Он вернется до рассвета. Книга 2

Бэй Яо заранее предупредила мать о том, что в этот раз написала не особенно удачно и не стоит питать слишком большие надежды. Чжао Чжилань успела насмотреться пугающих новостей о неудачливых учениках, спрыгнувших с крыши из-за плохих результатов, и запаниковала.

– Я ведь говорила тебе, что оценки ничего не значат, хорошая учеба – это глазурь на торте! Твое здоровье – самое большое благословение для меня и твоего отца.

Бэй Яо улыбнулась и кивнула.

Но оглашение результатов стало моментом радости. Баллы оказались намного выше, чем она ожидала. Не зря она упорно училась десять лет! С такими баллами она сможет поступить в Пекинский университет! Результаты по английскому были предсказуемо невысокими, зато по всем остальным предметам Бэй Яо набрала действительно превосходные баллы. Впервые она была так благодарна себе за все предыдущие усилия. Она не обуза для Пэй Чуаня!

На следующий день итоги подвели по всей стране. Взглянув на рейтинговые списки, Чжао Чжилань ошеломленно воскликнула:

– Что? Муженек, посмотри, что это за ученый в нашем городе?

Бэй Лицай медленно прочитал:

– Пэй Чуань…

В 2009 году лучшим учеником на вступительных экзаменах в городе С стал Пэй Чуань. Все знали о злоключениях семьи Пэй, о которых в свое время писали в газете. Никто не ждал, что несчастный подросток станет лучшим учеником, первым в городе!

Когда Цзинь Цзыян в первый раз увидел яркую золотую надпись «Пэй Чуань – 1-е место» над входом в школу, ему показалось, что ему это снится.

– Не может быть!

Вдохновляющая история Пэй Чуаня, ученика с наивысшим результатом, заставила все школы разом протянуть ему оливковые ветви. Он мог выбрать любой университет в стране и даже получил письмо от хорошего университета за рубежом. Юноша спрятал его в ящик и с серьезным видом сел за компьютер, готовясь выбирать.

Первым в его списке стоял Пекинский университет. Каким бы ни было направление – электронные технологии, механика или информатика, – он однозначно справится. Когда-то Пэй Чуань солгал маленькой Бэй Яо, и они чуть не разминулись на три года. Теперь он пообещал ей, что поступит в тот же университет, что и она.

Школы одна за другой занялись организацией благодарственных банкетов. По воле случая старшие школы № 3 и № 6 оказались в одном ресторане. У Мо на банкет не пришла – поговаривали, что она набрала очень низкие баллы и планирует пересдавать экзамен через год. После двух или трех лет одержимости любовными романами и учебы спустя рукава она осознала всю горечь своего положения только теперь, получив результаты.

Классная руководительница Бэй Яо, Ли Фанцюнь, очень обрадовалась успехам своих учеников. Одних только отличников в этом году оказалось на пять человек больше, чем ожидалось.

– Учитель, можно немного выпить?

– Не сегодня! – отрезала она. – Вы пока еще мои ученики!

Выпускники загудели. Как и следовало ожидать: сколько бы лет ни прошло, учительница Ли останется занудой! Женщина тем временем постучала по столу:

– Ученики! Вступительные экзамены в университет – это не конец вашей жизни, а еще одна точка отсчета. В какой бы университет вы ни поступили, я надеюсь, что вы будете упорно стремиться вперед и смотреть на мир шире!

Поняв, что расслабившиеся ученики совсем ее не слушают, учительница Ли беспомощно добавила:

– Это действительно…

И рассмеялась: какая беззаботная юность! «Они еще слишком молоды и пока не осознают многого, что неизбежно поймут в будущем». Нынешние учителя в их годы были такими же, правда же?

Постепенно маленькие разноцветные огоньки один за другим раскрасили вечерний город. В отдельной комнате Цзинь Цзыяна собралось несколько человек. Конечно, они выпивали, но учитель ничего не мог с этим поделать. Цзи Вэй плакал, протирая очки, его лицо было все залито слезами.

