Курс перерождения

- Пустяк, ведь я тоже не знаю, где твоя, но у нас есть шанс это исправить, – радостно ей отвечаю.

На ее лице расцветает улыбка. Реально как щеночек.

Тем временем мы немного продвигаемся в очереди. Я закусываю губу и нахожусь в раздумьях, что значит вечеринка, о чем же они говорили.

Либби перебивает мои мысли.

- Ты в порядке? Выглядишь взволнованной.

- Эм, да, я в порядке, просто.. Слушай, ты знаешь что за вечеринка планируется сегодня? – Ну вот кто тянул меня за язык.

- Вечеринка? Нет, я ничего не знаю, кто то устраивает вечеринку? – Она выпучивает глаза.

- Нет, наверное мне просто показалось, не бери в голову.

Она кивает и как раз подходит наша очередь, очень вовремя.

Я беру себе жареную куриную грудку с картофельным пюре и десерт. Либби дожидается меня и мы идем выбирать столик, за который можно присесть. Наконец я нахожу свободное место и продвигаюсь к нему, как только я подхожу ближе, замечаю его за соседним столиком, проклятье, надеюсь он меня не увидел, я быстро сажусь спиной к нему, молясь, чтобы он меня не узнал. Рядом с ним сидят два парня, которых я подслушала. Отлично. Есть шанс подслушать что-нибудь еще. Либби молчит, увлеченная своей карбонарой, а я пытаюсь прислушаться к их разговору.

- Во сколько сбор? – Улавливаю голос одного из них.

- После отбоя, – знакомый грубый баритон.

- Что? Раят, ты в своем уме? У них везде камеры, они установлены по всему долбанному периметру.

Так того дьявола зовут Раят, интересно.

- Не здесь, – затыкает его Раят, намекая на то, что это разговор не для лишних ушей.

Например, таких, как мои. У меня появилась еще одна зацепка, осталось узнать, что они собираются делать после отбоя. Либби сказала, что ничего не знает про вечеринку, значит это касается их троих. Вполне вероятно, что это не в прямом смысле вечеринка, за этим словом они что-то скрывают, надеюсь, они не планируют убийство. Ха-ха. Как они хотят улизнуть, ведь тот парень верно сказал, камеры будут следить за каждым их шагом.

Не люблю совать нос в чужие дела, но если они решили нарушить правило, то я должна их предупредить.

Резкий скрежет стула по полу вырывает меня из водоворота мыслей, они уходят. Я прощаюсь с Либби решая за ними проследить, так и не прикоснувшись к десерту. Она собирается мне что-то сказать, но я уже ее не слышу, я на пол пути к выходу из столовой. Находясь в главном холле, оборачиваюсь по сторонам, пытаясь увидеть в какую сторону они пошли. Я подбегаю к лестнице, не успеваю встать на ступеньку, как кто-то зажимает мне рот ладонью и тянет назад. Из моего рта вырывается приглушенный вскрик. Какого черта? Меня впечатывают в стену и я сильно ударяюсь затылком, в глазах темнеет, я не вижу кто передо мной.

- Подслушивать нехорошо, глупая лиса, – с усмешкой произносит Раят.

У меня все еще закрыт рот, мне трудно дышать и я впиваюсь ногтями в его запястье. Он не обращает на это внимание. Мои глаза начинают привыкать к темноте.

- Тебе неудобно говорить? – С притворной заботливостью и грустным выражением лица спрашивает он.

Я пытаюсь кивнуть, но моя голова не двигается, вместо этого я смотрю ему в глаза, надеюсь он видит в них весь мой гнев.

Он отпускает меня, но не отходит. Наконец я делаю нормальный вздох, кашляю, пытаясь отдышаться, все это время он стоит со скрещенными руками на груди и смотрит на меня, я не могу прочитать его эмоции, пустые темные глаза ничего не выражают.

- Я хотела предупредить, вы не можете выходить после отбоя, если вас поймают, вас накажут.

- С чего ты взяла, что нас поймают? Если ты так переживаешь за нас, то пойдешь с нами и проконтролируешь.

- Что? Я никуда не пойду.

Он хватает меня за шею, прижимает обратно к стене, сжимает свою руку, перекрывая мне кислород, но недостаточно надавливая, чтобы я могла дышать. Я снова царапаю его кисть своими ногтями и он снова не реагирует на это, хочу сказать ему, чтоб отвалил, но из моего рта вырывается лишь хрип.

- Ооо, нет, лисичка, я возьму тебя с собой, ты же не хочешь, чтобы мы пострадали? Увидимся после отбоя, – он ухмыляется и я вижу блеск в его глазах.

Его рука отпускает мою шею, я глотаю воздух, в глазах собираются слезы, я не дам им пролиться, только не при нем. Хорошо, что он не знает где моя комната. Он же не знает?

Глава 3. Вечеринка.

