- Скажи, Саша, что должно было сегодня произойти? Почему Надя была возле пристани?
- Мы хотели встретиться и вместе пойти домой… Но я задержался на работе, - тихо ответил парень, и в этот момент ему один из сотрудников принёс горячий травяной чай, но парень даже не посмотрел на предложенный напиток.
- Попей немного, - настоял следователь и, после того, как убедился, что Саша сделал пару глотков, продолжил. – Она часто проходила мимо того места?
Богдаренков покачал головой, устало уставившись в пустоту.
- Она могла быть с кем-то? Может, с коллегой или со знакомым?
- Если бы могла, то я бы не настаивал на встрече, чтобы проводить её до дома, - с лёгким раздражением ответил Саша.
- Хорошо, - молодой эксперт вписал ответы парня в свои бумаги. – А у неё были враги?
Богдаренков снова помотал головой и, зафиксировав взгляд на собеседнике, неожиданно спросил:
- Могу ли я увидеть её?
Следователь тяжело вздохнул и, словно анализируя эмоции Саши, спросил его:
- Ты точно этого хочешь? Я бы предпочёл, чтобы ты немного пришёл в себя, а потом уже повидался с ней…
- Я требую, - резко сказал молодой человек, жалобно смотря в глаза собеседнику.
- Хорошо, - неохотно согласился тот. – По идее, мы не должны вот так отправлять кого-то в морг на опознание… По правилам нельзя… Но я попробую сейчас договориться с другими. Может, они согласятся сопроводить тебя, пока я здесь жду Заряевых.
Следователь встал с места и направился к выходу комнаты. Саша остался один в тусклом помещении. Он нервно сидел, чувствуя, как его вздутые от слёз глаза тяжело смыкались. И тут его взгляд зацепился на рукописные слова на бумаге следователя. Саша с опаской принялся читать перевёрнутое словосочетание: «Насилие сексуального характера». В одно мгновение он понял, что эта ужасная формулировка относится к Наде. Богдаренкова снова охватила паника и злость. Он положил свою тяжёлую голову на руку и облокотился на стол.
Через минуту следователь открыл дверь в комнату и вошёл вместе с милиционерами, которые патрулировали город и усадили Сашу в машину.
Саша сидел, будто у него совсем не осталось сил. Милиционеры переглянулись и осторожно спросили:
- Эй, парень. Ты как? В порядке?
Богдаренков с трудом взглянул на мужчин и кивнул головой.
- Ты поедешь с ними, - сказал Савелий Аркадьевич и заметил, что бумаги, которые Саше не стоило видеть, так и лежали на столе. Догадываясь, что парень смог прочитать то, чего не следовало, следователь аккуратно сдвинул листы на край стола, спрятав их за толстыми папками.
- Пойдём? – обратился один из милиционеров к юноше.
Саша встал со стула и медленно пошёл к выходу. Он хотел увидеть Надю, но жутко боялся этого… Боялся увидеть бледную кожу с посиневшими губами… Боялся увидеть возможное изуродованное лицо или тело в синяках. Саша понимал, что его возлюбленная наверняка боролась до самого конца… Применила боевые приёмы, которым её учил Боря. И всё оказалось напрасно. Ничего её не уберегло. Она была одна… Без Саши. Эти мысли причиняли парню невыносимую боль.
Возле участка Богдаренков увидел семью Нади. Парень понимал - слёзы и переживания Заряевых ещё сильнее сдавят и без того удушающие чувства, поэтому он ускорил шаг к патрульной машине, в надежде не столкнуться с ними.
- Саша! – крикнул Боря, увидев недалеко от себя уходящую фигуру кудрявого парня. Геннадий Павлович и его жена не успели даже среагировать, как их сын ринулся с места, чтобы догнать уходящего друга.
Богдаренков намеренно не обращал внимания на юношу, в надежде скрыться в небольшой белой волге. Его ненависть и страх переплетались с хаотичным потоком мыслей. Мир вокруг казался мутным и шумным. Каждый шаг лишь добавлял темп непрерывным мыслям, но всё разом стихло, когда Борис нагнал друга и остановил его.
- Почему ты убегаешь? – с дрожащим голосом спросил школьник, пытаясь разглядеть в глазах своего друга хоть какую-то жизнь.