– Плачешь, как девчонка! – поддразнил Цзинь Цзыян.

– Что ты знаешь?! Что ты вообще понимаешь?!

– Ладно, ладно, я реально не понимаю, хорошо.

Дэн Хан тоже рассмеялся:

– Если ты действительно хочешь уехать за границу, просто скажи об этом отцу.

Цзи Вэй покачал головой.

– Это не одно и то же. Я хочу поступить сам. Искать связи, чтобы занять чье-то место, – совсем другое дело!

Цзинь Цзыян не мог понять, в чем разница. Вся его семья – бизнесмены, которые ценят прежде всего результат, а процесс не имеет значения.

Пэй Чуань примирительно произнес:

– Попробуй еще.

Цзи Вэй посмотрел на него покрасневшими глазами:

– Пэй Чуань…

Тот кивнул.

– Столько лет упорного труда ради того, что тебе нравится, не пропадут даром.

Юноша тоже кивнул.

– В следующем году я точно поступлю в Кембридж!

– Попробуй сдать экзамен на домоседа, – усмехнулся Цзинь Цзыян.

Цзи Вэй так разозлился, что его лицо побагровело.

Однако перед окончанием банкета Цзинь Цзыян с чувством похлопал друга по плечу:

– Эй, среди нас ты единственный, у кого есть мечта. Иногда я на самом деле завидую тебе! Я бы тоже хотел знать, каково это – иметь мечту. Дерзай, я тоже верю, что ты сможешь поступить в Кембридж!

Сами Цзинь Цзыян и Дэн Хан собирались пойти по проторенному пути: обзавестись связями, поступить в университет на бизнес-специальность, а отучившись, открыть собственную компанию.

– Иногда мне кажется, что не обязательно жить долго, – сказал Дэн Хан. – Если у тебя хорошая работа, любимая жена, а вечером после работы ждут дети и домашний очаг, ты должен быть всем доволен. Когда не напрягаешься – чувствуешь себя свободным, но потом одолевает пустота. Те из нашего класса, кто много учился, – неважно, плакали они или смеялись, – хотя бы проживают настоящие эмоции. А мы толком не приложили усилий и не можем даже по-настоящему улыбаться.

– Наконец-то ты понял, – ответил Пэй Чуань, – значит, не все потеряно.

Дэн Хан горько усмехнулся, а друг равнодушно продолжил:

– Если с самого начала ты выше других, все дается проще. Если продолжишь так здраво мыслить, то и слишком низко не упадешь.

Ему ответили сразу несколько голосов:

– Пэй Чуань, давай выпьем за наше светлое будущее!

Звякнули бокалы. Пэй Чуань сделал глоток вина и посмотрел на ребят, которые с каждым днем становились взрослее. За эти три года они пережили многое, и острые края каждого успели обточиться. Впервые он поверил в дружбу.

Бэй Яо не ожидала, что кто-то признается ей в любви, тем более после выпускного банкета. Это был мальчик из 12-го класса ее школы. Он очень нервничал и, очевидно, впервые признавался кому-то в чувствах. Ян Цзя недобро улыбнулась и отошла.

Парень наконец набрался смелости:

– Бэй Яо, ты мне давно нравишься! Я знаю, что ты усердно училась, поэтому и решился подойти только теперь. Пожалуйста, скажи, ты дашь мне шанс?

Бэй Яо получала множество любовных писем, но ей очень редко признавались в любви вживую. Она покачала головой:

– Прости.

В мерцающем свете фонарей она заметила пару темных глаз на другой стороне дороги. Выпивший Пэй Чуань стоял всего в нескольких шагах и сквозь темную дорогу спокойно смотрел, как кто-то другой признается ей в чувствах.

