Право на порочность

— Увез, — повторила я, чувствуя, как внутри закипает ярость напополам со стыдом. — И переодел тоже он?

Марио усмехнулся, глядя мне прямо в глаза.

— Не льсти себе, «Снежка». Твое тело меня интересует меньше, чем курс биткоина сегодня утром. Вероника помогла, когда вернулась домой. Я только донес твое бездыханное тело до кровати. Ты, кстати, тяжелее, чем кажешься.

— Если бы не головная боль сейчас, то ссадина на губе была бы меньшей из твоих проблем. Вероника, где таблетки?

— Иди в ванной возьми, в ящике справа.

Надо было смыть с себя позор этой странной ночи. Горячая вода отрезвляла. С каждой минутой стыд возвращался в трехкратном размере. Молодец, Роксана, начала новую жизнь прямиком в мусорном баке. Марио… О боже, он держал мои волосы, пока меня рвало. Как теперь смотреть ему в глаза? И Лео, что это была за выходка? Подумаешь, захотела переспать с парнем. Можно подумать, этот «святоша» никогда не искал приключений на одну ночь.

Стук в дверь заставил меня вздрогнуть.

— Ты тут не одна, давай быстрее, — даже в ванной от него нет покоя.

Я выхожу из душа и понимаю, что забыла взять чистые вещи. Хорошо, что Вероника всегда держит набор свежих полотенец в шкафчике. Нахожу самое большое, махровое, и заворачиваюсь в него. Так-то лучше. Резким движением открываю дверь.

— Ай! Твою мать! — я чуть не пришибла Марио.

— Прости! Ты чего прямо за дверью стоишь? Я думала, ты уже ушел. Дай посмотрю нос, — он стоял, закрыв лицо руками, и я пригнулась, чтобы взглянуть поближе.

Марио зашипел, отнимая ладонь, и я увидела, как тонкая струйка крови пачкает его воротник. Безупречный образ треснул за секунду, и виной тому снова была я.

— Посмотри на меня, — я машинально шагнула ближе, забыв, что на мне лишь кусок ткани, который держится на честном слове. — Нужно запрокинуть голову. Или нет, наоборот, наклонить вперед... Черт, я не помню!

— Ты можешь просто... отойти? — процедил он сквозь зубы, но его голос дрогнул.

Он не смотрел мне в лицо. Его взгляд, тяжелый и потемневший, был прикован к каплям воды, которые стекали от моей шеи вниз, исчезая в складках полотенца. В воздухе, пропитанном паром, отчетливо слышался запах металла и его горького парфюма.

— Роксана, полотенце, — коротко бросил он, и в этом предупреждении было больше угрозы, чем в его утренних насмешках.

Я вскрикнула, судорожно перехватывая край ткани на груди. Лицо обдало жаром. В этот момент в коридор влетела Вероника с перекисью и ватой.

— Кошмар! Марио, ты как умудрился? Рокс, ты его убить решила? — она засуетилась вокруг него. — Так, сядь на пуфик, не вертись.

Марио подчинился, но продолжал сверлить меня взглядом из-под нависших бровей.

— Наша гостья решила, что разбитой губы в баре недостаточно, — бросил он, криво усмехнувшись. — Решила добавить художественных штрихов моему лицу.

— Я не нарочно! — выпалила я, пятясь к своей комнате. — Ты сам стоял как приклеенный!

— Иди оденься уже, «катастрофа», — Марио перехватил руку Вероники с ватой и сам прижал её к носу, не сводя с меня глаз. — Пока я не выставил тебя за дверь в этом виде ради безопасности собственного здоровья.

Я захлопнула дверь спальни так сильно, что в гостиной задрожали бокалы. Сердце колотилось о ребра. Прислонившись спиной к прохладному дереву, я сползла на пол. В голове набатом стучало: «Твое тело меня интересует меньше, чем курс биткоина».

