Хозяин острова Туманов. Западня

По улице ехали повозки, прогуливались купцы. Вот один толстый господин споткнулся, на него налетел мальчишка-разносчик. Он выплеснул из кувшина воду, извинился, быстро прошелся по мощному торсу купца ладонями, отряхивая капли, и побежал дальше.

Мне показалось, что это уличный воришка. Господин решил также. Он мгновенно проверил карманы, но выдохнул: кошель был на месте.

Я только хмыкнула, расплатилась за специи и снова повернулась на дикий крик.

Казалось, богатому толстяку не везло: не успел он сделать шаг, как столкнулся с другим мальчишкой. Этот испачкал ему сапоги и сейчас сидел на корточках, наводя подолом туники глянец на коже.

Происшествие с незадачливым купцом привлекло внимание всей рыночной братии. Неожиданно откуда-то прилетел камень и сбил с господина шапку. Он завертелся волчком, ища противника, но чуть не попал под копыта лошади, которая тянула повозку.

— Я сотру с лица земли этот паршивый городишко! — завопил купец, хватаясь за широкий ремень с украшениями и нашлепками.

Но он переживал зря, ни одна его вещь не пропала. Но люди уже смеялись в голос, я тоже улыбалась.

И тут над головой раздалось сдержанное фырканье…

Глава 3

Портовый городишко Клирос приближался. Я стоял на носу корабля и наблюдал, как из крохотных точек вырастают деревянная пристань, лавчонки на набережной, дома за ними. Несмотря на раннее утро, жители уже проснулись. Издалека они походили на муравьев, копошившихся в дневных заботах.

Недоумение в душе росло. Почему новая невеста из такого убогого места? Казалось, королю надоело посылать столичных красавиц, вот он и решил откупиться кем-то попроще и подешевле.

«Мерзкий старикашка!» — ворочался в груди гнев и требовал немедленного выхода.

— Ваше Сиятельство, вы уверены в задуманном? — осторожно поинтересовался Харди, тонко подметив мое состояние.

Мой бессменный страж, помощник и компаньон всегда был рядом и сопровождал меня во всех приключениях.

— Конечно. Печать надо перехватить. А без нее сваты не посмеют явиться в дом невесты и забрать девушку.

— Но Его Величество рассердится.

— Кто рассердится? — я ухмыльнулся. — Местный король, трусливый старикашка, который красавиц под видом моих невест посылает на смерть? Нет, Харди, это я могу рассердиться, если не остановлю ненужное жертвоприношение. И тогда…

— Думаете, жертвоприношение? — перебил меня Харди.

— А что же еще? Не может старик подобраться к острову прямым путем, вот и нашел обходной: решил задобрить бога морей, чтобы тот пропустил корабли.

— Ну, слухи о нашем острове ходят всякие.

— А кто эти слухи распускает? Сами же местные сановники и стараются. Ух!

Я с силой ударил по поручням, толстые канаты задрожали. Меня давно злила эта ситуация с невестами. Торговцы, попадавшие на остров, приносили тревожные новости.

Приятель пожал плечами и замолчал. Я посмотрел на него сверху вниз и улыбнулся, потому что был на полголовы выше его и вдвое мощнее.

Но так было не всегда.

В детстве Харди приставили ко мне ко мне для охраны. Болезненному и щупленькому сыну хозяина острова нужен был крепкий и смекалистый защитник. А когда мы выросли, неожиданно для всех поменялись местами.

Мой остров для материка был как бельмо на глазу. Местный король все пытался его захватить, да не получалось. Но и теперь не оставил эту затею, откупался красавицами, еще больше осложняя обстановку.

И этому надо было положить конец.

Мы сошли на берег, я огляделся.

От пристани в город вела широкая дорога. По ней катились груженые повозки, шли люди. Всё здоровались друг с другом, перебрасывались словами, улыбались. В целом, народ, на первый взгляд, казался приветливым и доброжелательным.

— Господин посол! Сюда!

Я обернулся на крик, нам отчаянно махал руками возчик, который стоял у скромной коляски.

Я приподнял одну бровь и удивленно посмотрел на помощника.

— Почему посол? Не торговец, не путешественник, не жрец?