В ответ Саша отвёл взгляд. Боря понял, что парень не хочет с ним разговаривать, но это его не останавливало:
- Не смей уходить! Не только ты сейчас потерял свою невесту… Я сестру потерял! Слышишь?! Сестру! Но я приехал сюда… Мне страшно даже заходить в это проклятое здание, но я приехал! Знаю же, что тебе поддержка нужна, поэтому приехал!
Парень и правда заставил себя прийти в участок, чтобы повидаться с единственным оставшимся в городе лучшим другом. Парень прекрасно понимал, что на его месте он поступил бы точно так же. Саша, Федя, Надя… То, что осталось от приятной компании, которая стала ему семьёй, теперь безжизненно стоит перед юношей. Богдаренков будто его не слышал. Он холодно взглянул на Борю и, не контролируя слёзы, сказал:
- Я виноват в её смерти. Я должен был прийти на встречу раньше… но я опоздал... Я виноват.
Боря не знал, что ответить. Он с досадой опустил голову, и Саша пошёл дальше и, словно скрываясь ото всех, как тень сел в машину.
Водитель посмотрел на пассажира через зеркало заднего вида и спросил:
- Ну что? Едем?
Саша кивнул, и машина поехала в судебно-медицинский морг.
В здании было холодно и мрачно. Горела одно помещение, в котором работал судмедэксперт. К нему направились полицейские вместе с Сашей. Он, как послушная кукла, следовал всем указаниям мужчин.
-Зачем привели сюда ребёнка? – возмутился сотрудник, закрывая труп от посторонних глаз.
- Он хотел её видеть, - ответил один из милиционеров.
Врач тяжело вздохнул и приказал пришедшим немного подождать. Саша сел на скамейку в коридоре, невольно смотря на едва заметную в дверном проёме чёрную ткань. Она будто становилась больше, а мир вокруг - меньше. Сашу снова начал душить страх, который раз за разом вырывался из самых глубин его сознания.
- Пей, - неожиданно сказал судмедэксперт парню, вытащив его из мира иллюзий. – Это чтобы ты спокойнее смог воспринять то, что увидишь. Мне тут ещё один труп точно не нужен. И так одиннадцать часов ночи уже.
Саша почувствовал резкий запах трав. Это было успокоительное. Он взял предложенную жидкость дрожащими руками и быстро выпил её. Молодому человеку казалось, что это лекарство никак не помогает и не поможет ему.
- Пошли, - строго сказал врач и повёл за собой гостей. – На вид совсем молодая. Есть серьёзные повреждения рёбер, а также костяшки в царапинах, а ногти – в засохшей, судя по всему, чужой крови. Видны следы борьбы. Она сопротивлялась, как могла, - судмедэксперт поделился информацией с милиционерами.
Мужчина подошёл к прикрытой голове мёртвого тела и снял чёрную накидку. Гости увидели миловидное лицо девушки с бледными пухлыми и треснутыми синими губами. Её навечно закрытые глаза навевали на мысль, что молодая красавица погрузилась в крепкий сон. На её широкой шее виднелись странные тёмные следы – нападавший задушил бедняжку. А её русые волосы были запачканы грязью и кровью.
- На вид ей от силы лет двадцать, - начал говорить один из стражей порядка.
- Вы получили указания свыше? Наверняка придётся проводить дополнительную экспертизу, - вступил в разговор с судмедэкспертом другой, и тот принялся отвечать на его вопрос.
Саше хватило всего лишь секунды, чтобы ужаснуться. В момент, пока мужчины что-то обсуждали, его тело стало тяжёлым и, как ему казалось, слишком хрупким. Он начал прерывисто дышать, пытаясь противостоять панике, что беспощадно душила его. В глазах темнело, а руки стали слишком холодными, будто кровь совсем перестала поступать к ним. Один из милиционеров заметил, как молодой человек с трудом облокотился всем телом на стол и ненароком уронил с него несколько бумаг. Мужчина подбежал к молодому человеку и начал придерживать, чтобы тот окончательно не упал на холодный пол.
- Несите нашатырь! – крикнул сержант растерянному врачу.
- Зря мы его так мучаем, - начал помогать своему коллеге другой мужчина, и усадил Богдаренкова на стул. – Парень явно не готов видеть подобное…
- Никто к такому готов не будет, - перебил его тот и принялся нащупывать пульс Саши.
