Заставь меня снова поверить

Брук замерла, чувствуя, как к щекам приливает жар, то ли от стыда, то ли от азарта. Она подняла руки в притворном жесте капитуляции.

— Туше, — выдохнула она, криво усмехнувшись. — Один — один. Ладно. Извини. Я действительно отключаюсь на ходу.

— Проехали, — Рид хмыкнул, удовлетворенный ее реакцией. — Итак, план такой. Мы с Коннором заносим все это дерьмо внутрь. Быстро и без лишнего шума. Но у меня есть одно условие. Большое и горячее. Кофе для меня — за счет заведения. И не ту бурду, которую наливают на заправках, а нормальный, крепкий кофе.

Коннор тут же встрепенулся, его лицо вытянулось, а в глазах появилось такое умоляющее, паническое выражение, что Брук едва не растаяла от умиления. Баскетбол-то баскетболом, а перед старшим братом Коннор превращался в трепещущего паренька. Он отчаянно замигал Риду, беззвучно артикулируя губами: «Ты чего творишь?!»

Брук прекрасно понимала, в чем дело. К черту Коннору сдались эти коробки с искусственной травой и коваными подсвечниками. В подсобке кафе сейчас занималась пересчетом текстильных салфеток Сэм — его Сэм, которая наверняка тоже поглядывала на часы в ожидании своего хваленого баскетболиста.

Рид, судя по всему, прочитал панику брата как открытую книгу. Он бросил на Коннора короткий, насмешливый взгляд и снова повернулся к Брук, выдвигая финальный пункт их ночной сделки:

— ...И второе условие, Брук. Как только мы закончим, ты отпустишь Сэм. Нам с моим водителем нужно серьезно обсудить его технику вождения, а им... ну, полагаю, обсудить стритбол. Идет?

Брук посмотрела на Рида, затем на несчастного Коннора, который едва не молился на брата, и устало улыбнулась. Этот мужчина оказался гораздо проницательнее и интереснее, чем ей показалось на первый взгляд.

— Идет, — Брук поудобнее перехватила планшет и толкнула бедром входную дверь кафе, пропуская мужчин внутрь. — Заносите коробки. А я пока пойду включу кофемашину и наколдую чего-нибудь особенное.

Глав