По тонкому льду

Звучит звонок, и я сгребаю свою тетрадку, не теряя из виду Брук. Она направляется к выходу вместе со своей знакомой. Следую за ними, когда слышу голос преподавателя.

– Мисс Бьюкенен, задержитесь, пожалуйста.

Замираю, как вкопанный, когда вижу, как Брук шагает к мужчине. Бьюкенен?

Я решаю дождаться девушку за дверью аудитории. Через десять минут она наконец выходит в коридор.

– Эй! Брук, подожди! – вырастаю перед ней.

Она явно не ожидала снова увидеть меня.

– Слушай, я уже извинилась за утренний инцидент. А за вчерашнее извиняться и не подумаю. Ты это заслужил! – выпаливает она и задирает подбородок.

Она намного ниже и меня адски веселит её воинственность.

– Бьюкенен? Твой отец Шон Бьюкенен?

– Какого черта тебе понадобилась моя родословная? Отвали!

Брук намеревается меня обойти, но я снова преграждаю ей путь.

– Ответь! – требую я.

– Да, мой отец известный неудачник Шон Бьюкенен! Теперь ты доволен, козёл? Ты только для этого меня здесь поджидал?

Пару секунд мы прожигаем друг друга взглядом. Не могу поверить в это! Она дочь парня, из–за которого мой отец лишился мечты.

– Забудь, – бубню я, делаю пару шагов назад, а потом скрываюсь за поворотом коридора.

Глава 4. Брук

Я как обычно покидаю аудиторию последней. После лекции несколько минут сижу, уставившись в планшет и вспоминаю незадачливый разговор с Харрисом. С чего вдруг этого мальчика «звездой родился–звездой и умру» волнует мой отец?

Почему кого–то вообще волнует человек, которого я стараюсь забыть несколько лет? Забыть, что некогда он являлся примером для парней-хоккеистов и любил свою семью, а теперь стал обычным пьяницей–одиночкой, с кучей не нужных наград.

– Приветик!

Моя подруга Бэка выскакивает из–за угла и вешается мне на шею. Я на секунду теряю равновесие, а она смеётся во все горло и звенит кучей браслетов на запястье.

– Ты ураган, Ребекка Льюис. И не всегда ожидаемый.

– Но тебе же это нравится? Ты штиль, я шторм. Инь и Ян.

Бэка шлёт средний палец очкарику в отцовском свитере и снова берется за меня.

– Знаешь, свидетелем чего я сегодня стала?

– Кометы Галлея?

Усмехается и тянет меня в кафетерий. Двустворчатая дверь шлёпает за нами, создавая холодные потоки воздуха.

– Триша трепалась о внушительном члене мистера Харриса.

Смешно, но раскрепощенная фурия с вечно подведенными черным карандашом глазами обожает хоккей. Она знает всех игроков, следит за всеми матчами и переспала с доброй половиной из них. И если ее спросить о подробностях, она выстроит шкалу, в которой парни будут расположены по умению работать языком и навыкам устраивать долгие забеги в постели.

Пока она не добралась только до Рона Фолли и многоуважаемого зазнайки Харриса.

– Короче, – Бэка плюхается за стол, закидывает ноги на лавку. – Эта идиотка в полном восторге от минета. Ее прямо распирает от гордости.

– Фу, мерзко.

Я бросаю рюкзак подруге и иду за парочкой кусков пиццы и колой. На обратном пути замедляюсь, беззаботная улыбка сходит с лица.

Харрис пересекает кафетерий в компании Фолли. Следом торопится Триша с "хвостом" в виде двух куколок в белых джинсах.

Мой заинтересованный взгляд скользит по капитану «Черных медведей». Длинные руки с красивыми бицепсами, широкие ладони, мощные икры и задница, как у рекордсмена по упражнениям Кегля. Не знаю зачем я об этом думаю, зачем фокусируюсь на его лице. На этих шоколадных волосах, по которым будто прошлись расчёской с редкими зубцами. Внезапно возникает желание навести хаос в густой шевелюре. Зарыться пальцами и сильно сжать мягкие пряди. Сердце странно екает, заставляет кровь бежать по венам быстрее. Чувствую щеки горят.

– Эй, Бьюккенен?!

Вздрагиваю, трясу плечами. Бэка издевательски подмигивает. Теперь все в помещении смотрят на меня из–за ее «эй, Бьюккенен!». Черт!

– Я тебя убью.

Шиплю, усаживаясь напротив нее и толкая к ней наш скудный перекус.

– Ты зияла огнями, словно Эйфелева башня, сестрёнка. Трудно было это не заметить. И кажется, Харрис тому виной.

– Кто?

– Вон тот бог секса слева от нас.

Аккуратно кошусь в сторону, а она вскрывает банку с газировкой. Шипящий звук привлекает внимание студентов за соседним столом.

– Прекрати, Бэка.

– Я же помню, что сегодня случилось на мировой литературе.

– И что же это?

– Найт к тебе подходил.

– Знаешь, – выдыхаю натужно. – Не накручивай.

– По–моему, ты его зацепила.

– Хватит. Иначе я подумаю, что никого глупее тебя в этом мире не существует.

– Думай, что хочешь. Но этот парень выделил тебя из числа серой женской массы колледжа.

Отмахиваюсь от нее и кусаю пиццу. Кубики перца и слайс чоризо встают поперек горла. Я кашляю, а потом бросаю треугольник на тарелку и встаю.