В этот момент в комнату вернулся судмедэксперт с мокрой ватой в руках, которую сразу же взял один из милиционеров и аккуратно протянул её к лицу парня. Богдаренков быстро отреагировал на резкий запах и медленно открыл свои тяжёлые веки.
- Вроде, оклемался, - с лёгким беспокойством на лице сказал добрый милиционер.
Молодой человек словно через пелену смотрел на сопровождающих мужчин. Его взгляд будто оставался где-то в другом мире… в недосягаемом для окружающих пространстве, которое поглотила в себе все чувства парня. Он был совсем неживым, хоть дышал, говорил и слышал. Он был слишком бледным, хоть его сердце стучало. Он казался опустошённым и убитым, будто осталась лишь бездушная оболочка.
- Лучше тебе немного посидеть в коридоре, - обратился к парню врач.
Тогда Саша послушно встал и вышел в узкий тёмный коридор. Он в последний раз бросил тяжёлый взгляд на бездыханную Надю, и незаметно, как призрак, ушёл на улицу.
Молодой человек направился в глубины тёмных улиц. Саша петлял в холодных тёмных переулках, в которых приглушённо доносился лай собак. Свет фонарей был настолько тусклым, что даже не мог осветить серые бесснежные дороги. Изредка навстречу молодому человеку шли люди, но тот не обращал на них никакого внимания. Он невольно уходил в воспоминания, когда счастливо проводил время с Надей. Как её честность и открытость постепенно влюбляли парня, как в её движениях никогда не замечалась скованность, когда она стояла рядом с ним. Как она точно передавала эмоции персонажей из фильмов, словно актриса. Из тех самых воспоминаний она являлась полной противоположностью того, каким был Богдаренков прямо сейчас – живой и счастливой. И вот, он случайно заметил знакомые высокие белые стены – это были опоры двадцатиэтажных домов, известных как «Дома на курьих ножках». Саша даже не заметил, как он дошёл до них. Те самые недостроенные дома, что уже успели привлечь внимание многих петербуржцев, в том числе и Сашу с Надей. Когда построили первый дом, девушка в шутку сказала своему возлюбленному, чтобы он только представил, как они жили бы в этом странном, на их взгляд, доме. Тогда молодой человек ответил, что они находились бы самом высоком этаже. Погружённый в эти воспоминания Богдаренков подошёл к одному из подъездов этого дома, на котором ещё не был установлен домофон. Ему стало интересно, какую картину не довелось увидеть его невесте, поэтому парень решил взобраться на самый высокий этаж, где обнаружил лестницу, что вела на крышу дома. Он аккуратно открыл щеколду и вышел на кров здания, после чего с опаской подошёл к краю и посмотрел вниз. Улицы города казались слишком узкими, а протекающую рядом реку Смоленку не было видно в темноте ночи.
Саша сел на бетонную крышу недалеко от края и начал смотреть вдаль. Он думал о Людмиле Ивановне – как она каждый день борется с горем и одиночеством, как старость настигла её, забрав на тот свет всех близких. Молодой человек боялся оказаться на её месте, но, к сожалению, самый главный страх настиг его. Теперь ничто не могло заставить Сашу улыбаться. То, что приносило ему когда-то радость, теперь вызывало лишь чувство пустоты. Лицо счастливой матери растворялось в темноте ночного неба. Строгий, но добрый голос отца постепенно терялся в памяти. А тепло любимой невесты навсегда превратилось в леденящую грусть. Он даже не замечал, как дышит… как холодный ветер едва тревожил его торчащие из-под шапки кудри. И так он просидел всю ночь, не испытывая никакого желания или даже элементарной потребности – тело погрузилось в странную спячку. Казалось, что никакая физическая боль не сравнится с тем, что испытывала душа, которая уже устала ныть, и тоже перестала жить. Саша на мгновение задумался над тем, что ждёт его в будущем, и он поймал себя на мысли, что ничего хорошего ему ожидать не стоит. Рядом нет никого, кто мог бы поддержать его в начинаниях или дать стимул для достижения любой цели. Молодому человеку не хотелось чувствовать то, что он испытывал сейчас. Ему больше не хотелось бороться. Он встал на ноги, видя вдалеке рассвет… Небо постепенно заливалось светом, а город всё также оставался во мраке… Мраке, в который он не хотел возвращаться. Город, который стал для него чужим… Саша повернулся спиной к краю, чтобы не видеть перед собой знакомые улицы, по которым он ещё вчера гулял с самым близким для себя человеком. Пустота… И ничего кроме пустоты не ощущалось. Страх пропал вместе с болью, и Саша намеренно начал падать назад. За спиной была лишь высота и дорога… Где-то далеко внизу. Саша не ощущал время, только своё тяжёлое дыхание в лёгком теле. И лишь притупленная горечью мечта, что продолжала сиять в кромешной тьме его души, оживила парня. Никто из умерших явно не хотел, чтобы он умер… А где-то там, за несколькими кварталами дома его ждёт Людмила Ивановна с тёплым домашним печеньем… И мечта... Детская мечта стать археологом никогда не сбудется. Мгновенное осознание своей глупейшей ошибки пришло вместе со страхом. Саша невольно вытянул руку вперед с острой, как осколок стекла, мыслью: «Я хочу жить!»