— Простите, пришлось представить вас так, — улыбнулся Харди. — Для торговца у вас слишком мало вещей, для жреца не та одежда, да и хорошо видна военная выправка, а на рядового путешественника вы и вовсе не похожи.

— Э-э-э, и какое государство я представляю?

— Тенеран. С этим маленьким королевством у местной власти нет дипломатической связи.

— Предлагаешь мне ее налаживать?

— А это как пожелаете, — усмехнулся Харди. — Недалеко есть гостевой дом, я снял там комнаты.

— Хорошо, — я остановился. — Мы прибыли инкогнито. Сначала задержим сватов, а потом нанесем визит королю.

— Согласен, будем действовать по ситуации.

Но сваты задерживались. Мы прожили в городишке два дня, а торжественное шествие все не появлялось. Наконец показался гонец с королевским указом. Его мы перехватывать не стали, а шпионы Харди донесли о скором прибытии главного свата и его свиты.

На рисунке, который нам принесли вместе с новостями, красовался толстяк в одеяниях купца, важный и преисполненный гордыни. Он ехал из столицы, не торопясь, останавливался в каждом постоялом дворе, наслаждался едой в каждой таверне.

Его сопровождала охрана, писарь и помощники. Все эти люди должны были по закону провести брачный обряд, подготовить невесту и сопроводить ее на корабль.

И вот эту торжественную операцию нам предстояло сорвать.

— Как думаешь, где сват может прятать печать? — размышлял я, наблюдая за дорогой из окна своей комнаты.

— Где угодно, — пожал плечами Харди.

— Ну, мимо таверны «Одноглазой» он вряд ли проедет, — я встал, потянулся. — Прогуляемся?

— Я готов, Ваше Сиятельство.

Мы не просто вышли на прогулку. Нужно было подготовить все необходимое для выполнения задачи. Пока Харди находил помощников, я внимательно огляделся и первым заметил повозку, мчавшуюся прямо на девчонку с корзинкой.

Я рванулся к дороге, выхватил девчонку из-под колес и отбросил на обочину. Натренированное тело действовало машинально, не включая мозги. Кони мелькнули мимо, я обернулся и увидел перепуганное лицо Харди.

— Ваше Сиятельство, — сдавленно прошипел он. — Что я скажу вашей матушке?

Я отряхнулся и пошел к гостевому дому. Девчонка меня больше не интересовала. Харди приказал трактирщице принести завтрак в номер, и мы устроились за столом.

Вдруг в ставню противоположного от нас окна кто-то стукнул. Мы переглянулись и насторожились.

Воры? Убийцы? Кто-то выследил нас и догадался, что я никакой не посол?

Предположения невероятные, так как я впервые был на материке и в этом королевстве, но все же. Как наши шпионы рыскали везде, добывая новости, так и в этом государстве были свои разведчики.

«Посмотри, кто там!» — глазами приказал я Харди.

Он на цыпочках подкрался к окну, быстро откинул щеколду ставни и выглянул.

— Никого.

— А если приглядеться?

Я не подходил близко, но все видимое пространство осмотрел внимательно. Не было ни следа человека. Зато со стороны улицы донеслись торжественные крики. Явно прибыл кто-то важный.

Мы бросились обратно к столу. И вовремя: как раз начиналось представление.

— Первый пошел, — прошептал Харди. — Смотрите внимательно, Ваше Сиятельство.

И я смотрел…

Мальчишки, нанятые Харди, выполнили свою работу исправно. Под видом случайных столкновений они проверили одежду, обувь и шляпу свата. Но нигде печати не обнаружили.

Толстяк крутился и ругался на всю улицу, вызывая смех у зевак. Я наблюдал за представлением у открытого окна. Когда господин разразился бранью на последнего бездомного, невольно фыркнул тоже.

И сразу почувствовал внимательный взгляд. Осмотрел улицу: у лавки со специями стояла та самая девчонка с корзинкой, только сейчас она была с непокрытой головой. Издалека разглядеть ее хорошенько не получилось. Я понял только: что это не ребенок, а миниатюрная девушка, вполне зрелая для своего возраста.

— И где же у него печать?

