, она не обнаружила никаких кнопок или механизмов, только маленького золотого, как и сами часы, спящего дракончика, который обхватил их лапками и хвостом.

Пипи подняла глаза, продолжая крутить в руках часы, и увидела за окном во дворе животное. Размером с небольшую лошадь, окрасом похожее на земного леопарда, только рыжий оттенок более яркий. Животное лежало на траве и грелось на солнышке. Пипи высунулась в открытое окно, животное повернуло продолговатую морду и посмотрело на неё огромными светлыми глазами. На голове у него было четыре небольших рога, два по бокам и два посередине один за другим, а вот ушей не было. Взмахнув длинным сужающимся к концу хвостом, животное встало и пошло мягкой кошачьей походкой в другую часть двора. Девочка успела разглядеть когтистые лапы зверя, но он уже скрылся из виду.

Вдруг, в комнате со стороны спящего послышался шорох, сопение и зевание. Пипи обернулась, это Ганимед проснулся. Он потянулся хорошенечко, подрыгал ногами, распутал одеяло и, словно без сил, уронил конечности обратно на кровать. Всё это время девочка с улыбкой наблюдала за ним сидя у окна. Он не замечал гостью и продолжал валяться, вытянув вверх длинные худые руки и пытаясь что-то разглядеть на них. Но этот утренний ритуал прервал солнечный зайчик, который Пипи пустила, отразив от часов лучик света прямо Ганимеду в лицо. Прикрыв ладонью глаза, сквозь пальцы он заметил девочку у окна.

- О, привет! Ты уже проснулась? Так рано?

- Доброе утро, – улыбнулась Пипи, - Мы всегда рано встаём в приюте, но с твоими часами что-то не так, – сказала она уже озадаченно. – Тут всё наоборот и слишком много цифр.

- На твоей планете меньше часов в сутках. Вот и часы выглядят по-другому.

- У нас двенадцать цифр по кругу, и они стоят в обратном порядке и стрелки тоже идут в другую сторону. – девочка уже взобралась на край кровати и села там рассматривая часы. – Вот смотри!

- Это твои часы? – из кармашка она вытащила наручные часы, на кожаном ремешке и со стрелками, и протянула их Ганимеду.

- Они не мои, видимо их кто-то потерял, я нашла их в траве во дворе приюта, хотела вернуть, но тут меня забрал ковёр.

Ганимед с любопытством осмотрел часы, покрутил все выступающие части, приложил к уху, примерил себе на запястье.

- Занятная вещица, давай меняться, таких часов на Элиасе точно ни у кого нет!

- Давай... только это же золото, тебе не жалко? – Такой щедрый подарок для Пипи был неожиданностью.

- Ну золото и золото, у нас оно не особо ценится, это одни из самых простеньких часов, так что не переживай. – Ганимеда удивил такой вопрос.

- Спасибо! Такой красоты у меня никогда не было! – от радости она подпрыгнула и обняла Ганимеда. Такая мелочь была ей очень приятна, ведь на Земле у неё не было вообще ничего, всё что было в приюте принадлежало приюту. Своих вещей дети там не имели. - А что это за странный зверь ходит на улице?

- Какой странный зверь?

- Большой рыжий в пятнах весь. Он не опасен?

- А, этот! - Ганимед понял о каком звере речь. - Это наш домашний мотли, он безобиден, можешь потом покататься на нём, если захочешь.

- Поняла, ладно, мне нравится эта мысль.

- У меня есть отличная идея, но расскажу я её попозже, хорошо? – идея у Ганимеда и правда была хорошая.

- Хорошо... - но договорить девочка не успела, её прервал громкий звук урчания в её же животе.

- Да ты же голодная! Что ж я не сообразил, пошли скорей, накормлю тебя чем-нибудь. Только давай сначала умоемся, а то нас заставят делать это силой .Кстати, Вчера я рассказал семье, как мы встретились, так что все уже знают о тебе. – хихикнул Ганимед, спрыгнул с кровати и как был в пижаме, так и собрался угощать гостью завтраком, но прежде подхватил её на руки и устроив подмышкой отправился умываться. Он привык, что матушка с детства контролирует его, а умывание — это первый пункт в списке утренних дел.