Он резко очнулся в тихой комнате с вытянутой рукой. Не понимая, что он только что испытал, Саша прикрыл своё холодное лицо руками, пытаясь собрать все мысли воедино, но ему это не удавалось сделать - гул в тяжёлой голове не давал молодому человеку полностью прийти в себя.
Эпизод II
6. Ваустейнер
Богдаренков испытывал ноющую боль в голове. Он постепенно пришёл в себя, ощущая, как что-то касается его шеи и кисти. Молодой человек медленно открыл глаза и посмотрел на руку, рядом с которой свисало несколько прядей прямых светлых волос. Саша с удивлением взялся за прядь и слегка потянул её, не веря, что волосы могли принадлежать ему. Он пытался рассмотреть в локоне что-то знакомое. Но внимание парня перешло на ладонь, кажущейся ему слишком вытянутой, какой-то другой. Молодой человек невольно заметил родинки, которых никогда у него не было. От неожиданных находок он с лёгкой паникой принялся тереть руку, думая, что родимые пятна – это грязь, но ничего не стиралось, и тогда взгляд Саши устремился на комнату, что была ему абсолютно незнакома.
Каменные стены помещения, частично обшитые деревянными панелями и местами скрывающиеся за пеленой тяжёлых алых штор, освещались масляными лампами, что стояли по периметру комнаты на небольшой тёмной тумбе, деревянном столе, высоко висящей полке и широком подоконнике. Узкое, обшитое деревянной решёткой окно закрывало за своими ледяными узорами внешний мир. Кровать, на которой лежал Саша, была просторной. Посреди комнаты лежал большой ковёр. Напротив Саши находился каменный камин, и в нём трещали горящие дрова. Молодой человек увидел небольшое зеркало, что висело возле очага, и захотел посмотреть, что ещё, помимо волос, непонятным образом в нём изменилось. Богдаренков с трудом снял с себя несколько слоёв шерстяных одеял и увидел на себе необычную одежду, напоминающую одеяния средних веков. Тонкая льняная белая рубаха с пришитыми на воротнике яркими бусинами плотно прилегала к груди. Широкие белые шёлковые шорты, их в Европе называли брэ, чуть ниже колен перевязывались шнурками ярких красных чулок, с вышитыми по бокам подсолнухами.
Странности на этом не заканчивались – Саша собрался встать с кровати, как его нога резко заболела, и он с глухим грохотом упал на колени, облокотившись руками на пол. На звук кто-то отреагировал, и дверь в комнату открылась. Молодой человек увидел в пороге изумлённого мужчину, у которого на поясе виднелся меч в кожаных ножнах. Незнакомец что-то выкрикнул на непонятном языке и быстро скрылся в неизвестном направлении. Саша решил не заострять на нём внимание и через боль продолжил двигаться к зеркалу, придерживаясь то за кресло, что одиноко стояло на ковре в центре помещения, то за невысокий стол, лишь бы не опираться на больную ногу. И вот он добрался до своей цели, взглянул в отражение и ужаснулся. Саша видел другого человека, а не себя. Падающий огненный свет ламп подчёркивал вытянутое, нордически холодное лицо. Нависшие веки и острые брови делали взгляд суровым, от чего казалось, что молодой человек в отражении чем-то недоволен. Он будто испуганно смотрел на Сашу в ответ карими глазами, которые отчётливо виднелись среди густых ресниц.