Оторвал меня от созерцания простолюдинки Харди. Он тоже ее заметил и сразу опустил деревянные жалюзи, оставив щель для обзора.

— Надо его напугать. В пиковой ситуации человек хватается за самое ценное.

— Понял.

Харди прошел к боковому окну и выпустил маленькую стрелу. Это был сигнал к следующей атаке. И сразу из-за угла выбежал человек. Он помчался по улице, столкнулся с толстяком и побежал дальше. А за ним выскочил другой.

—Держи вора! Держи! — закричал он и припустил мимо свата.

Мой взгляд был прикован к толстяку, который уже направлялся в таверну, я даже привстал, чтобы не пропустить нужный момент.

— Мой медальон! — закрутился он и схватился рукой за пояс.

— Он на месте, Ваше благородие, — подскочил к нему помощник, судя по одеянию — писарь.

— Печать спрятана в металлическом медальоне на ремне, — я довольно откинулся на спинку стула.

— Приступаем к изъятию?

— Конечно. Только…

— Что?

Я обмахнулся веером: сегодня было очень жарко, но еще сильнее хотелось охладить волнение. Больше шанса перехватить печать не будет. Сват доберется до дома невесты и заключит брак с моим портретом.

Появляться сам я пока не планировал, это вызовет ненужные вопросы и осложнения.

— Сват очень осторожен.

— Значит, и нам надо постараться.

***

Я подняла голову и вгляделась в угловое окно второго этажа гостиницы.

У него сидел господин в белых одеждах. В одной руке он держал чашу с дымящимся чаем, а в другой веер, которым обмахивался. Рядом с ним стоял худощавый человек в черном.

Они тоже веселились, но, заметив, что привлекли мое внимание, замолчали. Человек в черном мгновенно опустил деревянные жалюзи.

Я вздохнула: мое маленькое приключение закончилось, пора возвращаться.

— Тетушка Лутеция, — я бросилась к хозяйке таверны. — Продайте немного свежих дрожжей.

— Не мешай Лили!

Отмахнулась от меня Одноглазая. Она успокаивала взбешенного толстяка и приглашала его зайти внутрь таверны.

Я терпеливо ждала, пока она обработает важного господина.

— Господин, — ворковала Лутеция, — не хотите ли отведать замечательной похлебки?

— Нет! — вопил, как резаный, тот. — Поди вон!

— А если добавить к похлебке кувшин красного элесского за мой счет? Вино замечательно согреет вашу кровь и успокоит нервы.

— Хм! — толстяк махнул помощникам, посовещался с ними и вошел в таверну.

Лутеции заторопилась следом.

— Госпожа, — я тронула ее рукав.

— Чего тебе, Лили? — нахмурилась она.

— Тетушка Грета просила одолжить распущенных дрожжей.

Лутеция махнула в сторону кухни и побежала к подавальщикам. Я слышала, как она отдает распоряжения, но сейчас меня больше волновали дрожжи и солнце, которое уже поднялось достаточно высоко. Если не успею все принести, мне достанется на орехи от кухарки, а тетка еще добавит.

Я ждала в сторонке, пока мне вынесут дрожжи, и наблюдала за людьми.

Толстяка и его свиту встретили как самых лучших гостей.

— Прошу, садитесь сюда, — засуетился молодой подавальщик, смахнул полотенцем пыль с лучшего стола и стульев и подмигнул мне.

Мы иногда переглядывались и перебрасывались шутками, но дальше легкого флирта дело не заходило.

— Вино для дорогих гостей, — тут же к толстяку подплыла танцовщица Элиза.

Из маленького кувшинчика она разлила напиток по чашам, изящно поклонилась.

— Эх, хороша, девка! — хмыкнул господин и ущипнул Элизу за пятую точку.

Она лишь взвизгнула, но была не против: работа такая.

Господина посадили на лучшем месте. Оттуда хорошо была видна сцена, где выступали танцовщицы, и входная дверь. Кухня же, наоборот, не раздражала плебейскими ароматами нежный нюх господ.

Подавальщики закружились у стола, показывая то одно, то другое блюдо. Я вытягивала шею, пытаясь разглядеть все получше. Элиза вышла с еще одним кувшинчиком вина.