Внизу Укротителей уже ждали Гертруда и Акамар. Гертруда накрыла на стол, и хлопотала по кухне. Акамар сидя за длинным овальным столом читал утренний свиток новостей и попивал горячий отвар из ароматной травы ацебрус, которая растёт в Лазурной долине. Беззаботность Ганимеда родители не очень-то оценили, особенно, когда он вбежал в столовую крутясь и издавая жужжащие звуки. Но это было естественным для него поведением, так что они давно уже привыкли к тому, что их сын не отличается стремлением быть ответственным за что-либо. Всё же постоянный контроль не идёт на пользу самостоятельности. Ганимед усадил Пипи за стол напротив Акамара и сам плюхнулся рядом.

- Доброе утро! – бодрым и весёлым тоном провозгласил Ганимед, подвигая кружки с горячим напитком Пипи и себе.

- Доброе. – отозвался Акамар, глянув на эту парочку поверх свитка.

Гертруда, приняла позу командира и подробно рассмотрела сияющие чистотой лица.

- Родители, у меня возникла замечательная идея! – объявил Ганимед. – Давайте её удочерим! Ведь ребёнку в чужом незнакомом мире нужна семья и поддержка! Только посмотрите на неё!

Он обнял девочку за маленькие плечики, прижался щекой к её щеке и сделал брови домиком.

- Сын, в твоём возрасте нормальные парни с таким энтузиазмом приводят домой невест. – Акамар опустил свиток на стол.

- Ты же знаешь, что я не нормальный. А у меня будет сестрёнка. Вы же всегда мечтали о дочери, вот вам и шанс. Мам, что скажешь? – уже поедая свой завтрак пробубнил Ганимед. - Может я стану более ответственным.

- Во-первых, я думаю, что нам нужно для начала представиться. А во-вторых, почему бы и нет? – Гертруда сменила напускную строгость приветливым выражением и присела рядом с девочкой.

- Меня зовут Гертруда, это Акамар. Можешь звать нас мама и папа. – ласковым голосом сказала Гертруда.

- А меня зовут Пипи, - вытирая слёзы счастья ладошками, девочка слезла с высокого стула и обняла свою долгожданную маму. И мама обняла её в ответ. – Здравствуй, мамочка!

Пипи, уткнулась в мамино плечо и пару минут просидела у неё на руках, орошая слезами рубашку. Когда, наконец, она успокоилась, в животе снова раздался бурлящий звук, требующий завтрака.

- Ты, наверное, давно не ела, сейчас я сделаю тебе вкусные блинцы! – Гертруда усадила новую дочку за стол и взмахнула рукой. Тут же из шкафчика выскочили какие-то ингредиенты, закружились в воздухе, смешались и улеглись на тарелке перед девочкой красивыми румяными блинцами. – Вот, можешь добавить варенья или сладких кристалликов.

Варенье оказалось очень вкусным, правда сравнивать Пипи его было не с чем, в приюте их кормили только одной безвкусной кашей, а кристаллики с виду были похожи на твёрдый мармелад, правда сначала нужно было стукнуть по кристаллику ложкой, чтобы он стал мягким.

Девочка принялась с аппетитом поедать завтрак. Гертруда и Акамар, сидя напротив, с любопытством наблюдали за ней, и заметили какое-то странное сходство между свежеиспечённой дочерью и седьмым сыном Ганимедом. Несмотря на то, что они с совершенно разных планет они оказались очень похожими в мелочах, взгляд, движения, даже цвет волос и черты лица, они словно близнецы, но разного возраста, пола и из разных миров. Такая мысль одновременно пришла в голову обоим родителям, и они многозначительно переглянулись. Но в этот момент раздался стук в дверь.

- Открыто, входите! – Громко сказал Акамар.

- Приветствую! – Входя в дом, поздоровался Акила, он пришёл посмотреть на второго Укротителя и оценить масштаб бедствия.

- Проходи, Акила, присаживайся. – Гертруда пригласила гостя за стол. – Мы как раз завтракаем, присоединяйся.

- Спасибо, пожалуй, присоединюсь.

Гертруда мгновенно организовала чашку горячего напитка и небольшую стопку своих фирменных блинцов.

- Здравствуйте. – С набитыми ртами проговорили Пипи и Ганимед.

- Что ж, Пипи, расскажи, откуда ты и как сюда попала? Версию Ганимеда мы вчера уже слышали. – Сразу к делу перешёл старый волшебник.

- Акила, дай ей хотя бы доесть завтрак, бедный ребёнок не ел со вчерашнего утра. – Перебила Гертруда и гордо добавила. – Пипи теперь член нашей семьи, мы её удочерили.

- Я ждал этих слов. По-другому и быть не могло. – старик немного закатил глаза, помотал головой и отхлебнул из своей чашки. Немного понаблюдав за Укротителями, он тоже заметил это странное сходство между ними. – Акамар, вы уже заметили, что они очень похожи?

