Дневник незнакомки, или Письма незнакомцу

Я уже молчу про то, что некоторые мои «горячо любимые» родственники большие любители скинуть на меня свой выводок ( у некоторых из них 6 или 7 головастиков) и умантулить на неопределённый срок отдыхать только вдвоём. Так вот. В последнее время меня посещает стойкое желание просто сделать пакость ближнему в виде органов опеки. То есть вызвать их представителей и пусть родители головастиков попробуют объяснить почему это они оставили ораву детей не понятно где, не понятно с кем и на сколько. И да. Мне реально плевать на то, что было бы дальше с ними. Почему? Потому что ни один из них ни разу не задал вопрос, а удобно ли мне на такое время оставаться с толпой детей, которые вообще не видят границ дозволенного и не понимают того, что находясь в чужом доме не следует не то чтобы устраивать пиздец в виде погрома, но и вообще лезть в чужие вещи без спроса.

На самом то деле там много разного всякого, что способно вывести из себя даже святого. Не зря у меня возникает переодически желание прибить кого-нибудь из них или затолкать в глотку их же зубы.

У меня дома вообще редко бывает тихо, потому что мою бабушку хрен заткнёшь. Только если отправить в нокаут монтировкой. И то не факт, что она будет молчать. И знаешь, Усман, она постоянно недоумевает почему постоянно кто-то просит её заткнуться хотя бы на секунду или перестают с ней контачить после того, как она вынесет весь мозг своими воплями бешеной чайки.

Самое интересное то, что чаще всего она жалуется всем подряд на то, что её бедную и несчастную все обижают, голодом морят и так далее ( всё ложь и провокация. Она жрёт как гиена, раскидывая вокруг себя кучи крошек и заливая жиром, а убирать потом то ещё удовольствие). В этой ситуации больше всего меня бесит тот факт, что люди ей верят и потом начинается свитопляска с выяснением отношений и распусканием сплетен.

Вот поэтому мне иногда хочется собраться и тихонько слинять так далеко, чтобы меня никто и никогда не нашёл.

Поэтому если вдруг меня читает сейчас старшее поколение, прошу обратить внимание на мои слова: ПРЕКРАТИТЕ! СЛЫШИТЕ МЕНЯ? ПРЕКРАТИТЕ СОВАТЬ НОС В ЖИЗНЬ СВОИХ ВЗРОСЛЫХ ДЕТЕЙ И ПЫТАТЬСЯ НАВЯЗАТЬ ИМ ТО, ЧТО ВЫ СЧИТАЕТЕ ПРАВИЛЬНЫМ. ВЫ НЕ МОЖЕТЕ ЗНАТЬ, ЧТО ПРОИСХОДИТ В ГОЛОВЕ ВАШЕГО РЕБЁНКА И СВОИМ ДИБИЛЬНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ ВРОДЕ ТОГО, ЧТО ВЫ ТРЕБУЕТЕ, СКАЖЕМ, УСТУПИТЬ СВОЮ ЖИЛПЛОЩАДЬ РОДСТВЕННИКАМ, КОТОРЫЕ ПРИЕХАЛИ НА ОТДЫХ И ИМ НЕГДЕ ЖИТЬ. ВЫ РИСКУЕТЕ, БЛЯДЬ, ТАК РИСКУЕТЕ ПОЛУЧИТЬ ОПИЗДЮЛИН ИЛИ ПРОПИЗДОН ОТ РЕБЯТ, КОТОРЫЕ УМЕЮТ ЭТО ДЕЛАТЬ НУ ОЧЕНЬ КРАСИВО.

Поэтому удачи, ушлёпкам, которые продолжают считать себя венцом творения природы и думают, что родили себе рабов или бесплатную прислугу.

5.01.2026

Здравствуй, мой хороший!

