Горчица и мед

Короткая юбка Алины еще сильнее оголила ее стройные ноги, и чтобы не пялиться на них Давид начал разговор:

– Ты раньше была на автопати?

– Нет, не доводилось случая.

– Понятно.

– Я думаю, что это будет из ряда выставки машин? Там будут гонки?

– Ты почти права. Да. Гонки будут. Но я них не участвую.

– Почему? У тебя вроде бы гоночная тачка

– Не хочу. Но я буду участвовать в соревнованиях по автозвуку.

– Ааа– протянула Аля, - а я то думаю зачем у тебя двери забиты колонками.

– Да. То , что ты видишь, все эти выемки на дверных панелях для колонок, все это я сделал сам, – горделиво похвастался Давид. - Ну и музыка не из дешевых. В некоторых колонках пришлось самому повозиться, чтобы настроить частоту звука.

– Хочешь сказать из дешевых получится дерьмо?

– Нет. Среди участников есть талантливые ребята, которые из старых магнитол и отцовских колонок могут собрать конфетку. Только раньше технологии были проще, и частенько такая аппаратура не выдерживает напряжения. Рвутся диффузоры , динамики летят к чёрту, и многое другое. – Пояснил Давид. – Проще немного переплатить , чем потом тратить время на поиск деталей и их замену.

– Да ты прям профи.

– Не знаю, наверное, - он застеснялся. – Подъезжаем.

Алина вытянулась немного вперед и начала рассматривать окружение. На огромной парковке заброшенного торгового центра было многолюдно. В одной части в ряд стояли припаркованные авто. Давид нашел свободное место и поставил туда свою машину. Когда Алина вышла из салона, в нос закрался запах жженой резины. В ста метрах от них в образовавшемся кругу из людей доносился дым и звуки дрифтующей машины. Неподалеку была возведена импровизированная сцена с баннером, звуковой аппаратурой и диджейской будкой. Также была отдельная зона с авто вагончиками где продавали еду и напитки.

Алина сделала пару шагов в сторону, и поток ветра поднял ее куртку, недолго думая, она застегнула ее на замок. Девушка шла вслед за Давидом, немного робея и боясь потерять его из виду. Когда Они подошли к небольшой группе людей, которая подпирала оранжевое авто, Давид начал со всеми здороваться. Парни были одеты в спортивные костюмы, почти все в руках держали по железной банке с энергетиком. Один из них был крашенный блондин, и серьгой в брови, на нем были надеты очки с розовыми стеклами, а в руке дымилась сигарета.

Второй парень был гораздо выше Давида, с короткой темной стрижкой под ежик и такой же темной бородой. На вид он выглядел гораздо старше Давида. Ему явно было больше тридцати.

Были и еще люди, но их Алина особо не разглядывала.

– Сардарян, какие люди?! - воскликнул блондин и пожал руку Давиду. - А это у нас кто? Твоя новая девчонка?

– Почти, - лишь ответил Давид. - Слушай , а Гладин сегодня будет?

– Нет, - ответил парень с бородой, – свалил на Мальдивы греться.

– Прекрасно, - процедил сквозь зубы Давид.

– Говорят вы девчонку не поделили, ее что ли? – блондин указал жестом на Алину.

– Послушай, Ефрем, это тебя не касается.

– Ок.

Давид пошёл дальше, и Аля снова последовала за ним.

“... Почему он не назвал меня своей женой? А впрочем, не важно. Может хоть сегодня получиться с кем-то познакомиться. Правда кольцо забыла снять. Сниму-потеряю. Придется держать руки в карманах”

Пока девушка разглядывала припаркованные авто, Давид отдалился, но догонять она его не стала, решила, что вполне себе может нормально провести время и без его компании. Тем-более ее враг все равно не увидит, что они не вместе.

Пробравшись к толпе, от куда доносились веселые возгласы и звуки шин, девушка увидела как на высокой скорости черная машина вертелась вокруг своей оси, оставляя на асфальте черные следы шин. Захватывающее зрелище. Отчасти даже было немного страшно. Что если водитель не справиться с управлением и авто улетит в зрителей? Но оторваться было просто не возможно.

Через некоторое время объявили о подготовке к конкурсу по автозвуку. Участников и зрителей попросили переместиться в другую локацию.