Тем временем другой парень явно очень нервничал и даже не замечал, что за ним наблюдают. Он взволнованно произнес:

– Я… тоже очень много трудился, сдал экзамены на отлично. В какой университет ты хочешь поступить? Мы можем вместе подать документы. Если ты станешь моей девушкой, я буду очень тебя беречь!..

Бэй Яо, закусив губу, смотрела только на Пэй Чуаня. Ей хотелось, чтобы он проявил инициативу, чтобы дал понять, что они вместе. «Если ты не вмешаешься, твоя девушка достанется другому!»

Пэй Чуань же напоминал себе, что может остаться с Бэй Яо на время, но не удерживать ее всю жизнь. Однако, когда она смотрела на него своими сияющими глазами, словно видела только его одного, весь мир терял значение. Он подошел как раз в тот момент, когда парень попытался схватить Бэй Яо за руку, но вместо этого Пэй Чуань сам сжал пальцами его запястье. Пэй Чуань занимался боксом и был очень крепким, а потому от одного прикосновения рука второго юноши покраснела.

Тот удивленно посмотрел на него.

Пэй Чуань холодно бросил:

– Я еще здесь, думаешь, ты можешь к ней прикасаться?

Глава 4

Покраснев, неудачливый кавалер скрылся в июньской ночи. Кто не знал Пэй Чуаня? Знаменитый ученик, занявший первое место на вступительных экзаменах! Но о чем никто даже не задумывался, так это о его отношениях с Бэй Яо! На лице удаляющегося парня отражались смешанные эмоции, но раз школа уже закончилась, об этой сплетне никто не узнает.

Ветви деревьев мягко колыхались под дуновением ветра. Девушка сощурила глаза, и в них засверкали звезды. Она повернулась к парню и позвала его:

– Пэй Чуань! Пэй Чуань!

Он скрипнул зубами, стыдясь своих неконтролируемых чувств. Раз за разом его решимость разбивалась вдребезги.

Юноша опустил взгляд и только спустя минуту произнес:

– Тебе нужен парень посмелее. Он даже не смог взять тебя за руку.

Бэй Яо рассмеялась:

– Тут ты прав!

– А если в следующий раз меня не окажется рядом?

Она пожала плечами и спокойно ответила:

– Скажу, что у меня есть парень.

Пэй Чуань сжал кулак. Глупая девчонка!

Они молча шли в сторону ее дома. Наконец Бэй Яо спросила:

– На какую специальность ты поступаешь?

– Программирование. – Он повернулся к ней. – А ты?

– Пока не скажу. Подожди до июля, и все узнаешь.

Он опустил голову.

Бэй Яо решила стать врачом и поступала на медицинский факультет. Она не так умна, как Пэй Чуань, не сможет изобрести ничего, что принесло бы пользу стране. Но зато она сможет позаботиться о чувствительном Пэй Чуане! Она до сих пор с трудом понимала, как больно и обидно человеку на протезах. Его многие не любили. Но она любила его всем сердцем.

Сев в автобус, девушка помахала рукой.

– Пэй Чуань, увидимся в университете в сентябре!

Глядя вслед удаляющемуся автобусу, юноша сжал кулаки так, что у него побелели костяшки.

Пэй Чуань заметил магазин с безделушками, из которого доносилась музыка. Владелец включил песню Терезы Тэн[4] 1980 года «На берегу», и женский голос томно пропел:

Я бы поплыл против течения,Чтобы прильнуть к ней.Но впереди опасная отмель,Дорога длинна и полна преград.

Пэй Чуань посмотрел на автобус, отъезжающий все дальше и дальше, и сделал несколько неуверенных шагов вперед.

– Яо-Яо!

Ветер трепал его черные волосы, пока он бежал сквозь ночь, но любимая с каждой минутой все больше отдалялась от него.

Песня все еще звучала в его ушах.

Я готов плыть за ней по течению,В одном с ней направлении,Но вижу ее так смутно, будтоОна в самой толще воды…

Забыв о своих культях, забыв о протезах, он бежал за автобусом.