— Отведайте самый лучший эль, господин, — заворковала она, садясь рядом.

С другого боку прислонилась к господину еще одна танцовщица, Глория.

— Отведайте лучше у меня молоко ягненка, нежнейшее вино. Бодрит не только дух, но и тело.

Обе девушки так и липли к нему, так и старались угодить. Ну

— И тело говоришь? — пальцы толстяка захватили ягодицу Глории. — Ну попробую.

— Но вино надо пить не так, — заливалась соловьем Элиза.

Она плавным движением забрала чашу из рук господина и закружилась с ней в танце. Глория присоединилась к подруге, потянула за собой толстяка, но он схватился за ремень и сел на место.

— Не-не, так не пойдет, — засмеялся он.

— Лили, твои дрожжи, — отвлекла меня от интересной картинки Одноглазая. — Сватов ждете?

— Да.

— Барышня Гортензия небось слезами умывается.

— А то. Сами знаете, как все сложно.

— А вот этот господин и есть главный сват.

— Правда?

Теперь мне уже совсем не хотелось уходить. Что-то странное висело в воздухе. Зачем гостей, которые приехали выполнить определенную задачу, потчевать вином, да еще и самого утра.

Не успела я спрятать дрожжи в корзинку, как раздался громовой рев…

Глава 4

Я подпрыгнула и бросилась а зал. Важный господин крутился как заведенный и хватался за свой ремень.

— Медальон! — ревел он. — Где мой медальон? Стража! Оцепите таверну, чтобы никто не ушел отсюда!

Взмахом руки он смел все со стола, потом опрокинул его и стулья и закружился по комнате, как черный смерч. Его охранники построили всех подавальщиков и гостей и начали их ощупывать и проверять.

Танцовщицы сбились в кучку на сцене. Они переглядывались, перебрасывались испуганными репликами.

Бри, знакомый подавальщик, мелькнул за спиной господина. Несмотря на грузную фигуру, тот мгновенно развернулся, схватил его за шиворот и приставил к горлу нож.

— Где мой медальон! — завопил толстяк.

— Я его не брал, — перепугался Бри.

Он побелел как молоко, покрылся потом от страха.

— А почему бежал?

— Я ж тут на побегушках, вам вино нес, — пролепетал едва слышно юноша.

Он показал на перевернутый кувшинчик, из которого тек тонкой струйкой ароматный эль.

«Вот это попала!» — мелькнула у меня мысль. — Пора ноги отсюда делать.

Я сместилась в сторону кухни, стараясь двигаться медленно и плавно, чтобы не привлекать внимания, а потом бросилась к дверям. Но, увы, опоздала. Охранники толстяка перекрыли все выходы из таверны.

Тогда я метнулась к Одноглазой.

— Госпожа Лутеция, мне надо бежать, меня тетка убьет!

— Стой здесь, Лили, видишь, что творится! Пока не найдут пропажу, никого не выпустят из таверны. Но кто посмел?

Она огляделась и бросилась к работникам. Я побежала следом — сзади есть вторая дверь, — но ко мне кинулись охранники свата с пиками наперевес.

— Пустите! — заверещала я. — Я тороплюсь!

— Показывай корзинку!

— Вот еще!

Но корзину выхватили из рук, вывалили на пол все содержимое. Я смотрела на рассыпавшиеся пакетики и медленно закипала от злости.

— Слепые, что ли? Медальон тяжелый, а у меня только травки.

— А это что?

Страж вытащил комок влажных дрожжей, завернутый в тряпку, быстро раскрыл ее, и дрожжи вывалились в пыль.

— Да что б вас!

Я кинулась к брикету, но страж опередил меня и наступил на него сапогом, еще и каблуком размял. Дрожжи распались на комочки, и это стало последней каплей. Я нагнула голову и пошла на таран.

Врезалась со всей дури в живот охранника, он только хрюкнул и согнулся пополам.

— Получил! — завопила я.

— Так им! — закричал подавальщик Бри. — Врежь им, Лили!

Но торжествовала я рано. Второй охранник схватил меня за косу и поволок к господину.