Снова неумолимый дождь льёт, словно кто-то распахнул небесные шлюзы и выплеснул все воды разом, не жалея ни единой капли. Ощущение такое, будто сама природа не вынесла какой-то глубокой печали и разрыдалась всем своим огромным масштабом, а небо, не выдержав тяжести этих космических слез, буквально прорвало, выпустив потоки воды на иссохшую землю. С самого утра, едва забрезжил рассвет и робкие лучи солнца даже не успели появиться над горизонтом, окрасив облака первыми оттенками дня – примерно в семь часов утра – как и обрушился этот непрерывный ливень, без единого передышки. И вот уже прошло почти полдня: время тянулось медленно сквозь часы, каждая минута перетекала в следующую под аккомпанемент барабанной дроби капель по крыше, отчаянно бьющихся в окна и создающих замысловатый рисунок на мокром стекле. Сейчас же на часах уже двадцать часов сорок четыре минуты, а дождь ничуть не стихает, продолжая монотонно стучать по всему вокруг, превращая окружающий мир в одно большое водное пространство. Кажется, что это бесконечный поток воды, который не собирается прекращаться и грозится затопить всё вокруг, заставляя тревожно думать о том, как долго еще продлится эта сырая непогода и когда же наконец выглянет солнце. В такую промозглую погоду особенно остро чувствуешь себя одиноко, уютнее всего устроиться дома, укутаться в мягкий плед, включить тихую музыку и наблюдать за серым, размытым пейзажем за окном, гадая, где там заканчивается небо и начинается земля.

И как будто бы этого было недостаточно, ко всему прочему у меня сегодня пришли месячные. Не самое подходящее время для такого совпадения, признаюсь честно. Боль стала невыносимой, пронизывающей каждую клеточку тела; временами мир начинает мерцать и темнеть перед глазами, словно теряешь сознание на мгновение. Ноги и руки оцепенели, словно вышли из строя, стали такими холодными, что даже ощущается покалывание, а если внимательно посмотреть, можно заметить, что ногтевые пластины и на руках, и на ногах приобрели неприятный синюшный оттенок, выдающий полное отсутствие кровообращения. Нет сил, совсем нет сил даже на малейшее усилие – подняться с кровати и просто взять таблетку обезболивающего кажется непосильной задачей, требующей невероятных усилий. Хочется лишь лежать и ждать, когда эта боль хоть немного утихнет, хотя надежды на это практически не остается. В такую промозглую погоду и в таком состоянии, особенно остро чувствуешь себя беспомощным и одиноким, уютнее всего остаться здесь, укрыться одеялом и не шевелиться, дабы не усугубить свое состояние.

Но и это ещё не всё. Ещё и сестра младшая написала в мессенджере, что ей тоже невыносимо из--за того же самого – у нее тоже сегодня пошли месячные. У нас с ней, к сожалению, довольно часто случаются такие вот ситуационные совпадения, когда наши женские дни начинаются одновременно и мы обеим настолько становится "херово", что действительно кажется, что проще помереть, чем терпеть эту адскую боль. Это какое-то зловещее предзнаменование, будто Вселенная решила нами поиздеваться, решила устроить двойную порцию страданий для двух бедных девчонок.

Ну вот честно! В такие моменты просто искренне ненавидишь быть женщиной. И судя по сообщению моей мелкой сестры, она разделяет мое негодование. Она наверняка прямо сейчас переживает нечто подобное и тоже проклинает этот несправедливый мир, чувствуя ту же невыносимую боль и слабость. Что ж, похоже, у нас обеих сегодня день был неудачным во всех смыслах этого слова. Похоже, придется друг другу сочувствовать дистанционно, обмениваясь гневными смайлами и поддерживающими сообщениями, пока эта напасть не пройдет мимо. Может, стоит заказать пиццу и фильм, чтобы хоть как-то отвлечься от происходящего... Хотя, сомневаюсь, что смогу дойти до телефона.

***

От нечего делать сегодня продолжила читать свой старый ежедневник. Из-за этого мне так и хочется сказать «Ёб твоё на лево, ну шо за королева!». Почему? Да потому, что тут иногда обнаруживается очень интересная инфа, а иногда самый натуральный бред.

Зная твое стремление к познанию нового и необычного, а также учитывая твой запрос о чем-то увлекательном, отличном от привычной художественной литературы, религиозных текстов или специализированных профессиональных изданий, я решила тщательно отобрать лишь самые захватывающие темы для нашего обсуждения.