– Яо-Яо! Оглянись! Посмотри на меня еще разок!

Песня звучала все тише и тише, уличные фонари померкли. Пэй Чуань споткнулся и опустился прямо посреди дороги.

Автобус давно исчез.

Летняя ночь 2009 года стала для Бэй Яо началом, а для Пэй Чуаня – тихим прощанием.

* * *

В июле каждый университет отправлял абитуриентам уведомления о приеме. Бэй Яо была вне себя от радости, получив такое письмо на электронную почту. Только Чжао Чжилань не разделяла восторга дочери:

– Яо-Яо, ты решила изучать медицину? Ты знаешь, каково быть врачом?

Та улыбнулась.

– Знаю, мне это нравится.

– Я слышала, что там надо будет препарировать тела, а еще практика в морге… Неужели ты не боишься?

– Мама, в мире так много женщин-врачей, – сказала Бэй Яо, – они же не боятся!

Бэй Лицай подошел и примирительно произнес:

– Ладно, ладно, ладно, раз уж нашей дочери это нравится, не стоит переживать! Врач – хорошая профессия!

Бэй Яо кивнула.

– Да, и о занятости можно не думать, в больницах всегда поток пациентов.

Муж занял сторону дочери, и Чжао Чжилань оставалось только развести руками. Что сказать, будущая профессия Бэй Яо кажется напряженной, но, по крайней мере, ее можно считать практичной.

Самое важное в каждом городе – это университеты, куда поступают лучшие студенты. В области гуманитарных наук многие годы лидировал университет Х, естественных – Пекинский университет. В тот день, когда Пэй Чуань получил письмо о зачислении, опять шел дождь – как всегда летом, внезапно и надолго.

Пэй Чуань как раз спокойно закрыл компьютер, когда к дому одна за другой подъехали полицейские машины. Офицеры вломились в дверь. Командир с пистолетом в руках, глядя на подростка в комнате, спросил:

– Ты Пэй Чуань?

Двое полицейских позади в недоумении переглянулись: подозреваемый выглядел слишком юным, чтобы быть создателем вирусных программ, доставивших кучу проблем за последний год. Однако юноша встал и протянул руки. Когда на него надели наручники, в комнате воцарилась тишина.

Они много лет ловили преступников, но впервые видели такого, как Пэй Чуань. Он добровольно сдал полиции все улики, все тринадцать укрытий – от Сингапура до Китая, а также списки вовлеченных людей с их криминальной историей и семейным положением – всего 56 человек! Полиция не могла раскрыть это дело уже много лет, а Пэй Чуань просто взял и прислал всю информацию.

В тот вечер, когда полицейские знакомились с информацией по делу, у них тряслись руки. Этот юноша был сообщником криминальных авторитетов с большой буквы. Как бедному калеке хватило храбрости предать их всех и сдаться?

Когда один из полицейских подтолкнул его вперед, Пэй Чуань спросил:

– Офицер Цуй, вы закончили арест преступников?

Тот с недоумением посмотрел на Пэй Чуаня и ответил:

– Да.

– Хорошо, – прошептал он. – Никто из них не должен остаться на свободе.

Шел дождь. Звук полицейской сирены заставил всех соседей высунуть головы из окон. Прежде чем сесть в машину, Пэй Чуань долго стоял под дождем, глядя в сторону старого квартала.

Никто не причинит ей вреда, в том числе и он сам.

* * *

Арест лучшего ученика города С стал самой громкой новостью июля. Пекинский университет в итоге отозвал свое предложение о приеме.

Имя «Пэй Чуань» уже трижды попадало в новости: первый раз – из-за трагедии в 96-м, второй – из-за высшего балла на экзаменах, третий – из-за преступления. Сообщения в СМИ были повсюду. Пэй Чуань был похож на фейерверк в темной ночи: за мгновением сияния пришли тишина и молчание на всю оставшуюся жизнь. Социологи проанализировали личность Пэй Чуаня в статье, которая стала предостережением для последующих поколений: даже гений может сойти с прямой дорожки и стать безумцем.