— Ваше благородие, эта нищенка…

Он дернул меня за волосы, заставил поднять голову. Я содрогнулась, встретившись взглядом с красными глазами бешеного быка — так сейчас выглядел господин. Его лицо побагровело, кожа залоснилась, казалось, еще миг и его хватит кондрашка.

— Это она украла?

— Не знаю, но ведет себя подозрительно.

— Обыщите!

Стражи накинулись на меня, как коршуны: ощупывали, дергали за одежду, один даже попытался задрать тунику. Я сопротивлялась, как могла, наконец не выдержала и закричала:

— Стойте! Я найду вам вора!

— Да-да, — поддержали меня работники таверны. — Лили может.

— Отпустите девчонку, — приказал сват.

Он огляделся, помощник тут же поднял стул и подставил его под внушительный зад господина. Тот сел. Все замерли в ожидании.

— Этот растоптал мои дрожжи! — заупрямилась я. — Не хочу вам помогать!

— Хозяйка! — завопил господин.

Одноглазая Лутеция тут же притащила новую плошку с дрожжами, поставила ее в корзинку и посмотрела на меня умоляюще. Я ее понимала: скандал на весь день испортит продажи, если вообще стражники не закроют таверну.

— Дайте мне несколько минут.

Я закрыла глаза, вспоминая мелкие детали, отложившиеся в мозгу, и представляя, кто мог выкрасть медальон, который сват охранял так ревностно.

«Думай, думай!» — приказала себе.

Так, когда Глория тянула свата танцевать, медальон еще был на месте, господин нащупывал его на ремне. Значит, он пропал в последние десять минут, когда я забирала дрожжи.

Что же было в это время?

Перед глазами понеслись картинки.

Пробежал подавальщик с блюдом рыбы, другой принес похлебку и поставил на соседний стол. Господин не вставал с места, все работники таверны крутились вокруг него.

А потом…

Меня отвлекла Лутеция, которая принесла дрожжи. Именно в этот момент…

— Ну, что? — подгонял меня господин.

Я протянула ладонь:

— Покажите мне ваш ремень.

Сват тут же снял пояс и подал мне. Я разглядывала основание места, к которому крепился медальон. Это был круглая металлическая оловянный кружок с выемками, в которые вставлялись выступы медальона.

В целом, устройство походило на крепко защелкивающуюся секретную коробочку из двух частей. Внешне она выглядела как грубое украшение, но в то же время внутри можно было спрятать что угодно.

А вот что хранилось там, я не знала.

Просто так вытащить медальон было невозможно, но по краям виднелись едва заметные царапины. Я быстро огляделась. Со своего стола господин все сбросил на пол.

А соседние?

Рядом находился накрытый стол. На нем — дымящаяся похлебка.

Нетронутая.

Я бросилась туда, все столпились за спиной. Потянула носом — мясо и грибы, оловянная ложка чистая, следов повреждения нет.

— Кто сидел за этим столом? — закричал сват.

— Приезжий господин, — испугалась не на шутку Одноглазая. Еще бы! Ее бизнес разваливался на глазах. — Но он расплатился и ушел еще до кражи.

До кражи? Скорее всего, до обнаружения кражи.

— Это он! Ищите! Держите вора!

Два стражника вылетели из таверны.

— Нет, это не он, — покачала я головой.

— А кто же?

Я подняла руку с намеком: не мешай! В таверну ворвались убежавшие за вором охранники, они притащили гостя, невысокого молодого человека. Он держался с достоинством, не показывал ни грамма страха.

Я мгновенно окинула его взглядом: аккуратный, чистенький, но жирное пятно на рукаве. Непорядок!

— Это не он. Но он помогал.

— Что ты мелешь? — возмутился гость, впервые дрогнув красивым лицом.

— Обыщите его! — заверещал господин.

— Погодите, — я посмотрела на свата. — Когда вы сидели, ваш большой живот закрывал ремень. Чтобы увидеть медальон, вас нужно было поднять…

— И-и-и?

— Это сделали танцовщицы.

— Чт-о-о-о? Взять их!

Стражники схватили девушек и притащили их в центр зала. Бесцеремонно они осмотрели их, но медальона не нашли.