Перед тем как насладиться зрелищем, Алина решила, купить себе воды или какой-нибудь напиток. Стоя в очереди, девушка бросила взгляд, где Давид припарковал машину. Она увидела его, а после к нему подлетела какая-то девушка с каре. Блондинка повисла на шее у Давида, а тот приобнял ее за талию, а после они вдвоем скрылись за автомобилями.

Ком досады засел в горле Алины. Подходила ее очередь, она купила себе безалкогольный мохито в пластиковом стакане, бросила продавцу купюру и ушла в сторону сцены, даже не забрав сдачу. Расположившись у парапета, она нервно водила пальцем вокруг красной трубочки, Аля рассматривая окружающих, и , как назло , попадались только влюбленные парочки. Словно бельмо на глаза! Напоминали ей о недавно увиденной картине.

Минутами ранее, Давид отвел , налетевшую на него , Киру в сторону, чтобы объяснить приехал сегодня с Алиной. Да и вообще им не следовало появляться вместе в таких многолюдных местах. Он попросил девушку не привлекать к ним внимания.

Кира конечно была не глупой девочкой, она послушала Давида, но старалась находиться рядом с ним, уж больно ей хотелось рассмотреть вблизи псевдо жену ее возлюбленного. Плюс надо было показать девчонке где ее место. Как высоко находиться несравненная Кира, и шавка Алина.

Тем временем в другой зоне автопати. Звук из колонок, стоящих на сцене стих, и ведущий объявил о начале соревнований. На огромном экране началась прямая трансляция, и первым высветилось авто того блондина, который бросал на Алину пожирающие взгляды. Салон его оранжевой мазды, внутри был такого же неонового оттенка как и корпус автомобиля. Видеооператора сначала снял колонки на дверных панелях, которых было в несколько раз больше, чем у Давида, а потом блондин открыл багажник, в котором находился большой деревянный короб с буфером. Ефрем, так кажется звали того парня включив какой-то хипповый трек, и стекла в его салоне задребезжали. Овации и аплодисменты пронеслись со стороны зрителей, кто-то делал фото, кто-то снимал все на видео.

Далее были другие участники, Алина наблюдала за ними, пока очередь не дошла до знакомого желтого феррари. Когда Давид включил музыку на полную мощность. Признаться честно, звук и вправду был лучше и чище, чем у предыдущих участников. Сначала Алина мысленно пожелала ему удачи, но потом в объектив камеры попал момент, где та коротко стриженная блондинка разместилась на сиденьях машины Давида, от вибрирующих волн баса ее волосы подрывались вверх. После нового прилива ревности, Аля отвернулась от экрана.

За раз допив свой напиток, она выбросила стаканчик в мусорку и пошла в сторону, где недавно дрифтовал черный автомобиль. Глупые мысли засели в ее голове. Ей хотелось испытать тот экстрим, что чувствовал парень за рулем той машины, но на полпути ее остановил Ефрем.

– Похоже твой парень нашел тебе замену.

– Тебе то какое дело?! У нас свободные отношения, – не скрывая дерзости ответила Алина.

– И поэтому ты бесишься? - Ефрем не отставал.

– Я не бешусь! Тут стало ужасно скучно, я ищу место где можно нормально вызвать такси, - соврала Алина.

– Хочешь я тебя подвезу?

– А разве ты не участвуешь в соревнованиях? - она выгнула одну бровь.

– Плевать, ради такой красотки я готов бросить все и сейчас. Плюс ты так можешь позлить Сардаряна. – Алина не хотела соглашаться ехать с незнакомым парнем, но ревность говорила первее здравых мыслей.

– Поехали, - согласилась она.

К машине Ефрема она подходила скрестив руки на груди. Блондин галантно сделал жест, что хочет открыть ей двери, но в мгновение передумал, и прижал Алину спиной к машине, и потянулся к ее лицу и начал нахально целовать.

– Отпусти, придурок! - Закричала Алина, отталкивая Ефрема.

– Глупая, - процедил сквозь зубы тот, продолжая ее удерживать, - лучше способа позлить Давидика не будет.

– Убери от меня свои руки!- завизжала Алина.

– Отвали от нее , тварь! - из ниоткуда раздался голос Давида.

Его глаза разъяренно горели. Сначала он оттолкнул от Алины Ефрема, а потом ударил его кулаком в челюсть, что тот отшатнулся назад.

– Еще раз, хоть пальцем прикоснешься к моей жене, живого места не оставлю, - пригрозил он блондину, а после схватил Алю за запястье и потянул за собой.