— Лжец, — прошептала я в пустоту, вспоминая, как потемнели его глаза. — Чертов лжец.

Нужно было срочно найти одежду и придумать, как прожить в этом доме еще хотя бы день, не превратив его в пепелище. Или, что еще опаснее, не превратившись в него самой.

Я лихорадочно перерыла вещи, выуживая растянутый серый худи и джинсы. Сейчас хотелось максимально замуроваться в слои ткани. Когда я вернулась в гостиную, сцена сменилась. Вероника разливала кофе, а Марио стоял у окна с салфеткой у носа. На его рубашке красовалось пятно, метка моего присутствия в его жизни.

— Все живы? — осторожно спросила я у порога.

Марио медленно обернулся. Переносица заметно припухла.

— Как видишь. Но если планируешь сегодня еще какие-то покушения, предупреди заранее. Я надену шлем.

— Очень смешно, — я прошла к столу и взяла чашку. — Спасибо за помощь вчера. И за футболку... я её постираю.

— Оставь себе, — отрезал он. — На память о том, как не стоит проводить вечера в незнакомых городах.

Вероника вдруг заговорщицки улыбнулась.

— Кстати о вечерах! Марио, ты ведь помнишь, что сегодня благотворительный прием в галерее? Мы обещали быть. Рокс, ты идешь с нами. Никаких возражений! Тебе нужно увидеть нормальную Москву, а не ту подворотню.

Я едва не поперхнулась кофе.

— Галерея? В моем состоянии? Вероника, я выгляжу как человек, проигравший битву с отбойным молотком.

— У нас есть четыре часа, тонна консилера и моё лучшее платье, — подруга была непреклонна.

Марио взглянул на меня. В нем была странная, выжидающая холодность. Он просканировал мой серый худи и бросил:

— Пусть идет. Будет интересно посмотреть, сможет ли «Снежка» продержаться вечер, не разбив никому нос и не улетев в мусорный бак.

— Это вызов? — я вздернула подбородок.

— Это прогноз, — он встал, поправляя манжеты. — Машина будет в семь. Постарайся не опаздывать, Роксана. В высшем обществе не принято ждать тех, кто перепутал светский раут с баром на окраине.

Он вышел из кухни, оставив за собой шлейф табака. Я смотрела ему вслед, сжимая чашку почти до хруста.

— Ладно. Раз он хочет увидеть «звезду», он её получит. Но если я разобью там антикварную вазу, вини в этом его.

Вероника хихикнула, уже подбирая макияж. Она не понимала одного: моя проблема была не в похмелье. Моя проблема заключалась в том, что при виде Марио в этой белоснежной рубашке я хотела одновременно и ударить его, и...

Я зажмурилась, отгоняя непрошеную мысль. Только ненависть. Это гораздо безопаснее.

Глава 4

Вечер обещал быть либо моим триумфом, либо полным провалом. Пока я боролась с похмельем, Вероника действовала решительно, превращая меня в человека из высшего общества.

— Роксана, это платье создано для того, чтобы покорять сердца! Ты только посмотри на себя! — она отошла на полшага и с восхищением осмотрела меня.

Платье небесно-голубого цвета облегало меня плотно, словно вторая кожа. Мою белую прядь подруга не стала прятать, а лишь аккуратно уложила, подчеркивая контраст с темными волосами.

— Ну всё, идем, — Вероника подмигнула. — Марио ненавидит ждать, а мы и так задержались уже на пятнадцать минут.

Мы вышли из спальни и направились в просторную гостиную. Марио стоял у входа, с серьезным видом изучая что-то в телефоне. Черный смокинг сидел на нем безупречно, казалось, его шили прямо на нем. Услышав стук каблуков, он обернулся. Вероника подбежала к нему и чмокнула в щеку.

— Ты только посмотри! Чем не девушка из высшего общества? Все завидные женихи будут у её ног! — просияла она.