Я лежу на кровати и смотрю в потолок, в моей голове прокручивается миллион мыслей.

Я скучаю по маме, у нее прекрасное имя – Жасмин, она не выглядит на свои сорок, ее мать и отец, мои бабушка и дедушка, были самыми добрыми людьми на свете, они баловали ее и меня, моя мама не принимала это как должное, поэтому не стала избалованной и учила этому меня. Они погибли в пожаре два года назад, полиция выставила это как несчастный случай, но я не считаю его таковым. Мне кажется пожар не был случайным, его устроили специально, слишком много деталей не сходится, но дело закрыли.

Громкий стук в дверь возвращает меня в реальность, я вздрагиваю, поднимаюсь и сажусь на кровати, мое сердце сжимается от страха, в комнату входит Майли. Я выдыхаю, но мой пульс не успокаивается.

- Спускайся в главный холл, сейчас начнется процедура.

- Какая процедура?

Она игнорирует меня и выходит из комнаты.

Смотря на часы, понимаю, что до отбоя осталось 10 минут, надеваю кофту, обуваюсь и выхожу из комнаты.

Я вижу Либби на одной из лестничных площадок, догоняю ее, она пытается не смотреть на меня и идет еще быстрее, она избегает меня, вот черт, она обиделась на меня. Завтра я с ней поговорю.

В холле уже в линейку стоят несколько учащихся, подхожу ближе и встаю рядом с Либби.

Спустя пару минут ко мне подходит Раят, он не смотрит на меня, но останавливается рядом.

Майли начинает раздавать нам бутылки с водой, пока директор говорит.

- Сейчас вам выдадут таблетки, которые вы должны выпить.

- Не вздумай это глотать, лисичка, – говорит Раят так, чтобы услышала только я.

Дергаюсь от его голоса, но стараюсь не обращать на это внимания.

- Что это за таблетки? – Спрашивает кто-то из наших ребят.

- Снотворное. Чтобы вы не смели выходить после отбоя, – говорит Дэниель и смотрит прямо на меня.

Я покрываюсь мурашками, но выдерживаю его взгляд.

Пока он объяснял для чего нам пить таблетки, Майли уже их нам раздала. Решаю все же выпить таблетку, чтобы уснуть и тогда Раят не сможет взять меня с собой.

- Открой рот.

Я открываю. Майли берет меня за подбородок и осматривает внутри.

- Подними язык.

Я поднимаю, ведь мне нечего скрывать, я проглотила таблетку. Она отпускает меня и проходит дальше. Как Раяту удалось обмануть ее?

Когда процедура была закончена я побежала обратно в комнату, чтобы скорее уснуть. Ложусь на кровать, зажмуриваюсь, пытаюсь ни о чем не думать, не думать о нем, о его нахальной ухмылке, о его бездонных глазах, о его руке на моей шее, о его тембре голоса, пробирающим до дрожжи, о том, как он смотрел на меня, как будто он охотник, а я добыча, попавшая в его ловушку, лишь бы скорее заснуть.

ВНИМАНИЕ! ОТБОЙ! ВНИМАНИЕ! ОТБОЙ!

Ну вот и все, я не успела.

Еще некоторое время лежу с зажмуренными глазами, в моей крови бурлит адреналин, спина покрывается испариной, никто не заходит, я открываю глаза и хочу закричать, но он не дает мне это сделать, когда он вошел? Он снова закрывает мой рот.

- Готова?

Я верчу головой, в его глазах отражается моя паника.

- Нет? Ну ничего страшного, – рычит он поднимая меня и забрасывая на плечо, – будь хорошей девочкой. Мы выходим из комнаты.

Я пытаюсь вырваться, брыкаюсь, бью руками по его каменной спине, таблетка дает о себе знать, начинает кружиться голова, учащается дыхание, меня резко ставят на пол.

Его рука хватает меня за челюсть, я отвожу глаза.

- Посмотри на меня.

Я смотрю.

- Ты выпила таблетку? Я же сказал тебе этого не делать.

Он отпускает меня и это же рукой бьет по стене позади меня.

- Сколько же от тебя проблем, глупая лиса.

Я зажмуриваюсь, мне страшно, надеюсь это всего лишь сон, давненько они мне не снились.

Раят берет меня за руку и тянет за собой, я открываю глаза.

- Остановись, Раят, – пытаюсь вымолвить я, но получается плохо из-за снотворного.

Он зол, очень зол, раньше я не могла считать его эмоции, он очень хорошо их скрывает за маской безразличия, но не теперь. По своей глупости я его разозлила, не надо было привлекать его внимание. Он не кажется добрым человеком, он не человек, дьявол, которому нужно подчиняться, он не потерпит пререканий.

Раят затаскивает меня в кабинет директора и усаживает на диван.

- Только попробуй уснуть, – рычит он и садится за компьютер.

Я слышу как его пальцы стучат по клавишам, он что то делает на компьютере директора.