– Что-то ты плохо следишь за ней, раз она захотела с чужим мужиком покататься, - не унимался Ефрем, утирая кровавую губу.

Давид хотел рвануть назад, но Алина прошептала: “ Не надо”, и он не стал.

Сев в машину, Давид открыл бардачок и достал оттуда пачку сигарет и зажигалку. Выехав из оживленной толпы на трассу, он приспустил стекло и закурил. Одним большим вдохом он выкурил пол сигареты, сбросил пепел в открытую форточку и хотел снова преподнести сигарету к губам, но остановился. Затушив табак, он выкинул окурок в окно, и закрыл его. Запах дыма еще немного остался в салоне.

Раньше Давид не курил при Алине, да и вообще даже не помнил сколько прошло времени с последнего момента. Привычка носить сигареты с собой еще осталась. Алина предполагала, что Давид курит, так как не раз находила на тумбочке в коридоре зажигалку и пачку сигарет, но она не разу не замечала, чтобы он от него пахло дымом.

Сейчас она видела его напряжение, и почему-то нервничала сама, хотя по факту ни в чем не была виновата. В салоне стало душно, девушка расстегнула куртку, а от нарастающих нервов руки начали развязывать узел рубашки и разглаживать мятые заломы.

Пока они ехали домой, солнце начало закатываться за горизонт, оставляя после себя волны багровых оттенков. Темное синее небо одеялом наползало на город. В многоэтажках загорались окна, уличные фонари начали освещать дорогу и тротуары. На парковку они заезжали уже в ночное время. Молча заходили в подъезд, молча ехали в лифте.

В квартиру Алина зашла первой и быстро разулась. Включив не яркую кухонную подсветку, она пошла в сторону обеденного стола, выпить воды из графина. Давид зашедший следом, запер дверь, снял кроссовки без помощи рук, повесил бейсболку на вешалку и громко бросил на полку ключи от машины. Тяжелыми шагами он направился в свою спальню, но остановился в дверях.

– Может все таки объяснишь мне почему ты хотела уехать с тем придурком? - спросил в отчаянии Давид.

– Я правда не знаю как так вышло. Я просто увидела тебя с той девушкой. - Слова накатили на Алину, и она уже не могла остановиться. – Просто ты каждый почти каждую ночь уезжаешь. И я прекрасно понимаю куда и зачем, не маленькая. А я словно птица запертая в клетке. От меня парни шарахаются как от огня. И когда тот парень предложил меня подвезти, и таким образом обратить твое внимание, я согласилась. Но все обернусь совсем другой стороной.

– Но это же не означает, что ты должна бросаться на первого встречного?! Аля?..

– Я и не бросалась. Хотя , наверное, скоро буду. У меня секса не было больше месяца, у меня от этого скоро крышу сорвет! А еще меня больше всего бесит то, что за моей стенкой живешь ты, и каждый день выводишь меня из равновесия! Боже зачем я все это тебе говорю? - она нервно сняла с себя кожанку и повесила на спинку стула.

– Похоже у нас это взаимно.

– Что ты имеешь ввиду? - она прислонилась к столу, опершись на кисти.

– То что я уезжаю к другой, так не могу находить самообладание, находясь рядом с тобой. Двери твоей комнаты для меня закрыты Я же тебе обещал, - Давид развел руки в стороны. Пока слова и мысли рвались наружу, он не заметил как оказался рядом с Алиной, напротив.

– Это значит ты хочешь меня ? - шепотом спросила она. Кадык Давида дернулся от волнения.

– Хочу! - тихо ответил он.

А после губы Давида накрыли губы Алины. Поцелуй был требовательным, жадным, искушаемым. Руки Давида переплелись в ее волосах. Ладони Алины легли на его шею и затылок. Дрожь пробежала внизу ее живота. Давид ненадолго оторвался от нее, и Алина увидела как в ночном свете , пронизывающих сквозь окна, карие глаза напротив потемнели.

Давид подхватил Алину за бедра, так что джинсовая юбка задралась кверху, и усадил ее на поверхность стола. И снова погрузился в ее губы, и она отвечала, с той нежностью и страстью, что копила внутри себя. Аля жадно прикусывала нижнюю губу Давида, что тот издал звуки похожие на рычание дикого зверя.

Разместившись между ног девушки, он дернул рубашку в разные стороны, так что некоторые пуговицы оторвались и упали на пол, а после спустил ткань по плечам, обнажая грудь. Его губы переместились на шею, оставляя после себя воспламеняющиеся следы. Плечи. Ключицы. Ямочка между ними. Грудь.