И сегодня мне представляется особенно интересным погрузиться в историю Петра: загадочную столицу древней цивилизации. Да, именно так – Петру, удивительный и впечатляющий город, высеченный прямо в скалах, расположенный в Королевстве Оман, в пятидесяти милях от берегов Мертвого моря, или, если быть точнее, от Акабского залива Красного моря.

Это место поражает воображение даже самых искушенных путешественников и археологов, ведь оно хранит в себе тайны давно ушедшей эпохи и является ярким свидетельством гения человеческой цивилизации. Петра не просто красивое место - это сложный комплекс архитектурных сооружений, инженерных решений и культурного наследия, которое развивалось на протяжении столетий.

Город был построен народом набатеев, известными торговцами и умелыми инженерами, которые создали процветающую империю благодаря своему стратегическому расположению на пересечении торговых путей между Востоком и Западом. Представь себе: караваны с благовониями, специями, шелками и другими ценностями проходили через Петру, принося городу богатство и процветание.

Но еще более впечатляет то, насколько виртуозно набатеи использовали рельеф местности и природные ресурсы для создания этого уникального города, интегрируя свои строения в скальные образования, используя их как стены и опоры. Поэтому приготовься к рассказу об этом удивительном месте, где история оживает на каждом шагу и где каждый камень хранит свою тайну. Мы поговорим об истории набатеев, о строительстве и архитектуре Петры, о ее роли в торговле и культуре, и конечно же, о том, почему она была заброшена и забыта на века, прежде чем вновь обрела признание мира как объект Всемирного наследия ЮНЕСКО.

Название этого места поистине отражает его суть: на греческом языке "Петра" означает буквально "скала, камень", что очень точно описывает способ её возведения и географическое положение. Учитывая хрупкость древних построек и необходимость сохранения этого бесценного исторического наследия для будущих поколений, доступ на территорию этого впечатляющего комплекса храмов, гробниц и жилищ строго регламентирован. Сегодня посещение Петры возможно исключительно пешком или верхом на коне, преодолевая путь через узкий, извилистый проход в скале, известный как ущелье Сик. В арабской транск порожденной от слова "kleft" - расщелина, эта природная артерия служит единственным главным входом в город. Проход этот настолько тесен, что в некоторых местах ширина ущелья составляет всего несколько футов, что создает ощущение драматизма и подчеркивает уникальность подхода к этому древнему месту. Представьте себе, как солнце едва касается дна ущелья, а высокие скалы подпиравают небеса над головой! Путь по Сику сам по себе является незабываемым опытом, дающим первое представление о величии того, что ждет впереди. Петра справедливо считается величайшей загадкой пустыни, вмещая в себя около тысячи памятников архитектуры, свидетельствующих о мастерстве и изобретательности набатеев. Не стоит забывать, что когда-то в этих стенах бурлили жизни, здесь шумели фонтаны, питаемые сложной системой каналов и резервуаров, а цветущие сады наполняли воздух ароматами экзотических растений. Существовала целая система обеспечения города водой, демонстрирующая невероятные знания набатеев в области гидротехники. Но тогда возникает вопрос: почему столь масштабный и сложный город, высеченный прямо в красном песчанике, располагался в таком изолированном, суровом и засушливом месте? Какими мотивами руководствовались набатеи, выбирая именно эту локацию для строительства своей столицы? Ответ на этот вопрос кроется в сочетании геополитических факторов, природных ресурсов и уникальных особенностей ландшафта региона.

Прежде чем величественные здания и сложные системы водоснабжения стали символом Петры, этим землям принадлежали другие народы. Древнейшими обитателями этого района были эдомитяне – племена, относящиеся к семитской языковой группе, известные также как потомки Исава согласно библейским текстам. Тем не менее, если говорить о знаменитой архитектуре и инженерных достижениях, которыми мы восхищаемся сегодня, то в большей степени мы обязаны ими набатейской культуре. Набатейцы были представителями кочевых арабских племён, постепенно осевшие и организовавшиеся. К IV веку до нашей эры они уже значительно расширили сферу своего влияния, распространившись на территории Палестины и на юг современной Иордании, где и основали своё государство со столицей в самом сердце гор – в Петре. Успех и процветание Набатейского царства были обусловлены несколькими ключевыми факторами. Во-первых, естественная защита, предоставляемая неприступными скалами и глубокими ущельями, делала город практически неуязвимым для внешнего вторжения. Во-вторых, исключительное расположение играло решающую роль: Петра находилась на стратегически важном перекрестке важнейших торговых путей, соединяющих различные цивилизации древнего мира – арабские земли, Ассирию, Египет, Грецию и Рим. Контроль над этими путями позволял набатейцам собирать плату за безопасный проезд караванов, что стало основой их экономического могущества. Доход от управления этим жизненно важным звеном в сети торговых связей между Аравией и Сирией вскоре позволил набатейцам создать своеобразную торговую империю, простиравшуюся на север до самой Сирии. Таким образом, Петра быстро превратилась в динамичный центр торговли, особенно превосходящий все остальные по объемам импорта и экспорта пряностей – ценного товара, высоко ценившегося в античном мире.