Марио медленно перевел взгляд на меня. Его глаза сузились. Он молчал так долго, что тишина стала давить на уши. Под его пристальным взором мне стало неловко: он буквально блуждал глазами по моему телу, от кончиков серебристых туфель до тех самых волос.

— Прикид хороший. Будем надеяться, что манеры сегодня будут соответствовать наряду, — бросил он ледяным тоном.

— Не волнуйся, Марио, — я прошла мимо, нарочно задев его плечом. — Я буду паинькой. По крайней мере, пока мне не станет скучно.

Галерея гудела. Шампанское лилось рекой, но я не могла на него даже смотреть. Светские разговоры сводились к акциям и стоимости современного искусства. Веронику тут же окружила толпа знакомых; она была в своей стихии, порхая от одного гостя к другому. Я же чувствовала себя лишней. Никакое платье не сделает из провинциалки светскую львицу.

Марио всё это время держался рядом. Он не пытался развлекать меня беседой, просто стоял поодаль, как невидимая тень.

— Почему ты не с ней? — не выдержав тишины, спросила я, кивнув в сторону Вероники. — Она твоя девушка, тебе положено быть рядом.

Марио сделал глоток виски, не сводя глаз с толпы.

— Вероника справится сама. А вот тебе, судя по всему, нужна нянька, чтобы не влипла в неприятности.

— Ты сейчас серьезно? Боишься, что я испорчу тебе репутацию?

Он медленно повернул голову. Прямо над его губой, там, где была ссадина, дернулся мускул.

— Я боюсь, что ты слишком быстро привыкнешь к этой роли. Весь этот пафос, украшения, беседы… Это не ты.

— А кто я, по-твоему? Девочка из мусорного бака?! — я кожей почувствовала, как подступает ярость. — Или та, чье тело ты так любезно донес до кровати?

Марио поставил стакан на поднос проходящего мимо официанта и резко схватил меня за локоть.

— Хочешь знать, кто ты? — его голос опустился до опасного шепота. — Ты та, кто разбил мне лицо и даже не извинился. Ты та, кто спит в моей футболке и пахнет моим парфюмом. Ты, проблема, Роксана. Самая большая проблема в этом доме.

— Так чего же ты ждешь? Вышвырни меня! — выдохнула я ему прямо в лицо. — Скажи Веронике, что не желаешь меня видеть, выстави с чемоданом на улицу. Почему ты этого не делаешь?

Его хватка стала почти болезненной, а глаза, налитые тьмой, отражали свет люстр, отчего казались еще страшнее.

— Вероника тебя любит, — его слова прозвучали как приговор. Он наконец отпустил мою руку. — Иди к ней. И, ради бога, не подходи ко мне.

Сверкнув глазами, он устремился к бару. Я отчетливо понимала: в этих отношениях Вероника была лучом света, а в нем читалась лишь тьма. И, кажется, я только что чуть не шагнула ей навстречу.

Вечер тянулся бесконечно. Вероника блистала в центре внимания, а Марио просиживал в баре. Похоже, в этот раз «пьяным телом», которое придется уносить, будет он. Мне стало невыносимо скучно. Захотелось глотнуть воздуха, и я вышла на резной балкон, втихаря достав сигарету. Глядя на огни ночного города, я почувствовала, как жизнь замерла. Редкие звуки машин, сирены вдалеке... Вечер перестал казаться ужасным.

— Я не помешаю? — от резкого вопроса я вздрогнула.

— Лео? Как ты здесь? — я опешила.

Надо отдать ему должное: выглядел он роскошно. Светлые волосы идеально уложены, стильный костюм с голубым платочком в кармане, он будто подбирал образ под моё платье. Если не считать ссадин, которые так «любезно» оставил ему Марио.

— Как и все — по приглашению. Ты роскошно выглядишь, Роксана, — Лео не мог оторваться.

— Прости, мне так стыдно за вчерашнее. Я не знаю, что на него нашло. Тебе сильно влетело? — я виновато опустила глаза.