Богдаренков пытался найти знакомые черты, и невольно вспомнил, как он намеренно решил уйти из жизни. Его охватила паника. Опьянённый горем он сделал то, что осуждал и презирал всей своей душой. Он чувствовал, как холодный пот стекал по его лбу, а воздух не мог пройти через комок в горле. Лишь головная боль никак не хотела отступать, возвращая Сашу в непонятную для него реальность. И тут в комнату ворвалась толпа незнакомых лиц. Один мужчина старческого возраста подбежал к молодому человеку, говоря непонятные слова. Парень с опаской наблюдал, как мужчина обеспокоенно что-то говорит, придерживая его слабое тело.
- Я не понимаю, - пробубнил Саша и схватился за голову. Она резко начала кружиться, а в ушах появился сильный звон.
Через несколько секунд шум немного стих, и тело снова начало слушаться.
- Как вы себя чувствуете, ваше Превосходство? – наконец старик произнёс понятные для Саши слова.
- Что? – удивлённо спросил тот.
- Вы пролежали без сознания больше трёх суток! Вам стоит прилечь обратно и выпить немного воды.
- Это какая-то шутка?! – возмутился Саша, не понимая происходящее вокруг, и поддался панике. – Кто вы такие и как я тут оказался?! Что за комната в стиле европейского средневековья?! Почему я вообще здесь?! И почему в зеркале не я, а какой-то левый парень?!
Старик в страхе отдалился от возмущённого молодого человека, и тот резко затих из-за очередной головной боли.
- Ваше Превосходство, пожалуйста, вернитесь в постель, - осторожно сказал невысокий старец, сняв с себя меховую шапку и прижав её к груди рядом со свисающей седой бородой.
- Почему ты ко мне так обращаешься? – не отступал Саша.
- Что за шум? – вдруг раздался суровый голос из коридора и в комнату зашло ещё несколько незнакомцев в пёстрых одеяниях. Эти люди были местной свитой, и среди них выделялся крупный и грозный мужчина.
- Господин Дарифо́н, его Превосходство очнулся! – радостно ответила этому мужчине молодая девушка и поклонилась.
Тогда Дарифон внимательно рассмотрел Сашу и обратился к старику:
- Как он себя чувствует? Выглядит неважно.
Тот мельком посмотрел на молодого господина и ответил:
- Кажется, у него бред.
С этими словами Саша потерял сознание и упал на пол. Толпа охнула и побежала поднимать молодого человека с холодных каменных плит.
- Немедленно положите его обратно в постель! – переживая приказал старик.
Суровый на вид Дарифон тоже не скрывал своё беспокойство. Он вместе с остальной свитой помог уложить бессознательное тело в кровать.
- Не смейте глаз с него спускать, лекарь. Если он снова вот так потеряет сознание и упадёт на пол, и вас не будет рядом, то, боюсь, вы заплатите за это, - сказал мужчина, бросив тяжёлый и усталый взгляд на старика.
- Такого больше не повторится, - виновато ответил тот и поклонился собеседнику.
Саша погрузился в глубокий сон, в котором не было ничего, кроме густого тумана.
- Я не собираюсь смотреть на то, как наша страна с каждым днём становится всё слабее и слабее, - приглушённым эхом откуда-то раздавался мягкий мужской голос.
Молодой человек неуверенно пошёл в сторону источника звука. Его ноги были тяжёлыми, словно увязали в болотной жиже.
- Люди боятся нападения ***. От нашей свиты только жди беды. Мы не в выгодном положении, - продолжал звучать голос, и Саша увидел среди тумана приоткрытую дверь, из которой сочился тёплый свет.
Богдаренков медленно приблизился к дверце и посмотрел внутрь. Он увидел говорящего с кем-то рыжеволосого высокого человека.
- Я не допущу, чтобы Ваустейнер лишился суверенитета. Сначала надо найти союзников за пределами нашей страны, а потом избавляться от предателей. Я знаю, что рискованно. Ваустейнеру проще подчиниться и сберечь своих людей, а не воевать с союзом сильных стран. Но я всё равно не допущу этого.
Саша краем глаза заметил возле себя в длинной белой рубахе мальчика, обнимающего подушку и смотрящего вместе с ним в дверной проём. Он тоже подслушивал разговор. Этот ребёнок был похож на того самого незнакомца, которого Богдаренков видел в отражении несколькими минутами ранее.