— Ты издеваешься?

Господин мгновенно вскочил, будто подброшенный мячик, и приставил к моему горлу меч. Резкая боль резанула по коже, и сразу стало влажно.

— Стойте! Стойте! — я выставила перед собой руки. — Это еще не все! Дайте договорить!

Все замерли, только стражи связывали руки девушкам. А танцовщицы сверлили меня ненавистными взглядами. Я отвечала им тем же. В этом мире каждый сам за себя.

Если я спасу девчонок, сама не выберусь из таверны еще и в тюрьму попаду для разбирательства. Сват самого короля — не поросячий хвостик, за который можно дергать безнаказанно. Виноватый — невиновный — все окажемся в пролете.

— Говори!

— Одна танцовщица взяла вас за руку, вы встали. Тогда вторая подцепила медальон крепкой нитью. Вы резко сели, крышка медальона вылетела, он и оказался в ладони девушки. Ловкое движение рук, вот и все.

— Но мы ее обыскали, — растерялись стражи. — Ничего нет!

— Естественно, — я повернулась к гостю. — Содействовать танцовщице лучше всего с вашего места. Девушка перебросила медальон вам. Он же был на нити.

— Какая чушь! — хмыкнул красавчик. — И вы верите этой девчонке? Да она дурит вас!

— Когда кражу обнаружили, таверну оцепили. А он, — я выбросила руку в сторону подавальщика Бри, отрезая себе дорогу в возможным отношениям, — побежал.

— Я работал!

— Да. А попутно отвлек внимание от него, — теперь мой палец упирался в гостя. — Нужно было спрятать медальон. И он это сделал.

— Чт-о-о-о? Да она спятила!

Ничего красивого в перекошенном лице гостя уже не было. Глаза пылали яростью и желанием убивать. Но я уже не могла остановиться. Наказание от тетки пугало сильнее, чем господин со стражниками.

Я бросилась к красавчику, схватила его за рукав и принюхалась. Сильный рыбный запах шел от одежды. Но он заказал мясную похлебку.

Тогда…

Я кинулась в кухню. Ложкой и ножом осмотрела тарелку с жареной рыбой, поковырялась в сковороде, но ничего не нашла. Зато на плите стоял дымящийся котел, а там… Я прошлась по дну ложкой и вытащила круглую блестящую крышку.

— А-а-а! — завопил господин. — Мой медальон.

Толстяк схватил его голыми руками и готов был заплясать от радости.

— Я свободна?

Господин обернулся.

— Д-да. Но как ты догадалась?

— Все просто, его рукав — я дернула гостя за одежду, — пах рыбой. Осталось только проверить всю рыбу в таверне.

Все вдруг захлопали.

— Чудесно!

— Поразительно!

Крики неслись со всех сторон, а я поглядывала на дверь.

— Держи!

Господин протянул мне золотую монету в пятьдесят рен. Это были огромные деньги, поэтому я не капризничала. Быстренько схватила их, сунула в лиф и вылетела за дверь.

И сразу столкнулась с двумя незнакомцами. Кажется, и их любопытство одолело. Вместо того чтобы наблюдать за представлением из окна второго этажа дома напротив, они пришли к таверне.

Высокий схватил меня за шиворот. Я едва доходила ему до плеча и чувствовала себя козявкой в руках гориллы.

— Господин, отпустите! Я опаздываю, — заверещала я тоненьким голоском обиженной кошечки. — Меня ждут дома.

— Ждут, говоришь? И где твой дом?

Но он пальцами взялся за мой подбородок и заставил посмотреть вверх. Я столкнулась с пронзительным взглядом черных глаз, настолько колючим, будто я лично чем-то оскорбила Его Совершенство.

Компаньон злюки тоже смотрел волком. Я не понимала, где перешла дорогу этим двоим, но на всякий случай приготовила колено. Быстрое нападение выручает в трудной ситуации всегда. А о последствиях думать некогда.

— Лили, что случилось?

Из таверны вышла госпожа Лутеция. Мой подбородок тут же оставили в покое. Так, кажется эти господа не хотят привлекать внимание. Что ж! Мне это только на руку.