— Пустяки. Ты, верно, не знаешь: он когда-то был моим партнером по бизнесу. У нас давние счеты. Кто ж знал, что я западу на его девушку.

— Постой, девушку? — я в недоумении захлопала глазами. — Мы не встречаемся. Он парень Вероники.

— Ах вот оно как? Значит, ты свободна? — Лео прищурился и подошел вплотную. Нежными пальцами он поправил выбившуюся белую прядь. — Тебе не кажется, что мы не закончили наш вечер? — прошептал он мне на ухо.

По телу пробежали мурашки. Его руки переместились на мою талию. Обняв его в ответ, я бросила взгляд в сторону бара. Марио смотрел прямо на нас. Его челюсти были сжаты, на скулах ходили желваки. От этого вида захотелось сбежать, но я сдержалась. Пусть знает, что я сама вправе делать ошибки. Пусть смотрит, как Лео сходит по мне с ума. Марио махом допил виски и отвернулся.

— Давай уйдем отсюда, Лео, — предложила я, с трудом отпрянув от него.

Мы пробирались сквозь толпу. С каждым шагом, вспоминая Марио, я понимала, что совершаю ошибку. Хотела насолить ему? Да. Хотела взбесить? Безусловно. Но мозг уже начал давать заднюю.

Проходя мимо лестницы, Лео резко завернул за угол и утащил меня в тускло освещенное помещение. Он прижал меня к холодной массивной двери. Я не успела опомниться, как его губы накрыли мои. Я пыталась вырваться, но он был гораздо сильнее.

— Что ты делаешь? — я попыталась возразить, не понимая, где мы оказались.

— Роксана, я не могу больше ждать. До дома слишком далеко, — он рывком развернул меня спиной к себе.

В его движениях не было нежности, только похотливое, настойчивое желание обладать. Меня затрясло. Марио был прав. Я влипла.

— Перестань, мне больно! Я не хочу так! Отпусти!

Он перехватил мои запястья и рывком раздвинул мои ноги своими, пытаясь задрать платье. В горле застыл крик ужаса. Лео закрыл мне рот рукой. Не знаю, откуда во мне взялись силы, но я резко ударила затылком назад. Прямо в цель. Раздался хруст. Лео взревел, хватаясь за нос, из которого хлынула кровь.

— Тупая сука! Ты же сама этого хотела! Что за игры?!

Он был в бешенстве. Нащупав щеколду, я повернула её. Как только раздался щелчок, я выскочила из комнаты. Возле самого выхода я влетела в пьяного Марио.

— Роксана? — он едва держался на ногах, но рядом с ним я мгновенно почувствовала себя в безопасности. Ровно на две минуты, пока за спиной не появился Лео.

Марио переводил взгляд с меня на окровавленного Лео, а потом... рассмеялся. Это был какой-то истерический смех.

— Это ты его так? Роксана, да ты сама кого хочешь отметелишь! Может, тебя в охранники нанять?

Мои щеки вспыхнули от злости. Набравшись храбрости, я со всей силы отвесила ему звонкую пощечину. Марио пошатнулся.

— То есть меня сейчас чуть не изнасиловали, а ты вместо защиты ржешь?! — закричала я, забыв про все манеры.

— Роксана, куда ты опять влипла? — раздался голос Вероники. Она замерла, глядя на нас. Картина маслом: один в крови, второй пьяный со следом от пощечины, и я лохматая и перепуганная.

— Сборище недоумков, — Лео сплюнул кровь на пол и скрылся за дверью.

Я рухнула на ближайший диван. Ноги не держали.

— Ты меня удивляешь, подруга, — вздохнула Вероника. — Можешь прожить хоть день без приключений?

— С меня хватит. Я хочу домой.

— Заберешь это «тело» с собой? — подруга указала на Марио, который уже заснул на соседнем диване. Я лишь кивнула.