- Что ты делаешь?

- Подчищаю камеры.

Вот так просто отвечает он, как будто это такое же будничное занятие, как завтрак. Я поднимаю колени к своей груди и обнимаю их, пытаясь не уснуть, рассматриваю его.

Даже сидя на стуле он выглядит устрашающим, у него достаточно спортивное телосложение, не типичный качок, но и не тощий, идеальный, его предплечья покрывают вены, футболка обтягивает каждую мышцу, что делает его еще привлекательнее. У него уверенная осанка и широкие плечи, красивое сосредоточенное лицо, полные аккуратные губы, прямой нос и волевой подбородок, резкие черты лица, выделяющиеся скулы, светлая кожа, черт, я слышу шаги.

- Раят, кто то идет.

Он даже не смотрит на меня и продолжает копаться в компьютере, я встаю с дивана, но мои конечности отказываются двигаться, тело очень тяжелое, я шатаясь, пытаюсь подойти к нему.

- Твою мать, Раят, я слышу шаги, – я хватаю его за руку и тащу за собой, как будто - играю в перетягивание каната со скалой.

Он выключает компьютер и резко встает, от чего я чуть ли не падаю лицом вниз, он подхватывает меня за талию, так легко, будто я маленькая сумочка.

Дверь кабинета открывается как раз в тот момент, когда мы спрятались в шкафу.

Этот высокий парень прижимается ко мне всем своим накаченным телом, все еще держа за талию. Я чувствую его дыхание на своей шее. Мы стоим лицом друг к другу. У меня начинается паника, становится еще труднее дышать, он вышиб весь воздух из моих легких, я не хочу получить наказание. Мне страшно.

- Что, испугалась лиса? – шепчет он мне на ухо, от чего в моем животе появляются бабочки.

И тут у меня начинается истерика, я пытаюсь оттолкнуть его, я задыхаюсь, слезы застилают глаза, верчу головой, из моего рта вырываются всхлипы.

- Нет, нет, нет, не

Его губы накрывают мои, он целует меня, неистово, требуя мое полное подчинение, показывая свою власть надо мной, вкладывая в этот поцелуй всю свою злость, пожирая меня.

Его руки блуждают по моему телу, жестко, напористо, исследуя каждый изгиб, каждый дюйм.

Поцелуй смешивается с моими слезами, солоноватость чувствуется на его губах, языке, которым он вторгся в мой рот, поглощая меня.

Он отвлекает меня, мои мысли, мою панику, мою истерику, я полностью в его власти.

Раят отстраняется от меня, паника отступила как и ушло его тепло. У меня опухли глаза, да еще и сон накатывает из-за этой дурацкой таблетки, я не понимаю, что только что произошло, он поцеловал меня?

Звуки в кабинете стихли, дверь закрылась. Раят приоткрывает дверь шкафа, выглядывает из-за нее, проверяя нет ли кого в кабинете, там никого не оказалось. Он выходит из шкафа, оставляя меня одну, ноги сразу же подкашиваются, хватаюсь за стенку, чтобы не упасть. Выхожу из шкафа вслед за Раятом, прикрываю дверку и облокачиваюсь, потихоньку сползая по ней вниз.

Он проходит обратно к компьютеру, чтобы закончить свои дела. Я прикрываю глаза, не могу больше держать их открытыми, теперь то моя голова пустая, нет никаких навязчивых мыслей, образов, ничего. Лишь тихое постукивание по клавиатуре. Давно мне не было так хорошо, так спокойно.

- Рене, вставай, мы уходим.

Я не двигаюсь, не отвечаю ему, не понимаю, почему мне снится Раят.

- Какого черта, Рене?! – Рычит он. Снова злится.

Надо же, он знает мое имя, как замечательно оно звучит из его уст, а не это глупое прозвище.

Я чувствую, как меня кто-то поднимает, чьи то теплые, большие и сильные руки, моя голова откидывается на плечо этого человека, от него так вкусно пахнет, как в лесу после дождя, нотка древесного аромата и едва уловимый мускус. Так приятно. Так уютно. Я не смогу отказаться от этого запаха, он кажется родным, он станет моим наркотиком, моей зависимостью.

- Что вы здесь делаете? – Спрашивает, кажется Майли, – вы не должны выходить после отбоя. Вас, ребята, ждет серьезное наказание.

- Оо, милая маленькая Майли, – с притворной нежностью отвечает Раят, – а на тебя наказание не распространяется?

- Нет! Я вообще то помощник директора и я ему все расскажу.

- Не будь дурочкой, Майли, ты не сможешь этого сделать.

- Это еще почему?

- Потому что я тебе не позволю.

Я слышу глухие вскрики, какие то непонятные звуки борьбы, там что то происходит, но мне нет до этого дела. Я нахожусь в объятиях прекрасного чувства и запаха, кажется, я окончательно отрубаюсь.