– Ах.. - громко вздохнула Алина, и ее руки опустились вниз, чтобы снять с Давида худи и футболку.

И он повиновался ей, подняв руки вверх. Полуобнаженный Давид прижал к себе Алину, ее бархатная кожа покрылась мурашками. Губы к губам. Языки сплелись в едином танце. Мгновение, и стройное тело оказалось в сильных мужских руках. Скрестив ноги за спиной , Аля вверила себя Давиду, который отнес ее на диван и аккуратно положил спиной на маленькие подушки.

После его пальцы медленно стянули с девушки колготки, а следом юбку. Она осталась в одном белье. Штаны Давида полетели следом. В одних боксерах, он навис над Алиной, придерживаясь на предплечьях. Тонкая нить серебра упала на ее губы и она провела по ней языком, волна возбуждения пробежала по ее телу. Девушка притянула к себе лицо Давида и поцеловала его, не выпуская цепочки. Вкус металла и смешался со вкусом Давида.

Игра ее языка сильнее зарождалась нем желание. Его рука исследовала тело Алины, спуская лямки шифа, полностью обнажая упругую грудь. Пальцы сжимали ее, нежно щекотали ребра , скользили вниз, изучали выступы тазовых косточек. А после властно устремились под ткань трусиков, где зарождался космос от касаний.

Глубокий вздох, и спина Алины выгнулась вверх, словно натянутая струна. С ее губ сорвался первый стон, потом другой. Девушка схватилась за спину Давида, в надежде удержать порыв. Но он пролежал нежно мучить ее, что тонкие пальцы Али взимались в его спину, а на ее губа все чаще и больше рождались глубокие вздохи и несдержанные всхлипывания наслаждения.

– Да.. – хрипел голос Давида, – продолжай стонать.

Ненадолго прорвавшись, он потянулся к брошенным на пол штанам, достал оттуда кошелек, где в одном из отсеков лежала пара упаковок презервативов. После Давид ловко сбросил с Алины остатки белья, и разместился возле согнутых ног.

Перед тем как стать к ней ближе, он опустил взгляд прямо в глаза Алины, словно спрашивая разрешения. Та слегка качнула головой и положила руку ему на лицо. “Я тебе доверяю” , - говорил этот жест. Давид снова поцеловал Алину, а после их тела слились воедино.

Нежность.

Давид аккуратно стремился завладеть ее телом. Ему не нужно было брать все сразу. Аккуратно, он постигал ее, боясь причинить вред. Он наслаждался ее формами, бархатом кожи, покрытой веснушками, каждым изгибом стройного тела. Ее касаниями, ее вкусом, ее глазами. В этот момент она принадлежала ему целиком и полностью. И он брал ее, погружаясь в омут блаженства и удовольствия.

В ответ на негу, Алина дарила ему поцелуи. Немного щетинистая кожа лица, уши, шея, подтянутые плечи. Она осыпала их отпечатками своих губ. Ей нравилось, что сейчас весь мир принадлежит лишь им двоим. Она отдавалась в его владения, без остатка. Награждая его не сдержанными порывами счастья, дрожащим дыханием, волнующими стонами.

В моменты безудержного наслаждения, Алина сильнее скрещивала ноги, прижимая бедрами тело Давида, цеплялась за его руки, предплечья, в попытках совладать с судорожными вибрациями, которые пробегали по всему телу, до кончиков пальцев. Девушка покусывала свои губы, те побагровели, а потом притягивала к себе лицо Давида и впивалась в его губы, распухшие от многочисленных поцелуев.

Это было похоже на танец двух огней. Пламя между ними разгоралось все сильнее.

Касания. Поцелуи. Крики.

И так они плыли по течению, пока не достигли своего причала. Двое разных людей слились в единое целое.

Поцеловав еще раз Алину, Давид отстранился. Его плечи в быстром темпе опускались и поднимались. Слившееся дыхание, пылающие губы, горящие глаза. Все в нем выдавало счастье.

– Я сейчас, - сказал он, и поспешил в ванную комнату.

Но.

Что-то внутри Алины дало сбой. Если минуту назад она так же как и Давид питала счастье, то сейчас этот источник иссяк.

Не Дождавшись его возвращения, девушка вскочила с дивана, быстро подобрала свои вещи, накинула на себя рубашку, застегнув ее на несколько пуговиц, и стремглав направилась в свою комнату.