Суд назначили на январь следующего года. Дело Пэй Чуаня было сложным, затрагивало слишком многих людей, и требовалось немало времени, чтобы во всем разобраться.

Когда Бэй Яо увидела новости по телевизору, в душе у нее все перевернулось, и она сразу же побежала к двери. Чжао Чжилань тоже была ошеломлена и с трудом могла поверить в такое. Им, простым трудолюбивым гражданам, было трудно представить, что ребенок, повзрослевший у них на глазах, однажды станет преступником.

Бэй Лицай нахмурился.

– Яо-Яо! Куда ты собралась?!

– Папа, это какая-то ошибка, я должна найти Пэй Чуаня и спросить его самого!

Отец потянул ее за руку.

– Не уходи! Где ты собираешься его искать? Послушай, что говорят по телевизору, он ключевой подозреваемый! Проснись!

Опомнившись от первого потрясения, Чжао Чжилань тоже не позволила дочери выйти на улицу.

Бэй Яо заплакала.

– Он обещал, что мы вместе поступим в университет, вместе будем смотреть на снег… Он обещал мне…

Женщина была потрясена до глубины души.

– Ты и он…

– Мама, умоляю тебя, позволь мне встретиться с ним!

Чжао Чжилань впервые за долгое время видела слезы дочери, но все равно отрезала:

– Нет. Он теперь преступник! Яо-Яо, тебе поступать в университет, не связывайся с ним!

Девушка покачала головой, вытерла слезы и спокойно произнесла:

– Я хочу его увидеть. Мама, если я не могу увидеть его сегодня, то увижу завтра, если не получится завтра, я увижу его в следующем месяце, а если и это невозможно – в следующем году. Ты не сможешь остановить меня. Я уже не маленькая девочка. Если он плохой человек, значит, мне нравится преступник!

Дождь лил уже несколько дней подряд, на дорогах появились небольшие лужи. Сердце Чжао Чжилань замерло. Она впервые осознала, что ее дочь выросла. «Если он плохой человек, значит, мне нравится преступник!» Пока Пэй Чуань остается Пэй Чуанем, она будет стремиться увидеть его еще раз.

Глаза женщины наполнились слезами. Она раскрыла зонтик.

– Я отвезу тебя.

Мать и дочь вместе отправились в участок.

Полицейский посмотрел на Бэй Яо без интереса.

– Его здесь нет. Подозреваемых по крупным делам здесь не держат. Гражданка, забирайте вашу дочь и возвращайтесь домой.

– Вы нас обманываете! – воскликнула девушка.

Полицейский нахмурился, и Чжао Чжилань сказала:

– Яо-Яо! Как ты можешь такое говорить?

Та отстранилась от матери.

– Это ты заставила его так сказать, да?

– Если вы мне не верите, – холодно произнес полицейский, – то я ничего не могу сделать, у меня не так много полномочий.

И все же Бэй Яо отказывалась уходить и осталась в участке еще на некоторое время.

В ту ночь было особенно холодно, лил дождь, гремел гром. К какому сроку приговорят Пэй Чуаня, никто еще не знал, но было ясно: его действительно перевели. Полиция маленького города С не решилась брать на себя такое крупное дело.

Чжао Чжилань заговорила снова:

– Яо-Яо, пойдем домой! Ты сегодня совсем ничего не ела… Не разбивай материнское сердце!

Бэй Яо оскалила зубы и покачала головой.

«У мамы будет разбито сердце, и у него будет разбито сердце…»

Чжао Чжилань покраснела, подошла и обняла дочь.

– Яо-Яо, ах, Яо-Яо, послушай маму: ты еще маленькая, когда-нибудь ты сможешь забыть обо всем этом. Пойдем домой, ну пойдем домой…

Девушка дождалась рассвета, но так и не увидела того, кого хотела. Бэй Яо надеялась, что будет рядом с ним до конца его дней. Но судьба Пэй Чуаня оказалась слишком горькой.