Благодаря контролю над прибылью от международной торговли, набатейцы накопили значительные средства, которые они щедро инвестировали в развитие и украшение своего города. Результатом стала уникальная архитектура, которая гармонично сочетала элементы местных традиций с канонами эллинистической культуры, привнесенными контактами с греческими колониями и торговыми партнерами. Этот синтез стилей отчетливо виден в фасадах зданий, скульптурном декоре и планировке городских районов. Однако масштабы строительных работ, предпринятых набатейцами, имели и практические причины. Расположенная на краю обширной и палящей пустыни, Петра испытывала постоянную потребность в источнике питьевой воды. Осознавая критическую важность этого ресурса для выживания и развития города, набатейцы разработали и реализовали чрезвычайно сложную систему водоснабжения, включающую в себя сеть плотин, дамб и бассейнов для накопления дождевой воды. Они также разработали инновационные ирригационные системы и технологии сохранения воды, позволяющие эффективно использовать скудные водные ресурсы региона. Солидность экономики и материальное благополучие набатейцев, естественно, вызывали зависть и алчность у окружающих народов. Жители Петры неоднократно оказывались вынуждены защищать свой город от нападений и грабежей. Одним из первых серьезных испытаний стало нашествие на Петра в конце IV века до нашей эры со стороны царя Антигона I, происходившего из могущественной династии Селевкидов. Эта династия была основана в 312 году до нашей эры одним из генералов Александра Македонского, Селевком I, и охватывала огромные территории, включая большинство восточных провинций бывшей империи Александра Великого. Стремясь расширить свои владения и подчинить себе богатые торговые пути, Антигон направил свои силы на завоевание Петры, однако столкнулся с ожесточенным сопротивлением набатейцев, хорошо подготовленных к обороне своего укрепленного города.

Несмотря на то, что набатейское царство обладало внушительными оборонительными возможностями, его независимость оказалась недолговечной. В 64–63 годах до нашей эры Набатея была покорена опытным римским полководцем Гнием Помпеем Великим, хотя и без кровопролитных сражений, поскольку набатейский царь Арет III фактически капитулировал без сопротивления. После этого события, в -одиннадцать лет нашей эры, в период правления императора Траяна, Набатея окончательно была включена в состав римской провинции Аравия. Однако и после перехода под власть Рима расцвет Петры не прекратился сразу; напротив, город продолжал развиваться и процветать в течение некоторого времени. Даже в период римской оккупации строились новые монументальные сооружения, включая огромный театр, рассчитанный примерно на пятьсот зрителей, великолепную колоннаду, обрамляющую главную центральную улицу города, и торжественную триумфальную арку, установленную перед входом в ущелье Сик и посвященную победам римских императоров. Ученые полагают, что в период своего наивысшего расцвета население Петры достигало приблизительно 20-30 тысяч человек, демонстрируя высокий уровень урбанизации и экономической активности. Тем не менее, конкуренция со стороны других торговых центров неизбежно повлияла на судьбу Петры. С ростом влияния сирийского города Пальмира, расположенного на пересечении важнейших торговых путей, соединявших Римскую империю с Персией, Индией и Китаем, деловая активность в Петре постепенно начала приходить в упадок. Пальмира, с ее выгодным положением на караванных маршрутах и поддержкой со стороны римской власти, стала новым центром торговли, оттягивая потоки товаров и капитала от Петры.