Горячие слезы катились по ее щекам. Укутавшись в одеяло, она подтянула колени к груди и всхлипывая заплакала еще сильнее.

Ей было обидно за себя, что так легко сдалась в его объятья. За Давида, что воспользовалась им, а он ею. За то что совершила дурацкую глупость, переспав с ним. За то что начала влюбляться в него.

Когда Давид вышел из ванной комнаты его встретила предательская пустота. Он обвел глазами комнату, где недавно он был вместе с Алиной, но лишь обнаружил как ночь поглотила их образы, оставив после себя ничего. Он подошел к двери, которая вела в комнату Алины, и тихонько приоткрыл ее, чтобы проверить как там она.

Приглушенные всхлипывания доносились со стороны кровати.

– Можно войти? - осторожно спросил он.

– Уходи, Давид. Так нам обоим будет лучше.

Глубокий вздох. Он не послушал ее.

“... Пусть лучше кричит на меня. Бьет. Ругается. Но только не закрывается в себе. Я не позволю ей причинять себе душевный вред. Вгонять себя в неправильные мысли”

Давид лег на кровать рядом с Алиной, поверх одеяла, и крепко прижал ее в свои объятья.

–Прости, - прошептал он.

– Ты ни в чем не виноват.

– И ты тоже

– Это больше не должно повториться, - Алина не хотела ранить себя и Давида.

– Хорошо, - обещал он, а сердце сжималось. – Я подожду, когда ты уснешь, а после пойду к себе.

– Останься. Останься со мной до утра. Пусть завтра все снова будет как прежде. А сейчас побудь со мной.

Алина повернулась лицом к Давиду, ее плавая ладонь легла на его щеку, влажные от слёз губы нашли пристанище в его губах. А после она уткнулась лбом в его грудь и попыталась заснуть.

Давид неподвижно лежал рядом. Он боялся пошевелиться и разбудить хрупкое создание, которое лежало рядом. Вскоре он и сам заснул, продолжая обнимать Алину через одеяло.

Посреди ночи девушка проснулась от чувства жажды, рука по привычке потянулась к прикроватной тумбе, где стояла кружка с водой, но руки Давида не дали ей этого сделать. Аля аккуратно подняла накрывающую сверху руку и также аккуратно положила ее на кровать, кожа Давида была прохладной. Сделав пару жадных глотков , девушка встала с кровати в поисках пледа. Только после того как Давид был укрыт, Алина свернулась на прежнее место. Она лежала на спине, скрестив руки на животе. Ее голова была повернута в сторону того, кто безмятежно спал.

Ночной свет отражался в серебряных серьгах, пухлые губы были сомкнуты в линию, густые темные ресницы скрывали за собой красоту карих глаз.

“... Что же ты наделал? Сердце на пределе. Я так не хотела, но тебя раздела” , - мелькнула в мыслях строчка из песни.

“... Дааа. Она как ни кстати описывает, то что происходит между нами Соберись, Алина, а ни то пострадаете вы оба Это всего лишь сделка Сделка”

Порой так происходит, когда мы хотим защитить того, кого мы любим, от себя. Почему та делала Алина? Наверное, потому, что боялась, что не справиться со своими чувствами. Хотя она и мечтала о нормальных отношениях, но, совершенно , не понимала как они должны выглядеть. Сближение с Давидом открывало ее с новой стороны. Она могла любить, любила раньше, но эта любовь отличалась. Если у Алины были крылья , то она смогла бы защитить ими израненного Давида. За его стойкостью и поднятой головой, стоит одиночество. И она моментами начала понимать это. Но боялась привязать Давида к себе. Боялась, что за условленный год может многое произойти, и если она уйдет, то сильно ранит его душу. Но так ли это было на самом деле? Множество противоречий были в ее голове. Может он просто играет с ней в такие игры, а когда сроки сделки подойдут к концу, то он забудет о ней, как очередной своей игрушке.

И все же душа, жаждущая его внимания, прикосновений, опровергла все доводы. Она говорила чувствами. Влюбленность Алины была сумбурна, вспыльчива, ревнива, и , в то же время, убаюкивала девушку смехом Давида, его неосознанной заботой, ухмылками, прерикариниями, утренними пробежками. Давид поселил ее в своей квартире, защитил, а Алина открыла для него свое сердце.

Глава 10

Снова то место

Утром, в одно и то же время на кухне зазвонили два телефонных будильника. Послышалось сонное ворчание. Две гусеницы, закутанные в плед и одеяло, зашевелились в поисках своих телефонов.