– Прости, я через полчаса должна быть в приюте. У меня сегодня выходной, хочу побыть в тишине немного.

– А у меня концерт в «Саншайн». Будет свободная минутка, приходи.

Возвращает мне мой рюкзак точным броском.

– Окей.

Уходя, я создаю много шума. И все потому, что обходить столы в состоянии нервного тика практически невыполнимое задание. Хотя Том Круз бы справился. Но я девчонка. Причем мелкая. Природа поглумилась над моим ростом.

В дверях я оборачиваюсь и ловлю прямой взгляд Харриса. Что–то в нем искрит, поблескивает и это что–то очень опасное. Под ребра втыкают ножи, дышать нечем.

В полупустом коридоре просто заставляю себя думать о чем–то другом. Зимняя резина! Торможу так резко, что подошвы ботинок скрипят и оставляют черные отметины на бетоне. Лезу в рюкзак, достаю телефон и проверяю баланс карты.

Сумма удивительно жалкая. Перезагружаю приложение, будто цифры взлетят после обновления. Ни черта. Я почти на нуле. Зарплата только через две недели. Чаевые не сильно спасут положение.

Но и без колес я как каскадёр. Никогда не знаешь, чем обернется трюк. А трюкачить мне не хочется. Утром хватило адреналина.

Улыбаюсь, вспомнив Харриса на заднице. На красивой, упругой пятой точке.

Брук Фрэнсис Бьюккенен! – угомони свои фантазии.

Глубоко вдыхаю спертый воздух и шагаю на выход. Лёгкий мороз быстро приводит в чувство.

Через десять минут я уже нахожусь в автомастерской, а ещё через пятнадцать в приюте «Четыре лапы». Баланс карты переживает крах, а я тащу пакет собачьего корма, ощущая себя Супер Женщиной.

– Брук, не стоило.

Менеджер, она же владелица приюта, Клэр Барнс встречает меня в крошечном холле, сидя за стареньким компьютером.

– Это для Чаки. Когда–нибудь я его заберу.

– Когда купишь тот дивный домик с голубыми ставнями на Манчер Роуд?

– Ага. – Весело улыбаюсь. – Вряд ли он кому приглянется кроме меня. Ты же знаешь его жуткую историю?

– Ещё бы. Инопланетяне на заднем дворе.

Клэр концентрируется в экране, а я удобнее беру пакет и направляюсь по узком коридорчику в помещение с клетками.

Сердце разрывается, когда я вижу собак взаперти, но иначе никак. В соседней комнате обитают кошки. К ним я зайду позже.

– Привет!

Произношу громко и начинается бесконечный лай. Собаки кружат, прыгают, машут хвостами. Я здороваюсь со всеми, касаясь решёток, а затем рассыпаю в закреплённые миски по порции корма.

Чаки молчаливо дожидается моего всецелого внимания. У него нет одной лапки, и я всегда говорю Клэр, что пора назвать приют «Четыре лапы и один Чаки».

– Привет, как ты мой хороший?

Трогаю мокрый нос через дверку, и он облизывает мои холодные пальцы.

– Ешь, потом я дам тебе витамины. Ты же любишь их?

Золотистый ретривер задумчиво смотрит на меня в упор. Хочется его обнять, а тех, кто выбросил его в прошлую зиму на улицу, переехать на бульдозере.

– Брук, – Клэр заходит с Фолли и рыженькой незнакомкой. – Ребята пришли на экскурсию, познакомишь их с нашими жителями?

Рон с нескрываемым любопытством исследует меня взглядом и ухмыляется. Его подружка только охает и охает, рассматривая собак.

Очередная резиновая игрушка для «Медвежонка».

– Да, конечно. А они пожертвуют пару сотен на благо приюта?

Клэр краснеет, приглаживает короткие пепельные волосы рукой.

– Да без проблем. Для этих милых созданий нам ничего не жалко, да, Стейси?

Фолли обнимает девушку, и та часто – часто кивает в знак согласия. Наверное, все куриные мозги сотрясла.

– Ну, я пойду. Дел много. Приятного времяпровождения.

Хозяйка посылает мне тайные знаки глазами, играет бровями. Я выпрямляюсь и приближаюсь к парочке.

– Итак, знакомьтесь. Это Берта, ее нашли у мусорных баков за супермаркетом. А это Лу, он своенравный французский бульдог.

Около получаса я рассказываю им о постояльцах и что удивительно, оба внимательно слушают. И я уже было решила изменить мнение о Фолли. Но за пять минут до ухода, когда Стейси отправляется выпить воды из нашего автомата на входе, он выдает:

– А что в «Хутерс» мало платят? Поэтому ты убираешь дерьмо за этими псами?

– Это добровольная деятельность, – с трудом сдерживаюсь и не заряжаю ему коленом в пах.

– Ты ещё и за бесплатно здесь отираешься? Охренеть!

– Экскурсия окончена, придурок.

Показываю ему на дверь.

– Было круто. Теперь Стейси не только мне отсосет, но и даст трахнуть себя прямо в тачке. Огромное спасибо.

С их уходом, ещё долго не могу унять злость. Она захлёстывает меня снова и снова. В заднем кармане жужжит смартфон.

Бэка присылает мне фото из–за сцены. В клубе не протолкнуться. Все ждут выступления «Гангста Дрим».

«Предложение оторваться всё ещё в силе. Приезжай». Жму кнопку блокировки и поглядываю на Чаки.

– Сегодня дружище тебе придется быстро проглотить витамины. У меня появились планы на этот вечер.