В течение IV века н.э. Петра перешла под управление Византийской империи, став частью этого влиятельного христианского государства. Однако судьба города резко изменилась в 363 году н.э., когда регион постигло ужасное землетрясение, повлекшее за собой разрушение множества строений и инфраструктуры города. Именно в этот период набатейцы начали покидать Петру, причем причины их массового отъезда остаются окутанными тайной. Вероятно, не стоит считать, что причиной ухода людей стало само по себе землетрясение. Археологические исследования не обнаружили следов внезапного бегства или насилия, а количество найденных ценных предметов указывает на постепенный характер отъезда населения, а не на внезапное бегство. Более поздняя катастрофа произошла в 651 году, когда еще одно чудовищное землетрясение практически полностью уничтожило город, превратив его в груды обломков. К моменту арабских завоеваний в VII веке Петра уже медленно угасала и теряла свое значение. В 747 году очередное землетрясение нанесло последнюю удару по городу, окончательно опустошив его и погребая под обломками. До самого начала XII века на территории города царила тишина и запустение, пока сюда не вступили крестоносцы, привлеченные стратегическим расположением и крепостными возможностями Петры. Они решили обустроить в руинах города свой форт, стремясь использовать остатки древних построек для своих нужд. Однако и это пребывание крестоносцев оказалось недолгим, и в XIII веке они покинули город, оставив его на произвол судьбы песчаных бурь, которые постепенно покрывали руины Петры тонким слоем песка, скрывая великолепие некогда великого города от посторонних глаз на долгие века забвения. Так руины Петры были почти полностью забыты современниками.

Долгое время Петра, величественный памятник древней цивилизации, казалось, навсегда погребена в песках времени, храня свои тайны от посторонних глаз. Ее существование было известно лишь местным племенам бедуинов, передававших из поколения в поколение легенды об удивительном городе, вырезанном прямо в красных скалах Йордании. Однако до широкой общественности эта информация практически не просачивалась, и Петра оставалась малоизвестной для внешнего мира. Эта ситуация изменилась лишь в начале XIX века, когда она была вновь открыта для западного общества благодаря усилиям выдающегося европейского исследователя.

Лишь в лихие времена наполеоновских войн, в 1812 году, произошло событие, которое вернуло Петру на карту мирового внимания. Швейцарско-британский исследователь, талантливый художник, ученый и дипломат Иоганн Людвиг Буркхардт, будущий профессор истории в Цюрихском университете, случайно нашел затерянный в песках город, тем самым пробудив к нему новый, неугасимый интерес в западном мире. Буркхардт был человеком необычайного интеллекта и пытливого ума, движимым неутолимой жаждой знаний и глубоким стремлением понять восточную мудрость и уникальный образ жизни народов Ближнего Востока. Он верил, что изучение чужих культур способно обогатить понимание собственной истории и расширить горизонты человеческого познания. Поэтому он совершил продолжительное и опасное путешествие по региону, тщательно планируя каждый свой шаг и стараясь минимизировать внимание к своей персоне. Для этого он принял смелое решение – маскироваться под обычного мусульманского торговца под псевдонимом шейха Ибрагима ибн Абдаллы, приобретая местные одежды, изучая арабский язык и соблюдая религиозные традиции. Это позволило ему лучше интегрироваться в местную среду и получить доступ к информации, недоступной для иностранцев.

Во время одного из своих эпизодических визитов в небольшой, ничем не примечательный поселок Эльджи, расположенный в относительно недалеком расстоянии от Петры и населенный преимущественно бедуинскими семьями, Буркхардт услышал от местных жителей завораживающие легенды о заброшенном городе, спрятанном среди неприступных скал. Рассказы были полны тайн и мистики, описывали великолепные сооружения и забытую цивилизацию. Заинтригованный этими рассказами и загоревшись идеей найти этот загадочный город, Буркхаrdт использовал все свое обаяние и умение вести переговоры, чтобы убедить двух опытных и знающих местность бедуинов стать его проводниками. Эти люди, привыкшие к суровым условиям пустыни и хорошо знакомые с ее опасностями, согласились провести его через узкое и извилистое ущелье Сик – это живописное, но крайне опасное пространство, представляющее собой единственный путь к затерянной столице набатеев. Проход по Сику требовал предельной осторожности и физической силы, так как стены ущелья возвышались над путниками, словно гигантские стены, а камни постоянно совались под ноги, угрожая обвалом. Именно преодолев этот естественный бастион, Буркхардт впервые увидел во всей красе величественные фасады зданий Петры, вырезанные прямо в скальных породах, и осознал всю грандиозность открытия, которое ему предстояло миру представить.