– Давииид, пожалуйста принеси телефон.

– Давай ты.

– Не

– Если я встану, то вырублю нахрен оба телефона, и на пробежку мы не пойдём, - он повернулся в сторону Алины, прищурив один глаз.

– Поддерживаю Давай иди, - она накинула на свою голову подушку.

Давиду все же пришлось встать. Он отложил будильник на час и вернулся в спальню Алины.

– У тебя есть своя комната, - проворчала из-под подушки Аля.

– Тут уже нагрето, подвинь ноги!

Через пару минут оба снова засопели. Через час снова прозвонил будильник.

– АльАля, надо вставать, - Давид приподнял угол подушки и заглянул под нее.

– Ммм

Курносый носик Алины прикрывали прядки волос, зеленные сонные глаза сузились от света, пухлые щечки сжались от подушки. Она была настолько мила, что Давид чуть не сорвался и не поцеловал ее, но успел удержать в себе порыв. Он же обещал.

– Вставай, кукла.

– Как ты меня назвал? - переспросила Аля

– Кукла, -пожал тот плечами.

– Почему?

– Потому, что ты похожа на куклу. Внешность такая, милая.

– Оу спасибо.

– Вставай, - еще раз повторил Давид, – еще позавтракать надо, и на работу.

– Тогда завтрак с тебя.

– Ты же знаешь, мои варианты завтрака.

– Ничего или крепкий кофе. Ммм. Объедение. – Алина уже с утра начала дразнить его.

– Ну уж извините, наше меню не столь обширное. Да вы строгий критик.

– Давай вставай с моей кровати!

Давид повиновался. Он пошел в свою комнату за новыми вещами, а потом в душ. Когда он вышел, то заметил картину, как Алина, все в той же рубашке стоит на кухне и что-то заливает в сковородку.

От этого вида Давид словил порцию возбуждения.

– Что? - спросила она.

– Ни-че-го.

– Пять минут и выключай, смотри, чтобы не подгорело. А я в душ, - Аля взяла со стула приготовленные вещи, и пронеслась мимо Давида.

Как сказано, так сделано. Давид достал по паре тарелок, кружек, столовых приборов, засыпал в кофе машину зерен, щелкнул чайник и сел дожидаться Алину. Совместные завтраки вошли в привычку с появлением в его квартире «куклы», так же были обеды , в выходные, и , порой, ужины. В холодильнике на постоянной основе появилась еда, не абы какая , а домашняя, вкусная. Да и домработница стала брать меньше оплаты, так как делала меньше работы, небольшая уборка в зале и в Его спальне. Алина туда вообще не заходила. Единственное, что осталось прежним, это то, что Давид как и прежде относил свои вещи в химчистку. С новой стиральной машиной он не хотел воевать, а просить Алину стирать его вещи, было сверх его сил. Девушка и так по мимо работы занимается многими домашними делами, а тут еще шмотки его стирать да развешивать.

Пока Давид дожидался Алину, в его голове вертелось много милых словечек, которыми он хотел бы назвать Алю.

“Кудряшка-кучеряшка, веснушка, булочка, мармеладка, ванилька, ягодка. Так , что-то я в степь еды пошел. Снежинка, так как вечно замерзает. Пчелка, так как все время что-то делает, суетиться. Дюймовочка, потому что маленькая и миленькая. Маленькая - значит малыш, малышка, малая. Так, за такие слова она мне точно пощечину влепит”

– Ты чего уставился в одну точку? - вырвала его из раздумий Алина.

– Задумался. У тебя так не бывает?

– Бывает. Что-то серьёзное? Или так ?

– Серьезней некуда, – он улыбнулся, приподняв одним уголок губ.

– Когда ты так улыбаешься, вот такой лисьей ухмылкой, мне кажется, что ты что-то задумал

– Ничего я не задумал Давай завтракать.

– Хорошо, поверю.

Школа , в которой работала Алина, стояла на ушах от громких криков, отдохнувших после выходных детей. Старшеклассники небольшими группами подпирали подоконники, малышня с огромными рюкзакам носилась по коридорам, сбивая с ног учителей и других учащихся. Через десять минут прозвенит звонок на первый урок, и в коридорах вернется тишина. Алина, мелькая между макушками детворы, шла в сторону тренерской. Сегодня как ни странно Руслан уже был на рабочем месте.