- Да, они словно близнецы.

- Кто близнецы? – Вмешался Ганимед.

- Вы двое. – Старик указал на него и сестру пальцем.

- Но мы же совсем разные! Как мы можем быть близнецами?

- Тем более, что я с другой планеты. – Девочку это удивило не меньше.

- Вы не просто близнецы, вы две части одного целого. Я вижу ваш энергетический фон, у вас он одинаковый и сливается, когда вы рядом.

- Что это значит? Как это возможно? – Все были поражены таким открытием.

- Такое может случиться с очень малой долей вероятности. Но всё же это произошло. Ночью у меня было время поразмыслить над ситуацией.

- И что же ты выяснил?

- Видишь ли, Ганимед, ты седьмой сын седьмого сына. Но твои способности к магии невероятно скверные, хотя должно быть на оборот. Теперь я понял почему. Из-за этой особенности твой энергетический потенциал перед рождением был невероятно высок и, предполагалось, что он отразится именно на способностях. Но в твоём случае видимо энергия была настолько мощной, что не смогла вместиться в одном теле. И при рождении часть энергии откололась и переместилась в пространстве, это перемещение было неконтролируемо и непредсказуемо.

- Да, энергия может преодолевать невероятные расстояния в мгновение ока. – подтвердил Акамар.

- И эта часть энергии телепортировалась на Землю и выбрала для себя дополнительный сосуд, так сказать, это и была ты, вы родились в один момент. Даже, вероятнее всего, что ты просто материализовалась там на Земле.

- Почему же тогда ... как же... сколько же тебе лет то тогда? – Ганимед недоумевающе смотрел на сестру.

- Точно и не знаю, давно сама сбилась со счёта. Меня всегда убеждали, что шесть, но мне это казалось неправдоподобным.

- Нет, точно не шесть, хоть ты и выглядишь на шесть лет, но вы с Ганимедом одного возраста. Сейчас я всё объясню. – добавил, увидев шокированные лица семьи, Акила.

- Да уж, подробности не помешают, даже я не могу сформулировать эту мысль. – сказал Акамар.

– Получается так, что части энергии порознь оказались неполноценными, это отразилось на вас обоих, Ганимед не может контролировать свою энергию и пользоваться магией, но это никак не отразилось на его физическом развитии. Так как тебе, Пипи, досталась другая часть энергии, то у тебя могут быть способности к магии, но физически твоё развитие остановилось на шестилетнем земном возрасте, или скорее сильно замедлилось, тогда как Ганимеду уже двадцать пять лет по элийскому календарю и выглядит он на свой возраст, значит и тебе столько же, только выглядишь ты всего на шесть.

- Теперь мне многое стало понятно... - Пипи погрузилась в раздумья. - Только с магией у меня ещё хуже, чем у Ганимеда, её вообще нет.

- Ты просто не пробовала её использовать.

Акила очень внимательно смотрел на девочку, изучая её реакцию. Её лицо теперь не было беззаботным, а взгляд словно направлен внутрь себя. Она, молча, сосредоточенно что-то вспоминала и обдумывала.

- То есть мы на самом деле брат и сестра? – беспечность Ганимеда тоже слегка поубавилась, и брови его поползли вверх от удивления.

- Да. И получается, что вы удочерили свою же дочь, хоть она и родилась на другой планете.

Несомненно, эта новость была приятной, хоть и немного шокирующей.

- Тогда ковёр не ошибся в выборе! – Воскликнула Гертруда. – Всё правильно, он просто соединил вас двоих вместе. Теперь всё должно пойти на лад.

- Так и есть, теперь, когда ваши энергетические поля соединились, баланс между ними вскоре должен восстановиться и ты, Ганимед, сможешь в полной мере пользоваться магией, а ты, Пипи, продолжишь расти, как и положено, и тоже сможешь пользоваться магией наравне со всеми.

Несмотря на приятную новость, выражение лица девочки оставалось растерянным и печальным, и через мгновение по её щекам заструились слёзы.

- Что случилось, сестрёнка? – испуганно спросил Ганимед и, чтобы утешить сестру, посадил её себе на колени и обнял. - Не плачь, расскажи, что ты вспомнила?

– Это был никакой не приют вовсе. А секретный экспериментальный центр, который скрывался под видом приюта. - Тихо сказала девочка, но все услышали её слова. – Я всегда подозревала нечто подобное, но только теперь поняла. У всех детей, которые там находились, были какие-либо отклонения и аномалии. И я, очевидно, не исключение.