Дорога домой прошла в тишине. Марио проспал весь путь, и по приезду, мне пришлось буквально выталкивать его из машины.

— Марио, приди в себя! Я не дотащу тебя! — я пихнула его локтем. Он подскочил с резким храпом.

— Что случилось?

— Приехали, говорю. На выход.

Спасибо таксисту, он помог довести его до квартиры. Марио, не разуваясь, рухнул на диван в гостиной. Ну и денек. С мыслью о том, будет ли в этом городе хоть один спокойный день, я провалилась в сон.

Глава 5

События вчерашней ночи всплывали в памяти кадрами из хоррора: холодная дверь в галерее, тяжелое дыхание Лео, хруст его н оса и… этот невыносимый, издевательский смех Марио и звонкий удар по его физиономии.

Голова раскалывалась. Мне казалось, если я сейчас не найду таблетку, мой череп просто треснет по швам.

В коридоре было тихо, но стоило мне взяться за ручку ванной, как дверь резко распахнулась. Я едва не впечаталась лбом в грудь Марио и со всей силы наступила ему на ногу.

— Твою мать, Роксана! — он зашипел, хватаясь за палец и прыгая на одной ноге.

На нем были только пиджачные брюки, голый торс в нескольких сантиметрах от меня. Вчера этот вид вызвал бы у меня смущение, но сегодня… сегодня я видела перед собой только того подонка, который ржал, глядя на мою попытку спастись от насильника.

—Я не знала, что ты уже на ногах, — холодно бросила я, пытаясь пройти мимо. — Мне нужны таблетки.

— В верхнем ящике, — процедил он, преграждая путь. Лицо у него было серое, глаза покраснели от вчерашнего виски. — Ты что, вообще границ не видишь? Или мне теперь и в туалет ходить с охраной, чтобы ты на меня не нападала? Может, тебе реально пора съехать, пока ты окончательно всё не разрушила?

Я подняла на него взгляд, полный такой ненависти, что он на секунду осекся.

— Тебе не обязательно быть таким говнюком, Марио. Особенно после того, как ты вчера проявил себя «настоящим мужчиной», — я показала ему средний палец и захлопнула дверь ванной прямо перед его носом.

Приведя себя в порядок и смыв с лица остатки вчерашнего позора, я вышла на кухню. Машинально поставила две чашки, привычка заботиться о Веронике была сильнее обиды. Кофеварка зашипела.

— Теперь и кофе в одиночестве не попить? — раздался сзади его голос. Марио вошел, уже переодетый, но всё такой же колючий. Увидев вторую чашку, он замер. Его вопрос я оставила без ответа.

— Это мне? — он подозрительно прищурился, глядя на напиток.

— Ну рискни, — я пожала плечами. — Может, я подсыпала туда крысиный яд. Тебе бы не помешало немного почистить организм.

Он сделал осторожный глоток, его кадык дернулся.

— Блять, только не говори, что там слабительное...

— Кто бы знал, — ядовито улыбнулась я, отворачиваясь к окну.

В этот момент он оказался совсем близко. Я почувствовала запах его парфюма, смешанный с перегаром.

— Ты совсем охренела, Роксана? — он прошипел это мне в самое ухо. — Ты. Тут. Никто. Поняла? Ты просто гостья, которая засиделась.

— Вы что, совсем ополоумели?! — крик Вероники прервал эту сцену. Она стояла на пороге, заспанная и злая. — Девять утра! У меня выходной! Марио, оставь её в покое!

Марио тут же сменил гнев на милость. Он подошел к Нике, усадил её на колени и зарылся носом в её волосы, шепча что-то нежное. От этого контраста меня едва не стошнило. Как он смеет на меня нападать, когда чуть сам не отдал меня в лапы насильника. К горлу подступил ком, который я постаралась проглотить вместе с горьким кофе.

— Прости, милая. Тут Роксана нам кофе сделала… Ей же можно попробовать мой кофе, Роксана? — он посмотрел на меня с торжествующей усмешкой.