В конце концов она достала из кармана маленький желтый талисман и тихонько развернула его.

Солнце уже взошло, полицейские вернулись к работе. Бэй Яо сидела на ступеньках, утренний свет лился ей в руки, а камень ярко сиял, отражая солнечные лучи.

По лицу девушки текли слезы. На ее ладони лежал бриллиант. Круглый бриллиант размером с крупную жемчужину с бесчисленным множеством граней. В 2009 году его стоимость была сопоставима с ценой семи-восьми роскошных особняков. Это было последнее, что оставил ей Пэй Чуань, – бриллиант, предназначенный для обручального кольца, которое он не мог подарить Бэй Яо. Он ни словом не лгал. Ему действительно пришлось очень много работать, чтобы поступить в Пекинский университет.

Совсем недавно Бэй Яо надела ему на палец кольцо из травинок.

«Через несколько лет ты должен подарить мне настоящее, понял?»

Что он ответил? Он ласково сказал: «Да».

Девушка смотрела на бриллиант в своей ладони и плакала.

– Мама, идем домой.

Глава 5

«Пэй Чуань признал свою вину».

«Бывшая жертва – сегодняшний преступник».

«Чистосердечное признание гения в злодеяниях!»

Весь июль и август город С был охвачен подобными новостями. Взрослые читали детям нотации:

– Видите его? Учился хорошо, а пошел по кривой дорожке. Теперь ему место только в тюрьме!

Неважно, сколько у человека было наград, – все они мгновенно теряют свою значимость, стоит речи зайти о тюрьме. Многолетние усилия могут обратиться прахом.

Об этом деле узнали все ученики старших школ. Впервые услышав новость, Цзинь Цзыян был ошарашен и зло прокричал:

– О чем вы говорите! Ты его знаешь? Ты знаешь, что он за человек? Еще слово, и я за себя не отвечаю!

На этот раз Дэн Хан не стал его останавливать. Парни пытались разыскать Пэй Чуаня, однако общество преподнесло им запоминающийся урок: когда ты юн, у тебя нет сил повлиять на этот мир. Цзинь Цзыян, сидя на корточках, закрыл лицо руками, впервые осознав, что он ничего не может сделать. Три года дружбы. Добровольное признание. Похоже, их друг давно вынашивал этот план и поэтому в день прощального банкета дал каждому из них какое-то напутствие.

При первой встрече Пэй Чуань казался высокомерным и молчаливым. Ему мало что нравилось, у него не было каких-то хобби, а временами он показывал довольно скверный характер. Но в итоге никто не мог испытывать к нему неприязнь.

Цзи Вэю тоже было больно. Он чувствовал себя даже хуже, чем в день, когда провалил вступительные экзамены в университет.

Цзинь Цзыян сжал кулаки.

– Я буду работать у отца, заработаю много-много денег, найду Пэй Чуаня и вытащу его на свободу!

Дэн Хан похлопал его по плечу.

– Отлично!

У Пэй Чуаня и так было мало друзей. Если он потеряет этих троих, что у него останется?

Когда в августе Цзи Вэй пошел на подготовительные курсы, он помахал остальным рукой и сказал:

– Я не знаю, в каком году смогу поступить. Но ведь вы однажды найдете Пэй Чуаня. Обязательно дайте мне знать! Где бы он ни был, что бы с ним ни случилось, я хочу его увидеть!

Когда Пэй Хаобинь узнал новости о старшем сыне, то поспешил к коллегам. После многочисленных расспросов ему дали понять, что это дело государственной важности и не подлежит разглашению.

Он наконец признал, что действительно был плохим отцом. Пэй Чуань с самого начала находился в шаге от пропасти, но, когда он нуждался в заботе, отец не протянул ему руку помощи. А когда мужчина понял свою ошибку, стало уже поздно.