Поднявшись к подножию грандиозной гробницы пророка Аарона, почитаемого в исламской и еврейской традициях, Буркхардт, стремясь проявить максимальное уважение к местным обычаям и установить доверительные отношения с окружающим его сообществом, совершил ритуальный акт жертвоприношения козла в знак искренней признательности к местным традициям и духовности. Этот жест был призван продемонстрировать его готовность принять и понимать особенности местного образа жизни и культуры. Прежде чем отправиться обратно в Эльджи, где располагался его временный пункт перебазирования, он тщательно оценил ситуацию и подготовился к возвращению в более безопасное место. Несмотря на краткость визита, который ограничивался несколькими днями, он успел внимательно осмотреть руины Петры, поражаясь величием и сложностью инженерных решений, использованных при строительстве этого уникального города. Буркхардт был художником и детально фиксировал увиденное, делая первые заметки о масштабах разрушений, вызванных землетрясениями и эрозией, и одновременно восхищаясь невероятной красотой и изысканностью архитектуры, вырезанной непосредственно в скалах. Он зарисовывал колонны, фронтоны и рельефы, пытаясь запечатлеть их великолепие на бумаге. Вернувшись в Европу после своего опасного путешествия, Буркходящие детали и важные наблюдения. Он тщательно проанализировал собранные данные, составил предварительную карту разрушенного города, отразив основные достопримечательности и расположение ключевых объектов, и сделал ценные записи в своем путевом журнале, где подробно описал свои впечатления от увиденного и пережитого. В этих записях он зафиксировал историческое открытие Петры, тем самым официально объявив миру о существовании этого уникального древнего города и положившего начало новому периоду исследований и изучения этой загадочной цивилизации. Его работа стала отправной точкой для последующих экспедиций и научных исследований, которые помогли раскрыть многие секреты набатейской цивилизации и вернуть Петре заслуженное место в мировой истории.

С тех пор открытие Петры Буркхардтом захватило воображение бесчисленного количества путешественников, ученых, археологов и просто любознательных людей. Таинственная романтика этого места, очарование древним наследием и ощутимое присутствие прошлого были точно подмечены и ярко изображены в знаменитой поэме Джона Уильяма Бэргона «Петра», увидевшей свет в -1845 году. В этом поэтическом произведении перед читателем предстает поистине волшебная картина: "город розово-пурпурного цвета, древний, как само время", чьи фасады, освещенные солнцем, будто бы меняют оттенок в зависимости от угла падения света, создавая иллюзию живого организма. Неугасаемая загадка, окутывающая это удивительное место, порождает множество вопросов и теорий. Каково же было истинное предназначение Петры? Что это было — мощная крепость, защищавшая стратегически важное местоположение, оживлённый торговый центр, контролирующий караванные пути, связывавшие Восток и Запад, или священный город, посвященный богам и вмещавший важнейшие религиозные обряды? На территории Петры обнаружено множество величественных царских усыпальниц, украшенных замысловатыми рельефами и фресками, служивших последним пристанищем для членов королевской семьи, а также многочисленные гробницы для захоронения местного населения, свидетельствующие о развитой системе погребения и почитания предков. Кроме того, найдены мрачные могильные шахты, в которых, вероятно, заживо хоронили преступников, что указывает на жестокие наказания, практиковавшиеся в древности. Благодаря кропотливой работе археологов, проводившейся в течение последних десяти лет, стало ясно, что за период своего длительного существования, охватывающего несколько столетий, Петра могла успешно выполнять разнообразные функции, адаптируясь к изменяющимся экономическим, политическим и социальным условиям, демонстрируя гибкость и устойчивость набатейской цивилизации. Таким образом, Петра остается неисчерпаемым источником знаний о прошлом, продолжая давать новые ответы на вопросы о своей истории и роли в развитии человечества.