Я не выдержала. Схватив свою чашку, я ушла на лоджию. Мне нужно было покурить. Дым сигареты немного успокоил дрожь в руках. Глядя на просыпающуюся Москву, я вспомнила бабушку, её булочки с ревенем… Теплоту, которой здесь и не пахло.

Докурив и потушив бычок, напяливаю белую футболку и свободные джинсы. Мне нужно было уйти из этого дома. Хотя бы на час.

Булочная «У пончика» была единственным ярким пятном в этом сером утре. Я стояла у витрины, когда в мою жизнь буквально «влетел» горячий кофе.

— Твою мать! Да что ж такое! — я судорожно пыталась вытереть плащ, чувствуя, как кипяток обжигает кожу.

— Боже мой, простите мою неуклюжесть! — раздался мужской голос.

Я подняла голову, готовая выплеснуть всю накопившуюся ярость на очередного москвича, но замерла. Высокий, с легкой щетиной, татуировка на шее… И невероятные зеленые глаза.

—Куда вы все бежите, нос на затылке?

— Можно подумать, ты шла аккуратно! — его голос вдруг стал холодным, когда он увидел мою агрессию. — Несетесь, не глядя, а потом наглеете.

— Ой, зато вы, москвичи, как кроты слепые! Снимай корону, принц! — я оттолкнула его плечом и вошла в пекарню.

За прилавком стоял пухленький, невысокий мужчина лет пятидесяти, судя по всему, это была его пекарня.

—Приветствую, вам помочь? — он подал мне еще несколько сухих салфеток.

—Спасибо большое, да, неприятное утро выдалось, мне подруга очень расхвалила ваше заведение.

—Радует, что у нас есть такие преданные посетители. И она права, наши карамельные синабоны лучшие в городе.

—Тогда можно пожалуйста три. — протягиваю ему купюру, но тот лишь усмехнулся.

— Деточка, оставь себе, у тебя и так день не задался, первый заказ пускай будет за счет заведения.

—Спасибо вам большое. — этот добродушный мужичок просто спас мое утро своим позитивом и таким теплым отношением.

Забрав заказ, я прямиком направилась домой, где меня явно уже обыскались, достаю телефон и вижу три пропущенных от Вероники и решаю не перезванивать, идти то десять минут пешком.

Но стоило мне вернуться домой, как мир снова перевернулся.

В гостиной, рядом с Вероникой и Марио, сидел он. Тот самый «принц» с зелеными глазами.

— Ты?! — я чуть не выронила коробку. — Ты что, преследуешь меня?

— Оу, вы уже знакомы? — Вероника удивленно подняла брови. — Александр, знакомься, это Роксана.

Александр протянул мне руку, и в его взгляде больше не было холода. Там было любопытство и что-то еще… опасное.

— Роксана, — ответила я, сжимая его ладонь. — Ты мне должен химчистку, Александр.

Его лицо мгновенно меняется. Он удивлен, но мгновение позже улыбается, будто этот эпизод был просто забавным недоразумением. Он что-то бормочет себе под нос, и я понимаю, что он точно ещё не успокоился.

—Ну, чего ты там стоишь? Иди расскажи, что с тобой случилось. — Вероника снова встает с места и с улыбкой подталкивает меня к столу. Она явно пыталась разрядить атмосферу, но я чувствую, как напряжение, между нами, все ещё висит в воздухе.

Я кидаю Александру последний взгляд, и он, казалось бы, замечает моё недовольство, но тут же отворачивается, уходя в сторону. Вероника сидит напротив меня, наливает чай и подает мне. Я благодарно принимаю чашку, но внутри меня всё ещё горит недовольство.

— Так, что случилось? Ты была в пекарне всего десять минут.

Скидываю с себя плащ и сажусь на стул. Начинаю рассказывать о своём столкновении. Моё раздражение по поводу всего этого эпизода явно не проходит, и я рассказываю с яркими эмоциями.