Теперь же Пэй Хаобинь собрался изменить завещание. Его решимость была непоколебимой, и он пригласил адвоката. Цао Ли держала на руках своего новорожденного сына, а рядом с ней стояла старшая дочь, Бай Юйтун.

Пэй Хаобинь сказал:

– После моей смерти все деньги, кроме средств на содержание второго ребенка, останутся Пэй Чуаню.

При этих словах на его лице отразилось легкое недовольство: он уже не был в расцвете сил, уже не был тем отцом, который мог на мотоцикле возить сына в школу.

– Неважно, каков будет приговор и в каком году Пэй Чуань выйдет из тюрьмы. Даже если он никогда не освободится, эти деньги будут принадлежать ему. Если же так сделать нельзя, я оставлю их государству.

Цао Ли помрачнела, однако на этот раз повлиять на решение мужа она никак не могла. Честь несчастного Пэй Чуаня давно следовало восстановить. Пэй Хаобинь слишком поздно нашел в себе для этого смелость, и теперь, спустя более десяти лет, отец ничего больше не мог сделать для своего старшего сына и даже не знал, где он.

* * *

Холодным сентябрьским днем Бэй Яо уехала в столицу поступать в университет. Чжао Чжилань беспокоилась о дочери все сильнее. Дело Пэй Чуаня было похоже на камень, брошенный в воду и вызвавший бурные волны, но эти волны постепенно улеглись, и снова наступила тишина.

Бэй Лицай даже хотел взять отпуск, чтобы сопровождать дочь на регистрацию, но она отказалась.

Летние каникулы были достаточно длинными, чтобы девушка успела успокоиться и прийти в себя. Перед отъездом Бэй Яо еще раз просмотрела записи, которые сопровождали ее с детства. Даже не помня их полностью, она знала, что две ее жизни сложились совершенно по-разному.

В тетради было записано: «Его ненавидел весь мир… Он защищал Бэй Яо в течение двух лет. В день ее смерти Пэй Чуань сказал ей: „Ты была моим сокровищем, которое я не позволял себе полюбить“».

Однако в этой жизни Пэй Чуань не стал плохим и предпочел сдаться полиции. Он с самого начала знал, чем обернется минутное удовольствие, но все равно был рядом с ней всю юность.

Проводить Бэй Яо прибежали соседские мальчишки и девчонки, они надарили подарков на прощание и пожелали легкой дороги. Когда же пришло время отправляться на вокзал, Чэнь Инци сказал:

– Бэй Яо, я поеду с тобой!

Когда они уже вместе шли по дороге, спустя долгое время он промямлил:

– Ты нашла Пэй Чуаня?

– Нет, – отозвалась девушка.

Чэнь Инци глубоко вздохнул.

– Бэй Яо, он правда тебе нравится?

В небе над старым районом переплелись несколько линий электропередачи. Осенние ласточки еще не улетели и теперь, наклонив маленькие головки, смотрели на людей с проводов.

Бэй Яо молча уставилась на друга, и он пробурчал:

– Я имею в виду, не из жалости, а потому что ты любишь его и хочешь быть вместе с ним всю жизнь…

Глаза Бэй Яо наполнились слезами, и она нерешительно кивнула. Она впервые призналась в своих чувствах постороннему человеку.

Чэнь Инци, казалось, вздохнул с облегчением:

– Ты, наверное, никогда не узнаешь, как сильно он тебя любит. – Пухлый подросток достал из кармана карточку. – Это деньги, которые он копил много лет. В ночь перед экзаменами он неожиданно нашел меня и попросил позаботиться о тебе и тетушке Чжао. Он боялся, что над вами будут издеваться и обманывать, и если… – Чэнь Инци покраснел, – если ты начнешь с кем-то встречаться, а этот человек будет плохо к тебе относиться, то потрать деньги, чтобы преподать ему урок.