- У меня храбрый брат, не правда ли? – неожиданно спросил тонким детским голосом ребёнок Сашу.
- Наверное, - неуверенно ответил он. – А ты кто?
- Этот вопрос должен задавать я. Это ты в моей голове, если что, и ты же в моём теле! – грубо ответил мальчишка и гордо задрал свой нос.
- Я не знаю, почему и как я тут оказался.
- А ты подумай, - наступал ребенок и растворился в воздухе вместе с дверью.
Тогда Саша ещё раз вспомнил страшный момент из своей жизни и увидел перед собой своё падающее тело, что застыло в невесомости. На лице отчётливо виднелись ужас и сожаление.
- Я… умер, – со страхом произнёс молодой человек.
- Ещё нет. Но ты ведь хотел? – спросил мальчик, голос которого раздавался со всех сторон.
- Я не хотел! – резко крикнул парень, сжав руки в кулак. – Я хотел не жить той жизнью, которую боюсь.
- Это какую?
Богдаренков замолчал. Он пытался найти в себе силы ответить на вопрос, но чувство вины разрывали его изнутри.
- Жизнь в одиночестве. Без семьи, без любимых…
- И поэтому ты сбросился? – недовольно спросил басистым голосом уже повзрослевший мальчик, что неожиданно появился перед Богдаренковым.
- Нет… я… - кудрявый парень не мог найти ответ на свой вопрос. – Почему ты так на меня смотришь? – виновато спросил он у блондина.
- Потому что ты презираешь такие поступки.
- И что? Как это относится к тебе?
Незнакомец громко засмеялся и отвернулся от Саши.
- Знаешь, в нашем народе есть поверье, что жизнь одна даётся и пренебрегать ей не стоит.
- Мы тоже верим в одну жизнь, но помимо неё есть ещё бессмертие души, - аккуратно перебил собеседника молодой человек.
- Душа? Как у народа севера? – заинтересовался парень.
- То есть?
- Не важно, - отмахнулся он и улыбнулся. – Меня зовут Ли́ндиус. Я – наследник Ваустейнера.
- Саша, - молодой человек неуверенно оглянулся. – Всё это как-то странно. Я ничего не понимаю.
- Поверье в одну жизнь и в одну смерть. Но чтобы кто-то вот так нагло забирал твоё тело – это удивительно… Хотя, может, я всё же уже встретил свою смерть?
- К чему ты это? Я тебя не понимаю.
Линдиус недовольно вздохнул:
- Поверить не могу, что такой глупый Я могу быть хоть где-то.
- Хоть где-то?
- Ты – это я. Я в этом уверен, даже не знаю, почему. И в том, что я умер, я тоже уверен, но я не помню, что со мной произошло. А ты здесь, потому что…?
Саша задумался. Он пытался воспринимать происходящее, как какой-то бредовый сон.
- Может… перед смертью искупить что-то? Понять, зачем всё это было? Не знаю…
- Удивительно и интересно, - улыбнулся Линдиус. - Жаль, что я ничего не понял, но, главное, что ты понял. Чувствую я - проживёшь мою жизнь. Только, я не знаю как…
- Это потому что, я не хотел умирать…
- Ты явно ценил свою жизнь, а не мою… Всё это какой-то бред. Мне это не нравится.
- Может, так решил Бог? – неуверенно предположил Саша, пытаясь найти объяснение происходящему.
- А кто это? – искренне недоумевал блондин.
- У вас нет Бога? Во что же вы тогда верите? – растерялся Богдаренков.
Линдиус задумался и медленно двинулся с места:
- В судьбу. В одну жизнь. В цену этой жизни, - молодой человек остановился и промолчал. – То есть, чем величественнее твоя жизнь, тем сложнее путь.
- Хах, интересно, - нервно усмехнулся Саша. – А как зародилась вся жизнь на планете, вы не задумывались?
- Зачем над этим задумываться? – как-то легкомысленно спросил собеседник. – Это просто судьба. Есть вещи, которые никогда не сможет узнать и понять такое существо, как человек. Лучше думать над тем, что происходит здесь и сейчас, и делать всё, чтобы у тебя было успешное будущее… Ведь вторую жизнь тебе никто не даст.