— Он, блядь, даже не извинился нормально! Просто посмотрел на меня как на помойку, и всё. — заканчиваю свою речь, пытаясь скрыть злость.

Вероника хмыкнула и перекинула волосы, с одной стороны, на другую.

— Александр такой. Он вообще по жизни специфический, но не думай, что он специально тебя оскорбил. Это его стиль. — она делает паузу, будто что-то припоминая, но тут же добавляет: — Он так всегда. Не переживай, Рокс, он не злой, просто… своеобразный.

Я вздыхаю, откидываю салфетку, что ковыряла секундой ранее и смотрю на неё.

— Ну ладно, что уж. Главное, я не готова больше встречать таких людей. — я отпиваю из чашки, пытаясь почувствовать вкус согревающего чая и немного расслабиться.

— Ты ещё не поняла, Роксана, что ты теперь в Москве? Тут все такие! — смеётся Вероника. — Порой кажется, что город сам из тебя что-то выжимает. Ты об этом ещё не догадываешься, но скоро поймёшь, что это только начало.

Я кидаю взгляд в окно, на московскую суету, шум и быстрые машины. Всё настолько чуждо и в то же время манит. Этот город может быть таким жестоким, таким холодным. Но всё же в нём есть что-то притягательное.

— Я и не ожидала, что здесь будет как в кино... — говорю задумчиво.

После рассказа подруге что и как было, она ушла к парням, а я решаю переодеться, только вот, тот дурацкий кофе явно был с сиропом, поскольку теперь я вся липкая. Ну и гадость... взяв чистые вещи, направляюсь в душ.

Я стояла под струями горячей воды, чувствуя, как она расслабляет моё тело, смывая всю усталость последних дней. Теплый поток успокаивал мои нервы, но не мог заглушить напряжение, которое скапливалось внутри меня. Слишком много всего, странные встречи, неприятные столкновения, и, конечно, тот случай с Александром.

Словно почувствовав чьё-то присутствие, обернулась, и тут мои глаза встретились с теми самыми зелеными, пронизывающими глазами. Он стоял в дверном проеме, весь напряжённый, как пружина. Я не успела даже закричать, как его взгляд был уже на мне.

— Ты что, с ума сошёл? Какого чёрта ты сюда ввалился?! Ведёшь себя как последний извращенец!

Он словно не заметил, как пересёк все границы. В его глазах мелькала смесь извинения и смущения, но он не выглядел виноватым. Он просто стоял там, ошарашенно разглядывая меня, словно всё это было самым обычным делом. Этот наглец, начинает что-то искать в шкафчиках, даже не удосужившись выйти.

— Марио отправил меня за аптечкой, Веронике болит голова после вчерашнего, я не знал, что здесь кто то есть. — торопливо оправдывается он и найдя аптечку убегает прочь.

Он вышел, а я осталась стоять под водой, чувствуя, как сердце бьется о ребра. Москва явно не собиралась давать мне передышку. Марио, Лео, а теперь еще и этот Александр…

Я вышла из душа, когда кожа уже горела, не столько от горячей воды, сколько от ярости и унижения. В этом доме не осталось ни одного безопасного угла.

Когда я зашла в гостиную, атмосфера была такой плотной, что её можно было резать ножом. Вероника лежала на диване с примочкой на лбу, а Александр вальяжно расположился в кресле, закинув ногу на ногу. Марио стоял у барной стойки.

— О, явилась, — Марио налил себе виски, даже не глядя в мою сторону. — Александр говорит, ты устроила там в ванной целое представление. Могла бы просто сказать «занято», а не орать на весь дом.

— Твой друг не научился стучать, Марио, — я прошла к столу, игнорируя дрожь в руках. — Хотя, глядя на то, как он себя здесь ведет, я не удивлена.

Александр наконец оторвался от телефона. В его зеленых глазах не было ни грамма смущения.